***
Завертелось между бывшим криминальным авторитетом и различными головными уборами все очень неожиданно и бурно: он, охваченный страстью сам не заметил, как спустил прямиком на лежавшую рядом с ним шляпу, пачкая её. По началу, Дзено недовольно ворчал, пытаясь отстирать следы липкой спермы, но в какой то момент задумался о том, что ему очень уж симпатизирует идея о том, что бы заполнить собой предмет полностью, заливать в вещь свое семя до тех пор, пока оно не польётся через край и даже после этого не останавливаться, продолжая все дальше и дальше реализовывать свои самые влажные мечты. Стоя у раковины, держащий в руках мокрую от воды шляпу Сайгику ничего не мог с собой поделать, кроме как вновь задуматься об этой, на первый взгляд странной мысли, только уже с участием шляпы в этой его фантазии. Пальцами потирая внутренний подклад, мужчина мог ощутить как кровь приливает к его лицу, заставляя щеки раскраснеться от смущения вызванного собственными мыслями. — Ну уж нет, я не извращенец. — пробубнил он себе под нос, закрыв кран из которого все это время горячей струёй бежала вода, покрывая пеленой из маленьких капелек белоснежную керамическую поверхность. Но эта идея все никак его не покидала, оставаясь где то в закромах его разума, периодически напоминая о своем существовании. Не давая ему покоя, вызывая внутри бурю из смешанных чувств. В какой то момент он все же поддался импульсу и вновь схватился за ту злосчастную шляпу.***
— Дзено... — не успел закончить свое обращение его товарищ, как тот нацепил на свою голову головной убор, чувствуя как еще теплая сперма медленно стекает по его волосам, пытаясь прикрыть пледом свое возбуждение и спрятать следы извращённых игр, которые стали следствием его таких же извращённых фантазий. Это было глупо. Очень глупо и вовсе не обдуманно, но странное тепло заставило сердце забиться чаще, а жар вновь расплыться по телу, приятно пульсируя и чуть покалывая. Словно чувствуя чужой удивленный взгляд на себе он не мог ничего поделать кроме как в очередной раз понять для себя, что он все же извращенец, которым так не хотел казаться, а уж тем более быть им в действительности. — Кыш! Я занят! — злобно прошипел уже не очень то красноволосый мужчина, после чего послышался стук закрывшейся двери. Повисла неловкая тишина... Именно таким образом Сайгику впервые, если так можно выразиться, окрасил свои волосы, до сих пор периодически освежая цвет.