Совершенно секретно

      Для Чонгука поцелуи всегда значили что-то большее, чем простое прикосновение к губам ради собственного удовлетворения. Он был не из тех, кто много с кем целовался и проявлял яркие чувства симпатии. Для него поцелуй всегда значил что-то интимное, слишком личное и запретное для чужих глаз, скрытое за прочными границами, за которые он никого не пускал, кроме своей второй половинки. Он всегда думал, что поцелуй должен осуществляться лишь с любимым человеком и с тем, кто засел глубоко в душу и пророс в сердце крепкими корнями. Поцелуй для Гука — это когда две разные души касались друг друга и сливались в единое целое, образуя неразрывную связь. И, может быть, Чон и дальше бы превозносил так обычный поцелуй, если бы Тэхен не настоял на обратном.       Тэхен нежно прошелся по мягкой коже Чона на щеке, так аккуратно и осторожно, будто касался сейчас не крепкого мужчину, который был его телохранителем, а хрупкую девушку. Но Гук не хотел останавливать его и прекращать это новое для него безумие. Поцелуи с Кимом должны были быть под запретом не только потому, что он молодой и еще не до конца выросший парень, но и потому, что Чон изменять Джиын не хотел, хоть их брак и трещал по швам со всех сторон. Это неправильно, рискованно и ни к чему хорошему бы не привело, Чонгук прекрасно это понимал. Но почему-то останавливаться не хотел, да и поздно уже было. О какой остановке могла идти речь, когда мозг плыл от еще незнакомой близости с Тэхеном, а алкоголь в крови раскрепощал скованную душу полицейского.       Тэхен наклонился ниже, слегка приоткрывая рот, и старший зажмурился, чуть съежившись. Ким еще даже не коснулся его, а он уже трясся, словно трусливый заяц. Парень заметил эту реакцию и усмехнулся, а затем прошептал чуть ли не в самые губы мужчины, опаляя их горячим дыханием:       — Расслабься.       Чонгук облизнул еще сухие губы и немного кивнул.       — Хорошо, — тихо произнес он и вдохнул в себя раскаленный от напряжения воздух.       Ким еще раз хмыкнул, а после все же коснулся мужчины, аккуратно дотрагиваясь до его мягких губ. Чон, наконец, ощутил то, чего боялся все это время, но сильно желал в глубине души. Когда Тэхен уже хотел отстраниться, чувствуя огромную неуверенность от партнера, и снова попрекнуть Гука за страх, тот шире приоткрыл рот и вытянул голову вперед, увереннее впиваясь в губы Кима. Тэхен ответил ему, проникая языком и касаясь им языка Чонгука. Стоило им переплестись, как Гук слабо задрожал и уже думал остановиться и вовремя прекратить эту никому ненужную связь, как Ким схватил его шею и надавил на нее, не позволяя Чонгуку уйти от прикосновений. Гук этого сначала испугался, а затем, расслабившись, решил все-таки попробовать каково это — целоваться с Тэхеном. Да и Ким не позволял от себя уйти, постепенно увлекаясь.       Они целовались сначала медленно и тягуче, но чем больше трогали друг друга и ласкали языками, тем сильнее сокращалась амплитуда каждого действия. Тэхен зарылся в волосы старшего и сжал пряди где-то на затылке от удовольствия, а Чонгук поддавался ему, пытаясь не отставать от страстных движений. В один момент, когда язык Тэхена прошелся как-то сбоку, Гук ощутил прохладную штангу, он не сдержался и еле слышно простонал. Тэхен усмехнулся в поцелуй, но отстраняться от старшего не собирался. И Чонгук от этого сходил с ума. Мало того, что от прикосновений ехала крыша, так еще и пирсинг Кима вносил разнообразие во все это сумасшествие. Чон и не думал, что касаться своим языком чужого со штангой будет так приятно и по-особенному. Чонгук из-за опьяневшего организма и новых непередаваемых словами ощущений уплывал куда-то далеко, поскуливая в чужой рот. Его еще никогда не целовали так яростно и властно, что Гук ощущал себя не тридцатилетним мужчиной, а мальчишкой в пубертате.       Тэхен навалился сверху, прижимая старшего к дивану, а тот не успел даже как-то на это отреагировать, Ким залез на него, опять находя губы мужчины своими. И вновь их обоих уносило в круговорот непередаваемых ощущений, и никто из них не хотел прекращать тот ураган, который бушевал между ними. Тэхен налегал дико, невыносимо быстро, а Гук совсем не успевал за ним. Он шире раздвинул ноги, позволяя младшему протиснуться между ними. Так парень оказался еще теснее к Чону, что было будто необходимо Чонгуку. Руки парня ускоренно проходились по разгоряченному телу телохранителя, трогая талию, грудь и вставшие соски.       — Мне так нравится твоя узкая талия, — прошептал ему в губы Ким, касаясь вспотевшей кожи пальцами и нажимая на нее. — Она такая хорошенькая, как и твои сосочки.       — Замолчи, — произнес с придыханием Гук, а Ким улыбнулся и вновь впился в раскрасневшиеся губы мужчины.       Они целовались так долго, что забылись и потеряли счет времени. Гук впервые чувствовал себя так странно и необычно. В отношениях с Джиын именно он всегда проявлял инициативу, именно он напирал и ухаживал за партнером, управляя всем. Но вот с Кимом он терял голову, растворялся в невиданных ранее ощущениях и чувствовал себя таким слабым, что ему почему-то начинало это нравиться. Ему нравилось, как Тэхен гладил его тело, как ласкал юрким языком и брал ответственность на себя. Может, это было воздействие алкоголя, а может, старший свихнулся, раз понял, что ему приносило удовольствие обжиматься с Тэхеном.       В какой-то момент этого безумия они переместились с дивана на кровать, окончательно забив на мультфильм и остатки коньяка в бутылке. Уснули они на одной постели, так и не перейдя черту поцелуев, за что Чон был парню благодарен. Но целовались они, кажется, до полуночи или еще дольше, отчего, когда утром Чонгук открыл глаза и увидел перед собой Тэхена, хорошо так удивился. Хотя это еще мягко сказано. Охуел он знатно, а после, заметив в зеркале припухшие красные губы, вообще вымученно простонал и хлопнул себя по лбу. Надо же, поддался на уговоры малолетки и не смог себя сдержать. Какой после этого Чонгук авторитет и взрослый осознанный человек?       Чонгук ополоснулся под прохладным душем, приводя себя в порядок. Голова от выпитого не болела, да и чувствовал он себя бодрячком. Но вот если тело ощущало себя нормально, не считая раздраженных губ, то душа как-то ныла. Чон вышел из ванной комнаты, посмотрел на мирно спящего на развороченной ими постели Тэхена и поджал губы. «Чонгук, ты настоящий придурок, другого объяснения нет». И ладно бы еще ему не понравилось: он бы просто относился к этому, как к обычному поцелую. Но нет же, ему очень зашло лобызаться с мальчишкой, и, что уж скрывать, он чуть не возбудился, пока Ким проходился ладонью по его талии. Гук невольно дотронулся до нее руками и слегка покраснел, когда вспомнил, что говорил ему парень. Ну вот родился Чонгук с такой фигурой, что поделать-то сейчас. Но, Боже, как же сексуально шептал Тэхен, восхваляя особенности Чона и лаская изгибы его тела.       Чонгук прошел на кухню и заглянул в холодильник. Что-то приготовить из продуктов, которые там лежали, можно было, чем Чон и занялся. Он все достал на стол и на автомате начал раскладывать, вновь погружаясь в запутанные мысли. Вчера Тэхен открылся ему, рассказал слишком личное, и это не могло не тронуть за живое. Было понятно, что Ким закрытый человек, который любил все держать в себе. Как и Чонгук на самом деле, который тоже не каждому открывался. Но то, что Тэхен сказал про умершего друга, задело до глубины души. Хоть и разговаривали они совсем непродолжительное время, но у Гука все равно их беседа отложилась в голове. Конечно, вторая половина их вечера прошла не так информативно и важно, как хотелось бы, но тоже что-то значила. Например, то, что Чонгуку, видимо, нравились мужчины.       Чон настолько увлекся мыслями и готовкой, что, когда рядом возник силуэт, вздрогнул и схватился за сердце. Тэхен усмехнулся и почесал голову, растрепав еще сильнее торчащие в разные стороны волосы.       — Уже готовишь? — спросил очевидное парень и приблизился, заглядывая в кастрюлю с варящимся там рисом.       — Ага, — кивнул Чон и невольно опустил взгляд ниже, замечая, что Ким стоял рядом только в одних трусах. Чон, напрягшись, резко отвел глаза. — Будешь завтракать?       — Что в этот раз? — полюбопытствовал Тэхен.       — Тебе все подробно рассказать? — спросил с улыбкой Гук, пытаясь вести себя как обычно.       — Ага.       — Отварной рис с овощами, яичница, суп из морской капусты, бобы, — перечислил Чонгук, оглядывая еще не полностью готовую еду.       — Круто. Конечно буду, — Тэхен улыбнулся.       — Готово, правда, будет еще нескоро, — Чонгук тяжело вздохнул и скованно заулыбался, когда Ким посмотрел на него. — Рано ты проснулся.       — Ниче страшного. Я умею ждать.       После этого Тэхен ушел в туалет, в то время как Чонгук продолжил свои дела, чтобы быстрее их накормить и, может, уехать ненадолго домой, раз вечером это сделать не удалось. Если бы не их вчерашний поцелуй, он бы, возможно, и хотел остаться у Кима подольше, но точно не теперь, когда перед парнем было неловко и очень стыдно. Тэхен не сможет не задеть тему их связи, и Чон этого очень боялся. Ничего не сможет пройти просто так, тем более такой безумный страстный поцелуй, во время которого они почти съели друг друга. Тэхену, наверное, лишь в радость так испытывать старшего, видя, как тот активно велся на весь этот бред и извращение. А вот как сейчас вести себя Гуку, которого скоро сожрет совесть? Гордости у Чона нет и подавно, раз так спокойно отдался какому-то мальчишке.       После душа Ким переоделся в повседневную домашнюю одежду, и Гуку стало немного спокойнее, так как видеть полуголого парня было как-то некомфортно. Пока Ким ходил из стороны в сторону, то собирая вчерашнюю еду, то заправляя кровать, Чон молча готовил и не смотрел в сторону Тэхена. В один момент младший включил музыкальный центр, за что мужчина был мысленно ему благодарен, так как тишина начинала уже надоедать. Молчание между ними как-то непонятно давило и напрягало, и внутри у Гука все сильнее сходило с ума и скукоживалось от нервов. Музыка хотя бы позволяла отвлечься и прислушаться к ней. На удивление в этот раз Тэхен включил не американский реп, а песни, в которых присутствовали тяжелые нотки гитары, барабанов и других инструментов, но все это перекрывалось мелодичным голосом вокалиста. Интересно, это вчерашний разговор надоумил Тэхена включить такую музыку?       Чонгук не смог сдержаться от того, чтобы снова не посмотреть на парня, который курил, стоя возле огромного окна и немного приоткрыв его для проветривания. Он смотрел куда-то вдаль и затягивался едким дымом так медленно и монотонно, никуда не торопясь и не делая резких движений. Любопытно стало, о чем Ким думал в этот момент? Было ли это что-то серьезное и важное? Или же он думал о том, чем займется сегодня? А может, парень вспоминал вчерашний вечер? Вряд ли Тэхен поделится мыслями со своим телохранителем, учитывая то, как из него тяжело вытаскивать информацию.       Вдруг Тэхен повернул голову в сторону кухни, натыкаясь на взгляд Чонгука. Тот его сразу не отвел, продолжая смотреть на младшего, но когда заметил легкую улыбку на его лице, отвернулся и продолжил заниматься своими делами. Он знал, что Ким продолжал смотреть на него, но пытался игнорировать этот взгляд. Спустя пару минут парень вновь подошел к нему. Гук бросил на него беглый взгляд и, решив не ставить себя в неловкое положение из-за молчания между ними, произнес:       — Еще не готово.       — Я вижу, — кивнул Тэхен. — Помочь чем?       Тут у Чона округлились глаза от удивления, и он усмехнулся.       — Ты ведь подождать хотел.       — Передумал, — легко проговорил парень. — Ну, так что? Я два раза не предлагаю.       — А ты сможешь помочь?       — Че нет-то, смогу, — произнес со смешком парень и придвинулся ближе. — Объясни только, что нужно, а то я фигню еще сделаю какую-нибудь.       — Окей, — выдохнул Гук все еще пораженно. — Сейчас овощи доварятся, и ты их нарежешь.       Тэхен согласно кивнул, а Чонгук еще раз посмотрел на него и, заметив его резко озадаченное лицо, слабо улыбнулся, и вернулся к приготовлению. Было очень любопытно, почему Тэхен решил уделить внимание готовке и вообще помочь мужчине. Тот бы и сам справился, задача была не такой уж невыполнимой. Было видно, что Ким готовить не умел, так как тот с интересом смотрел на доску для нарезки, а когда Чонгук протянул ему вареную морковь, тяжело вздохнул, взял овощ в руки, но не решался начинать его резать. Чон усмехнулся.       — Ты же не умеешь готовить, зачем предложил помощь? Лазил бы в телефоне дальше или телек бы смотрел, — произнес с улыбкой старший, не подразумевая ничего плохого в своих словах. — Давай покажу, как надо, — он мягко забрал у молодого парня морковь. — Кубиками нарезай. Вот так, — он ловко показал как нужно, а Тэхен прищурился и сделал кивок головой. — Все остальное надо также нарезать. Понял?       — Ага, — коротко ответил Ким и забрал у мужчины нож.       Тэхен постепенно принялся шинковать ингредиенты для добавки к рису. Чонгук проследил за ним пару секунд и вернулся к своим обязанностям, когда понял, что у Кима все получается. Парень не улыбался и был очень сосредоточен на задаче, которую ему поставили, старался делать все так, как ему показали. Хотя большого ума здесь не нужно, все по факту умели нарезать продукты. И Чону было странно, что за столько лет Тэхен этому не научился. Конечно, многие корейцы не любили готовить и стоять возле плиты, но чтобы не уметь совершать банальные и повседневные вещи — это надо хорошо постараться, особенно если живешь один.       Ким продолжал молчать, что постепенно начинало беспокоить мужчину. Вроде бы эту позицию сегодня хотел занять он сам, чтобы уж точно не напоминать о вчерашнем происшествии. Ладно, молчал бы Чонгук, которого чуть на секс не уломали. Но нет же, играл в молчанку Тэхен. Неужели он обиделся, что Гук как-то грубо сказал ему насчет готовки? Это надо срочно исправлять.       — Молодец, у тебя хорошо получается, — произнес Чонгук и натянул улыбку на лицо, глядя на аккуратно нарезанные кубики.       — Правда? — удивился Тэхен.       — Конечно, — кивнул Чон. — Вон как ровно все. Красота! — все не унимался Гук, хваля парня, который постепенно начинал покрываться румянцем. Это не осталось без внимания, и Чон чуть сам не умилился, потому что Ким явно не привык, чтобы его часто и за всякие пустяки восхваляли. Все существа на земле любили, чтобы к ним проявляли заботу и внимание, и Тэхен, конечно же, исключением не был. Поэтому Гук не остановился говорить сорванцу приятности: — Такими темпами я буду часто просить тебя помогать мне, — на это младший улыбнулся одним уголком губ. — Помощник на кухне мне как раз необходим, тем более способный такой.       — Окей, сонсэнним, я не против, — наконец, сказал Ким, чем подначил мужчину продолжить:       — Отлично. С сегодняшнего дня я — шеф-повар, а ты — сушеф.       Тэхен шире заулыбался, чуть ли не смеясь, и Гук, видя его реакцию, не мог не осклабиться в ответ. Как-то свободно стало на душе, а чувство, что ему как-то некомфортно с Кимом, куда-то испарилось. На место него пришел комфорт и теплота. Может быть, Чонгук просто легко отпускал обиды и переживания? Ну поцеловались они вчера и поцеловались, ничего же криминального не случилось. Тэхен ведь говорил, что они могут не вспоминать про это, значит, пусть все так и будет. Точнее, Гук постарается как-то забыть об этой ситуации и особо не переживать. Он мотнул головой, улыбаясь, и отвернулся от Тэхена.       — Да ладно, я же шучу. Это входит лишь в мои обязанности, — решил убедить его мужчина.       — А я не шутил, — вдруг спокойно сказал Тэхен без какой-либо улыбки.       Чонгук ухмыльнулся и кивнул. Пусть будет так, как хочет Ким. Может быть, Чонгук чему-то научит младшего, и тот уже не будет зависеть от других людей, в том числе от своего папы и его крупных денег. Мало ли что-то произойдет в его жизни, и он лишится рядом прислуги, и, чтобы не стать бытовым инвалидом, Гук его как раз натренирует хотя бы в готовке.       Когда все было готово, они аккуратно разложили все на столе. Тэхен равнодушно смотрел на блюда, словно все происходящее начинало ему надоедать. Оно и понятно: Чонгука самого готовка не особо интересовала, и он делал это лишь потому, что сейчас это было необходимо. Не оставлять же Кима голодным. Этот ребенок вообще несамостоятельный и неготовый к взрослой жизни. Эмоции на лице парня сменились с отстраненных на заинтересованные, когда Тэхен попробовал то, что сам приготовил. Чонгук внимательно проследил за его реакцией, подмечая то, каким забавным иногда бывал Тэхен, когда не строил из себя самоуверенного и гордого мальчишку.       — М-м, — простонал Тэхен, качая головой и разжевывая пищу.       — Нравится? — задал вопрос Чонгук и взял палочками рис, положив его в рот.       — Сойдет, — пробормотал он и взял еще немного. — Хавать можно и ладно.       — Невкусно? — поразился полицейский.       — Нормально, но можно и лучше.       — Всему свое время, — спокойно произнес полицейский. — Не будь так категоричен к себе. Нормальная еда.       — А я, может, к тебе категоричен. Под твоим же управлением готовил, — он хитро улыбнулся, а старший закатил глаза и тяжело вздохнул.       — Значит, я плохой учитель, — сделал выводы мужчина и осклабился, не принимая сказанное близко к сердцу, так как знал, что Тэхен его дразнил. — Будем учиться вместе, значит. Думаешь, я профи, что ли? Я вообще не думал, что, когда устроюсь телохранителем, буду за тобой не только хвостом бегать, но и домохозяином подрабатывать, — сказал Гук то, что давно скрывал и хотел бы высказать в нужное время.       — Привыкай, — легко проговорил Тэхен так, словно это было в порядке вещей — потакать всем его прихотям.       — Окей, я с этим как-то смирился, — он сильнее заулыбался и чуть наклонился к Киму. — Но в следующий раз ты найдешь рецепт в интернете, и мы будем готовить под твоим командованием.       — Так ты ведь шеф-повар, я на это место не претендую, — довольно высказал Ким и причмокнул.       — Так если я фигово готовлю, значит, никакой я не шеф, — выдал Чонгук и раскинул руки в стороны.       — Не, хуйня это, — уверенно произнес Тэхен, все еще неотрывно глядя на телохранителя. — Ты — шеф, а я твой помощник, никак по-другому. Ты главный в доме, а я подсосник, ясно?       — Чего? — Чонгук не смог сдержать смех. — Подсосник? Ты? В своем же доме?       — Ага, — Тэхен жевал еду и глядел на старшего, но теперь уголки его губ все больше растягивались в улыбке. — Раз я ничего не умею.       — Так ты учись.       — Не хочу. В падлу мне.       Чонгук еще немного посмеялся и опустил глаза ниже, мотая головой. Боже, этот парень с каждым днем поражал его все сильнее. Вроде бы и серьезный, а вроде и нет. Чонгук часто не понимал, с кем именно разговаривал: с Тэ, у которого хорошее и приподнятое настроение, или с парнем, у которого оно отвратительно плохое. К Тэхену нужен был особый подход, и этот путь Чон вроде бы нащупал. Пока что парню не надоедало то, как с ним общался мужчина, сегодня уж точно, раз он решил даже с готовкой помочь. Или это все из-за вчерашнего поцелуя? Неужели он как-то сильно поменял их отношения?       Чон приподнял глаза выше, вновь встречаясь взглядом с Тэхеном, который одновременно ел и прожигал мужчину взором черных глаз. И опять Гуку стало как-то некомфортно и стыдливо, что хотелось провалиться сквозь землю. Но к этой всей мешанине внутри подключалось и то, что в районе груди как-то теплело, а лицо чуть пекло от смущения. Перед глазами возник вчерашний образ Тэхена, который облизывался при виде разгоряченного пьяного Чонгука и тянул свои загребущие руки прямо под широкую ткань футболки. Гук сглотнул скопившуюся в горле слюну и опять поднял выше глаза, думая, что Ким продолжал на него смотреть. Но нет. Младший отвернулся и теперь просто спокойно потреблял пищу, утыкаясь глазами в окно.       — Кстати, Юнхо, — вдруг сказал он, отчего полицейский резко заморгал и выпучил шире глаза.       — Что?       — Можно называть тебя хеном?       — Эм, хорошо, — изумился Гук, но переспрашивать, почему резко Тэхену именно это пришло в голову, не стал. Захотел и ладно, это ведь лучше, хотя Чонгук давно привык, что Ким обращался к нему неуважительно.       — Юнхо-хен звучит круто, — выдал парень и покачал головой, отворачиваясь и смотря в окно. — У тебя красивое имя. Прям приятно смакуется на языке, — он будто бы специально облизнулся, смущая полицейского еще сильнее.       Сказать, что от сегодняшнего дня Чонгук в полном шоковом коллапсе, значило промолчать, потому что то, как умело Тэхен накидывал множество странных фразочек, это надо постараться. А это ведь только первая половина дня, о второй Чонгуку даже подумать страшно. Только бы этот день не переплюнул вчерашний по уровню нелепости и, как говорили сейчас современные подростки, кринжа.       Чонгук чуть не подавился, но все же быстро пришел в себя, растянув губы в подобие улыбки.       — Спасибо, — он благодарно сделал кивок. Настоящее имя Гука, конечно, не звучало так мягко и приятно, но в животе все равно появился трепет. — А мне твое нравится больше, чем мое, — зачем-то добавил он, хотя в этом не было необходимости. На самом деле имя Тэхена нравилось ему действительно больше, чем свое, и это являлось истиной.       — Правда? — поразился младший и вновь посмотрел на телохранителя. Тот тут же кивнул.       — Я бы не стал тебе врать.       — Спасибо, хен, — он опустил глаза, и мужчина обратил внимание, как легко и свободно он улыбнулся.       После того как они позавтракали, Чон закинул посуду в посудомойку, которая, оказывается, все это время была встроена в шкаф, а Тэхен принялся куда-то собираться. Чонгук чуть разочарованно не простонал, так как хотел ненадолго поехать домой и побыть хоть какое-то время в одиночестве, а не разъезжать по городу с парнем. Плюс с Джиын надо созвониться, а то потеряет его еще. Но у младшего были свои планы на этот день, и дома он сидеть точно не собирался.       — Куда поедем? — любопытно спросил Чонгук, подходя к Тэхену, который расхаживал по квартире в одних джинсах.       — В торговик, — быстро ответил Ким, не смотря на мужчину и продолжая искать, что наденет на верх тела. — Потом сразу в зал.       — Тогда заедем ко мне за формой, — немного разочарованно выдохнул Чон.       — Окей, — ответил без заинтересованности Тэхен.       В итоге совсем скоро они вышли из дома и сначала поехали по магазинам, так как Киму надо было что-то присмотреть из одежды. Они посетили один из крупных торговых центров города «Хендай Сеул», который был настолько большим, что занимал целое жилое здание. Только они зашли туда, как у Гука расширились глаза, но больше не из-за габаритов центра, а потому, что здесь они точно потратят много времени, и хорошо бы выбраться отсюда хотя бы к вечеру, а не к закрытию магазинов. Ходить в такие места Чонгук крайне не любил. Джиын не брала его с собой, когда хотела прогуляться и присмотреть себе что-нибудь, предпочитая ходить за одеждой с подругами, чем с мужем, который бы часто ныл от скуки и торопил бы ее. Для Чонгука поход в магазин был быстрым: пришел, увидел, купил. Никаких хождений по несколько часов за одной единственной вещью с целью выбрать самую симпатичную. Не понимал Чонгук в этом ничего и не собирался даже пробовать.       Но жизнь Гука не спрашивала, хотел он или нет. Тэхен сказал, что они будут ходить по торговому центру, — значит, так и будет. В душе Чонгук разочарованно простонал, но на лице у него отразилась лишь слабая недовольная улыбка, которую он мгновенно перекрыл радостью, стоило Тэхену задумчиво на него взглянуть. Лучше бы они посидели с Кимом дома и снова посмотрели «Рика и Морти», правда, уже без алкоголя. Хватило Чону вчерашних приключений. А вот мультипликационный сериал понравился, хоть и сначала Чона раздражала цветастость, стиль анимации и иногда непонимание происходящего на экране. Коньяк, кстати, тоже понравился полицейскому, но покупать сам он бы его не решился: тот слишком дорогой.       Благо Тэхен не стал долго шастать по этажам центра и заходить в каждый отдел. Они зашли лишь в пару, но и там Тэхен не рассматривал внимательно каждую вещь. Чонгук ходил рядом и тоже не мог не смотреть на здешний ассортимент. Все дорого и богато, то, что Гук себе в обычной жизни позволить никогда не сможет. Да ему и незачем это было, ведь его устраивала своя одежда, которая хоть и не стоила совсем уж гроши, но и не доходила по стоимости до тысячи долларов. Тэхен походил между стеллажей, выбрав пару вещей, померил их и, скучающе вздыхая, вернул их консультанту. Чонгук удивленно взглянул на него, когда они вышли из очередного магазина.       — Почему брать не стал? Тебе шло, — произнес он, вспоминая, как симпатично на парне смотрелась футболка-оверсайз.       — Не мое, — равнодушно бросил Ким. — Поехали отсюда.       Чонгук усмехнулся и кивнул. Дальше они посетили дом Чонгука, точнее, в квартиру зашел только старший, а Ким остался курить на улице. Этому Чонгук был несказанно рад, так как хоть он и прятал все свои личные предметы от посторонних, но при Тэхене вряд ли можно было бы списаться с Джиын. А так Чонгук отправил сообщение девушке, где пожелал ей хорошего дня и сказал, что позвонит позже. Быстро собрав сумку, он оглядел пустующий дом и поджал губы. Стоило надеяться, что сегодня вечером он вернется домой, а не останется вновь у Тэхена. Не то чтобы его как-то сильно волновало присутствие Кима рядом, просто он немного боялся близости с младшим, которая могла опять случиться, раз оба чуть не зашли слишком далеко в совместных ласках.       Вчерашний вечер можно списать на алкоголь, а затем отшутиться и сделать вид, что ничего не случилось. Можно было бы придумать, что угодно, даже всякий бред в виде отсутствия нормального секса, настойчивости парня и прохладного пирсинга у него во рту, что добавляло остроты. Но вот блаженные стоны Чонгука и жадный взгляд Тэхена на его накачанном теле нельзя было ничем оправдать. Где-то глубоко в душе, где все скрыто за семью замками, Чон бы, наверное, хотел повторения, ведь целовался Тэхен классно и как-то по-особенному — не так, как это делала Джиын. Чонгука за все его долгие годы жизни никогда не прижимали уверенно к дивану, не налегали сверху, да так яростно и страстно, что у него всякое сопротивление терялось, а мозг отключался, стоило пухлым губам коснуться его.       Всякое желание разговаривать с Кимом пропало, когда воспоминания дали о себе знать. Поэтому он молча вернулся в тачку, выехал с парковки и поехал к нужному спортзалу. Тэхен лишь единожды посмотрел на него, но прерывать тишину между ними и отвлекать от прослушивания музыки по радио не стал. В раздевалке они также почти не говорили, но это не мешало младшему, как всегда, рассматривать подкачанное крепкое тело мужчины. Тот же делал вид, что не замечал пристальное внимание на себе. Гуку было все больше неуютно под пристальным взором парня, но Ким прекращать не собирался и продолжал пытать его взглядом, зная, что старшего это задевало. Поэтому Чон быстро переоделся и первым вышел из помещения, понимая, что выглядел со стороны как трус, сбегая вот так позорно от мальчишки, но пробуждать свою гордость не хотел.       Так как на календаре стоял выходной, людей, пришедших в зал позаниматься спортом, было очень много. Чонгук занял беговую дорожку, обращая внимание на то, что рядом находилась еще одна свободная. Когда Тэхен зашел в зал, он бесстрастно огляделся, остановил глаза на телохранителе и уверенной походкой направился к тренажеру. Чонгук уже бегал, когда Ким подошел к нему, равнодушно оглядел и, заняв соседнюю дорожку и засунув в уши наушники, начал с медленного темпа. Чон бегал, глядя вперед, но иногда кося глаза в сторону Тэхена, который больше не смущал его рассматриванием.       Через какое-то время Чонгук слез с дорожки и решил немного потренировать руки. Он ушел к тренажерам в другую от Тэхена сторону, прислушиваясь к бодрой музыке в зале и своим ощущениям в напрягающемся теле. О парне он вовсе не размышлял, отвлекаясь на спорт и людей вокруг, на которых иногда посматривал. На Кима он не глядел, всячески игнорируя его, чтобы вновь не погрузиться в воспоминания. В такие приятные и запретные. Поэтому Чонгук настолько сильно отвлекся, что не увидел, когда младший перестал мучить бегом крепкие ноги и слез с тренажера.       Чон подошел к спортивному тренажеру, который предназначался для бицепсов бедер, но, заметив непонятное устройство там, тяжело и разочарованно вдохнул. Он совершенно не понимал, как им пользоваться. Чонгук знал, что надо лечь, расставить ноги в стороны, упираясь стопами в тяжелую пластину, а после поднимать и опускать пресс, так как видел это у других людей. Только вот как убрать фиксирование этой тяжелой пластины он не понимал и не помнил. Оглядевшись вокруг и не заметив тренера, мужчина выругался сквозь сжатые зубы.       — Помочь? — раздался рядом глубокий и немного хриплый голос.       Чонгук испуганно повернулся в сторону говорящего, встречаясь взглядом с Тэхеном. Тот стоял в паре метров от него, весь вспотевший от нагрузок и тяжело дышащий, и смотрел на полицейского, держа в руках бутылку с водой. Чонгук сглотнул и чуть приоткрыл рот, совершенно не ожидая, что Ким к нему подойдет. Тот же протянул ему воду, Чонгук поблагодарил его, чуть замялся оттого, что это была не его бутылка, но резко поморгавшись, забил на этот факт и отпил немного спасительной влаги. Нечего сейчас брезговать из-за чужих слюней, они ими хорошо вчера обменялись.       Тэхен кивнул в сторону тренажера.       — Ложись, — Чонгук бегло кивнул и сделал так, как ему велели. — Ноги сюда, — он показал на места на толстой пластине сверху и, когда Гук подчинился, указал на рычаг. — Смотри. Его надо опустить, когда приготовишься, после пресс потеряет фиксацию, и ты должен будешь его удерживать ногами. Поднимай и опускай.       — Понял.       — Когда закончишь, вернешь рычаг в первоначальное положение.       — Понятно, спасибо, — выдохнул Чонгук и увереннее расставил ноги в стороны.       — По килограммам вроде норм, справиться должен. Давай, пробуй, и я пойду, — он махнул рукой.       «Иди сейчас», — хотелось бы сказать Чонгуку, так как он не хотел, чтобы за ним следили. Но вместо этих слов он благодарно улыбнулся и убрал рычаг, как ему велели. Когда тяжелый пресс начал давить на него, Чон распрямил ноги до конца, а потом вновь согнул их в коленях, напрягаясь. Тяжелая пластина двигалась вверх-вниз под движениями ног мужчины, пытаясь придавить его, пока Гук собирал силы в кулак, сгибал и вытягивал ноги, напрягаясь. Тэхен стоял возле него и неотрывно смотрел сверху, проходясь взглядом по четкому прессу на животе телохранителя, который виднелся из-под чуть скомканной одежды, и по выделяющимся мышцам на сильных и натренированных ногах. Чонгук смотрел прямо и сосредоточенно, но боковым зрением видел, как жадно и изучающе разглядывали каждую часть его тела. И Тэхен вовсе не собирался уходить, находя в подсматривании за мужчиной огромный интерес.       Чонгук простонал от усталости, когда ему стало особенно тяжко поднимать массивную пластину. Его накаленные от напряга ноги чуть задрожали, и Гук для удобства расставил их еще шире, откидываясь назад и продолжая тяжело дышать. Через пару секунд он полностью выдохся, поэтому зафиксировал рычаг и вымученно простонал, когда поставил ноги на пол, расслабляясь. Он ненадолго остановился, давая себе небольшую передышку, чтобы через несколько секунд продолжить опять. И в это время, когда Гук находился в самом уязвимом и усталом состоянии, его все еще взглядом прожигал Ким. Мужчина посмотрел на него в ответ, замечая, что Тэхен сначала упирался глазами в его раскрасневшееся и покрытое потом лицо, а после опустился ниже, теперь глядя на открытую промежность мужчины. Поза у Чонгука, конечно, была то, что надо: усталый и разнеженный Чон раскинулся на полу, ноги раздвинуты и согнуты в коленях, лицо все красное и вспотевшее, а взгляд поплывший и расфокусированный. Настоящий разврат, извращенец бы точно оценил.       — Я правильно делал? — утомленно спросил Чонгук и, когда Ким посмотрел в его глаза, необдуманно облизнул пересохшие губы.       Тэхен прочистил горло, резко опустив взгляд, и активно закивал головой.       — Да, класс. Только долго не занимайся, мышцы болеть будут, — бросил он и отошел от мужчины.       Чонгук проследил за ним взглядом, сглотнул скопившуюся слюну и помотал головой, чтобы откинуть настигающие его сознание горячие мысли. Он еще немного позанимался, перейдя на другой тренажер, потренировался там, а когда Ким закончил заниматься и направился переодеваться, Чонгук шагнул за ним. Там уже Тэхен не смотрел на него, постоянно отводя взгляд, куда угодно, но не в сторону старшего. И это озадачивало Чонгука, но он ничего не говорил против. Хочет смотреть — пусть смотрит. Не хочет — тоже его дело. Гуку только в радость, что на него не пялились двадцать четыре часа в сутки.       Чон уже думал, что сейчас спокойно помоется и отвезет парня домой без приключений, но, когда отвернулся к стене и зарылся пальцами в мокрые волосы, неожиданно ощутил прикосновения к себе. Чонгук мгновенно распахнул глаза и только хотел развернуться к незнакомцу, как сильное тело прижалось к нему сзади. Внутри возник страх, и мужчина вновь дернулся, чтобы уйти от чужих прикосновений. Но только он попытался вырваться, как руки обхватили его талию и провели по плоскому животу до груди.       — Тише, — прошептали на ухо так, чтобы Гук хорошо мог различить голос под струями теплой воды. — Я ничего не сделаю.       Нетрудно было узнать в постороннем Тэхена. Чонгук стиснул зубы и сжал кулаки, собираясь громко выругаться и недовольно оттолкнуть от себя парня. Какой нормальный человек вот так подкрадывается к другому и прижимает к стене? Тем более мужчину. И, конечно же, Гука это сильно встревожило. Но когда он, собрав волю в кулак и желая накричать на Кима, почувствовал влажные губы на коже в районе плеча, то шире раскрыл глаза в удивлении. Сердце быстро застучало в груди, чуть ли не пробивая ребра, а ноги слегка расслабленно подкосились. Мягкие губы прошлись по шее, оставляя дорожку невидимых поцелуев на коже, в то время как властные руки вновь гладили талию, на которую младший ловил огромный фетиш.       Чонгук скорчился, сдерживая в себе слабый стон, когда Тэхен приятно прикоснулся к месту за ухом, целуя уже там. Сейчас Чонгук не был пьян, но ему все равно нравилось происходящее, хотя со стороны это могло выглядеть дико и неприятно. Видимо, Чонгук такой же извращенец, как и Тэхен, потому что вместо того, чтобы продолжать сопротивляться, он замер, позволяя Киму дальше испытывать его тело на прочность. И лишь когда парень чуть ослабил хватку, мужчина развернулся к нему и надавил на грудь, немного отодвигая от себя.       — Нет, — протянул он, нажимая рукой сильнее, когда Тэхен захотел вновь приблизиться к нему и поцеловать.       — Нет? — переспросил парень и усмехнулся. — Почему?       — Нас увидят, — серьезно проговорил Чонгук, быстро оглядываясь по сторонам, но никого не обнаруживая.       — Тут никого нет, — прошептал Тэхен и вновь наклонился, крепче оплетая руками талию Чонгука. Тот от неожиданности приоткрыл рот, чем Ким хотел воспользоваться и прикоснуться губами ко рту старшего. Но тот резво отвернулся, подставляя щеку.       — Я сказал — нет, — парень опять попытался проигнорировать сказанное ему, но Чонгук сильно оттолкнул его от себя, глядя уже со злобой в глазах. — Ты глухой?       — А че такого? — искренне не понимал Тэхен и открыто смотрел на нахмуренного Чонгука. — Тебе ведь понравилось.       Он сделал шаг вперед, но Чонгук сощурился и стиснул зубы так, что парень заметил желваки на его скулах.       — Не надо, Тэхен, а то мне придется применить силу.       Тэхен все еще пораженно смотрел на него и не понимал, почему мужчина, который еще вчера поддавался ему и свободно целовал, сейчас отталкивал и скалился. Чонгуку было нехорошо от своих действий, но этот кошмар пора было прекращать. Гук-то уже обрадовался, решив, что между ними ничего не будет, раз младший никак не упоминал вчерашний случай. Но нет. Момент в душевой все испортил не только Чонгуку, но и Тэхену, который рассчитывал на большее со стороны телохранителя. Какой же Чонгук дурак. Не стоило вообще соглашаться на первый поцелуй с Кимом, потому что тот явно увидел зеленый свет своим действиям, не заставляя себя ждать. Тэхен хотел большего, чего Чон позволить не мог.       — Блядь! — выругался парень и быстро покинул душевую, оставляя мужчину одного.       Через полчаса Чонгук вышел из здания спортзала один, замечая возле машины курящего Тэхена. Тот опирался пятой точкой о капот и смотрел куда-то вдаль, выпуская дым изо рта. В этот момент на душе заскребли кошки, а тошнота неприятно подкатила к горлу. Надо же, ему впервые от самого себя так тошно. Соблазнил пацана, который на девять лет его младше, а теперь отталкивал его. Нельзя так играть с людьми, Чонгук прекрасно это понимал, но не мог позволить Тэхену и дальше делать то, что тому в голову придет. Было необходимо расставить все точки над «и» и больше никогда не возвращаться к этому напряженному разговору.       Ким заметил телохранителя, когда Чонгук подошел ближе. Гук достал сигареты из кармана и тоже закурил, так же, как и парень, оперевшись о тачку. Чонгук глубоко затянулся, после выдыхая едкий дым и сосредотачиваясь на предстоящей беседе.       — Тэхен, давай кое-что с тобой проясним, — тихо произнес он и нервно облизнул губы. Тэхен даже не повернулся к нему, продолжая смотреть куда-то вперед. Поэтому Чонгук, слегка прокашлявшись, продолжил, пытаясь придать голосу большую уверенность: — Ты вчера сказал, что поцелуй будет пробным и единственным. То, что было вчера, останется в прошлом. Давай забудем об этом, хорошо? Ни тебе, ни мне это не нужно.       Парень усмехнулся и опустил голову, после помотал ей и лениво приподнял опять. Он действовал так, словно не знал, как ему поступить и что сделать.       — Почему я должен это забывать, если мне понравилось? — Тэхен вдумчиво посмотрел на мужчину. — И тебе, кстати, тоже.       — Тэхен, дело не в этом.       — А в чем? Зачем отрицать то, что мы оба получили удовольствие? Ты нравишься мне, я — тебе. Разве это не первый шаг к близости?       — Но это неправильно. Так быть не должно, — все пытался объяснить мужчина. — Я — твой телохранитель и намного старше тебя, — если подключить сюда и то, что Чонгук на самом деле агент под прикрытием и у него есть жена и ребенок, то вообще кошмар получался.       — Вот не похуй? — дерзко высказал Ким, а Чон спокойно помотал головой.       — Мне — нет. И я не говорил, что мне понравилось…       — Чего, блядь? — язвительно выдал парень. — Ты сейчас в отказ собираешься идти? — он нахмурился. — Я, блядь, не тупой и не слепой. Видел, как ты кайфовал оттого, как я орудовал языком в твоем рту. У тебя чуть не встал, пока я трогал тебя.       — Тэхен, послушай меня, — попытался вразумить его Чонгук, но тот не мог уже остановить поток слов, которые из него вырывались:       — Ты боишься, да? — от этих слов Гук резко закрыл рот, что не осталось без внимания парня. Он едко осклабился. — Потому что ты мужчина, и тебе понравилось сосаться с парнем?       — Помолчи и послушай меня.       — И не собираюсь, потому что я прав, — четко произнес Тэхен, выпрямившись, и выкинул остатки сигареты на землю. Чонгук напрягся, когда младший встал напротив и серьезно посмотрел на него. — Ты — трус, который не хочет попробовать в своей жизни что-то новое. Трус, загнанный в рамки.       — Хорошо, я — трус, пусть будет так, — согласился мужчина и чуть отстранился от Кима. — Но больше не надо ко мне приставать.       Тэхен неотрывно смотрел на него еще несколько секунд, а после, заметив, как старший некомфортно чувствовал себя и все отводил глаза в сторону, горько улыбнулся и отошел на пару шагов назад.       — Окей, я тебя понял, — выдал он и покивал головой, затем приблизился к дверце тачки и молча залез в машину на заднее сиденье.