Совершенно секретно

      Нет, наверное, в мире более романтизированной вещи, чем идея начать жизнь заново. Просто бросить все и начать с чистого листа. Но в реальности это происходит вовсе не по нашей воле. Не потому, что в какой-то момент жизни появилось желание все изменить под корень. Просто реальность вторгается в наши планы и разрушает мир, в котором мы привыкли жить.       Чонгук мчал на всех скоростях по ночной трассе, глядя только вперед. Им еле как удалось вырваться из огромной западни, объяснение которой Чон не сможет найти еще очень долго. Если ему это вообще удастся, и его не грохнут люди Тэхена. Гук иногда поглядывал в зеркало заднего вида, смотря на измученное заплаканное лицо младшего, который тупил взгляд в темноту, но вряд ли вообще что-то там видел. Чонгук печально вздохнул и отвел глаза. От увиденного и пережитого в душе у него возникла огромная кровоточащая рана, которую залечивать придется еще очень долго.              Чонгук бы сейчас хотел начать жизнь с чистого листа, пусть даже это было вынужденным решением. Только он не знал как. От адреналина все еще не могла уложиться мысль, что его подставили, причем спланировано это было с самого начала. Голова все не прекращала болеть, и Чону оставалось лишь молиться на то, что с ней ничего серьезного не произошло. Правда, успокоиться и не думать вовсе не получалось. Чонгука целенаправленно выбрали для этой миссии, ему специально сказали, что это срочно и не требует отлагательств. Но зачем? В чем его цель? Или это Гук кому-то перешел дорогу, и свои решили его слить? Странно, ведь Чонгук — неконфликтный человек, да и в полиции к нему хорошо относились. Так что это исключено. Но мучил другой вопрос. Если бы легавые хотели схватить Тэхена, используя в своих корыстных целях, то причем тут Чонгук? Именно Чон, а не кто-то другой, например, обычный полицейский, иногда работающий агентом под прикрытием? Потому что красивый и во вкусе Тэхена? Бред! Такие жертвы ради мнимой защиты пацана.              Но с этим всем Чонгук разберется потом. Сейчас нужно было скрыться на время и решить, что ему делать дальше. Он свернул на побочную дорогу с трассы и остановился за деревьями. На Тэхена ему было стыдно смотреть, поэтому Гук бросил через плечо, что сейчас придет, а сам вместе с ножом и антисептиком вышел на улицу. Ночной ветер чуть ослабил головную боль, а мужчина вдохнул полной грудью и отошел подальше от тачки. Только он хотел присесть на корточки, как услышал хлопок дверцы за спиной. Чонгук удивленно развернулся, чтобы попросить Кима вернуться в машину, как ощутил сильный удар на щеке. Резкая боль вновь возникла в черепной коробке, и Чон пошатнулся.              — Это тебе за вранье! — сквозь зубы выдал Тэхен, с силой сжимая кулаки.              Чонгук сплюнул кровь и виновато посмотрел на парня. Тот морщил лицо то ли от гнева, то ли от печали, возникшей из-за раскрытия горькой правды, а его глаза все еще слезились.              — Прости меня, Тэхен, — тихо сказал Гук и опустил глаза в землю. — За все прости…              — Нет, блядь, простыми извинениями ты не отделаешься! — он схватил телохранителя за ворот и притянул к себе, прошептав прямо в лицо Гука: — Я тебе верил! — Ким крепче сжал ткань, будто пытался порвать ее. Чон большими жалостливыми глазами глядел на него, впитывая в себя бурные эмоции парня. — Я проникся тобой и искренними чувствами к тебе, а ты все это время игрался со мной и использовал! — Чонгук было открыл рот, чтобы возразить, но вовремя одумался и промолчал, поджав губы. Тэхен встряхнул его. — Ты врал мне с самого начала, прикрываясь другой личностью, а я, придурок, и не заметил, что иногда ты слишком странно себя вел. Но я все списывал на твой закрытый характер, — он горько усмехнулся. — Надо было еще давным-давно попросить Сокджина пробить тебя по базе, но… — Тэ чуть ли не зарычал, одновременно с этим продолжая плакать, тем самым причиняя еще больше боли растерзанному сердцу Чонгука. — Я, сука, доверился тебе, открыл свою душу и впустил в свой мир, хотя редко это делаю! А ты… — Тэхен задрожал, все еще отчаянно смотря в печальные глаза своего уже бывшего телохранителя. — Ты лишь выполнял свою задачу, как бездушная машина…              — Тэхен, — спокойно произнес Чонгук и положил руки на кулаки парня, которые продолжали стискивать его одежду. — Ты безусловно прав в том, что я тебе лгал, но мои чувства к тебе — не фальшивка.              — Пиздишь, как дышишь, — криво усмехнулся парень, не прекращая дрожать от слез, которые в нем копились, не найдя выхода.              — Нет, Тэхен-и…              — Не называй меня так! — истерично выкрикнул Тэхен и задышал так часто и агрессивно, что его ноздри широко раздувались. — Не смей!              — Послушай, милый, — ласково произнес Чонгук и тепло улыбнулся. Он аккуратно погладил сжатые руки парня, у того от такой нежности в столь безумный момент еще сильнее потекли слезы по щекам. — Я тебе все объясню, когда мы снова сядем в машину, расскажу все-все и ничего скрывать больше не буду, — Чонгук погладил костяшки сначала пальцем, а потом быстро чмокнул их. — Обещаю…              — К-как? — лицо Кима исказилось от плача, и он громко всхлипнул. — Как я м-могу тебе в-верить после в-всего?              — Прошу, — Чонгук натянул на губы робкую улыбку. Он легко дотянулся до щек парня и осторожно, чтобы не сделать больно, смахнул чужие слезы. Тэхен не дернулся, продолжая прожигать мужчину ненавистным взглядом. — Выслушай меня, Тэхен-и, а потом уже реши, что делать. Но, Богом клянусь, моя любовь к тебе — это то, о чем я никогда тебе не врал.              Парень всхлипнул еще пару раз, а после разжал хватку, отпуская телохранителя. Чонгук жалостливо смотрел на него, в то время как Ким отошел от него на пару метров, прикрыл зареванное лицо ладонью и жалобно застонал. Ему было так больно, что у Чона разрывалось сердце на куски. Он и сам сейчас чувствовал грусть и полнейшее отчаяние, и неизвестно даже, каким образом он еще удерживался на ногах. Если бы не поджимающее время, Гук бы бросился на колени перед Тэхеном, умоляя о прощении. Но не только время влияло на действия мужчины, а также и обстоятельства. Киму надо самому успокоиться и прийти в себя. Как и Чонгуку, который вот-вот разревется. Как, оказывается, быстро могла испортиться жизнь, всего за какой-то несчастный вечер.              Чонгук потянулся к ножу и облил его антисептиком. После он обработал кожу на руке и присел на корточки. Нужно срочно вытащить чип, пока их снова не отследили. Чонгук тяжело сглотнул и кивнул сам себе, собираясь с силами. Нож он приставил к пальцу и надавил. Острая боль разнеслась по руке, а сердце чаще забилось. Алая кровь потекла на землю, пачкая траву, но Гук останавливаться не собирался.              — Ч-что ты делаешь? — раздался заплаканный голос рядом, в котором отражалось волнение.              — Вытаскиваю чип, — быстро ответил Чон и посмотрел на рану, замечая внутри маленькое устройство. — Чтобы нас не засекли копы.              — Это через него за тобой следили? Точнее… за нами.              — Ага, — выдал мужчина. — А я, дырявая башка, забыл про него. Мне вживили его много лет назад.              — Охуеть, — выдохнул Ким и наклонился ниже, чтобы увидеть неприятное зрелище, прикрывая рот рукой от шока. — Всех полицейских чипируют?              — Агентов под прикрытием — да, — Чонгук протянул нож Киму, не оборачиваясь. — Можешь подержать?              Тэхен кивнул и послушно взял холодное оружие, внимательно смотря за действиями Гука. А тот подцепил пальцами устройство и извлек из руки.              — Зачем ты его вытащил? Тебе разве выговор не сделают за такое? — вдруг спросил парень, разглядывая чип размером в несколько миллиметров.              Чонгук горько усмехнулся.              — Ты думаешь, что меня когда-то примут обратно на работу в полицию? Я сейчас числюсь преступником за неподчинение начальству.              Тэхен промолчал, поджав губы. Истерика временно куда-то отступила, чему Чонгук был очень даже рад. Чон выпрямился и выкинул устройство в кусты, после полил на руку антисептиком.              — Можешь, пожалуйста, принести бинты из аптечки?              — Сейчас, — бросил Тэхен и подскочил с места.              Чонгук печально посмотрел куда-то в темную даль и устало вздохнул, рассматривая немного посветлевшее небо из-за скорого восхода солнца. Стоило вернуть Тэхена домой, а самому уехать куда-нибудь на время, залечь на дно и подождать, пока все не устаканится. Или же сразу сдаться со всеми потрохами и достойно принять свою участь. Прийти с повинной к своим, если их еще можно так называть, и навсегда исчезнуть из жизни Кима.              — Вот, держи, — возник рядом Тэхен и протянул Гуку необходимое.              — Спасибо, — вежливо улыбнулся Чонгук и забрал бинты.              — Тебе помочь? — предложил Тэхен, с ужасом глядя на обильно вытекающую из раны кровь.              — Не переживай, я сам, — Чонгук ловко наложил вату, а сверху замотал бинтом, чтобы хоть как-то остановить кровотечение.              — Но у тебя все еще идет кровь…              — Знаю. Рану надо бы зашить, но у нас нет на это времени, — Чон кивнул в сторону мужчины. — Иди, садись.              — Куда мы сейчас поедем? — нахмурился Ким. — Ты решил сам меня выкрасть?..              — Нет, да и зачем мне это? — помотал головой Чон.              — Да хуй тебя знает! Я вообще ничему не удивлюсь уже, — психанул Тэхен, взмахнув руками.              — Не переживай, — спокойно выдал Гук. — Пока поедем в убежище, а днем я отвезу тебя домой или к твоему отцу, — быстро ответил Чонгук и, собрав все вещи, направился к автомобилю. — Сейчас нам надо на время скрыться от полиции. Скорее всего, за нами уже выехали.              Он достал свой телефон и вытащил симку, также выкинув ее к чипу в кусты. Тэхен пораженно за всем наблюдал, но продолжал молчать, изредка всхлипывая и прерывисто выдыхая. Чонгуку было интересно, выглядел ли он со стороны, как холодная мразь, или нет? Наверное, да. На месте Тэ Гук бы устроил настоящую истерику по сравнению с тем, что сделал парень: ударил некогда любимого мужчину и высказал свое недовольство в лицо. Тэхен, на удивление, был даже очень спокойным и сдержанным, не пытался сбежать, продолжая кричать или звать на помощь на ярких эмоциях.              Вдруг он остановился и посмотрел на зареванного Тэхена. Тот сильнее нахмурился.              — Сними серьги, которые я тебе дал, — попросил Чонгук и выставил вперед ладонь. Тэхен поджал губы, но подчинился. Он отдал маленькие украшения Чону, и тот тут же выкинул их. — Через них я тебя выследил, поэтому не исключено, что и полиция сумеет отследить. Это все их прибамбасы.              — Понятно, — просто ответил парень, не задавая лишних вопросов.       После они оба сели в машину, и Чон тут же тронулся с места, выезжая на дорогу, чтобы дальше следовать по намеченному пути. Тэхен в этот раз сел на переднее сиденье, хотя Гук попросил его немного поспать на задних, ведь ехать им еще чуть больше часа. Только у парня на этот счет были совсем другие планы.              — Я жду, — просто сказал он, убавляя звук на магнитоле, чтобы заглушить радио. Чонгук беспокойно глянул на него, отмечая серьезное лицо Кима. Тот даже всхлипывать перестал. — Все говори, от начала и до конца, без вранья.              — Хорошо, — чуть кивнул Чон и прочистил горло. — Не перебивай меня, пожалуйста.              — Ладно, — тихо ответил Тэхен.              Чонгук иногда представлял себе, как именно поведает правду о своей жизни и как при этом отреагирует чувствительный Тэхен. Рано или поздно это бы случилось, но лучше всего, если бы обстановка была располагающая и спокойная. К сожалению, это всегда травмирующее событие, как бы тщательно к нему ни готовились. Правда, случилось все еще хуже, чем Гук мог представить. Плюс был в том, что часть информации Тэхен все же насильно узнал, совсем не ожидая такого поворота событий. Поэтому сейчас дело оставалось за малым — повторить историю своей жизни, но уже от своего лица, а не со слов полиции. Правда, сердце болеть при этом не перестало.              — Меня зовут Чон Чонгук, мне двадцать девять лет, и я инспектор полиции, — на этих словах Ким аж дыхание задержал, продолжая пристально смотреть на профиль мужчины. — Я родился и вырос в Пусане. После школы и успешно сданных экзаменов был принят в академию, а после назначен на должность полицейского в местный участок. Во время учебы в академии я встретил Джиын, это моя жена, с которой мы до сих пор состоим в браке и у нас есть двухлетний сын Сан, — он вздохнул и остановился на мгновение. Ким молча смотрел на него и никак не реагировал, поэтому, собравшись с мыслями и решая не медлить, Чон продолжил: — Я — непростой инспектор. В мои обязанности также входила детективная работа под прикрытием, с которой я успешно справлялся. Меня отправляли на разные задания, но я никогда не смел перечить начальству, ведь работа — есть работа. И я думал, что ничего в моей жизни не изменится, пока… меня не отправили на последнюю миссию… Самую, как оказалось, сложную.              — Какую? — не сдержался Ким и спросил еле слышно.              — Стать твоим телохранителем, втереться к тебе в доверие и через тебя выйти на твоего отца, — произнес Чонгук, крепко сжимая руль. Тэхен медленно опустил глаза, думая о чем-то своем, и отвернулся.              — Вот как…              — Но мне не сказали истинной цели моего задания, — резко сказал Чон, пытаясь хоть как-то оправдаться. — Мне рассказали все кратко, дав перед нашей встречей небольшое количество информации о тебе и твоем отце. Я лишь знал, что должен стать твоим другом, через тебя узнать про Енука и подобраться к нему. Я должен был действовать как профессионал, а не… спать с тобой и крутить роман, — выдохнул полицейский. — Я не знал, что они специально выбрали меня для этой миссии, так как я… в твоем вкусе. Они, как оказалось, с самого начала хотели, чтобы я сблизился с тобой… в любовном плане. И… — он недобро ухмыльнулся, — их не смутила даже моя семья.              — Пойду поплачу за тебя, что ли, — хмыкнул Тэхен, все еще не смотря на мужчину.              — Тэхен, пойми. То, что было между нами, — правда. Пудрить тебе мозги и играть в любовь не входило в мои планы, — он глянул на холодного с виду Кима. — Я поэтому… боялся отношений с тобой. Ты был прав, когда говорил, что я ломался и строил из себя недотрогу, но хотел этого в глубине души. Ты мне, правда, нравился, и меня тянуло к тебе, но я понимал, что не должен был поддаваться своим желаниям. У меня ведь жена и сын, а я не любитель ходить налево.              — Но поддался соблазну?              — Да, и не жалею ни капли.              — Вот почему ты так странно себя вел, — фальшиво улыбнулся Ким. — Значит, если прислушаться к твоим словам, то это я виноват в том, что ты изменил своей любимой жене?              — Нет, в этом виноват только я. Это все произошло только из-за меня, я сам все испортил своими тайнами. А ты… — Чонгук слабо улыбнулся, — показал мне новый мир, за что я тебе очень благодарен. Я был счастлив вместе с тобой. И поверь, мне жаль, что все вышло… так. Я бы хотел встретиться с тобой при других обстоятельствах, но… что сделано, то сделано. Да и вряд ли бы мы в обычной жизни, когда увиделись, заметили бы друг друга. Мы с тобой слишком разные, — Тэхен ничего на это не отвечал и не перебивал, продолжая смотреть перед собой. Поэтому Чонгук закончил: — Я выполнял свою работу, Тэхен. Полиция начала действовать из-за того, что твой отец — мафиози. Ты сам понимаешь, наверное, почему правоохранительные органы не отстают от криминальных личностей. И я активно поддерживал такое. Думал, что ты и твой отец будете для меня всего лишь очередной миссией. Поначалу это и правда была всего лишь работа, а потом… я просто боялся рассказать правду, — признался полицейский.       — И что ты собирался делать, когда твое начальство сказало бы, что все, отбой, возвращайся домой, полицейский Чонгук? — язвительно спросил Тэхен. — Кинул бы меня?              — Нет, ни за что, — помотал головой мужчина. — Такого бы не случилось.              — Да ну? — недоверчиво выдал Тэ и посмотрел с прищуром на бывшего телохранителя. — Но работа — есть работа, как ты и сказал.              — Наши отношения — это не работа, — уверенно произнес Гук. — Если бы это была просто моя миссия, я бы не приехал за тобой на склад, не ослушался начальства и вернул тебя копам и уж точно не ехал сейчас с тобой в неизвестность на свой страх и риск. Так что ты — не очередное мое задание.              — Да-да, я понял, можешь не говорить одно и то же по сто раз, — фыркнул он. — Скажи-ка мне лучше, много успел нарыть на мою семью, пока играл в хорошего телохранителя?              — Ничего, — честно ответил Чон, а Ким приподнял бровь с интересом.              — Да ладно? Ни за что не поверю, — ухмыльнулся он.              — Это правда. Я ничего не смог выяснить, а когда наши отношения… начали активно развиваться, то тем более не стал ничего искать. Но даже если бы узнал что-то, не рассказал бы.              — Ой, да ты прям душка, — с сарказмом выдал Ким. — Своей жене ты тоже лапшу на уши вешал по красоте?              — Я сказал все Джиын, — проговорил Чонгук. — Я рассказал, что изменил ей.              — И че? — хмыкнул Тэхен. — Она сейчас простит тебя, и ты вернешься к ней?              — Я сказал ей, что люблю другого, — выдохнул Чон и нервно облизнул губы, душа все еще ныла. — Я не вернусь к ней, Тэхен-и. Никогда не вернусь. Даже если наши пути сегодня разойдутся, и мы больше никогда не увидимся, я не могу лгать Джиын. Я не смогу жить с человеком, к которому больше не испытываю романтических чувств. Поэтому я просто… исчезну из ее жизни. И твоей, скорее всего, тоже.              — И из моей?              — Не думаю, что ты готов простить мне предательство. Плюс твой папа меня в порошок сотрет, если узнает, с кем все это время находился его сын. Если уже не в курсе. Да и, Тэхен, — он с жалостью посмотрел в глаза парню, — настоящего меня ты не знаешь и никогда не знал. Ты влюбился в Чхве Юнхо, который был моей очередной фальшивой личностью, а таких у меня много. Настоящий я никогда не был за границей, не работал охранником и не хотел быть личным телохранителем. Я намного старше тебя, у меня есть жена и ребенок. И хоть настоящий я тебя любит, по-настоящему любит, но на твоем месте я не давал бы себе шанс.              Тэхен глядел на него с огромным разочарованием и застывшими слезами на глазах, но больше плакать не смел. Он лишь грустно усмехнулся, сделав музыку громче, и отвернулся к темному окну. Через отражение Гук заметил, что тот держался из последних сил, чтобы вновь не разреветься. Чонгук решил больше ничего не говорить, чтобы не усугубить и так напряженную атмосферу, и сильнее надавил на газ. Как назло, по радио заиграла какая-то трогательная песня о любви группы «Scorpions», и Чонгук со своим хорошим знанием английского печально вздохнул и уткнулся взглядом в дорогу, все больше погружаясь в туманные мысли.              Через какое-то время они свернули с главной дороги на проселочную, и Тэхен напрягся. Они медленно заехали в небольшую деревню, и Ким с интересом уткнулся в окно, рассматривая малочисленные домики, половина из которых были разрушены и брошены. Чонгук сам был тут впервые, поэтому внимательно оглядывал местность. Благо начало уже светать, и кое-как можно было разглядеть улицу.              — Где мы? — поинтересовался Тэхен, с волнением смотря на Чона.              — Недалеко от Пусана, — выдал Гук, а Ким шире раскрыл глаза. — Здесь находится дача Хосока — парня, который помогал нам в расследовании. Я звонил ему днем, помнишь? — Тэ неуверенно кивнул. — Он когда-то работал со мной, но после ссоры с начальством уволился, и сейчас он сам себе директор. Я к нему обращаюсь иногда. Участок в этой деревне он купил уже после того, как ушел из органов, так что в полиции про него не знают. Хоби разрешил мне, если случится что-то непредвиденное, перекантоваться тут пару дней, тем более что в этот дом они с женой приезжают редко, так что сейчас там никого нет.              — Ого, — пораженно сказал Ким и неожиданно усмехнулся. — А я уже ужасов себе напридумывал.              — Больше накручиваешь себя, — ухмыльнулся Чонгук и остановился возле одноэтажного дома. — Вроде он, если я не путаюсь в координатах.              Он вышел из автомобиля, осмотрелся по сторонам и, кивнув самому себе, что не обознался, подошел к забору. Недалеко от ворот под большими неприметными камнями лежали ключи. Гук довольно заулыбался и принялся открывать калитку. Тэхен встал позади и любопытным взглядом проследил за действиями мужчины. Тот прошел мимо забора и направился к дому. Судя по всему, Хосок появлялся тут недавно, так как территория была достаточно ухоженной. Ключи, к счастью, подошли и к тому замку, и теперь они могли спокойно зайти в дом, не переживая о том, где бы переждать полдня, и поразмышлять о дальнейших действиях.              Чонгук щелкнул выключателем, и небольшое помещение озарилось светом. В доме также было хорошо убрано: все лежало аккуратно на местах и пахло даже не пылью и захламленностью, а свежестью. Чонгук стянул обувь и прошел дальше, войдя в небольшую кухню, чтобы осмотреть шкафчики на наличие хоть какой-нибудь еды. Тэхен медленно снял свою обувь и прошелся по комнате, рассматривая дом одновременно с подозрением и удивлением.              — К сожалению, душа тут нет, но могу разогреть баню. Это то же самое, что и сауна. Она вроде как есть на участке, — произнес Чонгук и посмотрел на парня.              — Ничего не надо, — выдал Ким.              — Уверен? Смыл бы с себя всю грязь, пот и…              — Не хочу, — настойчиво отказал Тэхен и скрылся в другой комнате.              Чонгук поджал губы и невольно пожал плечами, но решил больше не мешать Тэхену и не раздражать его лишний раз. Итак дел наворотил. Поэтому он провел Тэхена в комнату с кроватью, там же достал постельное и быстро все приготовил. Ким молча наблюдал за ним и, сидя в стороне, обнимал себя руками так, словно замерз.              — Все, постель готова, — устало выдал Чон. — Сейчас немного растоплю печь, чтобы ты согрелся, но сначала воды в баню натаскаю.              — Я же сказал, что…              — Я себе, а ты можешь отдыхать, — перебил его Чон. — Ночь выдалась сложной. Если пока не хочешь спать, можешь глянуть телевизор. Пару каналов тут ловит.              Ким поджал губы и слабо кивнул. После того, как Чон увлек Тэхена просмотром какого-то корейского фильма по телевизору и тот, укутавшись в плед, засмотрелся в экран, Чонгук побежал на улицу. Небольшой дом, который и был баней, удалось найти сразу, и там даже было все необходимое. Колонка находилась совсем рядом, поэтому Гук мигом натаскал воды, подкинул в печь дрова, а после вернулся в дом, чтобы уже там затопить маленькую печку, так как другое отопление в доме отсутствовало.              Тэхена Чон больше не проверял. Он уселся возле маленькой лампы и аккуратно, морщась от боли, размотал бинт, который успел пропитаться кровью. Рана уже перестала обильно кровоточить, но зашить поврежденное место все же нужно было, правда, делать это лучше, когда он помоется, ведь после греть и тем более распаривать ее категорически запрещалось. Поэтому Чон обработал еще раз поврежденную руку и, вновь обмотав, направился к Тэхену, который продолжал неподвижно сидеть и пялиться в экран.              — Ты бы ложился спать, — вымотанно выдохнул Чонгук.              — Вряд ли я сейчас смогу уснуть, — признался Тэхен и перевел взгляд на старшего. — Тем более здесь.              — Но постараться надо.              — Для чего? — горько ухмыльнулся Ким. — Чтобы что? Забыться и проснуться с чистой головой? Увы, все хуйня, и завтра может быть еще хуже.              На это Чонгуку было нечего ответить, и он виновато опустил взгляд в пол, а после бесшумно ушел, оставляя Тэ одного. Мужчина бы тоже не смог уснуть, если бы был на месте парня. Слишком травмирующие события произошли, которые просто так не отпустишь. Но сон действительно успокаивал, и жаль, что Ким не хотел даже попытаться отключиться, хотя бы на время. Чонгук вот точно не уснет этой ночью, ведь завтра, хоть и настало, но все еще пугало своей неизвестностью. День-то длинный, мало ли что еще могло произойти. Самое страшное — прикончат Чонгука сразу или немного с этим повременят. В любом случае, как прежде уже никогда не будет, и нечего строить из себя невинную овечку.              Чонгук нашел резервный телефон в подсобке с запасной симкой на имя Хосока и очень этому обрадовался, ведь была хоть какая-то связь с цивилизацией. Он незаметно вышел на улицу и набрал друга. Тот ответил незамедлительно.              — Смотрю, ты на мою дачу пригнал, — произнес приятель на той стороне.              — Да. Спасибо огромное, что разрешил тут переночевать. Что бы я без тебя делал, друг? — произнес Чон с теплой улыбкой на лице.              — Ты ведь мой бро, как я мог бросить тебя в беде? — от этого Чонгук стиснул губы и сморщился, ощущая, как защипало в глазах от накативших чувств. — Вы как там? — тут же спросил Хоби.              — Плохо все, — честно сказал Гук и поднял глаза к посветлевшему от восхода солнца небу, ощущая, как в горле начинал возникать мешающий ком. — Меня раскрыли. Начальство сдало меня и…              — Я слышал, — тихо сказал друг. — Я все слышал… Это пиздец…              — Не то слово, — нервно усмехнулся мужчина и схватился за голову. — Я не знаю, что мне делать.              — Почему ты не вернул им мальчишку? — поинтересовался Чон.              — Я… не смог, — выдал Гук и взглянул в сторону дома, где сейчас был Ким.              — У вас с ним все серьезно, да? — без доли веселья в голосе спросил Хосок.              — Было — да. Я не мог просто так отдать им Тэхена.              — Почему «было»? Все, прошла любовь — завяли помидоры?              — Она-то как раз и не делась никуда, — ухмыльнулся Чонгук и сильнее сжал пальцы в волосах. — Только сам понимаешь, что означает мое раскрытие перед всеми.              — Ну и вляпался же ты, — протянул друг. — Я не буду осуждать тебя за связь с этим парнем. Это ваше дело, я в чужие отношения не лезу, но, Чонгук, он ведь сын мафиози…              — Я понимаю…              — А ты — легавый. Нет, конечно, бывают такие связи, но, считай, твоя жизнь никогда не будет прежней. Теперь за твой проступок не только ты в опасности, но и твоя… семья. Джиын с Саном. Либо мафия к ним привяжется, либо полиция.              — Да, я уже думал об этом.              — Я не знаю, что тебе посоветовать, бро, — проговорил Хосок. — Я без понятия, как бы поступил на твоем месте. В любом случае, отвези Тэхена домой, парень и так настрадался. И заляг после этого на дно, либо сдайся полиции. Не думаю, что тебя сильно накажут, зато преступником не станешь.              — Да, наверное, так и поступлю, — соврал Чонгук, ведь такие перспективы ему вовсе не нравились.              Они еще перекинулись парой слов, а после Чонгук пошел в баню смывать с себя всю грязь, успевшую к нему прилипнуть. Там не было жарко, зато вода согрелась. Чонгук аккуратно протер свое тело мочалкой, дотрагиваясь до полученных ран с шипением и слабым стоном. Сильно поврежденную руку он не беспокоил, дабы не открыть ненароком вновь кровотечение. Хоть мыться и было для него сейчас проблематично, ведь тело ныло, голова не прекращала трещать, а сон постепенно накатывал, Гуку все равно было радостно, что он приведет себя хоть в какой-то порядок.              Когда Чон медленно мыл ноги, дверь в помещение неожиданно открылась. Чонгук с любопытством поднял глаза на вход и заметил обнаженного Тэхена. Тот самодовольно зашел внутрь вместе с тазом и поставил его на полок.              — Я думал, что ты не хотел мыться, — произнес немного растерянно Чон, а тот коротко ответил:              — Ты прав. Ложиться грязным на чистую постель — хуевое дело.              — Я не помешаю тебе? — Чонгук не просто так это спрашивал: места и правда было мало. Комната всего два на три метра.              — Нет. Если что, я сам тут справлюсь. Немаленький, помогать мне не надо.              Чонгук пожал плечами и отвернулся от Кима, который даже не смотрел в его сторону. Каждый занимался своим делом. Чон продолжал медленно мыться, каждое движение давалось ему с трудом, и Гук даже закусывал нижнюю губу, лишь бы не выдавать стонами то, насколько сильно ему было больно. Хоть он и занимался часто в зале, ему было непривычно напрягать свое тело так, как сегодня, особенно получать множественные синяки и ушибы. То, что он спас Кима в одиночку, для него уже было победой, а легкие травмы рано или поздно пройдут. Когда дело дошло до спины, Чонгук все же болезненно простонал, когда потянулся рукой, и Ким, несомненно, услышал это.              — Тебе помочь? — задал он вопрос с небольшим волнением в голосе.              — Нет, занимайся своими делами, — только сказал Гук, как из его рук тут же забрали мочалку.              — Не напрягайся, — Тэхен осторожно дотронулся до спины мужчины, отчего тот вздрогнул. — Блядь, твое тело выглядит так, будто по тебе грузовик проехал.              — Ничего страшного. Это временно, — выдохнул Чон и слегка улыбнулся.              Тэхен хмыкнул, но решил ничего не говорить. Он аккуратно водил по коже Чонгука, а где замечал синяки и ссадины, старался обходиться с ними нежно, не делая полицейскому больнее. Чон тоже молчал, прислушиваясь к каждому действию мальчишки, тот не торопился, тщательно выполняя все действия. Когда он дошел до поясницы, словно специально надавил на нее, и Гук прогнулся в спине. Когда он начал встречаться с Тэхеном, его тело стало таким чувствительным и податливым, что иногда Чонгук забывался и не успевал себя контролировать. Они достаточно часто занимались сексом, поэтому Чон привык к их с Тэ близости. Но сейчас это было скорее минусом, ведь нервные окончания уже передавали в мозг о начале наслаждения, а ситуация была максимально абсурдной, что хотелось провалиться сквозь землю.              «Нет, Чонгук, тебе нельзя», — кричало сознание, но тело уже начало постепенно возбуждаться, выдавая себя с поличным. Господи, каким же Чонгук стал извращенцем, раз умудрялся в такой патовой ситуации думать о наслаждении. Как же низко и некрасиво с его стороны.              А Тэхен, словно нарочно, обвел мочалкой ягодицы, намыливая их пеной. Чонгук просунул руку между ними и уже хотел сказать, что достаточно помылся, как неосознанно коснулся вставшего члена парня. Тот, поняв, что его спалили, теснее прижался к Чонгуку, заставляя ощущать свое возбуждение.              — Тэхен… — промямлил Чонгук и через плечо посмотрел на раскрасневшегося парня. — Т-ты…              — Знаешь, Чонгук, — проговорил Тэхен пониженным голосом, от которого у Гука побежали мурашки по телу. — Это полный абсурд, но, даже если ты повел себя, как настоящая мразь, любить тебя я меньше не стал.              Он обвел мягкие половинки пальцами, на что Чонгук снова простонал и прогнулся вперед. Ким уже знал, что нужно делать, поэтому, не ожидая мольбы мужчины, Тэхен пошел дальше, дотрагиваясь до сжатой дырочки. Он не медлил, особенно когда старший давал ему полную свободу действий, поэтому просунул один палец внутрь, размазывая вместе с тем скользкую пену. Чонгук протяжно проскулил и чуть наклонился, давая Киму больше доступа к себе.              Тэхен просунул палец глубже, находя комок нервов, отчего колени старшего подогнулись. Ким обвил рукой его талию, удерживая в одном положении, и теснее прижался к Чонгуку. Из-за достаточно частых занятий сексом особая растяжка Гуку была не нужна, но Тэхен все равно любил уделять ей время, доставляя при этом мужчине еще больше наслаждения.              — Знала бы твоя жена, как ты кайфуешь от моих пальцев в себе, — с придыханием выдал Тэ и добавил еще пару, сильнее раздвигая стенки. — Ты ведь так любишь, когда тебя ими трахают.              — Д-да, люблю, — простонал Чонгук и подался назад.              — Бедняга, столького лишался, пока не встретил меня, — словно с сарказмом протянул Тэхен и погладил железу.              — Это все ты, — плаксиво проскулил Гук и резко облизнул пересохшие губы.              — Я знаю, — он лизнул мокрую кожу на плече бывшего телохранителя и подвигал рукой, сильнее возбуждая Чона. — Моему эго это очень даже льстит — ты ушел из семьи ради меня. Говорю, как настоящая сука, но мне реально плевать. Ты от меня теперь никуда не денешься, — Тэхен поцеловал мужчину в плечо. — Куда ты пойдешь, когда вернешь меня домой? Ты теперь везде чужой и никому ненужный. Кроме меня, конечно же. Не бойся, я не дам тебя в обиду, детка.              — Ах… Тэхен!              Он трахал Чонгука пальцами, активно двигая рукой взад-вперед, внимательно и с огромным желанием в глазах смотря, как содрогался Чонгук в предоргазме, пытаясь скорее дойти до пика. И, когда он был почти готов кончить, Тэхен специально обхватил плоть Чонгука свободной рукой и принялся усиленно дрочить, постоянно трогая простату. Гук задрожал в чужих руках, все еще чувствуя поясницей большой член Кима. Это было так дико и страстно, что он успел забыть о раскалывающейся голове и ноющем теле. На место страданий пришло удовольствие, а от того, что Тэхен растаял по отношению к нему, в душе разливалось счастье.              Чонгук, громко простонав, кончил, что аж даже голова закружилась. Он оперся о полок, чуть на него не свалившись. Тэхен как раз вытащил из него пальцы и отошел на метр. Гук пьяно посмотрел на него, замечая, что тот был сильно возбужден. Ким же, ухмыльнувшись, обхватил себя и задвигал рукой, размазывая предэякулят. Чон облизнулся. В бане становилось все жарче, и Чонгук, глядя на полюбившийся ему член, развернулся к Тэ и присел на колени, хватая парня за ноги. Тот мигом растерялся.              — Ты чего вздумал? — спросил он пораженно.              — Ты не кончил, — Гук поднял на него свои невозможно большие глаза, отчего Ким жадно сглотнул. — Я помогу, — мужчина положил ладонь на возбужденный член, провел пару раз рукой и уже приблизил свое лицо к плоти, как Тэхен задержал полицейского за голову.              — Не надо. Тебе нельзя двигаться, да и губа у тебя разбита.              — Но я хочу этого, — признался Чон и крепче сжал бедра Кима.              — Ох, хен, в кого же я тебя превратил, — протянул Тэхен, будто дьявол, и обвел пальцем щеку мужчины, лаская его кожу. — Ты стал таким развратным. Со своей женой ты тоже таким был?              — Никогда, — покачал головой Чонгук.              — И славно, — Тэ обхватил свой член поверх руки Гука, чтобы вместе с ним довести себя до оргазма. — Так даже лучше, — он сдавил руку Чонгука, а тот в такт повторял движения за парнем, водя ладонью по половому органу. — Я не хочу, чтобы кто-то еще видел тебя таким.              — Каким? — выдохнул Гук и опустил взгляд ниже, вожделенно смотря на красную головку.              — Таким блядским. И знаешь, что, детка, — Тэхен ухмыльнулся, — на работе ты такой серьезный, жесткий и сильный, и я теперь понимаю, почему ты продвинулся по карьерной лестнице. Но, когда ты со мной… м-м, — Ким простонал, когда увидел, что Чон лизнул головку и тут же убрал язык, вновь невинно и расслабленно поднимая на него глаза. — Я впервые увидел тебя таким сегодня… ах, — он быстрее задвигал рукой вместе с ладонью Гука. — Таким дерзким и опасным. Ты действовал, как в настоящем боевике, и я был восхищен тобой. Если бы я не был так напуган ситуацией, у меня бы по-любому встал на такого тебя.              — Понравилось зрелище, значит? — выдал Гук и приоткрыл рот, медленно и сексуально облизывая губы.              — Очень, — парень наклонился ниже. — Но со мной ты такой ласковый и податливый. И только мой, — Тэхен зарылся свободной ладонью в волосы мужчины. — Хоть ты и был фальшивым телохранителем… ах, но ты был самым лучшим, — признался Тэ, постанывая и поскуливая периодически. — Никто и никогда не рвался спасать меня так отчаянно и смело, как это сделал ты. Так что, — он сжал волосы Чона и содрогнулся, рыча, будто дикий зверь: — Ты от меня никуда теперь не денешься.               Он сдавил член и тут же кончил, выплескиваясь прямо на лицо мужчины. Тот специально открыл рот и высунул язык, и чужое семя попало прямо в него. Чонгук жадно слизал сперму парня и проглотил ее. Тэхен от этого победно заулыбался, а после притянул к себе Чонгука, чтобы глубоко и страстно его поцеловать.              После того, как они, наконец, домылись и вернулись в дом, Чонгук все-таки занялся своей раной. Тэхен не ушел спать, как хотел до этого, а остался со старшим, помогая ему зашить рану на руке, а потом обработать другие. Чонгуку как-то спокойнее стало на душе, что Ким перестал на него обижаться и теперь нормально с ним разговаривал. Означало ли это, что невзгоды и проблемы отступили? Может быть. Только вот Чонгук еще не знал, что будет днем, и вдруг Тэхену все же взбредет в голову кинуть проблемного хена, сдать его копам или своему отцу, который от легавого живого места не оставит.              — Я сегодня звонил Хосоку, — сказал Чонгук и недовольно прошипел, когда Тэхен принялся обрабатывать ссадины на плечах. — Он советовал сдаться полиции.              — Идея — хуйня, — хмыкнул Ким. — Я все решу. Надо только с папой поговорить.              — Что ты решишь? — ухмыльнулся мужчина. — Твой отец меня в порошок сотрет, и понятно почему.              — Ничего он не сделает. Не посмеет.              — Хотелось бы верить, — упоминать, что Чонгук переживал также за Джиын, он не стал, понимая, что может разозлить Кима еще сильнее.              Когда они закончили, Тэхен запретил спать Гуку отдельно на диване, попросив лечь с ним на тесную и не совсем удобную кровать, его вообще не волновал возможный дискомфорт. Наоборот, он был даже рад, что наконец-то все улеглось и они могли вместе расслабиться. Парень прижался к Чонгуку, обвивая его тело руками, и уткнулся в шею, вдыхая с кожи запах душистого мыла. Чонгук мимолетно глянул в окно, где почти полностью посветлело, а после блаженно закрыл глаза, ощущая, как быстро накатывал сон на его сознание.