Поток

- Быстро сработал. Уверен, что тебя никто не видел? - он пересчитывал деньги, хотя точно знал сумму, которую держит в руках. Суми закатила глаза, ненавидя отца за излишнюю претенциозность. Зачем он напялил на себя этот костюм за две тысячи долларов и светил бриллиантовыми запонками? Боже, она никогда этого не поймет. - Есть сомнения? - отозвался парень, забирая заработанные деньги и небрежно кладя их в карман пыльных брюк. - Приятно иметь дело с профессионалом - сказал отец с каким-то высокомерным тоном и Суми заметила, как парень поднял голову, смотря на работодателя сверху вниз, хотя они были практически одного роста. - Здесь не все - сказал он, выпрямляясь. Черт, от него прямо веяло опасностью, аж дух захватывал. Суми знала, что он врет. Они обговорили точную сумму еще два дня назад. - Как это понимать? - начала злиться она. - У него был телохранитель, а мы договаривались только на один труп - самодовольно сказал он, переводя на нее взгляд. - Телохранитель? - удивленно спросил отец. - Что за бред? - недовольно добавила она. - Не верите? - он вытащил сложенную бумажку и всучил мужчине. - Здесь координаты мест захоронения. Советую взять с собой лопату - сказал он, хищно ухмыляясь. Отец смотрел на него с напряжением. Брови непроизвольно нахмурились, делая взгляд еще более строгим. Это бы сработало на каком-нибудь простаке, но Тоджи с легкостью выдержал этот угрожающий взгляд. Более того, он забавлялся. - Как бы там ни было, заказ был лишь на одного. А то, что ты решил убить еще... - Сколько? - перебил отец, еще больше возмущая девушку. - Отец! Да он же просто вымогатель! Не верь... - Сколь-ко - повторил он, игнорируя дочь. - Два трупа, двойная цена. Отец сжал губы в тонкую полоску, но все же пересчитал запрошенную сумму, чтобы вручить парню. - Приятно - он снова пополнил карман, не забывая о победной ухмылке. - Иметь дело с профессионалом - выдал он, подмигивая Суми и она не смогла сдержать очередное недовольное фырканье. Жадный ублюдок. Как он ее раздражал, не передать словами. *** Закрыв глаза, девушка надеялась, что удастся скорее уснуть. Она думала о предстоящем дне. О приеме, который устраивал отец. Списке гостей. Что нужно было говорить и как себя вести, чтобы не "опозорить" их благородную фамилию. От одной мысли о фальшивых улыбках и кокетливом настроений ее тошнило. Придется все вытерпеть, даже этих мерзких, флиртующих стариков, которые не упустят возможности "случайно" коснуться ее талии и ущипнуть за зад. Она начала злиться и уже хотела встать, чтобы выпить немного воды, как почувствовала холодную руку, зажимающую ее рот. Вес чужого тела давил сверху и она вскрикнула от испуга, но сильная ладонь поглотила все звуки. Открыв глаза, она увидела довольное лицо Тоджи и укусила его за ладонь, заставляя его ругнуться. - Ты больной! - она пыталась выбраться из под него, но это было бесполезно. Слишком тяжелый. - Тш-ш - он слегка укусил шею и она услышала щелчок ремня. - Серьезно! Тебе нужно лечиться. Тоджи вытащил ремень и проведя руками по талии выше, зафиксировал ее руки у изголовья кровати и приковал еще до того, как Суми поняла его задумку. - Что ты... Тоджи! Не смей! - злобно возмутилась она, но парень не слушал. Он сильно шлепнул ее по ягодице, заставляя девушку проглотить слова. - Ты была такой сукой сегодня. Он стянул с нее трусики, оставляя в легкой атласной ночнушке. - Не смей… Выпусти меня! - шепотом крикнула она, дергая руки вниз. - Замолчи. Шлепок. - Тоджи! Отец внизу. Тебе нельзя здесь быть - уже более мягким тоном предупредила она. - В прошлый раз тебя это не заботило. Как и в позапрошлый. И до этого - улыбнулся он, поглаживая бедра девушки. Она прикусила губу, вспоминая, как сильно старалась сдерживать стоны, когда брюнет был в ее постеле в последний раз. - Не помню такого - ответила она, но голос звучал совершенно неуверенно. Его это позабавило. Она видела это в искрящих глазах. - Намек понят - он притянул ее вниз к паху так резко, что она взвизгнула от неожиданности. - Я напомню - и влажный язык скользнул от шеи до мочки, заставляя ее дрожать. Грубые руки стискивали талию, грозясь сломать ребра. Она отчетливо ощущала его возбуждение. Это было невозможно игнорировать. Зубы легко прошлись по мочке и Суми тихо выдохнула, закрывая глаза от накатывающего удовольствия. Позже она возненавидит себя за то, что снова поддалась. Позже. Не сейчас. - Тоджи… Как же было сложно играть холодную суку день за днем, заставляя всех вокруг, включая отца поверить в то, что она ненавидела этого придурка. Врать пришлось лишь наполовину, ведь какая-та часть ее действительно не выносила его. Грубого и самодовольного. Как вообще можно было почувствовать что-то к такому беспринципному, жестокому животному? Объясните ей кто-нибудь. Но она почувствовала и продолжала чувствовать, тайно желая вернуть время вспять и оттолкнуть его так, чтобы навсегда. Так, чтобы ни шанса. Еще более тайно она желала, чтобы он разделил ее ношу. Дал понять, что ни она одна застряла в этом дерьме, но он молчал. - Так быстро сдалась? - он ухмыльнулся, оставляя в покое шею, успевшую покрыться волнами мурашек. Ее взбесил этот провокационный вопрос. Будь ее руки свободны, она бы оттолкнула его со всей силы. - Ненавижу. Он ничего не сказал. Припал к ключицам, опускаясь губами к груди, оттягивая ткань вниз. Пальцы пробрались между ног, собирая влагу. Все тело напряглось в миг, когда он стал кружить вокруг клитора. Снова и снова, в попытках урвать громкий стон. И что за одержимость? Его заводила мысль о том, что отец услышит, поднимется, откроет дверь ее спальни и застукает ненавистного наемника на своей дочери. Больной. Он приподнялся, чтобы оценить работу. Посмотреть на нее, раскрасневшуюся и запыхавшуюся. На мгновение его внимание завоевало что-то слева от нее. Она догадывалась, на что он отвлекся. Идеально выглаженное, темно зеленое платье висело именно там, куда он бросил взгляд. - Очередной прием? - как бы между делом спросил он. Она кивнула, не зная его реакцию на то, что собирается сказать. - Папаша снова будет искать спонсоров, бросив тебя, как наживку? - не было вопросительного тона. Он лишь решил убедиться в своей правоте и в любой другой день ей было бы нечем возразить. - Вообще-то… Завтра меня ждёт знакомство с будущими со-владельцами. - Что, твой отец обанкротился за то, что слегка приплатил мне сверху? - издевался он, раздвигая ее ноги шире. - Н…нет - выдохнула Суми, закатывая глаза от удовольствия. Большой палец непривычно мягко гладил чувствительное местечко и было всё тяжелее концентрироваться на их маленькой беседе. - Наоборот, он расширяется. Слияние компаний и…прочее - запнулась она, когда он ввел в нее палец. - Ммм. А ты тут причем? - Пойду знакомиться с будущим мужем - как на духу выдала она и все внезапно замедлилось. Мир остановился, заледенел и сузился до ошалевших глаз Тоджи Фушигуры. Он замер, словно его парализовали, но девушка видела, как начали пульсировать вены на бычьей шее. Потребовалась секунда, чтобы он спустил штаны, обнажая затвердевший член и еще столько же, чтобы он грубо и резко вошел в нее. Сдержать громкий стон на этот раз оказалось невозможным. Его руки блуждали по телу так, словно он пытался сломать ее. Бедра ныли от хватки, когда он снова набросился на тонкую шею, желая оторвать кусок мягкой кожи. - Тоджи - его имя вырвалось стоном от сладкой боли. - Тоджи, ты не можешь оставлять метки, забыл? - она пыталась напомнить ему, но он не слушал. Пожирал ее словно одержимый, вбиваясь в хрупкое тело до ломоты в костях. - Боже! - Забыла? - вдруг выдавил он сквозь сжатые зубы, но она не поняла вопроса. Даже не старалась понять. - Забыла кому принадлежишь? - повторил он, делая очередной резкий толчок и стало горько. Горько от мысли, что она понятия не имела, что творилось в его голове. Он не клялся ей в верности и не признавался в любви. Суми понятия не имела с кем он трахался помимо нее и к кому так же прокрадывался по ночам. Он ничего ей не обещал, поэтому ничего не должен. Как и она. Так ведь? Тогда почему он снова просит, нет, приказывает признаться в том, от чего она пыталась бежать. - Отвечай! - рычит он, сжимая горло. Она не могла понять, злиться ли он по настоящему или это часть их игры. И он останавливается. Заставляет ее нахмуриться от негодования и разочарования. Он пытливо смотрит яростными глазами в самую душу. Огонь, пылающий злостью доходит до ранимого сердца, заставляя биться чаще от чувства опасности. Ей хочется попросить его не останавливаться, но она прекрасно понимает, что он не продолжит свою сладкую пытку, пока не услышит то, что хочет. - Тебе - говорит она, стараясь звучать обыденно, но выходит слишком искренне. Почти отчаянно. - Повтори - требует он и хватка на шее в мгновение ослабевает, пока он медленно продолжается двигаться в ней. - Тебе. Я твоя - добавляет она, чтобы никаких сомнений. Чтобы уж совсем честно. Он сваливается, опуская руку и снова терзая клитор рваными движениями пальцев. Суми кажется, что она выдала что-то личное. Что-то, что должно было сгнить на полке недосказанности где-то внутри сознания, но Тоджи не позволяет этим мыслям расползтись ядом по телу. Он вбивается в нее так, что вообще больше ни одной мысли не остается, заставляя ее жадно глотать воздух, закатывая глаза до черепа. - Давай детка. Кончи для меня - требует он и ей не нужно много времени, чтобы выполнить очередной приказ. Тело охватывает сильнейшая судорога, которая отдается болью от уж слишком приятных ощущений. Он рычит, чувствуя, как она сокращается вокруг него. Дает волю чувствам и крепко держа за челюсть, впивается в губы, толкая язык глубже. Вылизывая из нее все, что осталось. Все, что не успел забрать. Жадный ублюдок.