Бесишь!

       В обед понедельника в кафетерии кампуса некуда было упасть даже яблоку. Люси оглядела зал, пытаясь найти себе место. За столом некогда бывших подруг пустовал один стул. Но стоило девушкам заметить её, как одна из них демонстративно положила на него свою сумку и важно вздернула нос. Люси безумно хотелось швырнуть ей эту сумку прямо в тарелку или треснуть по лицу, но она сдержала этот порыв. Устоев сцену, она явно не улучшит своё нынешнее положение, а лишь усугубит его. Хотя казалось хуже уже вряд ли может быть.  — Люси. — Девушка застыла, услышав голос Нацу позади.       С момента их последней встречи в лазарете прошло почти три недели. И она очень надеялась, что больше их дороги не пересекутся или при встрече, он просто проигнорирует её. Оборачиваться не хотелось. Если бы нашлось место в другом конце кафетерия, можно было сделать вид, что она не услышала его и молча сесть. Взгляд заскользил по залу, в поиске спасения, когда она снова услышала обращение Нацу к себе.  — Знаешь, Люси, у меня было достаточно много времени подумать… — Зал затих: никто не двигал больше стул, не ковырял вилкой в тарелке и не разговаривал. Люси кожей чувствовала на себе взгляды всех собравшихся сейчас в этом чертовом кафетерии. Она сжала пальцами поднос почти до хруста. Он должен заткнуться, просто закрыть свой рот и молчать. — И я принял решение. Я прощаю тебя.        Сердце сделало болезненный кульбит и грохнулось куда-то вниз. Даже в самом страшном кошмаре она не могла представить себе такой убийственный поворот. Лучше бы она поскользнулась несколько минут назад на этом полу и сломала себе хребет. Хуже случилось… Только что. Она видела, как за столами начали шушукаться, тыкая в неё пальцами. Было интересно этот придурок хоть сам понимал, что топит её ещё глубже. Или это и был его изначальный план? Она развернулась на каблуках, встречаясь с Нацу взглядом.  — Как же ты великодушен, Нацу. Но знаешь что, можешь засунуть своё прощение куда подальше. — Поднос приземлился на ближайший стол, расплескивая содержимо стакана в тарелку. Потеряв всякий аппетит, Люси направилась на выход их кафетерия и бросила через плечо ядовитое «Приятного обеда».

***

       Закурив третью подряд сигарету о бычок предыдущей, Люси отправила окурок в полёт с третьего этажа. Она уже пропустила одну лекцию, чего ещё ни разу не делала за весь период обучения без веской причины, и сейчас боролась с желанием пропустить и следующую. Выходка Нацу не укладывалась в голове, как и её дальнейшее существование в стенах кампуса. Дверь в кабинет открылась, но Люси не шелохнулась. У неё попросту не было сил или желания снова прятаться от смотрителя. И плевать, какие последствия её ожидают если поймают в закрытой части кампуса. Будь что будет. Даже когда хлопнула балконная дверь, Люси не повернулась и, сделав очередную затяжку, продолжила отрешенно смотреть вниз, где собиралась группа студентов у футбольного поля.  — Имей ввиду, спрыгнув с третьего этажа, ты не разобьёшься, максимум сломаешь себе что-нибудь. — Она услышала голос Лексуса и почувствовала, как он облокотился о перила рядом с ней. — Да и тупо это прыгать с балкона из-за такого придурка. Лучше, например, сломать ему ещё и ногу.  — Что ты прицепился ко мне? Даже если и захочу спрыгнуть, твоё какое собачье дело. — Раздраженно ответила Люси. Она не какая-то полоумная дура, чтобы калечить себя из-за болвана, но и выслушивать глупые нотации от Лексуса не собиралась. Пусть оставит свои умозаключения при себе и просто свалит, оставив наконец Люси в покое. — Да и вы оба одинаковые придурки, что ты, что Нацу.        Воздух резко покинул легкие, стоило мужским рукам обхватить её талию, склоняя дальше за перила балкона. Она испуганно схватилась пальцами в держащие её руки. В таком положении расстояние до земли казалось куда больше, чем три этажа, и её заколотило от морозящего душу ужаса. Он же не всерьёз, не станет на самом деле сбрасывать её с балкона?  — Всё ещё есть желание оказаться там? — Сердце стучало в висках так, что голос Лексуса отдавался в ушах приглушённо, но раздражение сквозило в каждом отчеканенном слове. — Может мне отпустить тебя? Может пару переломов вправят тебе мозги, тупая дура?        Люси зажмурилась и ещё сильнее вцепилась в кольцо рук на своей талии, почти вонзая ногти в кожу. Она до дрожи боялась, что он исполнит свои угрозы. Как только ноги почувствовали твердое основание под собой, она обессиленно осела на пол балкона. Её трясло, тело не слушалось, а сердце готово было вот-вот остановиться от пережитого ужаса.  — Полоумная сука! Ведешь себя как тряпка, позволяя обтирать об себя ноги.       Люси сжала кулаки и, упершись ими в кафель, встала, пошатываясь на ватных конечностях. Сделав шаг по направлению парня, она со всей силы отвесила ему оплеуху. До её сознания начинал доходить смысл его слов.  — Никогда больше так не делай! — Голос Люси был злым, но по-настоящему злилась она не на него, а на себя. Она позволила обстоятельствам сломить себя, даже не сопротивляясь. Сидела тут и жалела себя. Девушка чуть не превратила себя в размазню. Не странно, что Лексус решил будто она в состоянии спрыгнуть с балкона из-за Нацу. — А ты не давай мне повода.        Он схватил её руку, сжимая тонкое запястье своими пальцами. Губы девушки слегка скривились от боли, но вздернув подбородок, она с вызовом посмотрела в льдисто-голубые глаза. Послышались шаги в коридоре, и Лексус в доли секунды прижал её к стене своим телом, скрывая их из обзора окон, ровно в тот момент, когда дверь в кабинет открылась. Люси запрокинула голову, ловя напряженный взгляд парня на себе, и попыталась вслушаться в происходящее за стенкой. Но собственное прерывистое дыхание и гулкий стук сердца мешали сосредоточиться на звуках из кабинета. Рука, зажатая между телами, онемела, и она попробовала высвободить её, чем вызвала недовольный отблеск в глазах парня. Он медленно опустил её запястье вниз, второй рукой прикрыв ей рот.        Дверь в кабинет закрылась, но Лексус не сдвинулся с места, по-прежнему прижимал её и прожигал взглядом. Люси дернулась, но не получив и толику свободы, укусила его ладонь. Рука исчезла, но парень хищно оскалился, явно не собираясь отступать. — Он уже ушёл, отцепись наконец от меня. — Максимально грозно прошептала Люси, начав извиваться и пытаться вырваться. Горячие ладони прошлись по пояснице, прожигая кожу через тонкую рубашку, и прижимая девушку к твердому накаченному телу. — И где же твоя благодарность? — Лексус наклонился, почти касаясь её губ, и горячо зашептал. — Я, знаешь ли, за просто так никому не помогаю. А список твоих долгов, лишь увеличивается с каждым днём. Пора ставить тебя на счётчик или может прямо сейчас начнёшь платить?        Люси судорожно выдохнула ему в губы, когда мужские пальцы забрались под рубашку и отчертили нижнюю линию позвоночника. Ей было сложно бороться со своими противоречивыми желаниями. Его губы, почти касающиеся её губ, вызывали страстные, возбуждающие фантазии. Тело требовало, жаждало его прикосновений, но разум не отпускал вожжи. Конечно, она может сейчас бездумно отдаться ему, воплотить свой сиюминутный порыв. Но что дальше? Они будут трахаться, как кролики, и одновременно доводить друг друга до белого каления пока смерть не разлучит их? Это не приведёт ни к чему хорошему для Люси, и она это отчетливо понимала. — Иди ты к чёрту, со своей благодарностью! — Она укусила Лексуса за губу, почувствовав вкус его крови, и оттолкнула от себя. — Я ничем не обязана ни тебе, ни Нацу, понял? Такие, мать вашу, благородные, спасающие меня рыцари и прощающие мне выдуманные грехи. — Она со злостью ткнула его в грудь. — А на деле думаете только о себе и о своих желаниях. А знаешь, что я хочу? Чтобы вы оба оставили меня в покое! Чтобы я больше никогда не видела ни тебя, ни Нацу! — Осторожнее со словами, детка. — Лексус угрожающе навис над ней. — Не советую злить меня. — И что ты сделаешь? Ударишь меня? — Люси со всей силой оттолкнула его и направилась на выход. Но успела лишь пройти половину кабинета, как жесткие руки болезненно припечатали её к столу, сметая весь хлам на пол. Ярость в груди фонтанировала, и она с остервенением начала вырываться, обрушивая на Лексуса удар за ударом. — Строптивая сучка! — Он увернулся от маленьких кулачков, и вжал девушку в стол своим телом, заламывая её руки и поднимая их над её головой. — Прекрати эту истерику или я тебя накажу!        Люси смотрела в льдисто-голубые глаза с ядовитой ненавистью, желая расцарапать ему всё лицо, лишь бы подвернулась сейчас такая возможность. Растрепанные золотые локоны разметались по деревянной поверхности, она тяжело дышала, ритмично вздымая грудь. Такая раскрасневшаяся, такая дикая. Лексус с упоением рассматривал её, нависая сверху. И даже когда она со злостью плюнула ему в лицо, лишь плотоядно улыбнулся и языком стёр её слюну с верхней губы. Как же хотелось трахнуть эту фурию здесь и сейчас. Такую горячую под ним, страстную. — Ну и что вы здесь забыли? — Лексус чертыхнулся, услышав голос смотрителя позади.

***

      Облокотившись о кафель головой и ухватившись о борт руками, Люси пыталась перевести дух. Воздуха катастрофически не хватало, а сбитое дыхание казалось совершенно не собирается приходить в норму.  — Хватит прохлаждаться, ещё две дорожки. — Люси затравленно взвыла, услышав командный голос Каны над головой и подняла на неё взгляд. — Давай, давай. Ты же хотела выплеснуть пар, так вперёд.        Девушка раздраженно пнула борт ногой, тем самым отталкиваясь от него, и бросив подруге злое «Деспод!», развернулась в воде. Кана расплылась в довольной улыбке, внимательно следя, как та плывёт к противоположной части бассейна. Доплыв до конца дорожки, Люси снова оттолкнулась от борта и поплыла в обратную сторону, чувствуя, как неумолимо иссекают силы. Добравшись до Каны, она с трудом выбралась из бассейна и обессилено развалилась на холодном кафеле. Теперь она точно больше не в состоянии пошевелить и пальцем.  — Полегчало?        Шатенка селя на корточки рядом с Люси и поправила ей торчащий из-под плавательной шапочки кончик золотой пряди. Та устало покачала головой, с самого начала мало веря, что метод Каны вообще сработает. Её на целых две недели отстранили от занятий из-за чертового Лексуса Дреяра. Как физическая нагрузка может помочь утихомирить внутренний шквал эмоций? Ей безумно хотелось врезать по его физиономии, по вырывать все его соломенные волосы и расцарапать кожу везде, где только сможет дотянутся.  — Ну есть ещё один отличный способ. — Кана села рядом с Люси, скрестив под собой ноги. — Но для этого понадобиться изрядно надраться.        Люси укоризненно посмотрела на подругу. Алкоголь здесь точно не поможет, скорее наоборот. Ей было очень обидно, ведь отстранили на две недели только её, Лексус отделался малой кровью. Ему всего лишь нужно будет подтянуть физподготовку участников какого-то будущего забега между колледжами. Люси была уверена, что это снисхождение он получил только потому, что являлся внуком главы кафедры.  — И вообще я не понимаю, чего ты так злишься. Считай тебе дали внеплановый отпуск. Просто расслабься и получи от него максимум удовольствия. — Кана уперлась ладонями в кафель и запрокинула голову, рассматривая потолок и яркие лампы, освещающие бассейн.  — Тебе легко говорить. У тебя есть клуб, награды в соревнованиях, благодаря которым ты получаешь стипендию и с легкостью сможешь пойти выше. У меня вот нет никаких особых талантов, и мне приходится много вкалывать, чтобы в будущем чего-то добиться в жизни. Для меня отстранение от занятий – это пропасть, которую очень сложно будет преодолеть.        Кана оторвала взгляд от потолка и внимательно, почти оценивающе посмотрела на девушку.  — Ну так найди его, этот талант. Например, ты можешь стать моделью. С твоей очаровательной красотой и невероятными физическими данными, — она демонстративно обхватила свою грудь ладонями и сложила губки бантиком, вызвав у Люси искрений смех, — ты сможешь завоевать ни один подиум. Вон посмотри, как они раздевают тебя глазами.        Люси посмотрела в сторону трибун, ловя на себе откровенно пялящиеся взгляды команды пловцов. Она сконфужено прикрылась полотенцем, слыша разочарованные вздохи. Это смущало, и вряд ли она готова дефилировать в купальниках на радость подобным зрителям. Возможно, красота и считалась её главным достоинством, из-за которого в своё время к ней прицепился Нацу, но сама Люси предпочитала выделяться скорее своим умом или твердым характером.  — Всё это мне не нужно. Что мне нужно, так это сдать все экзамены и курсовые на максимально высокие баллы. Клубы лишь отнимут у меня драгоценное время, которое я и так потеряю из-за этого дебильного отстранения. — Люси удрученно выдохнула. Это самый важный год, в нём решается её дальнейшее будущее, а этот чертов Дреяр вставляет ей палки в колёса.  — А почему бы тебе не обратиться к Фриду? Если ты где-то отстаешь, то думаю он с радостью тебя подтянет. Да и тебе он точно не сможет отказать.        Повернув голову в сторону трибун, Люси поймала на себе мягкий взгляд небесно-голубых глаз парня. А ведь действительно, Фрид занимает первое место по балам на курсе. Может он и в правду поможет Люси не отстать за эти две недели? Она встала и, завернувшись в полотенце, направилась к трибунам. — Привет, у тебя есть планы на сегодняшний вечер? — Люси лучезарно улыбнулась резко краснеющему парню.