Мой идеальный мир

Близилось то несчастное число. Кажется, что все проклинают его. Антон уж было почти собрал всё необходимое в чемодан и сумку. Арсений наблюдал за серьёзным лицом, за руками, которые старательно складывали вещи. У обоих в сердце что-то щемило, трудно было дышать в последнее время. Честно говоря, ком в горле так и стоял. Оба знали, что с этим ничего не поделаешь. Арсений расспрашивал как-то его: — Тош, ты до сих пор несчастлив? Может не будешь уезжать? Я-я сделаю больше, чем нужно... Антон тогда лишь нежно взял того за руки, притянув к себе. — Я счастлив. Не представляешь на сколько... Но документы уже на руках, ничего не изменить. Поэтому Арс принял как факт, но не принял в сердце. Он вроде только обрёл свою первую юношескую любовь. Подростковый возраст динамичный и острый. Поэтому, ох, как им будет сложно эмоционально. Арсений задумался, поэтому не сразу понял, что его зовут. — Сень, всё хорошо? — Честно сказать? — хмуро произнёс он. Антон лишь тяжело вздохнул и подошёл ближе. — Мы это уже обсуждали. — Посмотри на меня, — он быстро включил свет, потому как до этого они довольствовались светом из окна, — Что... Как ты это сделал? — он взял руку Антона и прислонил к своему сердцу, которое мертвенно бьётся. — Я не понимаю. — Арс, я люблю тебя. Такие громкие слова от подростка подростку. Многим покажется, что они не способны на такие высокие чувства, однако, они нашли друг друга. Арсений чувствует как щеку щекочет слеза. Антон смазывает её, прикладывая руку. Арс реагирует и ластится к ней. Арсений, полагаю, скромен, поэтому не отвечает. Но он человек-действие. Просто целует. Чувственно, но не менее горько. Антону кажется, что он не сможет сейчас сдерживаться. Хоть и запретил показывать слабость, ведь знает, что настрадаться он сможет и потом. — Во сколько ты выезжаешь? — Я не хочу, чтобы ты провожал меня, — строго сказал Антон. — Я не это спросил, не беси меня, — Арсений уже на взводе, нервы сдают, наверняка уже глаз дёргается. Он показывает чувства, потому что по сути никогда сильных и не испытывал. Он просто не научился этого делать. Для него это ново. — Арс, посмотри мне в глаза. — Не буду, — он принципиально отвернулся. — Ты понимаешь почему я не хочу, чтобы ты это знал? Я боюсь не сдержаться, тогда я по глупости выдам себя, меня не отправят в Южный и не оставят здесь, понимаешь? — Пусть попробуют! — У нас нет прав. Законы написаны, мы должны им следовать. — Законы вводятся придурками! Когда ты стал прикрываться политикой? — Я, — он сбавил тон, — пытаюсь найти причины, чтобы не было так больно. — Причина — наш род и только. Меня отправили сюда, я встретил тебя, но теперь тебя отправляют туда по сути из-за меня, верно? — он сам уже начинает путаться. — Но ты ведь не стопроцентный. — К сожалению. Лучше б я не умел чувствовать или делал бы это не на полную. — Разве ты жалеешь, что почувствовал любовь? Я ни капли. — И я не жалею, но как-то глупо расставаться... — Согласен, но мы не всесильны, Сень. — Ты просто обесцениваешь меня. — Так, стоп! Уж ругаться я точно не собираюсь. Делай как хочешь. Они с минуту молчали. — Ты совсем не хочешь чтобы я приехал? Антон горячо обнял его и дал понять, что отпускать не намерен. — Очень хочу...