Мой идеальный мир

Арсений пришел домой раздраженный. Всё же он тяжело переносит расставание. На пороге его встретила Марина Дмитриевна. Она была, мягко говоря, невесёлая. — Арсений, тебя хотят слышать, — она протягивает ему свой телефон. — Кто? — ему обломали весь кайф, он хотел отдохнуть, а тут ещё кто-то от него чего-то хочет. Поэтому он демонстративно закатывает глаза. Она ничего не говорит, отдаёт телефон, а после уходит, дабы не подслушивать. — Да? — он зажал между плечом и ухом телефон, чтобы снять ботинки, но чуть-ли его не роняет, когда слышит знакомый голос. — Сын? Это папа. — Отец? — Да, Арсюш, я звоню сказать тебе, что я прилетаю на Север по делам, поэтому мы можем встретиться! — Радости у этого человека хоть отбавляй, ей-богу. — У тебя скоро день рождения, потому я решил, что это хороший подарок! А что Арсений? Он начинает думать в другое русло, уж Север научил его этому. — Ты хочешь, чтобы пресса вновь «увидела», что ты классный и папочка, и правитель? Нет, спасибо. У меня есть хорошая семья. — Почему ты так категоричен? — Потому что я подросток, отец, у которого…, — он выдохнул, чтобы расслабить напряженные мышцы, — ладно, не обращай внимания. — Вот ты мне всё и расскажешь, когда я приеду 20-го. Договоримся позже о времени и месте? — Не знаю, где ты будешь праздновать мой, — он акцентировал внимание, — день рождения, но я буду со своей семьёй. — Со своей семьёй значит.… А ты знаешь, что мама умерла, да? — Арсений встал как вкопанный, расширив глаза, — Но ты не обращай внимания, ведь у тебя другая семья. Правитель Южного мира сбросил, оставляя Арсения воспринимать информацию. Поначалу его руки начали дрожать, а потом и всё тело. Он чувствует, как ноги становятся ватными. Всё, что он успел увидеть – обеспокоенное лицо и тревожный голос мачехи, которая стала ему родной. — Игорь! Быстро вызови скорую! — Что случилось? — Выбежал он из кабинета. — Мать твою… Да, всё же эти люди стали ему семьёй. Так беспокоиться о неродном сыне, надо уметь. Антона сразу пристроили к семье, которая пообещала молчать о том, что Антон только во взрослом возрасте перешёл в свой мир. Дорога и нервы вымотали его, поэтому он пошёл спать в отведенную комнату. Новые родители не питали ему каких-то нежностей, но ему не надо было. Ему достаточно крыши над головой и еды. Антон постоянно переписывался с родными, с Димой несколько раз, а Арсений не отвечает уже третьи сутки. Видимо, вот он – конец, — подумал он. Однако волнение его не отпускало. Антон: «Дима, что с Арсом?» Дима: «Он сказал тебе не говорить» Конечно же у Антона ужасные мысли в голове. Антон: «Скажи, пожалуйста» А Дима и не пытался скрывать, ведь сказал Арсу тогда, что Антон всё равно узнает любым способом. Дима: «Он мне вчера написал, что попал в больницу» Антон: «ЧТО!?» Сердце начала учащённо биться. В этой переписки он участвовать больше не собирался, поэтому кинув Поза, сразу позвонил Арсению. Хм, даже не подумал о том, что он, может быть, спит? Как только Арсений ответил, начал кричать в телефон: — Арсений! Господи, что с тобой произошло, милый? — Я-я…кхм…Я перенервничал сильно и упал в обморок, — всё же у него голос охрипший, видимо долго молчал. — Ты не сказал мне! — А что бы ты сделал, м? — Антон слышит раздражение. — Ты далеко от меня. — Я-я… был бы… — Что, Антон, что? — он замолкает и говорит через силу, Антон знает, что это не от сердца слова. — Пора уже перестать быть детьми. — Я правильно по-понимаю тебя? — На глазах выступили слёзы. — Все эти разговоры не принесут ничего. — Ты точно мой? — Антон говорит совсем тихо. Арсений долго молчит, думает. — Пока, То…Антон. Когда он сбросил звонок, то скрючившись, сжал живот, начал тихо скулить. Он не знал, что поступает неправильно, не знал, что больно обоим. Но может это просто кризис такой? Ведь бывает такое, что человек сам не понимает своих действий, потом сам же и извиняется. Может?