Трудная ночь

*** Ночь. В квартире царила гробовая тишина. Зонтик находился в своей комнате. Сидя за рабочим столом, он рисовал в альбоме. Хризантемы. Шестой очень любил эти цветы. Он считал их самыми красивыми. Дорисовав цветы, он принялся аккуратно разукрашивать цветными карандашами. Казалось, что валет треф единственный кто сейчас не спал, но, на самом деле, это было не так. Дверь у него была немного приоткрыта, тем самым он мог слышать что происходит в коридоре. Послышались шаги по коридору. Тот словно что-то искал, так как ходил туда-сюда. Послышался знакомый голос: — Твою мать! Ты можешь нормально идти или нет? — Раздражительно произнес кто-то в коридоре. Но голос был сильно был похож на голос Пикового валета. Хоть и подслушивать было неправильно, но любопытство Зонта начало наростать. Подвинувшись ближе к двери, он стал вслушиваться. — И зачем ты вообще мне нужен! Лучше бы оставил тебя там, а сам пошел бы отдыхать! — Завались. Понятно, это пиковые. Они всегда ругались как кошка с собакой. Стоит им что-то не поделить, то они готовы покрыть друг друга трех-этажным матом. Они очень редко дрались, так как оба знали, что этим все будет только хуже. Даже Вару с Феликсом так не ссорились. Голубоглазый хотел понять, что у них там произошло. Он остановился, и продолжил слушать, в надежде все-таки узнать что произошло. Но никто больше ничего не говорил. Зонтик же понял что все закончилось ,решил продолжить свое дело как тут, услышал грохот. Такой громкий грохот, что казалось, проснутся все, кто находился в этом доме. Но после этого, все-равно тишина. Значит никто не пришел, так как бы он услышал. Вдруг, тяжелые шаги стали приближаться к комнате шестого. Голубоволосого это напрягло и он отодвинулся от двери, будто ничего не слышал. Внезапно, дверь открылась. На пороге стоял Вару. Облокотившись об дверной проем, пятый через свои зеленый очки стал сверлить своим взглядом безобидного голубого. — Хей, нюня. — Тон пятого был немного раздраженным, но он пытался сказать это менее спокойнее. Услышав голос, Зонтик вздрогнул и выронил карандаш из руки. Вздохнув, шестой повернулся к тому, ожидая какой нибудь шутки в его сторону или подвоха. — Как дела? — Спросил пятый неотводя взгляд от юноши. — Привет Вару. — Зонт прекрасно знал, что зеленый шут пришел сюда не просто спросить про самочувствие его, но все-таки решил включить режим дурака. — Нормально, а у тебя? — У меня? Как всегда заебись. Настала неловкая пауза. У валета треф будто бы закончились слова. Он даже толком и сказать не может под пристальным взглядом валета пик. Он не любил когда на него так смотрят. Тот чувствовал себя как под прицелом. Одно резкое движение – и ты труп. Взгляд троля переместился на стол где лежал рисунок. — Че рисуешь? — Троль подошел к голубоволосому и начал рассаматривать рисунок. — Да так... Цветы. — Знаешь, вместо того, чтобы рисовать всякую хуйню, лучше бы помог другу. — А... с чем тебе помочь? — Опасливо спросил голубоволосый, потому что некотрые просьбы зеленого долбаеба заканчивались травмами или еще хуже, что страшно вспоминать. — Да так, нужно просто присмотреть за псинкой пока он не уснет. Конечно, не сразу понятно о ком сказал Вару. Но Зонт все понял с первого раза. Пиковый засранец любил давать «клички» клонам. Например: Феликс - биполярка, Куромаку - зануда или курилка, Данте - диванный филосов и тд. — Присмотреть за Пиком?... но- — Да тут дело в том, что он где-то набухался, а курилка заставил меня за ним следить чтобы он не натворил хуйни. — Недовольно проборматал пятый. — А у меня есть важные дела! Важнее чем этот рогатый. — И что ты предлагаешь? — Хоть он и понял к чему клонит пиковый, но сделал вид что ничего не понял. — Может ты за ним присмотришь. — Без стыда и совести предложил Вару. На самом деле, у него не было никаких важных дел. Ему просто лень присмотреть за пьяным королем. — Ну... я ... это- — Ладнооо... Обещаю, не пранковать тебя три недели. Хоть и в словах пятого не было ни капельки правды. Но выбора не было. Либо пранки будут пожестче , либо обычные. Может, он все-таки сдержит свое обещание? Хотя эта малая вероятность. — Ну... хорошо. — Жутко не хотелось находиться с пьяным восьмым, но в душе надеялся, что он не будет ему мешать и просто заснет крепким сном. Шестой хотел еще кое-что спросить у пятого, но валет пик прикрикнул кому-то в коридоре: — Эй, рогатый, иди к тряпке! — Перед тем как благополучно удалиться с комнаты голубоглазого, он посмотрел на него через свои зеленые очки. Он словно взглядом сказал с усмешкой: «Лошара». Зонтик взглотнул, ожидая увидеть на пороге «пьяное фиолетовое чудо». Долго ждать то и не пришлось. Тяжелые шаги начали приближаться к комнате, сшибая вещи на своем дороге. И вот, на пороге стоял янтарноглазый. Два драконьих глаза посмотрели в глаза хозяину комнаты. Сейчас, Пик был похож на стражу, который сурово смотрел на своего короля, ожидая следующих указаний. — Ну... хочешь, садись.. на кровать. — Сказал шестой в мыслях жалея о сказанном, так как он мог предложить сесть на стул. Ведь Зонтик только вчера поменял постельное белье... На удивление шестого, парень ровно и спокойно шел. Ни разу не пошатываясь. Он скорее был похож не на пьяного, который все сшибает на своем пути, а на нормального трезвого человека. Пик плюхнулся на кровать, положив голову на мягкую и большую подушку. Удобно устроившись на кровати, старший уставил взгляд в потолок. Голубоволосый хотел что-то сказать но воздержался, смотря на то, как нагло валяются на его кровати. Посмотрев еще раз на эту картину с мыслю о том как придеться ему менять постельное белье , Зонтик повернул голову назад. Посмотрев на готовый красивый рисунок, оторвав лист, он положил его в сторону. Вырвав новый чистый лист, тот принялся думать что нарисует. Хотя, идей толком и не было. Нет, ну, сначала в голову пришла идея нарисовать Зонтопию по которой он так скучает.... Но рисунки с его государством было настолько много, что хоть иди продавай за 100 рублей. Натюрморты рисовать желания не было. Цветы как-то надоели. Да и Зонту и заняться особо и не чем, кроме рисования в такой ситуации. Значит придеться рисовать человека.... Парень не особо умел рисовать людей, ну он так сам считал. Феликс говорит что он прекрасно рисует, называет его художником. Куромаку тоже иногда хвалит валета треф за его за рисунки. Ромео говорит, что у него очень хорошо получается когда он рисует девушек, даже один раз попросил его нарисовать одну особу, только без одежды, на что Зонт не сразу согласился. Шестому взбрело в голову нарисовать милую девушку, которая будет держать маленькую кружку с чаем в руке. Наточив карандаш, Зонтик принялся наносить набросок. В комнате царила тишина, поэтому шестой рисовал со спокойной мыслью о том, что восьмой уже давно заснул крепко и уже видит девятый сон. На удивление парня, он красиво и ровно нарисовал неизвестную девушку, как настоящий портрет! Хотя, если честно, девушка на рисунке, ему скорее напоминала Хелен. Такие же длинные волосы заплетанные в косу. Красивое длинное платье. И глаза... этот взгляд, наполненый добротой и нежностью. Складывалось такое ощущение что женщина на рисунке оживет и махнет Зонтику рукой, с улыбкой на устах. Интересно... Где же сейчас дамы? Далеко ли они от клонов? Может они когда-нибудь снова приедут в гости... Еще немного и рисунок будет готов! Юноша стал дорисовывать мелкие детали. Во время процесса, голубоволосый чувствовал что кто-то пристально его сверлит своим взглядом, следя за каждым его движением. От этого, шестой почувствовал себя неуютно в своей же комнате. Хотя в комнате находились только Пик и он, но, все равно было страшно. Он без сомнения думал что король спит, но кто же смотрит тогда на него сейчас? Может Зонту это кажется?.. Зонтик попытался не обращать на это внимание и больше сосредоточиться на рисунке. Но у него это выходило так себе. Настало время разукрашивать. Шестой как можно тише и аккуратно доставал цветные карандаши из шкафчика, чтобы не разбудить Пика. Сперва, голубоглазый стал разукрашивать волосы. Это большего времени и не заняло. Поэтому, парень принялся разукрашивать самое сложное – платье. Беря светло-розовый карандаш, парень стал аккуратно закрашивать чтобы не заходить за контруры. Зонтик облегченно выдохнул, он больше не чувствовал на себе тот взгляд. Словно камень с души упал. Казалось, что это спокойствие вернулось, но, как бы не так. В его сторону послышались шаги. Кто-то пытался идти тихо, чтобы не напугать свою «жертву». Голубоглазый застыл как статуя, когда почувствовал близкое и горячее дыхание в плече. Пот стекал с лба. Юноша боялся пошевелиться. Казалось, что эта пауза продлится вечно, но послышался тихий и грубый голос: — Красиво рисуешь. От этого, шестой вздрогнул и немного повернул голову к источнику голоса. Пиковый король стоял сзади парня и смотрел на него. — О-оу.... спасибо. — На щеках появился еле-еле заметный румянец. — А-а... ты давно не спишь? — Я и не спал. — Спокойно ответил восьмой. — «Так вот кто смотрел на меня...» — Подумал про себя шестой. — Можно я посмотрю как ты рисуешь? Не ожидав такого вопроса от Пика, голубоволосый сразу же ответил. — Да, конечно.. — Зонтик повернул голову назад и стал продолжать разукрашивать платье. Хоть он не любил когда на него смотрят в процессе рисования, но он не хотел отказывать пьяному янтарноглазому. Жуткая аура ушла. Но Зонт чувствовал себя не по себе. Король настолько внимательно смотрел на процесс рисунка, что младший боялся сделать одно резкое движение. В итоге, шестой все остальное разукрасил на отъебись. — Готово. — Победно сказал юноша. Пик рассмотрел рисунок. — Красиво... — Сказал фиолетоволосый и направился к кровати. Шестой отложил рисунок подальше. Больше идеи что-нибудь нарисовать не было, поэтому парень стал убирать за собой, складывая карандаши в пенал. — Знаешь Зонтик... — Начал Пик. Голубоглазый сразу обратил внимание и повернулся. Пик уже лежал на кровати, глаза были уставлены в потолок. — Ты бы знал как я тебя люблю, ты такой стеснительный и милый... Голубоволосый резко повернулся обратно, сильно краснея, но продолжил слушать "бредни" Пика. — Да я тебя любил с карточного мира... Хотел даже с тобой подружиться.. Но ты только и делал что избегал меня, ты что, думал что я тебя убью? Ты бы знал как я бы- Слова восьмого становились все тише и тише... В голове Зонта вертелись только одни слова: — «Пьяный бред, пьяный бред! Это все пьяный бред! Это не может быть правдой!» — Все больше краснея как спелый помидор, шестой убрал все карандаши в пенал. Янтарноглазый замолчал и закрыл глаза. А младший погрузился в свои мысли. Потом Зонтик стал думать что делать с королем дальше. Он стал вспоминать все советы которые ему говорили что делать с пьяными людьми. Он вспомнил что говорил ему Куромаку насчет этого. С ними лучше быть поспокойнее, давать попить холодной воды, попытаться не выпускать их на улицу, ведь некоторые хотят еще накупить бухла. А дальше он непомнил.... Но вспомнил один случай. Как Феликс, после того как пришел довольный и пьяный Вару в квартиру, сначала на него наорал а затем сказал идти ему спать. На удивление голубоглазого, пятый послушно пошел в свою комнату и заснул. Ведь зная прекрасно характер, он бы только проигнорировал добряка. Зонт решил также провернуть с восьмым. Встав со стула, шестой уверенно подошел к янтарноглазому и встал перед ним. Пик открыл сначала один глаз, потом второй, смотря вопросительно на того. — Пик, тебе нужно поспать! Нужно восстановить силы, если ты не поспишь, то будешь весь день вялым! — Проговорил как можно уверенее Зонтик. — Хм, может ты будешь за меня решать как мне жить? — Проговорил Пик с ноткой злобы. — Нет... ну, я... просто.. просто... — Шестой замямлил. Фиолетоволосый встал с кровати и начал медленно подходить к Зонту. — Я ... я просто... просто о тебе забочусь. — Выдавив из себя слова, голубоволосый стал отступать. — Какой ты у нас заботливый! Может ты будешь мне говорить как правильно дышать? — Пик все ближе приближался к тому, пока не прижал его к стене. И тут уверенность Зонтика пропала, как будто бы ее и не было. Страх стал наростать. Зонт старался смотреть куда угодно, лишь бы не в глаза королю. Тут он и почувствовал запах алкоголя от Пика, хотя на вид трезвый. Хоть младший и боялся, но... в душе было любопытство. Что же будет делать восьмой в такой ситуации? Старший словно почувствовал страх того. Янтарноглазый словно питался этим. Он не отрывая глаза от морских глаз. Как очарованный следил за действиями голубоволосого. Неожиданно для Зонтика, Пиковый король взял того за подбородок, тем самым заставив его смотреть только на него. — Ну же, посмотри на меня. — Как-то игриво проговорил пиковый. — Смотри в глаза когда с тобой разговаривают. Становилось жарко. Щеки Зонта становились красными от слов старшего. Хотелось убежать из комнаты, заплюнув на то, что это его комната. Хоть и не с легкостью, младший посмотрел в драгоньи глаза. Не продержавшись ни минуты, голубоглазый сразу отвел взгляд в другую сторону. Такая реакция позабавила короля. Ухмыльнувшись, взгляд Пика пал на коричневый шарф того. Не успев ничего сказать, как шарф полетел на пол, заставив младшего сильнее влится в краску. Открылся вид на тонкую красивую шею. Облизнувшись, король приблизился к шее и стал ее нежно и потихоньку зацелолывать. Реакция не заставила себя долго ждать. Послышались тихие охи. По нежной коже все больше и больше последовало нежных поцелуев. Острые клыки вонзились в бледную кожу, заставив того ойкнуть. Восьмой укусил за плече, а потом за ключицу. Младший был похож на спелую помидоруку, когда он почувствовал что чья-то рука мнет его задницу. Все, теперь Зонтик точно в ловушке. — П-пик, хватит.... — Немного тихо сказал младший. Как только шестой хотел немного отодвинуть голову Пика от своей шеи, но не сумел. У короля была быстрая реакция. Старший зафиксировал руки голубоволосого над его же головой. Затем фиолетоволосый посмотрел на того с победным взглядом. Словно глазами говоря: « Не сбежишь, долбаеб». Янтарноглазый продолжил свое дело, но уже остовлял засосы. Пик убрал руку с бедной заднице младшего, и запустил ее под кофейный свитер. Рука старшего блуждала по телу своей грустинки, поглаживая и немного щупая каждую часть тела. Зонту лишь приходилось издавать из себя охи, вздохи и тихие стоны. Хоть шестой пытался сопротивляться, но к сожалению это было бесполезно. Он как беззащитный зайчонок по сравнению с грозным и хищным волком. Поэтому, младший отбросил эти попытки. Но активу было мало. Свитер полетел на пол как и шарф. восьмому открылся красивый вид. Бледное и худое тело, которое и так и хотелось покрыть засосами и поцелуями. Пока Пик осматривал торс пассива, то Зонтик все больше и больше стыдился. Мало того, что он перед ним полуголый, так тот еще и жадно его осматривал, вот пиковый засранец. Вдруг в пьяную бошку восьмого пришло осознание того, что его валет треф очень стеснительный и поэтому так смущается. Он отпустил руки младшего. Вот он! Шанс побега! Но Зонт стоял как ишак(все, пиздец Зонтику), дожидаясь дальнейших действий. Янтарноглазый снял с себя свитер и бросил его на пол. Теперь и пассиву открылся вид красивого мужского, немного накаченного тела. — Что, нравится? — Ухмылялся король, смотря на то, как шестой неотводил глаза от его торса. После слов старшего, Зонт отвернул голову немного возмущаясь и стыдясь. Кажется, голубоглазый позавидовал такому телу как у Пика. Восьмой приблизился к груди валета треф и стал зацелолывать включая и соски. Одной рукой, он стал поглаживать живот голубоволосого. Похоже, актив нашел слабое место того. Так как послышался немного громкий стон. После этого, голубоглазый закрыл рот рукой. Видимо, этот стон повлиял на "рогатого". Пиковый стал играться с сосками того. Он стал немного покусывать, а потом облизывать левый сосок, а рукой слегка сжимал правый сосок. Рука, которая гладила живот переместилась на талию , сжимая ее не сильно. Тот пытаясь через руку стонать тихо, но у него трудно получалось. Оторвавшись от бедной грудной клетки Зонта, Пик посмотрел на красное лицо своего пассива. Король все больше ухмылялся. Он чувствовал полную власть над шестым. Как будто, он захватил не саму Зонтопию, а его правителя. Он(Зонтик) словно принадлежит только ему, больше никому. Только ему было можно целовать, обнимать, тискать и трогать младшего. Зонтик только его. Фиолетоволосый приблизил свое лицо к лицу стесняшки, заставляя посмотреть на того вопросительно и смущаться. Неожиданный и нежный поцелуй. Шестой даже не думал сопротивляться. Пиковый стал языком исследовать полностью рот младшего. Рука пика спустилась пониже на бедро, и теперь стала немного сжимать ее, от чего голубоглазый немного мычал. Чтобы не казаться дебилом перед восьмым, валет треф стал делать также как и король, изучая рот актива. Теперь, голубоволосый почувствовал себя немного смелым. Пик стал покусывать нижнюю губу того, от чего тот немного недовольно хмыкнул. Казалось, что этот поцелуй продлится вечно, но к сожалению, только не кислород, поэтому им пришлось отстраниться. Между ртами образовался тонкий слюнявый мостик, который мигом оборвался. Краснеющий и возмущенный Зонтик отвернул голову от старшего. Но, его в щеку чмокнул восьмой. Неожиданно для младшего, король взял пассива за запястье, заставив того вздрогнуть от неожиданности. Янтарноглазый, держа свою грустинку, подошел к кровати. Пик сам сел на край кровати, а Зонта посадил на пол(на коленях). Пока тот пытался намекнуть на минет, шестой лишь непонимающе смотрел на того по типу: «че ты хочешь от меня, мучитель». Молчнака продлилась не долго. Фиолетоволосый цокнул и произнес: — Ну что? Отсосешь, святоша? — То ли вопросительно, то ли приказывая произнес актив. Зонтик задумался. Он никогда ни кому не делал минет. Даже не знает как правильно это делать. Он считал это слишком унизительно и позорно. Лучше пусть его Вару обольет краской чем он это сделает. Но, с другой стороны, он не хотел показаться слабоком перед королем. Да и к тому же, он пьяный, все равно на утро ничего не вспомнит.(ох... как же ты ошибаешься, Зонтя))) Кивнув в знак согласия, тем самым порадовал Пика. Старший стал потихоньку снимать штаны вместе с боксерами, тем самым немного дразня того. Когда янтарноглазый был уже голым, то Зонт залился краской увидев не маленький такой член. Пассив вздохнув, немного жалея что согласился на это. Он решил что должен это закончить побыстрее. Пиковый раздвинул ноги, дожидаясь сладкого наслаждения. Зонтик подвинулся поближе к нему. Беря член, Зонт начал облизывать головку, словно язычком играясь с ней. Реакция того не заставила долго ждать. Послышался первый тихий стон восьмого, что шестой сам офигел. Рукой, фиолетоволосый стал сжимать светло-голубой плед, который лежал на кровати. Легкий румянец появился на щеках янтарноглазого. Валет треф посмотрел на того, словно спрашивая глазами: «Правильно ли я делаю?» А тот ответил: «Продолжай» Голубоволосый стал идти дальше. Он стал постепенно брать весь орган в глотку. Двигая осторожными движениями «вверх, вниз, вверх, вниз и так далее». Язык, будто танцуя в страстном танце проходился по всем члену. Хоть и неопытно пассив все это делал, но Пику безумно нравилось, мычал и немного рычал от удовольствия. Рука все сильнее и сильнее сжимала бедную простыну, а второя голова стала поглаживать макушку голубоглазого. Хоть и младшему было это все тошнотворно это делать, даже хотелось щас вырвать, но видя что активу хорошо, он этого делать не стал. К счастью, пиковый кончил. Почувствовав белую жидкость у себя во рту, голубоволосый вынул член из рта, ловя на себе взгляд, как будто он высмеивал его. Зонтик конечно хотел выпленуть жидкость, но актив его опередил: — Глотай. — Сказал Пик, с довольным лицом. Тот нехотя послушно глотнул. Теперь он точно чувствовал себя унизительно, и теперь он будет вспоминать этот момент, с румянцем на щеках и со стыдом. — Ну разве ты не молодец. — Восьмой стал поглаживать левую щеку шестого, пока тот на него смотрел недовольно и стыдливо. — Заслужил награду. Пик потянул того на себя, тем самым посадил того к себе на колени. — Мой мальчик. — После этих слов, пиковый стал зацелолывать лицо младшего. Зонтик с каждым поцелуем все краснел и краснел. Недовольство стало постепенно уходить, перерастая в смущение. Последний поцелуй последовал в губы, но он был не долгим. Янтарноглазый небрежно кинул на кровать пассива, а сам надвис сверху. Пик снял штаны с боксерами шестого. Восьмой посмотрел на член пассива, тем самым специально заставляя краснеть и смушаться. Когда Зонт понял что сейчас будет, то немного стал паниковать. Заметив маленькое волнение в глазах, пиковый приблизился к уху младшего и прошептал: — Не волнуйся, я буду нежен. — Нежно прошептав, он поцеловал того в ушко. После слов того, шестому стало немного спокойнее. Он доверял фиолетоволосому. Он кивнул в знак согласия, а Пик немного мило улыбнулся. Перевернув того животом вниз, янтарноглазый лизнул свои два пальца и начал ими потихоньку входить в Зонта. Хоть это только растяжка, но от младшего стали слышаться тихие стоны и охи. Старший стал делать упражнение «ножницы». Но решив что этого не достаточно, вход впустил третий палец. Уже стало проще растягивать голубоглазого. Достаточно растянув, Пик вынул пальцы. Перед тем как войти, восьмой шлепнул того, тем самым выдавив из младшего айканье. — Готов? — На что в ответ получил тихое да. Раздвинув ноги того, король стал осторожно входить. Сладкие тихие стоны ласкали уши актива. От Пика слышались вздохи и рычания. Младший уткнулся в лицом подушку, лишь бы не издавать громкие стоны. Достаточно войдя, Янтарноглазый стал двигаться помедленнее «верх и вниз», чтобы не причинить тому боль. Затем, восьмой стал ускоряться. Пассив закатывал глаза от удовольствия, покусываю свою нижнюю губу. Все-таки голубоволосой решил помочь тому, двигая бедрами, от этого активу стало легче. Сладкие и нежные стоны ласкали уши короля. Рука младшего стала сжимать подушку. Пиковый словно втряхивал того в кровать, что аж она аж немного заскрипела (?). Пик последний раз еще ускорил темп, так как чувствовал что король скоро излится(кончит). Бедному Зонтику пришлось чуть ли каждую минуту утыкаться в подушку, чтобы никого не разбудить из клонов. А тот никак не мог скрыть, поэтому стонал он немного громче своей грустинки. Первый кончил валет треф, а уже и сам старший. Вынув свой член из Зонта, он лег рядом с голубоглазым(сзади). Он накрыл себя и шестого пледом и обнял его сзади немного утыкаясь в макушку носом. Потом король быстро проволился в сон Морфея. А голубоглазый только хотел тоже уснуть. Только сейчас Зонтик вспомнил что у пикового хорошая память, он может помнить все происходящее даже если сильно нубухнется. Теперь, в глазах валета треф читалось только одно: «Все, мне пиздец».