Жизнь через века

— Т/И Т/О! — девушка обернулась, чтобы увидеть бегущего за ней студента-первокурсника. — Да, Рома. Если ничего срочного, то, думаю, это может подождать до завтра. Сейчас я бы хотела вернуться домой. — Нет, ничего такого. Но я бы хотел поблагодарить вас от всей нашей группы. Вы очень интересно ведёте лекции. Как будто вы сами жили в то время. И вот, — парень протянул несколько шоколадок. — Это от всего курса. — Спасибо, Рома, — девушка хотела было пойти, но Орлов её остановил. — Профессор, а вы будете вести у нас в следующем году? — Да. Я веду у всех. До завтра, Роман. Надеюсь доклады вы успели подготовить. — До завтра, — и парень убежал в сторону гардероба. Т/И пошла в сторону автобусной остановки. Пока ждала автобус, девушка услышала, как её окликнули. — Т/И ТО! Это вы? — спросил женский голос. Т/Ц/В обернулась и увидела женщину лет сорока. — София, здравствуй. Как ты, девочка? — Неплохо. И даже занимаюсь историей, как всегда хотела. А почему вы выглядите ровно как двадцать лет назад? — Это мой маленький секрет, дорогая, — тут подъехал автобус, и Т/И села в него. «Пора переезжать» — подумала девушка и тяжело вздохнула. Это ей никогда не нравилось: переезжать каждые пять — семь лет. Она не старела с двадцати пяти. «Но я пообещала Роме, что буду вести их курс в следующем году. А он наверняка поделился этим с группой. Не хорошо получается» — Т/Ц/В снова вздохнула. — «Ладно, приму у ребят сессию и скажу, что нужно переехать, и извинюсь. Надеюсь, они меня не найдут». Т/И вышла на остановке и пошла к дому. Войдя в квартиру, Т/Ф огляделась. Последние изобретения очень нравились девушке, ведь они позволяли хранить всё, что она накопила из книг, записей, фотографий, писем, свитков, и даже собственных дневников, на небольших носителях информации. Но всё-таки какие-то, самые дорогие сердцу вещи, бессмертная хранила в альбоме. Там были письма и фото Т/И и молодого парня. Первые из них были сделаны в 1940 году. *** Тогда Т/Ф была преподавателем в одном из юрфаков СССР, а этот парень учился там вопреки желанию родителей и очень быстро стал лучшим на курсе. Такого рвения к учёбе Т/Ц/В никогда не встречала: ни до, ни после. Ромка был на последнем, четвёртом курсе, и ему исполнилось двадцать два за день до выпускного. Роман Орлов стал единственным студентом, получившим красный диплом. На выпускном, когда он перестал быть учеником Т/И, он признался девушке, что любит её. Это была первая и последняя любовь бессмертной, ведь она тоже любила, но он был её студентом. Сорок первый год, двадцать второе июня. Т/И Орлова проснулась от того, что её муж включил радио, и голос Левитана объявил о начале войны. Роман пошёл в призывной пункт добровольцем, откуда вернулся, дабы собрать вещи и попрощаться с женой. Его эшелон отбывал через двенадцать часов. Семейная пара тогда не знала, что у них будет ребёнок. Орлову вместе с другими мирными жителями отправляют в тыл. Бессмертная попала в Казань, где стала учителем в школе, правда, работала она только пять месяцев. В феврале Т/И пришла похоронка, где говорилось, что её муж погиб, защищая товарища от летящей в него пули. Этот момент экс-Орлова не забудет никогда. Только осознание, что у неё осталась частичка любимого, позволило женщине двигаться дальше. В марте родился у бессмертной родился сын, которого девушка назвала Романом, в честь его погибшего отца, который узнал, что у него будет ребёнок только находясь в землянке на линии фронта во время небольшой передышки. Рома очень радовался и надеялся, что когда он вернётся, то проведёт много времени с ребёнком. Но нет, милая девушка по имени Судьба распорядилась по другому. Роман Орлов умер за полтора месяца до рождения своего сына. А Роман Орлов младший родился наполовину сиротой. Т/И смогла воспитать сына, а тот в свою очередь всегда помогал маме. Он был единственным, кто узнал секрет, который бессмертная хранила веками. Рома всегда гордился матерью, ведь она прошла столько испытаний: период удельных княжеств, монгольские нашествия и их последствия, Смуту, дворцовые перевороты, войну с Наполеоном, Русско-турецкие войны, Крымскую войну, Первую Мировую, революции, Гражданскую войну. И вот Вторую мировую. Парень рос смышлёным и умел соотносить факты. Например, он заметил, что каждый век, начиная с 1320 года, происходит глобальная эпидемия. Он не упрекал мать за то, что не заметила этой тенденции: тогда у Т/И были другие проблемы. Однажды, когда Ромке было 54, он получил письмо, которое гласило: «Не ищи меня, сынок. Я уезжаю из страны. Мне надо сменить обстановку. Скажи жене и детям, что я умерла. О могиле я позаботилась. Она на Тихвинском кладбище Питера, 10 ряд, 4 с дальнего края. Зелёная ограда и шест с рунами старшего футарха. Надеюсь, ты его помнишь. Но если нет, то вот перевод: «Спустя десятки лет ты наконец встретишься с мужем. Пусть Хель отправит вас в лучшую жизнь». Пусть твои дети будут счастливы. Я порой следила за вами издалека. Я рада, что ты передаёшь историю своего отца. Что учишь детей знаниям, что я дала тебе. Никогда не забывай: руны могут сказать многое, главное — уметь читать их. Ты стал чудесным скандинавистиком. Надеюсь, наша семейная страсть к истории не затеряется в веках. Удачи, Рома». Обратным адресом был указан дом, в котором жили Орловы до начала войны. *** И вот, спустя много лет, Т/И видит на лекции парня, что один в один похож на её первую любовь. Не показав того, что шокирована, профессор ведёт лекцию. После лекции парень остаётся в аудитории. — Тебе что-то не понятно? Могу объяснить, — говорит Т/Ф. — Нет. Просто хотел сказать, что мою прабабушку звали точно так же, как вас. У вас даже девичьи фамилии совпадают. Правда фото в нашей семье не сохранилось. Скорее всего, они пропали во время переездов. — Прости, а как тебя зовут? Не успела вас ещё запомнить. — Я — Роман Орлов. Так получилось, что Роман — это наше фамильное имя. — Рома, а что ты знаешь про своего прадедушку? — А почему вы спрашиваете? — Мне просто интересно. Мне всегда нравилось находить ребят, которые знают про такие свои корни. Просто большинство не знает про них. — Я знаю, что он погиб в феврале 42 года, за месяц до рождения дедушки, защищая товарища от пули. Так получилось, что наша семья тщательно передаёт семейную историю. А ещё семейные традиции — изучать старший футарх и идти на исторический. Так получилось, что в нашей семье все любят историю. — Да, интересная семья. Извини, Ром, но мне надо бежать. Встретимся на следующей лекции. Это был первый раз, когда бессмертная достала альбом из шкафа за последние лет сорок. Вот она с мужем на свадебной фотографии. А сегодня к ней подходит её правнук. Это было… Неожиданно. А ещё страшно. Но именно тогда Т/И порадовалась, что практически все фотографии с ней были уничтожены ещё во время Великой отечественной. А после бессмертная никогда не соглашалась делать фото с собой. Было тяжело жить в Советском союзе. Приходилось просить через министерство народного просвещения перевода в другой город. И желательно на большом расстоянии от предыдущего. Было действительно тяжело, но Т/Ф никогда не забудет, как был счастлив её сын, приезжая в новый город и приходя в новую школу. Для того времени, тогда ещё, Орлова имела хорошие сбережения, что позволяло её сыну иметь хорошие книги и принадлежности, одежду и обувь и даже технику. Но если его одноклассники хотели кассетный проигрыватель и наушники для того, чтобы слушать музыку, то Роман просил маму записывать свои лекции и, по возможности, просить других профессоров об этом одолжении и слушал лекции студентов. Учителя истории любили этого юношу, и когда они спрашивали, откуда он знает столько материала, то он просто отвечал, что его мама преподаёт в университете, а раньше много путешествовала по архивам, поэтому столько знает. Рома сдержал слово, когда-то данное матери: не рассказывать про дар-проклятье Т/И. Спустя несколько недель началась пора экзаменов. Экзамен первого курса. После того, как студент сдал работу, профессор просит остаться его до окончания экзамена. Когда все работы сданы, Т/И обводит взглядом аудиторию и произносит: — Ребята, как бы мне того не хотелось, но я должна уехать. Я покидаю этот город и возможно страну. Я ещё не знаю. Да, я знаю, что вы надеялись, что я доведу вас до выпуска. Но увы… Простите меня, ребята. — Т/И Т/О, а что случилось? Почему вы уезжаете? — спросила девушка с дальней парты. — Извини, Лиза, но я не могу об этом сказать. Это мой секрет, из-за которого мне приходится переезжать каждые пять — семь лет. Мне самой это не нравится, за первый год я успеваю привыкнуть к новому городу, и мне тяжело его покидать. — Тогда удачи вам, Т/И Т/О, — сказал правнук бессмертной. — Спасибо, Рома. Простите, ребят, но надеюсь, что мы с вами никогда не увидимся. Точнее, я бы хотела, но мой секрет не позволяет мне искать встречи с вами. — Т/И Т/О, а вы нам напишете? — Нет. Я лишь надеюсь, что ваша страсть к истории никогда не угаснет. Ребята вышли из кабинета, но лишь Рома снова остался. — Что такое, Ром? — Я не хочу терять с вами связь. Но если это невозможно, то тогда можно хотя бы раз пройти с вами в архив города? — Зачем тебе? — В этом городе жили прадедушка и прабабушка перед Великой отечественной. А ведь верно: Т/И не заметила, как вернулась в город, в котором встретила свою первую любовь. — Я покажу тебе нечто большее, чем городской архив. Хочешь? — Да, очень, — глаза юноши заблестели предвкушением. — Тогда поехали ко мне домой. — Зачем? — Узнаешь. Спустя полчаса бессмертная и Орлов вышли на остановке. Т/Ф повела парня к себе в квартиру. –      Ого… Как красиво… –      Снимай обувь и иди за мной. В гостиной девушка достала альбом с воспоминаниями и показала его Роме. Парень перелистывал страницы, смотрел на фото, читал немногочисленные письма. И всё не мог поверить в то, что видел. Пока юноша смотрел альбом, Т/И открыла одну из многочисленных флешек на компьютере. После того, как Рома закончил смотреть альбом, девушка подозвала его и показала содержимое первой флешки. Здесь были документы 18-19 веков, записки Владимира Ленина, написанные в тот период, пока он готовил революцию. — Откуда это у вас? — Из первых рук. Володя сам мне их показывал и разрешил оставить у себя. — А откуда у вас фото прадедушки и дедушки? — Видишь это фото? — девушка указала на свадебное фото. Парень кивнул. — Девушка на фото — я. Парень — твой прадедушка — Роман Орлов. Это было в 1940 году, в августе. На момент фото мне было 745 лет. Я родилась в 1195 году. Сейчас мне 830 лет. Я была знакома с Дмитрием Донским, Иваном Грозным. Я видела коронацию первого Романова. Я была учителем у Петра Великого. В Великое посольство он отправился, вдохновившись моими рассказами. — Подождите… Этого быть не может! Вам не может быть 830 лет! Вы шутите! — Мне бы хотелось, но нет… Ты знаешь, где находится могила твоей прабабушки? — В Питере… Конкретно не помню… — На Тихвинском кладбище Питера, 10 ряд, 4 с дальнего края. Зелёная ограда и шест с рунами старшего футарха. — Да… Так это вы? — парень попытался сдержать слезу, но не смог. Т/И обняла его, поглаживая по волосам. — Я… Девушка долгое время обнимала правнука, пока не пришла пора идти ему домой. — Дай мне свой номер, Ром. Я напишу тебе, когда… — профессор посмотрела на свои руки, что начали сморщиваться и осыпаться пеплом. — Неужели… Проклятие снято… В скором времени парень остался один в огромной комнате. Тело Т/И истлело, как и должно было… Парень встал и побрел в коридор, когда заметил листок с рунами. Он взял его и машинально начал переводить. «Проклятие вечной жизни редкое, но жестокое. Снять его может только правнук или правнучка того, кто родился с этим «даром». Лишь слёзы этого потомка могут снять проклятие. Но трудность в том, что все дети до него и он сам должны быть зачаты в любви и гармонии». Т/И нашла этот манускрипт недавно и не успела перевести… — Ба… Я выполню то же обещание, что давал тебе дедушка… Твоя жизнь не будет потеряна зря…