Часть 1
26 октября 2023 г., 15:40
Пустынная дорога. Изредка проносятся легковушки и грузовики.
Молодой мужчина, на вид лет тридцати, вышел из магазинчика на заправке. Сунул скрученный трубочкой журнал в задний карман потертых джинсов. Сорвал пленку с пачки сигарет. Чиркнул спичкой. С удовольствием затянулся. Задрал подбородок, выпуская в надоевшее серое небо густое облачко едкого дыма. Первые капли дождя упали на лицо и шею, противно скатились по острому кадыку за шиворот растянутой футболки.
— Гребаный октябрь, — пробормотал он. Поёжился, поправляя тонкую куртку, и по привычке, пусть уже и безболезненно, повел плечом.
Несмотря на день, зажглась и заморгала лампочка над входом в магазинчик. От ее света уличная серость стала только тоскливее.
— Ну что, поехали, — сдвинул сигарету в уголок губ, зажал зубами и, сунув руки в карманы, пошел к дороге.
В этом мужчине на первый взгляд не было ничего примечательного. Невысокого роста, широкоплечий, но не слишком, худой, но не тощий. Крашеные рыжие волосы с давно отросшими темными корнями, небрежно зачесаны назад. Бледное лицо, суровые брови, скептический взгляд темных глаз.
Он вышел на трассу. Покрутил головой, выбирая направление. Пару раз затянулся, выкинул окурок и зашагал вправо. Дождь усиливался. Мужчина раскрыл журнал над головой. Голая девица в розовых кружевных подвязках, тупо улыбаясь, уставилась на его макушку.
Бежать смысла не было. Спешить некуда. Ему нужна была только попутка.
А вот и она. Показались отдаленные огни фар.
— Наконец-то, — пробубнил он и замахал руками, как утопающий. Промокший журнал несчастно мотался из стороны в сторону.
Огромный грузовик остановился, не съезжая на жижу обочины. Шипение и скрежет тормозов. Не новый уже, хотя с виду ухоженный.
— Подбросите до поворота? — рыжий вскочил на ступеньку громадины.
— Запрыгивай, — махнул водитель. Небритый шатен в очках, на вид ему было лет сорок.
Пассажир бросил журнал на обочине, подтянулся за поручни и устроился на сиденье. Снял промокшую куртку и потряс головой на собачий манер.
— Сейчас включу обогрев, — водитель крутанул рычажок и в салон подуло теплом.
— О, благодарю, — кивнул промокший. Протянул руку: — Мин Юнги.
— Ким, — шофер быстро пожал широкую ладонь, — Ким Намджун.
— Как дорога, Ким Намджун? Издалека едешь? — Юнги окинул цепким взглядом приборную панель: смятая пачка сигарет забилась к самому стеклу, игрушка-собачка качает головой на пружинке, пакетик чипсов и приклеенное скотчем фото женщины-европейки с детьми. На заднем сиденье — всклокоченное спальное место, пакет с одеждой, пара бутылок алкоголя.
— Дорога - дрянь, — тем временем отозвался Намджун. — С побережья еду, чуешь, наверное, рыбой тащит из кузова. А дороги там… сам знаешь, одни ухабы да объезды. Всего час за рулем, а уже задолбался. Подай, — он кивнул на пачку. Юнги передал. Водитель закурил, не открывая окна.
— В Сеул груз везешь? - поинтересовался Мин.
— Да, весь день пилить. А тебе куда?
— Здесь недалеко, — махнул пассажир, — километров десять. Я покажу.
— Я рад, что ты подсел, — грубоватым голосом искренне признался водитель, — а то тоска сегодня. Погода тухлая, радио тут еще не ловит. Так хоть не засну.
— Я не самый разговорчивый попутчик, — ответил Юнги, откинувшись на спинку. — Но слушать умею. Твои? — он указал на фото.
— Да, — отмахнулся Намджун. Выкинул окурок в щелочку окна и тоже посмотрел на фотографию. — Все трое мои, да и жена тоже еще моя.
— Ещё? — хрипловатый смешок пассажира заставил водителя неуверенно поджать губы.
— Разводиться пытаемся, да всё никак. То я не хочу, то она не идет на компромисс — хочу детей чаще видеть, а ей не нравится, видите ли, что они будут со мной.
— С чего это? — почти безразлично спросил Юнги. — Руку поднимал на них? Бухаешь сильно или еще что?
— Выпиваю порой, бывает, — пожал плечом Ким. — Но не лупил никогда, не наказывал даже. А она взъелась, что я то на работе сутками, то в гаражах - машина то не новая, а домой спать прихожу и то под этим делом... Ну вот скажи, банка пива — это разве считается?! — возмущенно давя на газ на подъеме, вопрошал Намджун. — Ладно, иногда две. Но не больше. Я же рабочий человек, мне нужно нервы лечить, усталость. А эта… Ух!
— Она из Европы?
— Да, привез ее пятнадцать лет назад, — чуть улыбнулся водитель. — Был в гостях у друга-сокурсника. А она… Красивая была, с характером, страстная, ууух! Влюбился по уши. Украл у родителей и привез сюда. Сначала довольная была, домик отстроили, свое хозяйство, учительницей стала, детей нарожали. А в последние годы, как подменили её. Склочная, ворчливая. Вон, — он мотнул головой на заднее сиденье, — из дома выставила пару месяцев как. Вещи в пакет, ботинки теплые выпиннула и щетку зубную всучила. Иди, говорит, пока не одумаешься, не возвращайся.
— Не одумался? — грустно хмыкнул Юнги.
— А чего мне одумываться? Я ж не виноват ни в чем вроде. Не бил, не изменял, за детей любого порву, если надо. Даже согласен выпивать пореже, но с моей работой — сам понимаешь, не так то это и просто.
— Понимаю, — отвернувшись к мелькающему за окном серому пейзажу, отозвался Юнги.
— В общем такая вот история, — почесав растрепанный затылок, заключил Намджун. — Семья. Всё не просто.
— Завидую тебе, — вдруг тихо пробормотал пассажир, не оборачиваясь.
— Что? — не расслышал Ким.
— Завидую, говорю, — Юнги повернулся. В темных глазах дрожали едва заметные слёзы. — Счастливый ты человек, Ким Намджун.
— Эй, да ты чего? — растерялся тот. — Чему завидовать-то? Всё к чертям летит, работа поперек горла уже, дети не звонят совсем, жена настроила их видимо. Нечему тут завидовать. Ты лучше послушай, да на ус мотай, пока молодой, на моих ошибках учись: женись на покладистой, чтоб характер был ладный.
— Как раз на такой и женился, — Мин с досадой потер глаза.
— А-а, ну это же отлично, — всё еще растерянно сказал Намджун. — Детей родила или не успели еще?
— Двоих, — кивнул пассажир.
— О, полная семья, считай! — вернув себе уверенный тон, отозвался Ким.
— Да. Семья. Как раз к ним еду, — Юнги взял с сиденья свою сырую куртку. — Сейчас будет поворот на Кванджу, — он указал на неприметный перекресток. — Останови, я спрыгну.
— Так ты оттуда?
— Нет, потом отсюда сразу назад поеду, если поймаю машину.
— Потом? — озадаченно спросил Намджун, но на тормоза нажал.
Грузовик запыхтел, заскрипел, дернулся и остановился. Кроме перекрестка разбитых дорог и столба на повороте, кругом было черное поле. Дождь прекратился, но ветер никуда не делся.
— Спасибо, — отсалютовал Юнги, спрыгнул с подножки и захлопнул дверь кабины.
Ким не спешил трогаться. Он с любопытством проследил куда пойдет этот странный парень в чистом поле.
Тот приподнял воротник, зачесал волосы назад, словно прихорашиваясь насколько это было возможно. Перешел на другую сторону дороги, спустился с обочины, пачкая старые кроссовки, и подошел к одинокому столбу. Намджун нахмурился, поправил очки и только теперь обратил внимания, что у самого столба стоит гранитный камень с тремя табличками. На одной женский портрет, а на двух поменьше — детские лица. С этого расстояния водителю не были видны их черты, но он и без этого понял, на кого они были похожи.
