Ты будешь моим

       Компания на дораму собралась невероятно отличная, что уже было залогом успеха. Подбирали только лучших, но не хватало ещё одного актёра. Пробы на роль Вэй Усяня длились уже месяц, но никто не мог удовлетворить саму Мосян Тунсю. Однако, уже неделю ходили слухи, что нашли айдола в Америке, которого окучивают, предлагая баснословные гонорары, отличную отдельную гримёрку и номер в отеле с видом то на горы, то на озёра. Все были в волнении, и только Ибо не понимал, зачем он тут сидит, когда есть дела поважнее.        Прошло восемь лет с тех пор, как он жестоко бросил мужчину, действительно заботящегося о нём, любящего его и просто желающего ответа на свои старания. И тот был прав. Он был достоин этого, а Ибо не смог понять. Нет, он понял, только не сразу. Спустя три месяца съёмок он сорвался и прилетел в Шанхай. Купил огромный букет цветов и двинулся в квартиру, где был счастлив последние два года. Вот только дверь ему открыла незнакомая женщина и объяснила, что приобрела квартиру через агентство, и никакого Сяо Чжаня она не знает. И тогда начались поиски. Ибо был и у родителей Чжаня, и у друзей, однако самого мужчины и след простыл. Обойдя практически весь Китай, Ибо не нашёл никаких зацепок. Продажа квартиры была анонимной, симка оказалась выкинутой в помойку, а кошка Орешек осталась на попечении у госпожи Сяо. Вероятно, мама Чжаня знала, где бродит ее сынок, но упрямо утверждала, что тот попрощался месяц назад и уехал в неизвестном направлении.       К вечеру всех распустили отдыхать, но предупредили, что найден безупречный вариант на роль Вэй Усяня. Заодно сообщили, что он уже три года является айдолом, и поэтому голубым головам был дан совет не пытаться его добиться, несмотря на то что, выглядит тот как настоящий небожитель.        Ван Ибо был зол. Ну, надо же, уговорили звезду мирового масштаба. Наверняка выскочка, каких поискать. Он только с третьего раза добился второй главной роли, а теперь нужно убедить и свой член подняться и трахнуть "небожителя".        - Ты не в себе, - заметил Лю Хайкуань, когда они зашли в номер Ибо.        - Еще бы, - парень налил себе виски. - Не тебе же придется трахать американского китайца.        - Ты сам стремился на эту роль, так в чем дело? - Также заметил Ли Цзи.        - Выскочка мирового масштаба, так ещё и девственник, поди. Не зря же он айдол. - Фыркнул Ибо, делая глоток благородного напитка.        - А, по-моему, ты преувеличиваешь. Заметь, никого не смогли найти, а нас попросили принарядиться в сценические образы для знакомства. - Ван Чжочен был в своем репертуаре.        - И вообще, вам сотрудничать надо. - кивнул Фэн Цун, которому предстояло играть злодея-психопата.        - Да все просто! Он истеричку свою забыть не может. Вон, сколько бегает, и все впустую! - Воскликнул Хэ Пэн.        - Хватит! Он не истеричка, а нормальный человек. И вообще, валите в свои номера. У меня осталась одна спокойная ночь. Уверен, я забуду, что такое сон! - Возмутился Ибо и вытолкал всех за дверь. Он устало прошел в свою комнату и упал на кровать. Сон не шел, в голове был лишь его солнечный мальчик двадцати шести лет. Сейчас тому тридцать четыре, и он пропал с радаров. Надо же было быть таким слепым и глухим, чтобы не заметить, что тот делал для них.        - Мудак! - мужчина ударил кулаком в подушку и тут же провалился в сон.        Ван Ибо проспал. Сильно проспал. Очень сильно проспал. Он добрался до места съёмок, быстро переоделся в светло-голубое ханьфу. Девушки-гримёрщицы поколдовали над его личиком, сделали причёску из длинного парика и надели налобную ленту. Вся его команда, наверное, уже знакомится с новым членом группы, и от этого настроение Ван Ибо стало только хуже. Он забежал на съёмочную площадку и остановился. Перед ним возник воистину прекрасный вид: идеальная осанка, спрятанная в черное ханьфу, идеальные чёрные волосы парика, что лежат на спине до самой поясницы, украшенные алой лентой, в руке юноша крутит чёрную флейту. Ибо стал подходить к небожителю, но резко остановился, услышав:        - Серьезно?! С третьего раза? А он точно справится?        Голос небожителя был красив, солнечный, очень похожий на его любимый голос, но вот усмешка в адрес его профессионализма Ибо очень не понравилась. И всё-таки этот айдол - обычная выскочка, а таких юноша просто ненавидит. Работать будет сложно, но он должен поставить его на место. Он подошёл ближе и, не намереваясь слушать дальше колкие обвинения, открыл свой рот:        - Слушай, американская версия Китая, мне плевать, кто и что ты такое. Поэтому закрой рот и всасывай: ты подо мной, я выше, усёк?! - Ван Ибо был доволен собой, с таким Ван Ибо опасно было связываться. Команда резко замолчала, а он усмехнулся. Если бы он только знал, что произойдет в следующие мгновения.        - Американская версия Китая? - в голосе небожителя слышалась улыбка. Ему явно стало интересно, кто же такой этот Лань Чжань, и поэтому он поспешил посмотреть на своего партнёра, но, развернувшись, едва не вздрогнул, а вот Ван Ибо вовсю принялся рассматривать Вэй Усяня, и его взгляд зацепился за ту самую любимую блядскую родинку под нижней губой. Собравшись полностью, мужчина напротив протянул руку и улыбнулся. - Приятно познакомиться, мое имя Сяо Чжань, и, как ты верно заметил, я играю роль Вэй Ина. А ты?... эм... - он сделал вид, что задумался. - Ван Ибо, да?        Ван Ибо молчал. Он только что наехал на Сяо Чжаня. На Сяо, мать его, Чжаня. Первая встреча после стольких лет, и он его оскорбил. Это фиаско. Он не мог даже руку пожать, боясь к ней прикоснуться. Но зато сам Сяо Чжань откровенно веселился.               - Послушай, Ван Ибо, - Чжань убрал руку, поняв, что никто не собирается принять его рукопожатие. - Я, как ты выразился, усёк, но постарайся, чтобы у меня встал на тебя, и чтобы мне понравилось. Я предпочитаю опытных мужчин, а не новичков, поэтому потренируйся, не разочаровывай меня.        Это полное фиаско. Дно. Днище. Не выдержав больше стали в глазах любимого мужчины, Ван Ибо сорвался с места и убежал со съёмочной площадки, услышав напоследок тот самый солнечный смех в его спину. Работать будет сложно. - подумал он, даже не догадываясь, что о том же самом и в эту же секунду подумал Сяо Чжань.        Съёмочная команда ещё долго играла в переглядки друг с другом.