Ты будешь моим

       - Ты это написал за десять дней?! - шокированный голос Ли Цзи прозвучал в полной тишине после прекрасной мелодии и слов, что сложены в прекрасный саундтрек к дораме "Неукротимый повелитель Чэньцин".        - Ну да... - пожимая плечами ответил Чжань и неловко улыбнулся. Вся съемочная площадка продолжала шокировано молчать. - А что мне еще оставалось в госпитале делать? Тем более я давно задумался над этой идеей. Вы же знаете...? А нет, вы же не смотрели мои картины.        - Чжань, ты о чем? - поинтересовался Чжочен.        - Для дорам, где я играю главные роли, я всегда пишу саундтреки, вы же помните, что сначала я попал на сцену, а только потом на экран. - Сяо Чжань сел на сцену, сложив ногу на ногу.        Очередная новость о жизни бывшего любовника ударила по Ван Ибо прямо по голове. Он совершенно ничего о нем не знал и сейчас многому удивлялся. Внезапно вспомнились его прощальные слова о работе кассира и чувство стыда накрыло волной. Впервые захотелось, чтобы Сяо Чжань ударил его в лицо и все высказал ему. Захотелось упасть на колени и вымаливать прощение прямо перед всеми. Но сейчас он только молча хлопал глазами, как настоящая фанатка, мечтающая повиснуть на его шее. Сколько еще талантов мужчина скрывал, потому, как этого хотел именно он.        Раздались аплодисменты и Чжань шуточно поклонился. Он был рад, что песня им понравилась. Ведь он вложил в нее все свои чувства. Уже прошло несколько месяцев и съемки подходили к концу. Ему было сложно играть вместе с бывшим парнем, но он смог и теперь был горд за себя. Эта песня частично была о грустной их любви, что закончилась также внезапно, как и началась. Началась с него и закончилась на нем. Теперь они на сцене покажут другой исход их пары. Что ж, Вэй Усяню больше в жизни повезло, несмотря на то, что весь мир его ненавидит.        - Ребят, как вы знаете, дорама - это история любви Старейшины Илин и Ханьгуан-Цзюня... - осторожно начал Чжань.        - Ну да... - саркастично бросил режиссер. - Было бы забавно, если бы мы не знали, что снимаем.        Съемочная площадка истерично хихикнула, но тут же замолчала, когда Сяо Чжань сложил руки на груди.        - Ну раз я вас просветил в этом вопросе, позвольте, я продолжу? - шутку он оценил, но необходимо закончить начатое.        - Валяй. - небрежно махнул рукой Ван Ибо, впервые подавший голос.        - Ох, благодарю, Ибоша. - скривился Чжань, но перебить себя уже точно не позволил. - Кстати, ты вовремя решил показать себя.        То, что хотел сказать "Американская версия Китая" в первую очередь ошарашит самого Ибо, но надо сказать, такое решение пришло с большой тяжестью и сожалением, а, главное, с нежеланием.        - А раз эта история любви прошла небывалое расстояние, чтобы обрести долгожданное счастье, я не хочу, чтобы только мой голос звучал на заставке.        - А с кем ты хочешь? - спросил Хайкуань, задумавшись над его предложением. Себя он не видел рядом с ним, а вот догадка, только что влетевшая в голову, успешно озвучил сам хозяин песни.        - Я хочу предложить Ван Ибо дуэтом исполнить со мной этот саундтрек.        На съемочной площадке стала звучать оглушающая тишина. Ван Ибо даже раскрыл рот. Учитывая, какие у них отношения, о себе он думал в последнюю очередь. Хотя если вспомнить подслушанный разговор, то это вполне объяснимо. Да и объяснения его возлюбленного также вполне разумны. Получается, что, как ни крути, а Ван Ибо идеально подходит для этой роли.        - Почему именно он, Чжань-гэ? - расстроенно переспросил Ван Чжочен. - Он не один умеет петь.        - Как я уже сказал, это история Вэй Усяня и Лань Ванцзы, соответственно мне и Ван Ибо и нужно исполнять. - пожал плечами автор строк.        - Тебя точно по голове стукнули и ты лишился рассудка. - подытожил Чжочен и обиженно отвернулся. Чжань же на этот комментарий решил ответить молчанием.        Все резко посмотрели на едва не покрасневшего молодого парня и ждали его решения. Практически все думали, что он откажется и роль отдадут другому актеру, который тоже умеет петь. Но взяв себя в руки, Ван Ибо, как настоящий хищник, улыбнулся и развалился в кресле, отвечая на заманчивое предложение.        - Я согласен, Чжань-гэ.