До первого взгляда

Федеральная экспертная служба, такая же по сути контора как и все остальные. Хотя во многом это ошибочное, и что уж сказать, не правдивое мнение. Хотя чего только стоит та же, Рогозина Галина Николаевна. Строгий полковник, который устрашает иногда даже Султанова, который готов был чуть ли не горы сворачивать, лишь бы женщина была с ним. Но только вот сейчас, она выглядела абсолютно уставшей, и ничего не понимающей из-за дела которое только начавшись, практически сразу же зашло в тупик. В связи с тупиком в деле, в экспертную службу приходит новый человек, которого Султанов назначает по личной консультации, да и чего таить, девушка сама мечтала работать в ФЭС, и быть в их составе. Но и рекомендации она получила не просто так, все это благодаря руке её отца, который находился в хороших дружеских отношениях с генерал-майором, от чего и получается что в основе рекомендаций лежит дружба, а весь честно заработанный послужной список можно спокойно сжечь. Хотя возможно, он будет иметь смысл для Рогозиной. Мысли занимающие голову всю дорогу вдруг обрываются, оставляя после себя лишь пустое отдающее эхом «Что?». Руслан Султанович раздражённо цыкает, очевидно понимая что его не слушали. – Вероника Романовна, я надеюсь на вас. - дверь со стороны девушки открывается, у неё нет времени подумать, нет времени что-то сказать, её выставляют из машины. – Есть Руслан Султанович. - фраза летит в пустую казалось бы для буднего дня в Москве улицу, и там же теряется в звуке отъехавшей машины начальства. На улице моросит мелкий, холодный, осенний дождь. Поправу любимая погода для души, и по истине ненавистная для работы. Ни следов, ни улик, ничего в общем то что могло бы помочь в раскрытии. Абсолютно серое небо, промокшая на сквозь земля липнущая к ботинкам, и до невозможности раздраженные земёрзшие и продрогнувшие до костей оперативники, которым бы сейчас чаю, пледа на плечах и желательно отпуск в теплых краях, а не беготня по скользкому грунту и риск себе что нибудь да сломать. Пока Вероника направляется к зданию экспертной службы в голове вертятся навязчивые мысли - «А что если я не подойду? А что если коллектив не примет меня? Может все это было зря?». Каждая из мыслей заставляла хвататься за голову в приступе мигрени, по крайней мере самой девушке так казалось. Хотя в своё время когда Селезнёва общалась с Юлей Соколовой, та ей говорила что Рогозина прекрасный человек, а как начальник ещё лучше. В это хотелось верить, хотя бы потому что как то Веронике вместе с отцом посчастливилось побывать на вручении медалей за заслуги перед Родиной так сказать, и как Галина Николаевна сбежала с этого же вручения чтобы спасти своих сотрудников, это заставляло уважать полковника, но и не меньше бояться не понравится ей в работе. Заходить в здание страшно. Но нужно либо решиться и войти, чтобы помочь распутать дело и оправдать возложенные на себя надежды. Либо струсить, и отказаться от дела которое может стать продвижением в карьере. Меж двух вариантов приходится выбирать самый оптимальный, и самый правильный. «– Либо жизни людей, либо твои глупые страхи Селезнёва!» - набатом билась в голове явно последняя, адекватная мысль. Ей хватает нескольких десятков секунд чтобы перебороть страхи, и зайти в здание, пройти по коридору к стойке, где её уже скорее всего ожидала Рогозина. Надежда на то что женщина не станет расспрашивать о опоздании, и её недолгой заминки в коридоре, где с каждой секундой терялась вся храбрость, а на пару с ней и уверенность. Вероника подходит ближе, и уверенно кивает в знак приветствия, потому что уверенности во владении своим языком куда-то испаряется, как вата, растворяющаяся в воде. – Здравствуй и рада тебя приветствовать здесь, в федеральной экспертной службе, спасибо за помощь и содействие в расследовании. - Рогозина первой прерывает тишину, давай понять что все в порядке и волноваться не стоит. – Спасибо Галина Николаевна, я ценю работу в вашем коллективе, и буду рада помочь. - усталость в глазах собеседницы ощущалась Веронике почти что на физическом уровне, сейчас она бы высказала свое сочувствие, и они обе знаю что оно будет лишним. Вероника колеблется всего пару мгновений, задумываясь стоит ли, но все её беспокойство о Рогозиной оказывается сильнее её самой, поэтому та совсем тихо, будто это страшнейшая тайна, за разглашение которой можно лишиться головы. – Галина Николаевна, давайте я закажу вам кофе и лёгкий завтрак? - говорит тихо словно провинившийся ребёнок, но заговорчески улыбается зная что женщина не устоит перед её синими жалобными щенячими глазами. Рогозина смотрит на девушку даже как то не веряще, она кажется почему то такой далёкой и слишком доброй для этого всего, смотрит с сомнением, вопрошая у самой себя как вообще эту девочку взяли в органы с её то наивностью, но так же быстро отвечает самой себя что тут половину сотрудников со стороны можно назвать наивными, пока не покопаешся в их делах и мировоззрении. – Я бы не отказалась. - женщина все таки сдалась, что-то было у неё такое в глазах от чего сложно было отказаться, и то ли Рогозина повелась на наивно-самонадеяный тон девушки, то ли она слишком устала от этого всего. Селезнёва что-то довольно мурлычет под нос выходя из переговорной, совсем не замечая за телефоном идущего по коридору мужчину. Будь она намного внимательнее, она бы заметила, идущего по коридору мужчину который выше её практически на голову. Мужчина идущий по коридору видимо имел на девушку надежды что она все таки оторвётся от телефона, и та практически оправдала себя, специфически, но все же. Поднося телефон к уху, слушая гудки. – Ало? Здравствуйте, я бы хотела.. - девушка прерывается так же неожиданно, как и врезается в мужчину, упираясь лбом ему в грудную клетку, а на талию опускаются чьи то теплые, заботливо придерживающие руки. Телефон который при столкновение чуть не познакомился с полом благополучно сбрасывает звонок, где по ту сторону линии сидел абсолютно ничего не понимающий оператор, который в свой рабочий понедельник явно не горел энтузиазмом разбираться у кого что происходит, придерживаясь мнения «захотят, перезвонят». – Все в порядке, не ушиблись? - приятный тембр где то сверху заставляет прийти в себя и сделать шаг назад, всматриваясь холодным не проницаемым взглядом, в растерянные напротив глаза, пытаясь собрать мысли в одну единственную, адекватную, здравомыслящую кучку. По тому как со стороны, это смотрится как дешёвый клишированый фильм где все розово и не интересно. Хотя единственное что отличало реальность от фильма это то что не было любви с первого взгляда и всех этих ужасных розовых соплей, это RusReal, стоит опомниться, принести свои извинения и все таки заказать кофе и завтрак уставшей начальце. Но спланированую цепочку мыслей рушит негромкий свист и негромкий смех. – Ух ты, да ты уже наших новых оперативниц сражаешь наповал, не стыдно тебе Артём. - девушка которая сейчас говорила, намеренно выделив это "наповал", была Маргаритой Власовой, если Вероника правильно запомнила материалы дел которые она читала, то это была она. По крайней мере все прояснилось, она по неосторожности врезалась в Артёма Тукаева, здешнего патологоанатома. Который все ещё стоял растерянным из-за произошедшего конфуза, а слова Власовой добили его окончательно. – Я приношу свои искренние извинения Артём Вадимович, за свою не осторожность. - Вероника последний раз смотрит мужчине в глаза прежде чем уйти. Угодило же, даже отчество запомнила, чёрт бы его побрал. – Артём Вадимович, да вы жжёте. - Власова ухмыляется, по дружески хлопая Тукаева по плечу, тяжко вздохнув уходит в сторону переговорной, видимо доложить как идут дела. Тукаев ещё с явным непонимание направляется в морг, все ещё не до конца осознавая что вообще произошло, кто эта рыжая девушка, и за что собственно извинилась, хотя за что извинилась понятно, главное чтобы она в коридоре снова не налетела на кого то по невнимательности. Ну судя по всему ей это уже не грозило, потому что довольная Селезнёва шла в переговорную с кофе и приятно пахнущим пакетом, точнее приятно пахнущим содержимым в этом пакете. К то му же ещё горячее, благо хватило ума заказать с кафешки рядом. Переговорная оказывается пустой, как и голова в которой должны быть разумные мысли, или хотя бы домыслы, но это уже вторично. Хотя мысль о том что, стоило бы попросить хотя бы примерно показать где что находится. Но видимо за всем что происходило в голове, та не замечает оклик, но вполне ощутимо чувствует руку на своём плече. – А вот и потеряшка. - это была Власова, говорящая игривым тоном, прямо над самим ухом. – Маргарита Батьковна, мне кажется не самое время.- в голосе сквозит растерянность, а за спиной слышится истерический смех и неразборчивое кряхтение. – Маргарита не доводи девушку до инфаркта, лучше доведи до чего нибудь другого. - к их "весёлой" компании присоединяется симпатичный молодой человек, который не переставая улыбаться смотрел на обоих девушек. – Лёня ты бы видел её лицо, она даже при Тукаеве не так зависла. - продолжала кряхтеть Рита, утирая слезы. – Можно меня пожалуйста довести до Галины Николаевны, и желательно до успокоительного, потому что кофе я уже не хочу. - сейчас она готова была засмеяться от абсурда всей ситуации, шутка действительно смешная и Вероника бы поддержала но, от чего то её нервозность решила шутки в первый день работы не её. – Прости я не удачно пошутила да? - Власова смотрит на побледневшую девушку. - Лёнь сходи за Тукаевым, мы если что в буфете. – Буфет? - неожиданно даже для самой себя оживляется девушка. – Ну да. - растерянно отвечает Маргарита, не понимая такой резкой смены настроения. – У меня просто лёгкий завтрак и кофе, пока ещё не очень холодные, просто я брала Галине Николаевне.- Веронику прерываю почти в конце предложения. – Но её по видимому не нашла, и чуть не словила истерику. - продолжил за девушку Артём.