Raised on Little Light

Вороны были не единственной командой, пытавшейся завербовать Нила, но только они оставили тошнотворное послевкусие. Возмездие казалось неизбежным, но страх все равно подбирался к горлу и душил его. После этого тренер не пропустил ни одной игры — то ли он подозревал, что Нил что-то скрывает, то ли просто хотел поддержать, Нил не был до конца уверен. В любом случае он не собирался высказывать свое беспокойство. Как бы не тешило его самолюбие множество предложений, Нил не хотел принимать ни одно из них — его сердце уже было приковано к одной конкретной команде. Он часто задавался вопросом, когда же отец наконец предложит ему контракт и сделает ли вообще. Тренер должен был знать, что у его сына есть одна цель в жизни, и только одна, и она заключается в том, чтобы играть за Лисов. Он не хотел терять надежду, пока сезон не закончился, пока у него еще было время. _ Он задыхался, отчего пот с верхней губы попадал прямо в рот, пересушивая язык еще сильнее. Ярко-оранжевая бандана, завязанная вокруг головы, была влажной под шлемом, сдавливала и без того болевшую голову. Игра была жестокой, Нил получал удар за ударом, от которых его внутренности сводило, а ярость в крови доходила до точки кипения. Защитник, который стоял против него, жаждал мести, которую он намеревался довести до конца, к большому разочарованию Нила. Динго выигрывали, но это не ощущалось: двое игроков уже выбыли из-за травм, и Нил вскоре последует по их стопам. Нил помчался за мячом, рванув вправо, чтобы увернуться от набегающего защитника. Он поймал мяч, сделал десять шагов и бросил его через полкорта прямо в ракетку вице-капитана. Последовавший за этим гол не принес должного удовлетворения. Прозвучал гудок, и в груди Нила всколыхнулось облегчение — усталость окончательно доконала его, когда игра подошла к концу. Однако облегчение было недолгим: настойчивый защитник набросился на него, размахивая ракеткой и яростно ругаясь. Клюшка ударила по коленям Нила, заставив его с болью упасть на пол. Последовавший за этим удар по спине заставил его голову оторваться от пола с такой силой, что мозг зазвенел в голове, а перед глазами замелькали звезды. Инстинктивно он перекатился, пропустив следующий удар. Нил схватил его за икру и потянул. Защитник дернулся назад, эффектно потеряв равновесие. Нил вскочил на ноги, но более высокий и сильный парень схватил его за заднюю часть майки и швырнул обратно на пол. В мгновение ока шлем Нила исчез, и на нем оказалась громоздкая рана. По его щеке пронеслась боль, когда кулак ударил не один, а два раза подряд. Нил уже чувствовал, как на месте кулака зарождается синяк. — Это за Рико, — процедил сквозь зубы защитник. От этого предупреждения паника поднялась у него в горле, а реакция «беги или сражайся» включилась. Он пропустил следующий удар мимо, а затем изо всех сил замахнулся кулаком. Он почувствовал удовлетворение в виде стона и резкого приступа боли, когда защитник попятился. Не дав ему времени прийти в себя, он перекатился через него и сильно и точно впечатал кулак в нос парня — последовавший за этим треск был всем, что требовалось Нилу. Он стоял на нетвердых ногах и наблюдал за тем, как защитник корчится от боли, зажав окровавленный нос между двумя ладонями. — Передай Рико привет, — проворчал Нил и отвернулся. __ Нил не успел ничего понять, как тренер того сжал его футболку в два кулака, а слова кидали прямо в лицо. Он принял нотацию, но отказался отступать. — Убери руки от моего ребенка, Соломон, — раздался голос тренера. Его отец схватил старшего за плечо и оттащил его. Он толкал тренера до тех пор, пока они оба не скрылись за поворотом коридора, и их крики не стали преследовать по пятам. Мозолистая рука крепко схватила его за запястье и потянула за собой. Он вздрогнул, встретив суровый взгляд Эндрю. — Я не могу упустить тебя из виду, не так ли? — сказал Эндрю, зажав подбородок Нила между указательным и большим пальцами и двигая его голову из стороны в сторону. — Завтра будет болеть. — Сейчас я чувствую себя не очень хорошо, — ответил Нил, его улыбка смягчила застывший в жилах гнев. — Что ты здесь делаешь? Эндрю продолжал рассматривать глубокий синяк, который теперь покрывал его лицо. — Тренер считает, что нам с Кевином нужно побыть наедине, чтобы наша дружба окрепла, — ответил Эндрю, оттопырив большой палец через одно плечо. Нил не замечал Кевина Дэя, так как тот висел за парнем, словно тень. — О, ты здесь, — ошарашено сказал Нил. Кевин лишь усмехнулся, обращаясь к Нилу. — Не притворяйся слишком взволнованным. — Не буду, — поспешно ответил Нил. У него затрепетали бабочки в животе, когда он увидел намек на улыбку, искривившую рот Эндрю. Он снова обратил внимание на Эндрю. — Мне нужно с тобой поговорить. Он перевел взгляд на Кевина и обратно. — Наедине. — Нил! — его голова пульсировала под мокрой банданой, но он лениво улыбнулся отцу. Он не дрогнул, когда повернулся, чтобы его поприветствовал долгий взгляд, написанный на лице его отца, и он не справился с блеском гордости, когда увидел, как тренер развернулся и побежал в противоположном направлении. — Привет, пап, — прохрипел Нил, позволяя отцу провести ладонью по затылку, чтобы наклонить лицо к свету и получше рассмотреть травму. Тренер тяжело вздохнул, разглядывая многочисленные синяки на его коже. — Он хотел тебя достать, да? — сказал тренер, взъерошивая мокрые от пота кудри Нила. — Наверное, ему не понравилось мое лицо, — ответил Нил, смущенно дергая носом. — Похоже, нет, — сказал отец, небрежно закатив глаза. Он обнял Нила за плечи и развернул их лицом к двум Лисам. Он прошептал. — Ты больше нигде не ранен? Нил покачал головой, стараясь не морщиться от последующей боли. Отец внезапно закашлялся, привлекая внимание не только Кевина, но и Эндрю, который отвлекся на свой телефон. — Миньярд, Дэй, это мой сын Нил. Нил — это Эндрю и Кевин. Он растерянно посмотрел на отца. — Точно, — сказал Нил, затянув "о" настолько, что стало неловко. — Я пойду приму душ, дашь мне 15 минут? — он подождал достаточно долго, чтобы увидеть медленный кивок отца, после чего повернулся и исчез в толпе игроков. __ — О чем ты хотел со мной поговорить? Нил чуть не выпрыгнул из кожи, развернувшись лицом к Эндрю в пустой раздевалке. — Откуда ты, черт возьми, взялся? — спросил он, отчаянно держа полотенце перед своей грудью, как щит. — Снаружи, — ответил Эндрю. Нил подождал, пока его бьющееся сердце замедлится, и проглотил раздражение вместе с ужасом, который стремительно нарастал, чтобы задушить его. — Что ты хотел мне сказать? Нил перекинул полотенце через одно плечо, а другим схватил свою сумку, запихивая в нее грязные вещи, не заботясь об аккуратности. — Рико послал этого мальчишку напасть на меня. Нил медленно застегнул молнию на сумке, и воздух вокруг стал прохладным, а тишина — удушающей. Он повернулся к Эндрю с горьким привкусом опасения на языке. — Что он сказал? — спросил Эндрю — единственным признаком гнева было спокойное безразличие, скользнувшее по его лицу, как маска. — Он просто сказал "это за Рико", а потом продолжил бить меня по лицу, — ответил Нил, подойдя к раковинам, чтобы хорошенько рассмотреть повреждения на лице. Нил привык к боли в костях, к нежной пульсации синяка, к жжению пореза. Но он не привык к тому, что кому-то есть до этого дело, даже после стольких лет. — И? — Эндрю подошел, зацепившись подбородком за плечо Нила, чтобы взглянуть на их отражение. Нил покачал головой, его щеки запылали от близости и случайного прикосновения. Это был первый раз, когда они увидели друг друга после прошедшего дня — после того, как стали чем-то большим. Он не знал, как себя вести. — И ничего, — у него не было возможности сказать что-то еще, — Нил смотрел на отражение Эндрю, наблюдая, как его глаза изучают его тело через стекло. Эндрю хмыкнул, обхватив Нила за талию и осторожно прижав его к груди. — Ты больше нигде не пострадал? Нил снова покачал головой, капли воды с волос стекали по его щеке. — Кроме синяков на коленях? Нет. — Я убью его, — сказал Эндрю без обиняков в голосе. Нил не сомневался в нем ни секунды. — Возможно, тебе и не придется, — ответил Нил, кончиками пальцев прикасаясь к мягкой коже на тыльной стороне руки Эндрю. — Куда, по мнению отца, ты отправился? Эндрю поднял глаза и встретился взглядом со своим отражением в зеркале. — Перекур. Улыбка Нила смягчилась от нежного поцелуя, который Эндрю оставил на чувствительной коже за ухом. __ Между тренером и Кевином разгорелся жаркий спор, когда они наконец разошлись, чтобы отвести любые подозрения. — Вы еще не дали ему контракт? Какого черта вы ждете? — почти кричал Кевин, возмущенно вскидывая руки. Тренер стоял спиной к ним, но его руки были скрещены, а плечи напряжены, пока он противостоял своему помощнику. — Я не буду заставлять его становиться Лисом, если он нацелился на другой колледж, Дэй. Это окончательно. — Значит, ты даже не оставишь ему выбора? — сплюнул Кевин, поднял голову и посмотрел в глаза Нилу. Выражение его лица застыло, гнев выплеснулся наружу, когда он отвернулся от тренера и направился к машине. Нил и Эндрю встали рядом с тренером и ждали, пока напряжение вокруг них рассеется. — Итак, Кевин, похоже, настоящий милашка. О чем-нибудь жалеете, тренер? — спросил Нил, глядя на отца широко раскрытыми невинными глазами. Тот посмотрел на сына, и по его лицу пробежала ярость. — И много ты слышал? — спросил он, отпирая машину, чтобы Кевин мог сердито забраться внутрь. — Достаточно, — ответил Нил, перекатываясь на носочках. Эндрю вынул сигарету из-за уха и зажег ее. — Ты всегда будешь в моей команде, парень. Но ты можешь идти куда угодно, я не хочу, чтобы ты застрял здесь по какой-либо причине, особенно не из-за страха или еще хуже — из-за меня. — А ты никогда не думал, что, может быть, я хочу играть за тебя, потому что хочу этого? Отец нахмурился. — Нет. — Ну, я не планирую играть ни за какую другую команду, так что тебе лучше написать контракт, чтобы я мог снять себя с торгов.