Сосед

В один из последовавших за этим дней, Чэнь Имин заметил, что у него появилась новая привычка: наблюдать за всем, что происходит на противоположной стороне улицы. Событий было немного, утром Цзян Ян неизменно отправлялся в бакалейный магазинчик за сигаретами. Иногда заглядывал в лапшичную дядюшки Ли. Немного времени спустя, жалюзи, закрывавшие окна мастерской, поднимались, и до вечера Имин не видел Цзян Яна. Появлялся тот лишь с наступлением темноты, неторопливо выкуривал сигарету, сидя прямо на пороге, и снова скрывался в своей мастерской, словно в крепости. Чэнь Имин корил и ругал себя за подобное поведение, но ничего не мог поделать. Что-то в одиноком и необщительном Цзян Яне влекло Имина с непонятной ему самому силой, не давало покоя, не отпускало. Каждый день он обещал себе, что прекратит наблюдать за соседом, но регулярно нарушал обещание. Находил тысячу причин выглянуть на улицу, когда Цзян Ян уходил в магазинчик или возвращался оттуда, а Сяоми пришлось привыкать к новому расписанию вечерних прогулок. Имин втайне надеялся, что, заметив его интерес, Ян сам сделает первый шаг к более близкому знакомству, но тот по-прежнему держался на расстоянии, и лишь коротко кивал или махал рукой на приветствия соседа. Дни шли за днями, и уже приближался праздник Середины осени. Все хлопоты, связанные с ним, для Имина заключались лишь в том, что он попросил дядюшку Ли испечь юэбины и на его долю. Его родители погибли в автокатастрофе, когда он только-только начал работать в компании, тётушек и дядюшек у него не было, и раньше этот праздник он отмечал с семьёй невесты. Теперь же, второй год подряд, компанию ему составляла лишь Сяоми. Утром праздничного дня Чэнь Имин забрал свои пряники в лапшичной, тепло поздравив старика, и отказавшись от любезного приглашения присоединиться к семейному обеду. Уже привычно ругая себя, он уселся за рабочим столом, и уставился на двери мастерской, ожидая, что Цзян Ян выйдет, сядет на свой мотоцикл и уедет. Или же, что вот-вот у его порога появится машина или такси, и кто-нибудь постучится и войдёт к нему. Но день неуклонно катился к концу, ничего не происходило, и, дождавшись, когда Цзян Ян вышел, чтобы покурить, Имин, прихватив аккуратно упакованные в нарядную коробку пряники, направился на противоположную сторону улицы.