Сосед

Отлично сфабрикованное дело о коррупции. Отпечатки моих пальцев на кейсе с кругленькой суммой, куча свидетелей и фото. И мной заинтересовался ОВР. В итоге – громкий скандал в прессе, показательный судебный процесс и издевательски «мягкий» приговор. Пять лет в колонии строго режима. В колонии, где с первого дня все знали, что я - прокурор. Отстранившись, Цзян Ян задрал футболку. - На первой же прогулке ко мне подошли трое. Не было никаких блатных наездов, как это показывают в дорамах. Они действовали молча и профессионально. Вот это осталось мне на память. О указал на довольно большой шрам с левой стороны груди. - Немного левее, и задели бы сердце. А это… - он указал на другой шрам – справа. – Это я добровольно не согласился удовлетворить местного пахана. Чэнь Имин вздрогнул, внезапно осознав, что значили слова Цзян Яна «узнать каково это, когда хочешь сам». И сжал объятия ещё крепче. - Ну, эй! – возмутился Цзян Ян, выворачиваясь из рук Имина. Но осёкся, увидев его лицо. - Ну, эй, - повторил он совершенно другим тоном, осторожно, кончиками пальцев разглаживая складку меж бровей Имина. – Им тоже досталось от меня. И не мало. Больше никто и не пытался. И вообще, считаю себя невероятным везунчиком. Я не провёл в колонии и двух лет. Дело об изнасиловании, которое вёл один из детективов совсем крошечного участка на окраине Шанхая неожиданно привело делу, которое вёл я. И Ян Лян докопался до истины. И меня оправдали. Я не поехал к родителям. Они и так столько всего пережили из-за меня. В органы мне теперь дорога заказана. Но эй! Нашему району несказанно повезло! Ведь ремонтом сотовых телефонов здесь теперь занимается лучший выпускник Цзяотуна! Плюс, на меня запал самый красивый местный антиквар! Что ещё нужно ковбою?! (1) - О, да вы эрудит, товарищ лучший выпускник! – в тон ему ответил Имин. Но в миг посерьёзнев, добавил: - Ян! Ян, как после всего, что случилось ты ещё можешь шутить?! Ты невероятный! Непостижимый! - Я и не мог, - тоже очень серьёзно ответил Цзян Ян. – Не хотел никого видеть, ни с кем говорить больше, чем требуется. До одного осеннего дня. Когда мой новый сосед принёс мне юэбины. - Так ведь я реально запал на тебя. Места себе не находил. Не понимал, что такое со мной. Ох, даже пялился в окно, ожидая, когда ты пойдёшь за сигаретами или к дядюшке Ли. Ничего не мог с собой поделать, - покаянно признался Имин. - А я знаю. Заметил. - И молчал!!! - Сначала твоё внимание меня раздражало. Потом забавляло. А после – грело. Когда я понял… Цзян Ян, снова подавшись к Имину, ласково поцеловал его. Потом неожиданно хихикнул: - Просто обожаю! - Что? – не понял тот. - Обожаю, когда твои уши вот так очаровательно краснеют! От этих слов выше названные части тела Чэнь Имина просто заполыхали. - Ага, вот так! - Невозможный! – пробормотал Имин, сгребая в охапку Цзян Яна и довольно легко забрасывая его к себе на плечо. - Накажу! Тот, хохоча, попытался вывернуться. Безуспешно. - Эй! Откуда в интеллигентном антикваре такая силища? - Интеллигентный антиквар с раннего детства занимается саньда. (2) И муай тай. - Так выходит, ты очень выносливый? И гибкий? - Хочешь проверить? - Я привык доверять только неопровержимым доказательствам. - Что ж, я их тебе предоставлю. И Чэнь Имин, крепко держа своё сокровище, отправился в сторону спальни. 1) Цитата из рассказа О. Генри «Принцесса и пума». 2) Саньда - особый вид контактного боя, возникшего в Китае. Илун в своё время занимался им, как и муай тай.