***
Сейчас плача, она видела её. Союн улыбалась; увидит как Луна плачет — подойдёт и вытрет выступающие в глазах слёзы. — Не плачь, – произносит Союн и вновь той же ласковой и нежной улыбкой одаривает сестру. «Как мне не плакать? Почему ты ушла? Почему оставила меня совершенно одну? Что с тобой случилось?» В ответ тишина... Новая волна захлестнула Луну и, совершенно не сдерживая себя, заплакала. Горько, надрывно выла.***
За этим наблюдал в тени Кастиэль. Он стискивал челюсть и старался не шуметь. Он прекрасно понимал то, что чувствует Луна. Кас прижался лбом к стене, сжимая руку в кулак и зажмуривая сильно-сильно глаза... Коснулся им стеной. Скупая мужская слеза упала на пол.***
Ребята так и провели время... Кастиэль молча слушал рыдания Луны и ничего больше не мог предпринять, сделать... Он очень хотел выйти к ней: крепко обнять, прижимая к себе, укутать от внешнего мира, сберечь, но... К сожалению, самое плохое и ужасное произошло... Не заметив, как наступила ночь, Кас вышел из своего укрытия, чтобы сказать Луне, что уже поздно и лучше ей поехать домой, но замер на месте. Девушка всё так же сидела на холодном полу, прижимая к себе ноги. Только теперь вместо плача и крика, Кастиэль слышал милые, спокойные похрапывания. Иногда, конечно, Луна всхлипывала, но уже не так, как было пару часами ранее. Оглядевшись, он увидел стопку аккуратно сложенных пледов и, стараясь не поднимать шума, направился к ним. Выбрав самое красивый и огромный плед, обратно пошел к мирно спящей девушке. Укрыл и сел рядом. Ему не хотелось оставлять Луну в таком состоянии, поэтому расслаблено облокотившись о стенку, закрыл глаза и тут же уснул, теряя связь с реальностью...