Зимний вдох

      Утро приветствовало их свежим снегопадом. Дазай, проснувшись первым, решил сделать завтрак. Аромат кофе наполнил квартиру, будто создавая уютный островок в снежной буре. Он приготовил тосты и вареные яйца, а затем разбудил Чую, предложив ему насладиться приятным утром.       — Доброе утро, Чуя! Завтрак готов. Приятного аппетита.       Школьник потянулся и улыбнулся, почувствовав приятное тепло в груди от заботы Дазая. Завтрак проходил в тёплой атмосфере, наполненной лёгким разговором и улыбками. После завтрака Чуя услышал звон своего телефона. На дисплее было имя «Мама». Сердце Чуи бешено забилось, когда он взял трубку.       — Где ты, Чуя? — раздался встревоженный голос матери.       Чуя, не зная, как объяснить своё отсутствие, начал заикаясь:       — Я, я…мне просто хотелось прогуляться утром. Ничего страшного, — он ещё умолчал тот факт, что ушёл ночью и всю ночь спал у Дазая.       — Прогулка? В такую метель и холод? Ты что, с ума сошел? Ты ещё болеешь, врач говорил, что тебе нужен отдых. Отец весь на иголках, но я его успокоила и он ушёл на работу.       — Да, я знаю, мам. Просто мне стало душно в доме, и я пошел подышать свежим воздухом.       — Скажи мне хоть где ты? Ты не спал на улице?       — Я сейчас дома у друга. Я принял лекарства, чтобы мне было лучше.       — Ты обещаешь вернуться сразу, как погостишь?       Чуя несколько мгновений молчал.       — Обещаю, мам. Не переживай.       Он завершил разговор, взгляд его задумчиво ушел в сторону Дазая.       — Проблемы? — поинтересовался Дазай.       Чуя вздохнул:       — Мама заметила, что меня нет дома. Я сказал, что прогуливаюсь, но она волнуется. Это ещё хорошо, что мама позвонила, а не отец, иначе были бы проблемы похуже.       — Ты не первый подросток, который сходит погулять и засыпает в чужом доме. Переживать не стоит. Чуя кивнул, чувствуя себя как школьник, попавший в неловкую ситуацию. Но в его глазах мелькнул благодарный взгляд в сторону Дазая, который, кажется, понимал, что важно быть поддержанным в трудные моменты.       Внезапно Дазай стал продолжать:       — Знаешь, могу рассказать о своих похождениях, когда был твоего возраста, даже раньше…       Чуя, понимает, что его ждёт интересное времяпрепровождение с Дазаем, стал слушать своего друга во все уши.       — Где-то в 16 лет я стал часто уходить со школы пораньше с компанией пацанов, естественно, прогуливая уроки, и гуляли по тёмным переулками и всякими улицами красных фонарей, чтобы выпить, поиграть в автоматы, выпить пиво и всё в таком духе. В те дни даже мои волосы были окрашены в белый цвет, носил цветные линзы — все эти фокусы, чтобы «выделиться». У нас даже была своя «банда» со своими трудностями и неблагополучной репутацией школьных «бэд боев». Мои родители не беспокоились, пока я не начал экспериментировать с наркотиками. С тех пор я решил оставить это позади, и тебе не советую пробовать. В то время я даже начал встречаться с парнем, так как с девушками у меня были свои проблемы, хотя раньше казалось, что все проблемы остались позади.       Дазай смеялся, вспоминая далекие события:       — Все тогда занимались своими шалостями. Я даже активно увлекся программированием, начав с того, как в школе положил сервер и начал отправлять порнографию на компьютеры учителей во время уроков и презентаций. Так вот, это увлечение переросло в мое нынешнее обучение в этой области, и, честно говоря, я не жалею о своих шалостях в прошлом.       Дазай, словно погруженный в воспоминания, повернулся к Чуе, глядя ему в глаза:       — Так что, мой друг, жизнь полна интересных моментов и выборов. Важно научиться различать те, которые добавляют ярких красок в твою молодость, от тех, которые могут запятнать твоё будущее. Я в свое время сделал свой выбор, и сейчас я здесь, обучаясь тому, что стало моей страстью.       Дазай с некой заботой потрепал рыжие волосы Чуи на макушке.             — Ты еще молод, и впереди у тебя целая жизнь возможностей. Главное — слушай свое сердце и следуй за тем, что приносит тебе истинное удовлетворение, вне зависимости от того, что могут сказать окружающие. Так что ты хочешь делать в своей жизни, Чуя?       Дазай, закончив свой рассказ, с любопытством вглядывался в глаза Чуи, ожидая ответа.       Чуя, взгляд его светился искренностью, нерешительно улыбнулся и произнес:       — Я… я всегда мечтал стать литератором. Люблю создавать миры из слов, в которых можно забыться. Но когда ты рассказывал о программировании, мне стало интересно. Возможно, я мог бы попробовать и то, и другое?       Дазай улыбнулся в ответ, видя в глазах Чуи блеск любознательности и решимости.       — Отлично, мой юный писатель! Ничто не мешает тебе исследовать оба направления. А я, как твой репетитор по программированию, буду поддерживать тебя в этом.       Чуя почувствовал, как внутри него росло чувство уверенности и возможностей. Путь впереди был открыт, и он решился шагнуть в него, зная, что Дазай будет рядом, готовый помочь в любых трудностях.

***

      Чуя и Дазай втянулись в мир программирования, проводя час за часом у компьютеров. Дазай старательно делился с Чуей своим опытом, учил основам языков программирования, разъяснял тонкости работы с кодом. Чуя, несмотря на первоначальные сомнения, начал погружаться в этот мир, пытаясь на практике применить полученные знания. Квартира наполнилась звуками клавиш и нервным щелчком мыши. На столе тускло мерцали индикаторы ноутбуков, а аромат свежесваренного кофе смешивался с запахом печенья, которое Дазай принёс в качестве энергетического буста.       По мере того как Чуя сталкивался с первыми проблемами, Дазай поддерживал его, подсказывая, как избежать ошибок и найти оптимальные решения. В процессе обучения всплывали забавные ситуации, когда они вместе решали непростые задачи, иногда впадая в смешные дебаты о том, какой способ эффективнее.       Спустя несколько часов Чуя начал осваивать программирование, и его лицо светилось удовлетворением от новых успехов. Дазай чувствовал гордость за своего ученика, видя, как тот становится все более уверенным в своих силах.       Завершив занятия, они решили отдохнуть от мониторов и переключиться на более легкую тему. Сидя на диване, обсуждали свои увлечения, планы на будущее и даже шутливо соревновались, кто из них научился быстрее.       В конце вечера, когда клавиши ноутбуков наконец замолкли, Дазай поднялся и предложил Чуе выйти на крышу. Здесь, под звёздным небом, когда снежные облака перестали скрывать красоту ночи, и было не слишком холодно, они обсудили свои впечатления, планы и мечты. Чуя, ранее сомневавшийся в своих способностях, начал видеть перед собой перспективы и возможности, которые открывал для него мир программирования. Они разговаривали, пуская клубень тёплого воздуха изо рта на мороз, а их щёки покраснели от низкой температуры, заливаясь ярким оттенком.       Только позже их отвлёк от прекрасной эпопей звук звонка от мамы Чуи, которая уже слегка ругала сына за то, что так и не вернулся и, по сути, провёл сутки вне дома. Обеспокоенный Чуя резко встал со своего места и поскользнулся на железной черепице, когда очень нервно собирался вернуться домой.       Дазай, стоявший рядом, испытывал волнение и страх за своего друга. Попытки двигаться и помочь Чуе оказались запутанными в ужасе, который, казалось, медленно развивался перед его глазами. Чуя падал, словно в замедленном фильме, а Дазай был недееспособен, вцепившись в неведомую боль.       В тот момент Дазай почувствовал, как тень давнего кошмара вырывается из глубин его памяти, будто прошлое вернулось, чтобы изобразить страх, который он стремился забыть. Волна беспомощности захлестнула его, когда он бессильно наблюдал, как его новый друг скользит к печальному финалу. Но вместо того чтобы протянуть руку помощи, он замер, поглощенный кошмаром, который казался возвращением темных теней.       Федор, оказавшийся на крыше, как будто из ниоткуда, в последний момент подхватил Чую, предотвращая его неудачное падение. Взгляд Чуи наполнился удивлением, когда он осознал, что Фёдор, которого он неожиданно встретил на крыше, стал свидетелем этой критической сцены. На лице Дазая отразилась смесь изумления и благодарности, когда он увидел, что его друг оказался в нужном месте в нужное время.       Федор, вцепившись в Чую, удивленно посмотрел на Дазая и, вероятно, понимая весь контекст, который скрыт за этим вечером на крыше. Эта встреча создала ощущение неприязни в воздухе, будто силы, держащие этих троих вместе, теперь начинали находиться в напряженных отношениях.       Слова были лишними, но взгляды говорили много. Даже в этом неудачном моменте судьба свела троих разных людей, и теперь перед ними возникла неожиданная динамика отношений.       Дазай в тот момент ощущал странный коктейль чувств. С одной стороны, его испуг и тревога за Чую переплетались с благодарностью к Фёдору за спасение. С другой стороны, в его взгляде была заметна тень беспокойства и недовольства, видение которого возникло из неожиданного обстоятельства, вроде того, что он не ожидал увидеть Чую на крыше, не говоря уже о встрече с Фёдором.       Для Дазая этот вечер становился каким-то странным путешествием в прошлое, когда его собственные похождения и ошибки выходили на передний план. В тот момент, когда он беспомощно смотрел на сцену перед собой, ему казалось, что жизнь вновь обманывает его, приглашая в этот неожиданный поворот событий.       Он чувствовал, что должен поддержать Чую, но вместо этого, когда Фёдор появился, он чувствовал смесь раздражения и опасения. Дазай был человеком, чья жизнь сложилась из множества нестандартных событий, и каждая встреча, как кинутый вызов судьбой, заставляла его вспоминать о своих собственных ранах и ошибках.       Это обстоятельство добавляло новый измерительный момент к уже сложной динамике между Дазаем, Фёдором и Чуей. Прошлые отношения между Дазаем и Фёдором могли придать обостренный характер текущей ситуации.       Для Дазая момент встречи с Фёдором был неожиданным и в каком-то смысле даже дестабилизирующим. Изменчивость чувственных связей в прошлом оставила свой отпечаток на обоих, и теперь, когда судьба снова свела их вместе, старые эмоции и воспоминания всплывали на поверхность.       Чуя, быть может, стал свидетелем этого напряжения, не сразу понимая его корни. Это внесло непредсказуемость в их отношения и добавило элемент загадочности в уже насыщенный сценарий. Встреча с бывшими партнерами, особенно в таком контексте, могла повлиять на динамику троицы, создавая дополнительные сложности и внутренние конфликты. Чуя, может быть и не понимал, что между ними было, но он был очень благодарен этому незнакомому парню за спасение его шкурки. Мягко и легко поблагодарив его, он направился прочь с крыши и побежал домой.       Фёдор, слегка улыбаясь ему, подходит к Дазаю и ставит ладонь ему на плечо, пытаясь создать интимную атмосферу в их беседе. Дазай, ощущая давление, отступает, неудовлетворённый близостью Фёдора. Но Фёдор, кажется, не замечает неловкость Дазая и продолжает налаживать свой контакт.       — Давно не виделись, Осаму, — говорит Фёдор с искренней улыбкой. — Ты как всегда загадочен и непредсказуем.       Дазай, привыкший к своей независимости, чувствует дискомфорт от этой встречи и отвечает:       — Фёдор, не сейчас. У меня есть дела.       Фёдор, сохраняя свою улыбку, несмотря на намёк Дазая, не торопится уходить.       — Ты всегда такой серьёзный, Осаму. Давай выпьем что-нибудь, вспомним старые времена.       Дазай, с определённым отталкиванием, смотрит на Фёдора.       — Нет, спасибо. Мне нужно идти.       Оставив Фёдора стоять в одиночестве, Дазай направляется к двери, но Фёдор всё ещё не сдаётся.       — В другой раз, может быть? — предлагает он.       Дазай кивает, но в глазах Фёдора блеск сдержанной неудовлетворённости. Фёдор смотрит, как студент исчезает за дверью, сохраняя свою загадочную улыбку.       На крыше, окутанной пеленой тёмной ночи, молодой человек стоит в одиночестве, ветер играет с его волосами, а блеск звёзд выделяет его фигуру в мраке. Его глаза сверкают темной решимостью, а улыбка, играющая на его губах, смешивает в себе загадку и неудовлетворённое желание. Ветер развевает его пальто, словно заветная завеса, приоткрывая непроницаемую тайну в его глазах. Слегка облизывая губы, Фёдор испытывает микс эмоций — ревность, жажда власти, и некая тёмная страсть. В этот момент он выглядит как яндере в поисках своего объекта влечения. Звёзды, будто свидетели этой таинственной сцены, мерцают на небесах, словно подчёркивая внутренний огонь, который горит в Фёдоре. В этом смешении ночи и эмоций заключена неведомая сила, создающая атмосферу, полную непредсказуемости и тайны.

***

      С Чуей произошло неожиданное столкновение с реальностью, когда звонок его родителей не дал себя долго ждать. Всплеск тревоги и обеспокоенности заставил его поспешить домой, встречаясь с горячими упреками и разочарованием родителей, которые не знали, где он был столько времени. Ощущения Чуя были смешанными: страх перед тем, что его поступки могут привести к неприятным последствиям, и разочарование от того, что его желание провести время с Дазаем было нарушено внезапным вызовом на домашний ковёр. Несмотря на это, в его сердце остался след от той ночи, полной разговоров и взаимного понимания с Дазаем. Возможно, это было началом чего-то нового и важного для обоих.       Его родители встретили Чую с недовольными лицами, как только он открыл дверь и зашёл домой.       — Чуя! Тебя не было очень долго. Где тебя, чёрт возьми, носило? — очень громко и недовольно спрашивала его мама, а отец молчал.       — Мам, пап. Я честно говорю, что был у Дазая и мы заодно позанимались моими уроками.       — Ты опять нам врёшь? Ты болеешь и совсем раскраснелся на холоде. зачем нужно было сбегать в таком состоянии? Ты хотел умереть на улице?       — Нет, мам, ну что ты такое говоришь…       — Только попробуй опять сбежать и домашний арест тебе гарантирован.       — Мама, я понял… прошу тебя, не надо быть таким кардинальным. Дазай может подтвердить это.       — Дазай это, Дазай то… кто это вообще такой? Мы о нём ничего не знаем, а ты сбегаешь ему в свободные руки. Мы не можем подвергать тебя такой опасности и запрещаем тебе с ним общаться.       — Мама, он мой репетитор.       — Ах, репетитор значит… с каких пор это ты добровольно ходишь ночевать к репетиторам? Мы чего-то не знаем о тебе, молодой человек?       — Нет, ну что ты, не подумай о чём-то странном…       — Всё, я ничего не хочу слышать от тебя. Марш в комнату и лечись! Этот жар явно ударил тебя в голову, что ты обезумел.       Чуя не хотел более спорить с мамой, а на папу смотреть было страшнее. Когда отец молчал, это значило ничего хорошего, простая рулетка с разновидностью выпадения уровня ярости от маленького наказания и отбора телефона до избиения и ярости спустя час. Но неожиданная встреча с незнакомым ему человеком побудило его тело покрыться мурашками, а интуиция кричала ему об опасности. Его интуиция никогда его не подводила, поэтому для него это было опасным знаком, от чего ему стало ещё хуже в совокупности с простудой. Поднялось давление, и у мальчишки попросту закружилась голова и он немного заплакал. Отвратное чувство тошноты и боли по всему телу заставили его лечь на постель и немного попить воды, чтобы успокоить себя и лечь спать.       Но только успокоившись, на утро он получает быстрые сообщения от своих друзей со школы. Пока он болел, кто-то анонимно успел повести слух о Чуе. Ко всему этому была приложена фотография с Чуей и Дазаем, которые вместе шли вчера ночью к студенту домой. А текст кратко гласил так, что Чуя гей, а тот незнакомец с ним — педофил. Акутагава прислал ему этот неприятный пост из группы школы про слухи. У Чуи резко перехватило дыхание и накатывала злость. Школьник не мог поверить в то, что за ними следили и говорили такие гадости. Это всё может кончится очень плохим сценарием для всех. Он лишь надеялся на то, что это не дойдёт до родителей и учителей. Акутагава, конечно, не поверил этому, но хотел помочь своему другу. Чуя хотел посоветоваться с Ацуши, который уже знал Дазая, но в ответ получил лишь то, что тот постарается отговорить учителей от разгорания бардака. Но если всё станет очень критичным, то и его смогут уволить с не очень приятной характеристикой спустя короткое время работы на должности учителя литературы.       Школьник решил сообщить об этом и Дазаю, но и тот в ответ ему сообщил, что то же самое пошло и по его универу. Он лишь предложил тихо пересидеть это, чтобы всё утихло своим ходом. Чуя немного успокоился, а вот Дазай сел на пики после таких новостей. Сейчас он хочет решить эту проблему всеми своими собственными усилиями. Оправдаться не выйдет, поскольку это очень смелое и тяжёлое обвинение в его сторону, но он всё же попытался собрать характеристику о себе от своих друзей и знакомых. К тому же у него ещё был очень сильный туз в рукаве, но пользоваться им было тоже рискованно. Дазай сидел за столом, сжимая рукоять ручки так, что пальцы становились белыми от напряжения. Его ум облаком налетело множество мыслей и сценариев, как можно было бы разрушить эти ложные утверждения, но ни один из них не казался ему достаточно убедительным или безопасным. Он понимал, что любые попытки доказать свою невиновность могли только усугубить ситуацию.