Драбблы по Эдему

      В который раз он пытается прыгнуть высоко, но никак не получается достать до звезды на стене. Ланга смог достать с первого раза, а он… Он не его друг. Десятая попытка была такой же неудачной, как и все предыдущие. Всё тело парня уже было покрыто синяками и ссадинами.       Смотря на землю, где он отмечал неудачные попытки, Рэки вспоминает слова Мии. Скейт действительно не его? С новой неудачной попыткой он вспоминает и слова Шедоу. Подруган? Его имя никто не знает, кроме друзей. Ещё одна неудачная попытка, и в голову врезается образ Матадора. Его довольная улыбка бесит, но слова бьют прямо в сердце: «Слабо. Это было очень слабо».       Последняя попытка, но и та не увенчалась успехом. Рэки падает на землю и тяжело дышит. В его голове снова мелькнул Ланга, который достал до этой звезды с первого раза. Он завидовал его умениям. Парень очень быстро адаптировался и научился кататься. Он оставил его позади…       — Ланга, мне до тебя не дотянуться. Я не могу… — говорит рыжик, протягивая руку к той самой звезде. Сейчас она была похожа на его друга, который был выше его.       Капля дождя привела его в чувство, но совсем ненадолго. Парень не желал идти домой и просто бродил по окрестности. Сообщения Хасегавы он проигнорировал в который раз. Видеть сейчас друга не хотелось, от слова совсем. Дождь только усиливался, он промок до нитки, но это совсем не смущало его. Настроение было паршивым, и погода его поддерживала в этом.       Уже возле дома Кян заметил знакомый силуэт. Ланга тоже промок, но он стоял и ждал друга, ведь знал, что тот вернётся, рано или поздно. Собираясь уже развернуться, слышит, как его окликают.       — Рэки… — бывший сноубордист подбегает к другу с лёгкой улыбкой на лице, — …привет.       Между ними тут же повисла неловкая тишина, которую хотелось бы разбавить, да только Ланга не знает, что стоит сказать. Он видит состояние друга, и его улыбка исчезает, оставляя на лице непонимание.       — Что случилось? — безэмоционально спрашивает Рэки, так и не смотря на Сноу.       — Я же говорил. Адам устраивает чемпионат, — Ланга говорит это спокойно, совсем не замечая изменения собеседника. Рэки слабо вздрагивает. Снова этот Адам…       — И что? — рука на скейте сжимается, а голос немного грубеет, словно бы он готов расплакаться прямо сейчас.       — Хочу принять участие, — голубоглазый наконец-то замечает, что с его другом что-то не так. Он слишком странно ведёт себя.       — Чувак, ты же обещал… — от этой фразы Хасегаве становится не по себе. Он действительно обещал, но… Ланга пытается объяснить, однако, его прерывает голос Рэки.       — Хватит этих «но»! Давай! Скажи прямо, что хочешь нарушить данное тобою обещание! Ты хоть понимаешь, что я за тебя… — на последней фразе Рэки умолкает, сдерживая последнее слово, которое так и не смог сказать. И больше не сможет. Ланга его не послушает. Снова это гнетущее молчание, и Кян обходит Снежка, лишь бросая, — ладно, забудь.       — Рэки, я хочу помериться с ним силами! — Ланга не понимает, почему его друг так ведёт себя, он успевает только схватить его за руку, чтобы сказать эту фразу, смотря ему в глаза.       — Да мерься с ним, чем хочешь! — кричит Кян в ответ, вырывая свою руку из хватки.       — Сам знаешь, он крутой скейтер. Ты наверняка понимаешь, что я чувствую! Какой это кайф сразиться с сильным противником! — Ланга действительно восхищался Адамом и тем, как дико он вёл себя на трассе. Как легко мог закружить соперника в безумном танце, как просто ему удаётся ехать вверх по склону и не падать. Просто Адам был тем, кто показал все прелести скорости, кто смог заставить сердце биться чаще.       — «Кайф»? — переспрашивает Рэки у друга. Его глаза расширяются от страха. Он вспоминает ту гонку с Адамом, в которой чуть не пострадал, ту безумную улыбку мужчины и такой же безумный «Love Hug». — Дружище… Прости, но мне этого не понять. Я весь трясусь. Какой в этом кайф, скажи? Не понимаю я тебя! Я не такой как ты или Адам, вы слишком высоко. Делай, что хочешь… Вы повёрнутые на гонке скейтеры, вот и катайтесь друг с другом… Только, пожалуйста, без меня…       Они не могут понять друг друга. Ланга понимает только то, что они поругались, точнее, Рэки просто накричал на него и совсем без дела. Да, он не сдержал обещание, но! Это «но» снова мелькает в мыслях парня, и его голова опускается вниз. Перед глазами немного всё расплывается. Он не понимает, чем так расстроил Кяна. Нет, ему просто не понять Лангу!

Дима Билан — Так не бывает

      Чёрная тонированная машина останавливается неподалёку. Её водитель и пассажир видят немую для них ситуацию. Айноске куда внимательнее рассматривает рыжика и понимает, что тот кричит на своего друга. И это явно задевает Лангу… Его изрядно бесит это недоразумение и хочется прибить, чтобы Ева стала счастливее. Шиндо переводит взгляд на стекло заднего вида и встречается взглядом с Тадаши.       — Жди здесь, — приказывает он слуге и берёт зонт, что лежит рядом. Он был не в костюме Матадора, но это и не нужно, чтобы парень понял, кто он. Одного голоса же хватит.       Прежде чем выйти из машины, он открывает зонт, а потом уже выходит сам. От одного вида такого Хасегавы у Адама разрывалось сердце. Хотелось подойти и обнять его, утешить. Возможно, предложить довезти. А почему, собственно, и нет?       Шиндо слабо улыбается, закрывая дверь машины, и идёт к Снежку. Даже при шуме дождя стук каблуков отчётливо слышен, и Ланга оборачивается, чтобы посмотреть на того, кто шёл в его сторону. Подозрительный мужчина подходит к парню слишком близко и закрывает его от дождя так, что сам оказывается немного под ним. Голубые глаза смотрят на того с непониманием, но политик только улыбается. Растерянная Ева выглядит очаровательно, однако, объясниться стоит. Айноске немного наклоняется вперёд, чтобы заговорить с Лангой.       — Милый мой Ланга, ты можешь простыть, если будешь стоять под дождём, — говорит он тихо, растягивая слова. Даёт понять, кто он на самом деле.       — Адам… — Хасегава понимает сразу. Одного его голоса было достаточно, чтобы понять это, но эти алые глаза, которые блестели при свете фонаря… Он никогда не видел их раньше.       — Ты весь промок. Тебя подвезти? — спрашивает Шиндо у парня и не встречает отказа, только интерес к его персоне. Он так впечатлён, что оторвать взгляда не может. Как мило. — Так что? Поедешь?       Ланге не нужно больше повторять. Он кивает Матадору, берёт его за предложенную руку, но, прежде чем пойти, оборачивается. Его взгляд встречается с Рэки; последний снова испуганно смотрит. Он же переживает за друга, но тот снова вычудил из ряда вон. С каким-то мужиком…       Теперь на Рэки смотрят винные глаза, и знакомая ухмылка даёт понять, кто он такой. Страх пробирается куда-то под кожу. Вот какой он — Адам. Настоящий, без кричащего костюма и маски. Этот мужчина ещё более опасный…       Бояться стоит сильнее…       — Хочешь что-нибудь ему сказать? — предложил Адам. Он готов был и подождать Сноу.       — Нет, — немного холодно отвечает школьник и смотрит на счастливого Матадора Любви. Мужчина уводит парня в машину, оставляя рыжего трястись от страха в одиночестве.       Ему никто не поверит. Даже если он расскажет всем, что видел легенду без маскарада. Адам позаботится об этом, а пока что его глаза прикованы только к грустной Еве, что сидит в стороне и слабо трясётся. Может стоит обнять его, чтобы согреть?       Возможно…       А может быть, это начало их новых взаимоотношений?       Всё может быть…