Полюби меня за год

Еле как я зашла в комнату, где сидели Лиса с Остином, и, потеряв сознание, упала сразу на входе. Открыв глаза, я практически ничего не видела. Я попыталась сесть на кровати, и, опираясь на руки, все же смогла. Голова немного кружилась, но, несмотря на это, я пыталась осмотреться. — Т/И! — Ко мне побежала подруга и начала обнимать, — как ты? — Вроде бы неплохо.        — Что вчера произошло? Ты выглядела не очень. Я опустила глаза в пол и смотрела на него некоторое время, не давая Лисе ответа на ее вопрос.        — Эй, — шепотом позвала подруга. — Я вообще-то волнуюсь за тебя. Я медленно сжала двумя руками простыню.        — Я вчера просто себя накрутила, все в порядке.        — Ну, ладно, если ты так считаешь. И, встав с моей кровати, подруга отправилась на занятия. Целый день я пыталась не вспоминать то, что произошло вчера, но воспоминания так и всплывали одни за другими, не давая мне покоя. «Надо перестать вспоминать об этом» Чтобы отвлечься, я решила заняться готовкой. Набрала множество различных продуктов, находящихся у нас на кухне, и приступила к готовке. В голову ничего не приходило, и я решила приготовить блинчики. Вскоре пришла Лиса. — Готово! — Крикнула я с кухни, зовя подругу за стол.        — Ты так давно не готовила, с тобой точно все в порядке? — Медленно проговорила Лиса с набитым ртом. — О, Боже, как же вкусно! Эти слова вызвали у меня улыбку.        — Почему не ешь?        — Да что-то не хочу. Пока Лиса ела, я сидела рядом с ней, мы разговаривали об Остине, об уроках, и как какие-то ученики разгромили школьную библиотеку. Наступил вечер, все дела сделаны и оставалось только одно — лечь спать. Выходной. Что может быть лучше? Целый день лежать на кровати или веселиться было в моих планах, но Лиса решила их изменить. Она поставила меня перед фактом, что мы сегодня пойдём домой к Чонгуку. Для чего, пока мне не ясно, но ничего поделать не могу. Примерно в два часа дня мы были у Чонгука. Всю дорогу я думала, что иду с Лисой за компанию к Остину, но, как оказалось, он был занят.        — Может, ты уже расскажешь, зачем мы здесь? — Идя по длинному коридору, спросила я у подруги.        — Сейчас придём, и все расскажу. По коридорам я поняла, что мы идём в крыло Остина. Оно немного отличалось от нашего с Чонгуком. В его крыле не было спортзала и библиотеки, да и было оно выполнено в темно-зеленом оттенке. Мы с Лисой зашли в спальню, и я заметила, что у Остина примерно такая же обстановка, как и в нашей спальне.        — Так что мы тут делаем? — Облокотившись на стену, спросила я.        — В общем, Остин предложил переехать к нему, я согласилась, но после того, как он вернётся. Не хочу оставлять тебя одну. Я подошла и обняла подругу, которая сидела на кровати.        — Я так рада за тебя! — Спасибо! — Сказала Лиса, готовая расплакаться от счастья.        — Слушай, Лиса, Остин ничего не говорил о том, когда приедет Чонгук? Подруга подняла на меня глаза и сказала:        — К сожалению, нет. Он даже отцу не пишет. «Ну, раз он не пишет даже отцу, то есть надежда, что слова той суки ложь»        — Понятно. Так что мы тут забыли?        — Пока Остин занят, он попросил меня, чтобы я проследила за тем, чтобы в нашу комнату поставили новый шкаф. А так как я не хотела тебя оставлять, то решила взять с собой. — Мда, может, пока пойдём к нам? Я тебе дам пару вещей, чтобы шкаф не стоял пустым.        — Давай. Так как наше крыло располагалось рядом, мы дошли за пару минут. Я подошла к комоду со своими вещами и открыла ящик, доставая из него джинсы, юбку и кофту. Передала вещи подруге, и когда стала закрывать комод, то заметила пижаму, которая была на мне в первую близость с Чонгуком. Приятные воспоминания, что может быть лучше. Лиса подошла к зеркалу и стояла перед ним, пока я вспоминала моменты с того дня. В комнате стало слишком тихо, но потом Лиса неожиданно сказала: — Я пока отнесу вещи, скоро приду, — и вышла, а я даже не успела ничего сказать, так как витала в воспоминаниях, стоя спиной к двери.        — Ну здравствуй, малышка. Голос, который заставил екнуть моё сердце. Такой низкий, бархатный и такой родной. Я не могла поверить, что сейчас его владелец находится в этой комнате. Мои глаза стали наполняться слезами, которые я пыталась сдержать. Медленно закрываю комод, разворачиваюсь и упираюсь носом в до боли знакомую грудь. Его руки обхватили мою талию, обжигая своим теплом, которое так давно я не чувствовала. Слишком громко, слишком быстро и ощущение, что он может услышать, как рвётся из груди сердце, увидеть, как потряхивает меня от мощнейшего выброса адреналина, который оказался в крови, как только он приблизился настолько, что я почувствовала привычный аромат его парфюма, такой терпкий, смешанный с запахом мужского тела. Поднимаю глаза и встречаюсь отблеском родных глаз. «Спала в одной кровати… Целовала его горячие губы…» Снова её голос в моей голове отдаётся эхом. Я опускаю глаза, и из уголков скатываются первые большие капли слез. Его большая и тёплая ладонь смахивает их и притягивает меня, накрывая своими губами мои. И, не переводя дыхание, я продолжаю горячий поцелуй, пытаясь хоть на мгновение заглушить разгорающийся в теле любовный жар, но даже когда его язык завладевает моим ртом, слезы продолжают литься по моим щекам, придавая поцелую солёный вкус. Но вот воздух в легких заканчивается, и приходится разорвать этот долгожданный поцелуй. Чонгук притягивает меня ближе, окончательно сокращая расстояние между нами, и я аккуратно кладу голову ему на плечо. И вот я решаюсь нарушить тишину в комнате.        — Почему ты не писал? — Еле слышно спрашиваю, пытаясь восстановить дыхание.        — У меня совсем не было времени, малышка. Я прочитал твоё письмо, но так и не мог на него ответить. Последние четыре дня я не спал, сидел над документами, и решал вопросы о новом мэре, который будет отвечать за Пусан.        — Это были ужасные полторы недели в моей жизни. Я так скучала. И прижалась сильнее к нему, ведь за один поцелуй я не смогла вдоволь насытиться его присутствием.        — Я тоже скучал. Моя ладонь гладит его лицо, шею, наслаждаясь температурой его тела. Но вот, поднимая глаза, я замечаю белое пятнышко на его вороте рубашки и, пальчиками отодвигая его, замечаю плохо замазанное алое пятно. Засос. Он заставил моё сердце на мгновение остановиться. «Раз ты не веришь, то когда он прилетит, — увидишь все своими глазами» Я опускаю руку и пытаюсь отойти, но Чонгук не отпускает и держит меня за запястья.        — Т/И, нет! Дай мне объясниться.        — Что? Как ты это хочешь объяснить?! — Повышаю голос так, что уже почти кричу на него.        — Я не изменял тебе! — Он все также крепко держит мои руки, и думаю, что после такого на моих запястьях останутся синяки.   — Тогда скажи, как ты себе поставил засос? Для чего?        — Т/И! — Он тоже срывается на крик, теряя последние капли самообладания, и не замечает, как я вырываю руки из его хватки. Я больше не могла сдерживаться и дала волю слезам, обнимая себя руками.        — Прости, Чонгук… Я больше не могла находиться здесь, и поэтому пошла в сторону двери.        — Т/И, пожалуйста, постой! — Идя ко мне, сказал Гуки.        — Не иди за мной, прошу!        — Малышка, выслушай!        — Не называй меня так больше никогда! И не иди за мной. И я выбежала из нашей спальни, пытаясь оставить всю боль и чувства здесь, в крыле Чонгука. Чонгука. Не в нашем, ведь больше я не могла верить в те чувства, что были между нами. Пазл сложился. Слова его бывшей девушки подтвердились, в доказательство был засос на его шее. Все кончено. Я быстро покинула дом, не хотя оставаться в нем больше ни на минуту, и не разбирая дороги, летела прямо в нашу с Лисой старую комнату. Резко открываю дверь и также резко захлопываю. Я уже не могла дойти нормально до кровати и упала на колени рядом с ней. Слезы не прекращали литься, моя душа ревела, и я не хотела все сдерживать в себе. Крик боли наполнил комнату. Через пару минут в комнату вбежала подруга и села рядом со мной, заключая в крепкие объятия, успокаивая.        — Т/И, что произошло?        — Лиса… Я не могла разговаривать из-за накатывающей истерики и уткнулась в плечо подруги, ища там поддержку и покой.        — Милая… Я ничего не пойму, и не смогу помочь, пока ты не успокоишься и не расскажешь. — Гладя по спине успокаивала подруга . — Ох, Лиса… Вчера, когда я была дома у Чонгука, я встретила его бывшую девушку. Она уверяла меня, что все эти дни была с ним, — слезы опять взяли верх. — Она показала илюзию. А потом приходит Чонгук с закрашенным засосом на шее. Я не хотела в это верить, но он же не сам себе засос поставил.        — Т/И, — по глазам подруги было видно, что она тоже сейчас готова заплакать. Стук в дверь и через секунду входит Остин.        — Т/И, что произошло? — Спросил ошарашенный парень подруги.        — Остин, выйди! — произнесла Лиса.        — Чонгук сейчас половину дома разрушит. — Я с ним ничего общего больше не имею.        — Но…        — Остин, пожалуйста! — крикнула подруга, и дверь закрылась.        — Т/И, давай я все узнаю, хорошо?        — Не нужно, Лиса, все и так ясно.        — Я пока отойду к Остину, который стоит за дверью, и вернусь. Подруга вышла, а я перебралась на кровать, закрывая лицо подушками и продолжая выпускать из себя ту всю боль, что была во мне. Я потеряла свою любовь, потеряла окончательно и навсегда. Встреча, которую я так ждала, не принесла мне ничего, кроме безумной боли, которая пройдёт ещё не скоро. Меня трясло как от какой-то лихорадки, как будто из моего тела что-то вырывалось. Но вскоре это прекратилось, и в слезах я уснула.