Яблочный пирог

      Наконец закончился учебный день. Валерия вышла из университета, в котором она проходила ординатуру, укутанная в шарф. Девушка стояла под крышей и смотрела на развернувшийся перед ней вид: на улице снова дождь, а листья разнообразных оттенков рыжего, жёлтого и красного с ещё большей силой опадают под натиском свинцовых капель. Макарова любила осень, даже очень, но когда дело касалось того, чтобы выйти на улицу в ливень без зонта, то тут уже было не до атмосферы, ведь мокрое пальто — это явно не то, что помогало прочувствовать наслаждение временем года. Томно вздохнув, она всё же решилась выйти из-под «козырька». Обходя большие лужи и размытую дождём почву, Валерия дошла до остановки, куда вот-вот должен был подъехать её автобус, и села на сухую лавку, подвернув пальто так, чтобы на него можно было сесть. Не успела она достать телефон из кармана, как он тут же завибрировал, оповещая о входящем звонке. Девушка ответила:       — Привет.       — Здравствуй, моя дорогая! — раздался воодушевленный голос Разумовского. — Погода — дрянь, правда?       — Есть немного… — девушка, отодвинув мизинцем рукав пальто, взглянула на наручные часы: уже полшестого. — Особенно, когда опаздывает автобус. Ладно, ты что-то хотел?       — Ты же помнишь, что сегодня Хэллоуин? Я хотел, чтобы мы втроём его отпраздновали.       — Я… — девушке хотелось просто приехать домой и завалиться на кровать и уткнуться в «Ведьмака». Этот день её ужасно вымотал.       — Не спеши отказываться, Олег уже давно выехал, будет примерно через семь минут, у нас всё готово. Ужин, в том числе.       — Ладно, только предупрежу родителей, — с другой стороны, почему бы не провести время в компании друзей-коллег, да ещё и за вкусным ужином, ведь если готовил Серёжа, то еда должна быть отменной, не в обиду Олегу, который был главной «хозяюшкой», но Серёжа готовил «редко, но метко».       — Отлично, ждём тебя, Валерия.       На этом диалог закончился. Томно вздохнув, девушка позвонила матери.       — Здравствуй, доченька. Когда дома будешь? — раздался добрый голос Светланы через пару секунд после начала звонка.       — Привет, мам. Ближе к вечеру, а то и утром. Меня позвали друзья отмечать Хэллоуин.       — А, вот этот вот страшный праздник американский?       — Да, мамуль, он самый.       — Ну хорошо, будь осторожна только, ладно? Хоть в городе сейчас и спокойно, но мало ли, что может случиться.       — Договорились. Хорошо провести вам вечер. Пока.       — До встречи, доченька.       Макарова убрала телефон в карман. Девушка посмотрела на шоссе, что лежало перед ней: машины, которые с бешеной скоростью неслись мимо неё, вызвали почему-то особое внимание: у каждого водителя своя жизнь и семья, и сколько же таких жизней в одном только районе, но как легко можно всего этого лишиться.       Валерия осознала, как же хорошо, что всё закончилось, и она могла жить почти обычной жизнью, хоть периодически и выезжая на задания, но больше не было таких ужасов, что творились два года назад. Больше ни матери, ни отцу не приходилось переживать ни за неё, ни за брата. Долги были благополучно выплачены Разумовским и больше ни один коллектор не совался в квартиру Макаровых. Отец и мать устроились на хорошую работу, а Кира преуспел в спорте и теперь постоянно ездил на соревнования по боксу в разные города и страны.       За размышлениями девушка не заметила, как к остановке подъехал автомобиль, в котором сидел Волков. Опустив стекло, он сказал:       — Привет, Валер. Садись, а то Серый заждался уже.       Девушка, прихватив рюкзак, направилась к чёрному автомобилю и, открыв дверь, села внутрь. Как только дверь машины закрылась, она тронулась с места. Большую часть дороги Макарова и Волков ехали молча, девушка смотрела в окно, следя за сменяющими друг друга питерскими домами, а Волков уставился на дорогу.       — Как прошёл день? — внезапно спросил мужчина.       — Как обычно. Ничего нового, — немного помолчав и подумав, девушка продолжила. — А с чего Серёжа решил нас собрать?       — Увидишь, — Волков ухмыльнулся.       — Ну, расскажи, Оле-е-ег, — потянула девушка, состроив грустную мордочку.       — Не-а, не дождёшься, а то весь сюрприз испорчу.       Девушка наигранно сложила руки на груди и метнула обиженный взгляд в мужчину, но тот лишь ухмыльнулся. Спустя несколько минут они уже были у дома Разумовского. После того, как Олег припарковал машину, друзья поднялись на третий этаж, где находилась квартира «Чумного доктора». Олег начал шариться по карманам и, не найдя искомого, возмутился:       — Твою мать. Я ключи в квартире оставил.       — А Серёжа не дома?       — Не знаю. Когда я уходил, то был ещё в квартире.       — Так, а в чём проблема? Давай просто позвоним, — девушка нажала на дверной звонок.       — Лер…       — Какого чёрта вам надо?! — зло крикнул Разумовский, открывший входную дверь, но, увидев друзей, сменил тон. — Ах, это вы… Проходите скорей, сегодня, так уж и быть, без костюмов, но праздничного ужина никто не отменял.       Волков вошёл первым и, сбросив верхнюю одежду, помог Валерии снять пальто, после чего повесил всё на вешалку. В квартире стоял запах корицы и горячего шоколада. Девушка направилась в ванную, чтобы вымыть руки, но когда вышла в коридор, то в кухне увидела Разумовского в объятиях Олега, что-то тихо шепчущего:       — Мне страшно. За тебя, за Леру, за нас… Они не оставят нас в покое…       — Серый, Лера давно уже не ребёнок, если что, сможет постоять за себя, и я, если что-то случится, рядом.       — Ты не забыл, как попал… — Разумовский не смог договорить, к горлу подкатил ком, не дававший вымолвить и звука, на глазах навернулись предательские слёзы.       — Я помню, но живой же перед тобой стою, ведь так? — он неловко улыбнулся, погладив Разумовского по спине. — Мы ж оба как-то до тридцати пяти уже дожили? Значит, и дальше доживем.       — Волч, это не шутки. Сейчас за нами идут люди, которые с Рагнаром и Алтаном и рядом не стояли. Я не могу гарантировать, что вы останетесь в живых до конца этого месяца. Олег, мне правда страшно, я не хочу снова делать тебе перевязки и смотреть, как ты мучаешься, а, может, и вовсе…       — Успокойся, Серый, со мной все будет в порядке, слышишь? Раньше тебя уж точно не сдохну, — Волков улыбнулся, посмотрев на друга. — Мы и не из таких ситуаций выкручивались. Вспомни, как за Громом гонялись. Мы уже достаточно опытны, чтобы справиться с любым противником, сколько бы их ни было.       Войдя в кухню, совмещённую с гостиной, девушка намеренно кашлянула, от чего Разумовский, отвернувшись к раковине сделал вид, что чем-то занят, на самом деле вытирая скатившуюся по щеке слезу, а Волков пошел навстречу Валерии.       — Вечер обещает быть нескучным, — Олег обратил внимание Леры на телевизор.       Макарова увидела, что на телевизоре горела заставка «Гарри Поттера», повернув голову вправо — стол, накрытый на три персоны, где у двоих стояла небольшая тарелка с тыквенным супом и пустые чашки, большую тарелку с синнабонами, керамический чайник с горячим шоколадом внутри и что-то ещё явно пеклось в духовке. Переместив свой взгляд на диван, куда пару секунд назад плюхнулся Серёжа, разместив на коленях компьютер, она села рядом с ним, подобрав к себе ноги.       — А где Олег? Он же только что здесь был, — поинтересовалась девушка.       — Вышел покурить, — не отвлекаясь от своего занятия, ответил Разумовский.       — Ясно… — девушка, подумав, что вопросы о том, кто снова хочет их прикончить неуместны, взглянула на стол и спросила. — Ты всё это сам сделал?       — Да, а что в этом такого? — Разумовский ткнул по клавише, видимо, завершая работу, и отложил компьютер, уставившись на девушку.       — Просто ты и готовка… — Макарова замялась.       — Разные вещи? — поинтересовался Олег, вышедший с балкона. — Ха-ха, это ещё меньшее на что он способен.       — Правда? — девушка взглянула на Волкова, который сел рядом с ней.       — Ты когда-нибудь думала, что наёмник и человек, который навёл мировую шумиху, будут просто сидеть на диване и смотреть «Гарри Поттера»? Нет? Я тоже, но мы здесь и сидим перед телевизором, — Волков приобнял девушку, улыбнувшись. — Ты ведь тоже не просто студентка?       — И то верно… Ладно. Ну что ж, я включаю? — девушка взялась за пульт.       — Да, — послышался голос Разумовского уже откуда-то сзади, когда фильм начался, Сергей добавил. — Идите за стол.       Волков и Макарова сели за стол и принялись за суп. Лера ничего не ела с завтрака, и суп показался ей восхитительным, в отличие от Олега, который не жаловал никакие супы, кроме куриного бульона. Обратив внимание на то, что Волков водит ложкой в оранжевой жиже, но так и не прикоснулся к ней, Разумовский забрал у него тарелку и вылил содержимое в раковину.       — Прости, Олег, забыл, что ты не любишь супы.       «Зачем он вылил все в раковину, можно же было слить обратно в кастрюлю?» — пронеслось в голове у девушки, отчего она на несколько секунд задержала свой взгляд на рыжеволосом мужчине и перестала есть.       — Невкусно? — поинтересовался Сергей, обратив внимание на пристальный взгляд девушки.       — Нет-нет, Серёж, всё в порядке. Очень вкусно, спасибо.       — Хозяюшка, — съязвил Волков, тихо смеясь, за что получил кухонным полотенцем по спине, и рассмеялся ещё больше.       — Хочешь яблочного пирога, Олег? — Разумовский ухмыльнулся, достав ароматный пирог, от которого шел пар, из духовки.       — Серый… Ты что-то туда подсыпал, да? — Олег с недоверием посмотрел на Сергея.       — Ну что ты! А как же Валерия? — мужчина с огненными волосами поставил благоухающий пирог на стол, позволив рассмотреть начинку из яблок вперемешку с корицей, прикрытую лоскутами румяного теста, и сам сел за стол, разместившись рядом с Олегом.       Взяв чайничек, он разлил горячий шоколад по чашкам. Отхлебнув напиток, Волков довольно улыбнулся, и пока Лера доедала остатки супа, разложил по тарелкам пирог. Первым его осмелился попробовать Разумовский: отломив вилкой маленький кусочек, он отправил его в рот и улыбнулся, метнув взгляд на друга.       — Ну же, Волч, попробуй.       — Он что-то туда подмешал, я точно тебе говорю, — хрипловато-сиплым голосом шепнул Волков Макаровой, на что девушка тихо рассмеялась. Всё же Олег решил довериться Разумовскому и отправил немного начинки с тестом в рот: первыми проступили нотки корицы, позже лёгкая кислинка и сладость яблок, затем тесто растаяло во рту. Олег в удивлении раскрыл глаза и, опустошив тарелку за пару минут, сказал. — Это… Очень вкусно, — Лера, доедавшая пирог, улыбнулась при взгляде на друзей, которые не отрывали взгляда друг от друга, вступив в эдакую «переглядку».       — Пирог безумно вкусный! — воскликнула Лера и, проходя мимо Разумовского, чмокнула его в макушку.       — Спасибо, Валерия, — оторвавшись от Олега, поблагодарил Сергей, ухмыльнувшись «дерзости» девушки.       Взяв чашку с горячим шоколадом, Олег пронёс её в гостиную и поставил на книжный столик у дивана, после чего лёг на него, подложив подушку под голову. Лера помогла Серёже убрать со стола и также отправилась на диван, где теперь с одной стороны оказался Волков. Девушке пришлось сесть с краю, подобрав колени к подбородку.       — Что ты как бедная родственница? Иди сюда, — Олег обнял девушку за плечи, позволив расположиться у себя на груди. Взглянув на эту картину, Разумовский ухмыльнулся и облокотился на Олега.       — Ты поедешь домой? — спросил рыжеволосый мужчина, взглянув на девушку.       — Наверное.       — Оставайся у нас, если хочешь. Завтра вам с Олегом всё равно выезжать на задание.       — Задание?! — хором возмутились Макарова и Волков.       — Да, а что вы хотели? Праздник праздником, а работа сама себя не выполнит, — фыркнул Разумовский.       — Ладно, Серый, только давай завтра всё и обсудим, — сжав девушку покрепче, Олег метнул взгляд в Разумовского.       — Конечно, — Сергей ухмыльнулся, снова переглянувшись с Волковым. Оба расплылись в улыбке.       На улицу опускались сумерки, горящих окон питерских домов становилось всё меньше. Лера так и осталась лежать на груди у Волкова, который, когда становилось совсем скучно, начинал плести косички на выбеленных блондом коротких волосах девушки. Она прекрасно знала, что Олег хоть и казался внешне грозным и непоколебимыми, но в домашней обстановке становился добрым увальнем, на котором можно было лежать, как на самой удобной подушке, и прекрасным поваром. С Разумовским, впрочем, как и с «птицей», Макаровой пришлось подружиться, и они прекрасно сосуществовали на одной территории и, когда девушка оставалась на ночь из-за различных непредвиденностей, то он тепло принимал ее в свое жилище. Разумовскому сначала было непривычно, что кто-то, кроме Олега, жил в их квартире, но со временем он привык к девушке и теперь она являлась их частью. Они жили будто два брата и сестра, причем один из которых, домосед, из-за чего что Волкову, что Макаровой было сложно вытащить его куда-либо, как бы странно это не звучало, но они тоже ходили в кино на новинки, выходившие в прокат, хрустели покорном и жили обычной жизнью, но обратная сторона медали становилась ясной лишь во время исполнения миссий.