у тебя очки запотели

Экран ноутбука с открытой на нём статьёй ярким светом озаряет полумрак комнаты. Даня сидит за креслом своим, пальцами уставшими печатая что-то заковыристое. Название ещё одного магазина, у которого бы можно было взять интервью. Глаза Данилы повеситься хотели. Белки уже красные все, а от отсутствия нормального света все неприятные ощущения только усугублялись. Кашин не привык как-то за своим здоровьем следить, а тут ещё и ролик важный сделать надо. И время поджимает, и вообще… — Долго ещё сидеть собираешься? Тихий голос Руслана доносится откуда-то сзади. Парень стоит в дверном проёме, голову набок склонив. В домашней футболке, шортах, весь заспанный. — Ты время вообще видел? Продолжил сыпать вопросами Тушенцов. Кашин мотает головой, раздражённо мыча. Нет сил отвечать, а шатен только мешает. — Еб твою мать, ты ещё и без света! Охуеть, Даня, блять! Поток мата продолжается довольно долго, но желанный Русланом свет так и не включается, ведь парень решает подойти к Дане самостоятельно. Шорох тапочек по ламинату всё ближе и Кашин даже не успевает подумать, как быстро он получит пизды за свою расхлябанность. — Нет, ну ты совсем долбоеб, скажи мне, — Руслан по рыжей макушке чуть ли не стучит, краем глаза заглядывая в монитор. Ни слова не понятно, но Тушенцов знал, что для парня это очень важно. А ещё это важно для их семейного бюджета, который нехило так подкосился после сложившейся ситуации. — Почему ты не носишь очки, которые я тебе купил? — Руслан без разрешения начинает шарить на чужом столе под тихие выдохи Кашина и находит среди кучи барахла бархатный чёрный футляр. — Надевай. — Руслан, мне не до этого. Пожалуйста, дай мне час, я закончу и пойдём спать. Даня категорически отказался отвлекаться от работы, продолжая барабанить пальцами по клавишам. Шатену оставалось только прихуеть от такой наглости и начать действовать самому. Лёгким движением руки Тушенцов извлекает начищенные очки из футляра, глазом оценивая их на наличие трещин. Нет, всё идеально. Шатен подходит со спины и надевает Кашину аксессуар, наблюдая за его реакцией. — Русь, вот зачем они мне? — Даня даже от работы отвлекается, чтобы усталым голосом своим спросить. — У меня зрение в норме. — Просто. Чтоб глаза не выкатились к хуям. — Брось, ты их подарил мне лишь потому, что тебе нравится, когда я в них трахаю тебя. Кашин бросил эти слова так ненавязчиво, словно о самой очевиднейшей вещи в мире сказал. Руслан моментально зарделся, руками в воздухе болтая. Ну подловил, да. Ну нравится. Нравится, когда спокойные зелёные глаза из-под стёкол смотрят с искушением и внимательностью. Нравится вид Данин, когда тот усердно вколачивается в его размякшее тело, поправляя одной рукой сползшие на нос очки. Кашин в них похож на какого-нибудь учителя из хентайных комиксов, чтением которых Руслан промышлял в подростковом возрасте. Словом, когда Даня в очках — Тушенцов умереть готов. Настолько это было охуенное зрелище. Руслан с упоением тогда в магазине оправу подбирал, всё время сверяясь с фоткой на телефоне. Всё должно быть идеально. И когда на кассе улыбчивая девушка спросила, для кого подарок — шатен отмолчался, предпочитая загадочно ухмыльнуться. Даня в очках приобретал совершенно другой вид. Из спокойного и домашнего в серьёзный и вычурный. Словно где-то на важном мероприятии мелькать собирается. И сразу хочется ему дипломат в руки сунуть и костюм подобрать, и часы… Но главное — очки. — И что теперь? Жалко надеть их для меня? — Руслан руки на груди складывает, подмечая, что Кашин аксессуар снимать не стал. Может, и правда удобнее работать? — Не жалко, просто… — Даня подбирает слово, попутно допечатывая предложение. — не знаю. Неудобно. — Ну ты же можешь потерпеть иногда? Руслан хихикает тихо, аккуратно продвигаясь к парню сзади. Даня почувствовал только, как мягкая рука неспешно обогнула край его свитшота и осела на плече. Нога Руслана резко мелькает перед глазами и шатен уже восседает на чужих коленях. Хитрый ход, ничего не скажешь. — Ты какого хуя делаешь, а? — шипит Данила. Из-за копошения их двоих нужная строчка стёрлась. — Слезь. — Не хочу, — в ответ прошептал Тушенцов, крепче руками обвивая любимое подтянутое тело. Взгляд упал на лицо Кашина и Руслан чуть слюной не подавился, настолько это было до дрожи в коленках пиздато. Профиль рыжего при свете монитора, в очках. А когда парень нечаянно прикусывает губу, потому что опять написал что-то лишнее, шатен готов в обморок падать. — Дань, — шепчет Тушенцов, пахом давя на живот Кашина. Тот хрипит тихо, но выдавать себя не хочет. Делает вид, что шибко занят. — Даня, я хочу тебя. — Хоти, — со смешком сказал рыжий. — Всё, у меня работы дохуя, давай потом. — Да ты заебал уже со своим «потом». То ты на студии, то в рестике, то в кальянке, то, блять, в ебенях под Питером хуй пойми с кем, потому что «ой, я по синьке забыл свой паспорт и карту, приезжай, пожалуйста». — Всего раз было… — Да поебать мне, — все больше злится Руслан. Отчасти потому, что желаемое получить так быстро не удаётся и Даню уламывать нужно. Занятой какой, блять, посмотрите на него. Устав ждать, Тушенцов губами сухими тянется к чужой шее, сцеловывая с неё остатки прошлых синяков. Дорожку мокрую ведёт к кадыку и засасывает кожу нежную, после чего сверху раздаётся хриплый вздох. — Вот же ты блядота, а… — Ага, называй ещё. — Мразь, блять. Даня от дела не отвлекается и предпочитает быть наблюдателем. Бросать желание закончить начатую работу перевесило животную похоть. Иногда Кашин себя корил за излишний самоконтроль. Хмыкнув пару раз и убедившись, что Данила явно не собирается валить его на пол прямо в студии, Руслан оставляет ещё один поцелуй рядом со свежим засосом и движется вниз. Руки сталкиваются с преградой в виде огромной кофты, но и её шатен смог преодолеть, просунув ледяные ладони под ткань. — Сука, перестань! Холодно, — Даня недовольно бурчит, мышкой клацая по файлам на рабочем столе. Мысли как-то совсем спутались от ощущения лёгкой прохлады на собственной груди. Тушенцов, тварь последняя, лапает его грудь абсолютно не стыдясь. — Вот и хочу согреться. Не отвлекайся. У тебя там вроде много работы было. Игра перерастает во что-то интересное. Даня решает победить, а поэтому трясущимися от волнения пальцами щёлкает по файлу со сценарием. Руслан смеётся, языком чертя линии на шее бледной, пока руки развязывают узел на шортах Кашина. — Ты давно со мной не был… — Сука, а по-твоему, это от меня зависит, — Даня руку к лицу тянет, веки тяжёлые смыкая. Член предательски встаёт на эти умелые касания. Вся шея уже мокрая и в цветных пятнах, опять надо замазывать к следующему стриму. Но, Руслану это нравилось, а значит, терпеть надо. Шатен уже чуть ли не до крови кожу прокусывает, в последний момент смыкая разгоряченные губы на растерзанном участке. Кашин выдохнул. Узел на шортах развязан. И Руслан явно отступать не собирается, раз нижнее бельё Данино всё же приспускает, освобождая налившийся кровью член. Кашин пытается хрипы подавить, но умелые действия шатена пресекают эти попытки. — Хуя ты в стул вжался. — Будешь комментировать — я тебя отъебу на этом столе без смазки нахуй. — Да как захочешь. — Ты допиздишься щас. — Выеби меня с таким же рвением, с каким ты видос про кроссовки эти ебаные снимаешь. — Забыл, как у тебя год назад глотка болела? Даня поставил этим жирную точку. Руслан сразу смолк с недовольным лицом и принялся яростно надрачивать Кашину. Кольцо из пальцев двигалось вверх-вниз так часто, что Даня аж глаза закатил. Давно уже даже сам себе не дрочил, а тут вот такое. Кашин второй рукой Руслана за ягодицу сжимает, мозолистыми пальцами сминая нежную кожу так, что шатен пискнул слегка. Взгляд хитрый из-под очков почти заставил кончить с позором. — Работай лучше. — Я и так, — дуется Тушенцов, смазывая каплю густую с кончика головки. Размашисто ладонью движет, трет уретру с рвением, за что получает шлепок по заднице. — Я тебе разрешал? Жопу поднял, — Руслан молчит. Краснеет. — Я чё-то непонятно говорю? Поднялся и сел на член, раз ты такой у меня. Даже подождать никак. Тушенцов ликует внутри. Наконец-то Даня понял, что от него хотят. Шатен привстает с чужих колен и под пристальным взором болотных глаз раздевается. Собственный член уж больно давил уже. Перебираясь обратно, Руслан рукой помогает себе направить горячий член в себя, тут же опускаясь до половины. Громкий стон вырывается из уст и исчезает в кусачем поцелуе. Кашин оправой бьётся, но продолжает терзать чужие губы, рывком насаживая парня на себя до конца. — Нравится? — Д-да… — Твоя дырка ещё больше течь стала… охуеть ты жадный, прям засасываешь меня. — Прекрати… А-ах! — особенно резкий толчок попадает по простате. Кашин на эти стоны остро реагирует, зубы сцепляя на шее напротив. Нечестно, что он один с засосами будет. — Сам же просил выебать. — Очки… очки не снимай. Даня слушается, толчком внезапным выбивая любую опору из рук Тушенцова. С шатена пот рекой льётся, глаза в расфокусе, щеки горят пламенем. Температура, кажется, но не от простуды. Темп меняется чересчур стремительно. Узкие стенки жадно поглощают горячий ствол, окутывая обоих приятным жаром. Руслан через рот дышит, сдерживая слезы и хрипы, пока Кашин вбивается в скользкую дырку. Ладони шершавые притягивают ближе, в глаза заставляют смотреть. Линзы очков кристально чистые. Тушенцов воет и скулит от того, что Даня трахает его именно так. Быстро, грубо, прямо за рабочим местом и с очками блядскими, что запотеть успели. Очки. Ох, блять, как же ему они идут. Кашин толкается ещё пару раз, после чего Руслан кончает с такой силой, что пачкает кофту… капли спермы стекают по ней и Тушенцов как завороженный смотрел на это, картинку в памяти сохраняя. Даня лыбится довольно, в лоб целует и продолжает толчки. Даня кончает внутрь, не спрашивая разрешения даже. Знает, что ему можно. Сегодня и так достаточно желаний исполнил. — Ох, блять… — Руслан обессиленный весь, голову на грудь Кашину роняет, тяжело дышит. Милота какая. — Давай, вставай, в душ пойдем. — А твоя работа? — В пизду её. Завтра доделаю.