DAD

Эдогава без стука заходит в кабинет директора, даже можно сказать "залетает", довольно улыбаясь и совершенно не думая о том, чтобы постучаться или как-то сообщить о своем желании войти. Глава агентства привык к тому, что его воспитанник врывается без спроса и даже перестал делать какие-либо замечания, всё равно без толку. — Фукудзава-саан! - Разносится по помещению в привычно громкой для Рампо манере, нарушая тишину в пристанище директора и заставляя поднять глаза на вошедшего парня. — Только не говорите мне, что вы все ещё тухните над этими скучными бумажками. Знаете, который час? Рабочий день к концу подходит вообще-то. - Уткнув руки в бока, протараторил великий детектив, пройдя вглубь кабинета и смотря на сребровласого мужчину. — Уже..? - Как-то не веря своим ушам уточнил Юкичи, а затем сам глянул на время и, что не удивительно, Рампо оказался прав. Рабочий день подходил к концу и сотрудники ВДА начинали потихоньку расходиться по домам, один лишь Фукудзава потерял счет времени, утонув в работе. — И правда. Но я все еще не зако.. — Дяя~яядь. - Уже с нескрываемым недовольством протянул детектив, перебив директора и сощурил глаза, слегка нахмурив лицо. "Кажется, что всем этим документам нет конца.. Разгребёшь одну кучу, следом появляется другая.. А за ней третья.. Когда только они успевают скапливаться? Если бы Рампо не приходил за мной каждый раз, я бы так и сидел здесь до полуночи.." - Рассуждает Юкичи в своей голове, смиренно выдыхая и прикрывает глаза на несколько мгновений, затем выпуская из рук шариковую ручку и откладывая разложенные на столе бумаги. Спорить с Эдогавой своего рода бессмысленно, ведь в худшем случае он измором возьмёт и все равно придётся сделать так, как он говорит. Однако в данном случае все было правильно, ведь кто если не детектив позаботится о главе ВДА? — Всё-всё. Допишу завтра. От всей этой возни у меня голова как чугунная. — А я говорил, что вам надо отдыхать. Вы даже обед пропускаете. - Плюхнувшись на один из диванов, Рампо повернулся в сторону директора, облокотившись локтем на подлокотник и размещая на согнутой в кулак ладони свою голову. Немногие в агентстве знали о том, что у их директора явные проблемы с заботой о себе и он частенько проваливался в обязанности, забывая об отдыхе. Но те, кто был в это посвящен, всё равно не осмеливались указывать Фукудзаве на то, что он перерабатывает, а вот Рампо.. Он всегда чеканил всё как на духу. У них с Юкичи само собой образовалось негласное правило о том, что они будут присматривать друг за другом, потому что у одного из них явные проблемы с инстинктом самосохранения, а второй просто о себе не заботится. — Дядь, вам выходной нужен. У вас вид такой, будто вы неделями на заводе пашете без продыху, честное слово. Я говорю именно про дополнительный выходной, а не обычные два. - Продолжал высказываться Эдогава, не сводя взгляда с директора. — Рампо.. Если я возьму дополнительный выходной, мой стол утонет в бумагах. Мне вечности не хватит, чтобы их разобрать. - Это было произнесено с усталым вздохом. — Нет, Фукудзава-сан. Если вы не возьмете ещё один выходной, загремите в больницу. - Лицо детектива приняло крайне серьёзный вид — А меня такой вариант не устраивает, знаете ли. Если ради себя отдыхать не хотите и вам себя не жаль, то хотя бы ради меня позвольте себе выдохнуть и отойти от дел. Юкичи молчит, сверля Рампо пристальным, безэмоциональным взглядом, а затем встаёт изо стола, обходя его и останавливаясь у диванов. Детектив смотрит на него, а-ля "ну и что? продолжите губить своё здоровье или наконец за голову возьмётесь?" — Спорить с тобой смысла нет? - Риторический вопрос. — Нет. Вы будто не знаете этого. Если хотите, я могу всё агентство на уши поднять и мы всей копной будем вытаскивать вас из этой конуры! - Последнее Рампо выпалил с беззаботной улыбкой, от чего Фукудзава поёжился и даже напрягся. На вряд ли это произойдет, но мало ли что Эдогаве в голову ударит. — Я.. Понял. К последнему способу прибегать необязательно. - Заверил Юкичи, потерев висок указательным пальцем. — Значит будем отдыхать, шеф? - Уточнил детектив, продолжая улыбаться и слегка склонив голову в бок. — Будем. - Твердо ответил глава агентства, отчего-то слегка нахмурив брови на пару мгновений. В последнее время отдых давался тяжело, ведь дела и обязанности ждать не станут, а ответственность за всё это накрывала Фукудзаву с головой.

***

Ещё немного диалогов о работе. И сверху щепотка того, какое преступление Рампо раскрыл сегодня. Фукудзава всегда спрашивал об этом, всегда интересовался тем, что делает Эдогава и что приходит ему в голову. Раньше, много лет назад, он и подумать не мог, что непрекращающийся стрекот из чужих уст будет усладой для ушей после тяжкого рабочего дня. — Собираемся, дядь? Я остальное по дороге расскажу. - Вдруг выпалил Рампо посреди диалога, не сводя глаз с чужого лица. — Идём. Ты всё взял? - Сухо уточнил директор. — Спрашиваете! Конечно всё! Очки при мне, - С этими словами карман штанов щупают в поисках упомянутого предмета — У меня есть что пожевать, телефон тоже.. - А вот с телефоном почему-то возникли трудности. Рампо отчаянно щупал карманы на пончо, на штанах, но мобильник найти не мог. В голове не укладывался вопрос "как?". — Потерял? - Глава агентства так и остался стоять на месте около дивана, спрятав руки в рукава юкаты и со всей серьёзностью наблюдая за тем, как детектив роется в своей одежде. — ...Потерял. Позвоните мне, Фукудзава-сан? Без лишних слов Юкичи возвращается к своему столу, беря в руки свой мобильный и несколько секунд ищет в контактах номер, затем набирает и внимательно прислушивается. Гудки есть. Значит телефон Рампо должен где-то зазвонить. Только вот в кабинете директора звонка не слышно, значит.. — Наверное в офисе оставил.. Сейчас! - Быстро и резво встав с дивана, да настолько, что аж пончо с плеч соскочило и осталось лежать на мягкой поверхности, Рампо, не обратив на это совершенно никакого внимания, покинул кабинет деректора и направился к своему рабочему месту. Тем временем Фукудзава внимательнее прислушивается к окружению, прикрывая глаза и в какой-то момент ему кажется, что он слышит жужжание. А кажется ли? Мужчина отходит от своего стола, держа телефон в руках и проходит чуть глубже в кабинет, замечая, что жужжание становится отчетливее. В следующее мгновение взгляд серых глаз падает на пончо, которое так и осталось лежать на диване в ожидании своего хозяина. Звук исходит оттуда, но как такое возможно, когда сам Рампо предварительно всё проверил? Юкичи размещается на мягкой поверхности, отложив свой телефон и начиная искать чужой. И он находит. Точнее нащупывает его в тайном кармане пончо, открывая его и доставая мобильник. "— Нашёл..ся." - Фукудзава не успевает порадоваться находке, как вдруг заглядывает в экран и на мгновение теряет дар речи, замерев и даже не моргая. На телефоне отображается его звонок, но то, как подписан номер.. От этого у Юкичи даже сердце ёкает, а по затылку пробегает стадо мурашек. "お父さん" со смайликом волка в самом конце. — Дядь, я вспомнил! Он в потайном кармане..... пончо.... - В этот самый момент радостный Рампо залетает в кабинет, собственными глазами созерцая эту картину: Фукудзава удивленно пялится в его телефон, явно на то, как он подписан и Эдогаве чуть не поплохело от этого. Директор не должен был видеть того, что он увидел.. Не должен был, но увидел. А Рампо и не знает, что сказать и как реагировать. Лишь поджимает губы, ощущая прилив неловкости, от которой краснеют щёки. Ещё через несколько секунд Юкичи протягивает Эдогаве телефон, а тот молча его забирает и сразу прячет в карман штанов, сбросив трубку. А дальше.. Мертвая тишина. И со стороны Фукудзавы, и со стороны Рампо. Второй понятия не имеет, что сказать, если вдруг опекун задаст какой-то вопрос, касательно увиденного. Лучше пусть молчит! Пусть ничего не спрашивает. Ну увидел и увидел. Какая разница, как он подписан, правильно? Это ведь значения не имеет. Так ведь..? Размышления об этом прерывает взгляд серых глаз, вдруг обратившийся к лицу потерянного Рампо, который смотрел в пол, а теперь мельком зыркнул на лицо директора и тут же отвернулся. — Фукудзава-сан.. Я.. - Он просто надеется, что его щеки сейчас не пылают со стыда, ведь если это так, он провалится на первый этаж ВДА. Юкичи молчит. Он прекрасно видит то, что Рампо потерян, его лицо приняло слегка красноватый оттенок, что для него крайне непривычно, а наверняка уже успевшие похолодеть пальцы на руках слегка подрагивают, сжимаясь в кулак, а затем снова разжимаясь, что было одним из главных признаков, говорящих о том, что детектив нервничает и с каждой секундой нервы лишь накаляются. Кажется, что с самого начала всей этой жутко неловкой ситуации прошло добрых несколько минут, но на деле только-только подходил черёд второй. Ужасно. Просто ужасно! И надо же было так накосячить с этим дурацким телефоном! Пока Рампо загоняется в своих собственных мыслях, Фукудзава вдруг берет свой мобильник и роется в нем, а затем молча показывает экран Эдогаве. "息子" - Так был подписан номер великого детектива в телефоне директора. Рампо клянётся, что ощущает, как его щеки горят изнутри от нахлынувших эмоций и чувств. Нет, это было вовсе не смущение, а что-то другое. Он почему-то вдыхает полной грудью через нос, выдыхая точно так же, а его зрачки сначала сужаются в удивлении, позже начиная подрагивать. То ли от радости, прямо как во время того, как директор хвалит его, то ли от того, что это был один из признаков скорых слёз, которые с минуты на минуту должны были хлынуть из ярко-зелёных глаз. В следующую секунду на лице детектива вырисовывается улыбка от уха до уха, сдержать которую было ну просто невозможно, затем он вдруг закрывает лицо руками, а его плечи начинают подрагивать. Фукудзава на мгновение пугается и сосредоточенно осматривает Эдогаву несколько секунд, после касается его руки чуть выше локтя. — Не понимаю.. Ты смеешься или плачешь, Рампо? - С нотками волнения уточняет Юкичи, не до конца понимая, как должен себя вести. — ..Всё сразу, дядь. - Спустя какое-то время директору отвечают, убирая руки от лица и хихикая, параллельно вытирая слезинки, скопившиеся в уголках глаз. Фукудзава тоже выдыхает и наконец улыбается. Уже не было смысла скрывать свою радость, раз Рампо показал свою положительную реакцию на всё случившиеся. — И как давно? - Вдруг спрашивает детектив, до сих пор не смотря на директора, но тем не менее продолжая улыбаться. — Нууу.. Уже 12 лет как. - Честно признался Фукудзава, прикрыв глаза на несколько мгновений, а затем заглянув в лицо своего воспитанника. — А у тебя? — А.. - Рампо сначала радуется, а после вопроса мнётся, закусывая нижнюю губу и даже не поняв, как и что он должен ответить. Внутри разом бурлило столько чувств и эмоций, будто прямо сейчас сбывалась самая давняя и сокровенная мечта, о которой никто не знал. — Как вам сказать, Фукудзава-сан... Я не так давно решился. Ну как.. Ментально давненько, а вот так.. Ну... Вы сами понимаете.. - Он чешет затылок, прикрывая глаза и ловя себя на том, что он просто не может перестать улыбаться, уголки губ будто застыли в приподнятом состоянии и не хотели опускаться назад. — А если не понимаю? И что значит решился? - Не сказать, что Юкичи отличался от Рампо. Его лицо тоже до сих пор озаряла лёгкая улыбка и, кажется, спустя 13 лет воспитания детектива пришла его очередь задавать череду вопросов. Он слегка медлит, а потом, ловя на себе взгляд ярко-зелёных глаз, не думая ни секунды более, как на духу выдаёт: — И почему только в телефоне? На что Рампо вновь смеётся от переполняющих его сердце чувств, а глаза его будто бы заискрились от счастья. — То есть как.. Как понимать последний вопрос? Фукудзава-саа~аан. - Он наконец плюхается на диван рядом с директором, который в свою очередь отвернулся, продолжая слегка улыбаться. — Именно так, как ты понял его изначально, Рампо. - Как на духу вымолвил Юкичи, после чего вблизи посмотрел на пылающие счастьем лицо своего воспитанника. — То есть.. Значит вы не против, чтобы я так к вам обращался? - Он слегка медлит с ответом, тушуясь, но всё равно смотря прямо в серые глаза. На вряд ли директор поймёт, что это смущение, вероятно подумает, что щеки краснеют из-за бушующих внутри чувств и отчасти будет абсолютно прав. — Не против.. - Тихо признаётся Фукудзава, наблюдая за тем, как детектив вновь просиял, его макушка опустилась, а плечи слегка задрожали - смеётся, скорее хихикает, через время вновь поднимая счастливые глаза, а Юкичи мысленно представляет, как Рампо называет его "папа" и от этого сердце ёкает, на мгновение лишая возможности сделать вздох. Или может он задыхался от нахлынувшего на него счастья, заразившись им от Рампо? Это был тот редкий случай, когда мысли и доводы детектива были ошибочными несколько лет подряд и даже дедукция не помогала выйти на след правды. А ведь нужно было всего-лишь набраться смелости и поговорить. В следующее мгновение Фукудзаву нагло обнимают практически всеми конечностями, быстро разместившись у него на коленях, заводя руки за спину и прижимаясь всем телом, затем укладывают голову ему на плечо, уже скоро утыкаясь в него, издавая довольное сопение. У Рампо объятия неимоверно крепкие и теплые, как мягкий плед или шерсть пушистого-пушистого кота, который еще к тому же мурлычет, делясь своим теплом с коснувшимся его человеком. С Великим Детективом было точно так же. Те, кто когда-либо его обнимал, знают, о чём идёт речь. И все как один твердят, что это самые тёплые объятия в их жизни, самые чувственные, крепкие, душевные и самые-самые искренние, после них ощущаешь себя так, будто с тобой поделились частичкой тепла и жизненной энергии, будто согрели и напоили горячим чаем. Будь это кто-то другой, Фукудзава никогда не позволил бы так нагло располагаться на себе, но перед ним сейчас не "кто-то", а его сын, пусть они случайно подняли этот вопрос именно в этот вечер, но это не мешало главе агентства считать Эдогаву своим сыном, даже понимая тот факт, что, вероятно, сам Рампо никогда не сможет принять его как отца, потому что у него были родители и забыть их он не сможет. Но.. Как же он ошибался. Как сильно ошибался. Сильные руки Юкичи обхватывают прижимающиеся к нему тело, обнимая крепко и в то же время бережно, поглаживая по спине и слушая довольное сопение у себя под ухом. Когда Рампо вдруг снова укладывает голову на плечо, прекратив утыкаться в него, настаёт очередь Фукудзавы проявить нежность и тот утыкается носом в шею Эдогавы, куда-то в район плеча, заставляя его вздрогнуть всем телом и напрячься, однако он быстро расслабляется, продолжая довольно улыбаться и сжимать в руках чужую юкату.

***

Рампо хорошо помнит тот день, когда такая нежность исходила от Фукудзавы в первый раз. Тогда Юкичи уговорил пятнадцатилетнего детектива надеть на себя юкату, которая вдруг взялась не пойми откуда. Сказать, что мечник горел желанием увидеть своего воспитанника в этом одеянии - ничего не сказать. И.. Рампо просто не смог ему отказать. Ни без помощи Фукудзавы он оделся в юкату голубых тонов, несколько раз убедившись в том, что такая одежда - не его, но если это заставит Юкичи улыбнуться.. Ради такого можно пожертвовать собственным комфортом на время. Мечник был доволен. Рампо тоже. Не смотря на то, что сначала он бурчал и дул щеки, говоря, что это неудобно и непривычно. Зато потом.. Потом ему показалось, что это сама удобная и лучшая одежда из всех, что он носил и примерял. Довольный Эдогава носился по гостиной, смеясь и то и дело размахивая руками, будто длинные рукава юкаты его забавляли и даже веселили. В его обычной одежде единственным, чем он мог размахивать как душе угодно, был плащ. Он тоже развивался на ветру или во время бега и юному детективу очень нравился этот факт. В какой-то момент он решает, что просто бегать скучно и нужно что-то ещё более веселое. Например.. Можно покружиться! От этих мыслей Рампо аж подпрыгнул на месте и рванул вперед, останавливаясь где-то посреди комнаты, а после начиная крутиться на месте, расставив руки в разные стороны и заливаясь искренним смехом. Быстро ходить по кругу весело! Изображение в глазах так забавно расплывается, краски вокруг смешиваются в какую-то разноцветную кашу всего подряд, сердце бьётся быстро и живо, а ткань юкаты отправляется в свободный полёт. Жаль только, что Рампо не может посмотреть на себя со стороны. Развлечение, несомненно, было очень веселым, но лишь до тех пор, пока сильно не закружилась голова и Эдогаву вдруг не потянуло в сторону. Он бы больно приземлился на пол, если бы не руки Фукудзавы, подхватившие его за плечи и помогающие удержаться на ногах. — А теперь в обратную сторону. - Рампо ничего не понял, но сопротивления не оказывал, позволяя опекуну закружить себя в совершенно другую сторону, противоположную той, в которую кружился сам. Это помогло, однако ноги ещё не слушались, поэтому юнца в юкате подхватили на руки, прижав к себе и обняв. — Что это за веретено такое, а? - Строго спросил Юкичи, слегка сжав мальчика в своих руках, а тот довольно щурит глазки и сам жмётся к опекуну, то и дело смеясь и хихикая. — Не знаю я, дядь! - На одном дыхании без пробелов тараторит Эдогава, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть в глаза, крепко держась за чужие плечи и наклоняя голову в бок. — А вы, похоже, знаете. - Детское личико расплывается в довольной улыбке от уха до уха, а затем и без того хитрые лисьи глазки щурятся, смотря в серые напротив себя и поджимая нижнюю губу. — Только вот говорить не говорите почему-то.. Юкичи позволяет себе улыбку, потому что у Рампо она была ну очень заразительной, а ещё потому что радость от того, что ему удалось нацепить на юного детектива свою юкату не прошла, а лишь крепче осела на сердце, пока мечник наблюдал за баловством своего ребёнка. — Раз так хочется узнать, я тебе расскажу. Это очень маленький и непослушный юноша, от которого пахнет шоколадом. Не догадываешься, кто это? — Ой.. Хехе... Даже предположить не могу о ком вы, дядь. Я, например, уже большой и очень даже послушный! - Гордо молвит тот, задирая нос кверху и явно хочет сказать что-то ещё, но его прерывает Юкичи, улыбка которого будто бы стала шире, а глаза чуть сощурились. — Неверный ответ. Ты проиграл, Рампо. - Юношу быстро прижимают к себе, прежде чем он успевает хоть как-то отреагировать на происходящее, а затем утыкаются носом ему в шею, вдыхая запах кожи. Вкусно. Всё-таки купить тот шоколадный гель было хорошей идеей, не смотря на то, что юному гению пришлось два раза попросить Фукудзаву взять именно его. Теперь сам Эдогава пах как самая настоящая конфета, которую хотелось съесть. И это была бы самая сладкая сладость в жизни Юкичи. Со стороны мальчика со временем начинает слышаться хихикание, а мечник ощущает, как его пытаются оттолкнуть от себя, но явно безрезультатно. — Щекотно, дяяядь!! - Cквозь смех протягивает Рампо, а Фукудзава, явно не ожидающий такой реакции, на несколько мгновений замирает, потом многозначительно хмыкает, выдав сухое "не ври" прямо в шею, сильнее прижав юношу к себе и утыкаясь носом уже куда-то рядом с его ухом, вызвав новую волну искреннего, заливистого смеха и стадо мурашек по всему телу. Возможность оказывать сопротивление у Эдогавы забрали и он сдался практически сразу же, понимая, что бороться нет смысла, бессильно съёживаясь и смеясь до тех пор, пока чужой нос не перестаёт ходить по шее и не замирает в районе плеча, где начинается юката. Рампо практически сразу же перестаёт отталкивать от себя опекуна, возвращаясь к объятиям, продолжая жмуриться и посмеиваться. Он даже не собирался вырываться и прятать чувствительное место. Всё происходящее воспринималось юным детективом как часть игры, из которой ему хоть и не суждено выйти победителем, но получить гормон счастья в огромном количестве - запросто. Подобные моменты Эдогава просто обожал и даже мог предугадать, чем закончится очередное баловство с его стороны. А то, что до Фукудзавы начало доходить, как нужно и можно играть - одно из лучших событий их совместной жизни. В какой-то момент позиция меняется и теперь уже Рампо укладывал свою голову на плечо Юкичи, прижавшись щекой к самому его краю, чтобы было удобнее заглядывать в лицо взрослого, который прямо сейчас смотрел на детскую мордашку, которая в свою очередь озарилась улыбкой от уха до уха. Сейчас юный детектив был невероятно милым: вёл себя спокойно, нежился в объятиях, делился своим счастьем с опекуном, а ещё у него были взъерошенны волосы, добавляя некой неряшливости его внешнему виду, от чего он становился ещё милее. А детская юката Фукудзавы, севшая на Рампо как на него шитая, невероятно радовала глаз. — Котёнок.. - Мягко буркнул мечник в сторону прижимающегося к нему ребёнка, а тот в свою очередь заметил, что улыбка до сих пор не сошла с лица Юкичи, что говорило о том, что он доволен и наверняка очень счастлив. Ещё одна вещь, которую обожал Рампо - когда Фукудзава, пусть и редко, но называет его "котёнком", ведь он знал слабость мечника к пушистым представителям фауны и пришел к выводу о том, что раз сам вызывает такие ассоциации, то тоже является слабостью. И был абсолютно прав. В какой-то момент состроив хитрую мордашку, юный детектив сделал ещё одну ужасно милую вещь: он шустро обнял Фукузаву за шею и уткнулся носом ему в щеку, предварительно о неё потеревшись, словно самый настоящий котёнок, вызывая внутри взрослого волну эмоций, от которых щемило сердце, ровно так же, как и при виде кошек. И на сей раз это была одна из вещей, которые обожал Фукудзава.

***

Прижимаясь к Юкичи, детектив вспомнил о том, что один из заданных вопросов он оставил без ответа. "Что значит решился?" Рампо и сам спросил себя, а что это значит. Значит ли это, что какой-то неведомый страх не позволял ему наконец признать себе, что Фукудзава стал ему гораздо ближе, чем родной отец или было что-то ещё, что-то, что заставило похоронить эту тему и не поднимать её нигде, кроме своих собственных мыслей? Долго думать не пришлось, в голове сразу вспыли воспоминания, которые в определенный момент глубоко ранили сердце Рампо и сильно расстроили, расставив все точки над "и" в его голове. Это был обычный день работы в ВДА. Танизаки, Куникида и Ацуши как всегда прилежно работали, Кенджи на крыше ухаживал за приведенной коровой, Кёка помогала с бумагами, а Дазай.. Дазай как всегда допекал несчастного Доппо, не давая ему сосредоточиться на работе. К этому уже все привыкли. К тому, что Куникида орёт на Дазая, что лупит его по чём свет стоит и что в агентстве практически всегда очень шумно. Сам Рампо никогда в этом не участвовал, но тем не менее все эти сцены казались ему забавными. До тех пор, пока не поднялась тема ответственности. И не переросла в ответственность за того, кого мы приручили. И пока Куникида не начал объяснять Дазаю, что значит быть чьим-то опекуном и что второй крайне безответственно относится к возложенным на него обязанностям, касательно юного Ацуши. Дазай тогда беззаботно брякнул что-то вроде "Ты слишком всё усложняешь, Куникида. Я же не его папочка, чтобы так его опекать." А Доппо в ответ отчеканил, что опекун не ровняется родителю и что даже когда опекунство оформляется в бумажном виде, подтверждаясь официально, там черным по белому написано, что оно оформляется без родительских прав на ребёнка, поэтому Дазай тут не прав и он идиот, который не понимает, что можно заботиться о ком-то, даже не являясь его родителем. Сердце Рампо после услышанного очень неприятно и даже больно кольнуло, хотя он даже виду не подал и как всегда сохранял молчание. Никто не обратил на это внимание, увлеченные чем-то своим, но он даже отложил на стол конфету, которую намеревался отправить себе в рот. "Принятие ребёнка в семью без оформления родительских прав на него" - позже вычитал Эдогава, не сумевший выкинуть из головы навязчивые мысли. Выходит, Фукудзава и не хотел того, чтобы Рампо был его сыном? Детективу было известно об оформлении опекунства, а вот об усыновлении разговора никогда не было и эта тема даже не затрагивалась. А всё потому что Рампо боялся того, что его не считают за сына, а Фукудзава, усыновивший его ещё во время возни с оформлением бумаг на агентство, так и не набрался смелости на то, чтобы рассказать об этом, потому что был твердо уверен в том, что у Эдогавы есть родители и его он никогда за отца не считал и считать не будет. Благо, Юкичи в порядке исключения дали согласие на то, чтобы оформить всё необходимое, не вмешивая в это ребёнка.

***

"— Какой же я идиот...." - Одновременно всплыло в головах Рампо и Фукудзавы. Они молчали столько лет, захваченные в плен собственного страха и даже не предполагали иного варианта событий, кроме самого худшего, жившего у них в голове. Как хорошо, что так получилось. Что Рампо так глупо накосячил с этим телефоном, но зато теперь боль вперемешку с недосказанностью уйдут навсегда. И Юкичи обязательно назовут папой. Особенно после того, как он расскажет Рампо, что усыновил его ещё 12 лет назад. И.. Если детектив однажды вечером заявится в кабинет со словами "пап, пошли домой", Фукудзава сразу же забудет как дышать, забудет о работе, о документах и о своих делах, он пойдёт домой, где весь вечер будет слышать заветное "пап", вместо привычного "дядь", хотя оно тоже будет проскакивать по привычке и, Юкичи клянётся, что звучит из уст Эдогавы с той же мягкостью и любовью, что и "папа". Всегда звучало. Но теперь приобрело другой оттенок, будто в палитру добавили красок, которых не хватало всегда.