На мягких лапах

Нил — оборотень, он живёт в глухом лесу, в уединении, скрываясь ото всех и стараясь как можно реже встречаться с людьми. У него крохотный деревянный домишко, который нужен скорее для видимости, чем потому, что Нил в нем нуждается. Однажды он находит в лесу раненного белокурого парня. Он забирает его домой, чтобы вылечить. Дома оказывается, что парень ранен куда сильнее, чем показалось Нилу на первый взгляд. И проблема ещё в том, что дом оборотня плохо приспособлен для выхаживания тяжелобольных людей. Тут всего одна кровать, очаг давно не топлен — волчья шкура греет не хуже огня, нет ни еды, ни посуды — Нил привык питаться на охоте, да и, по правде сказать, не любит готовить. Уложив светловолосого парня на кровать и укрыв его своим плащом, Нил снова оборачивается волком и убегает на охоту. Следующие дни проходят очень суматошно. Раненного парня лихорадит, и он постоянно находится в шатком полусне. Нил почти безуспешно пытается накормить его кое-как поджаренным мясом и снова уходит в лес. Он направляется к огромной старой ели, в дупле которой живёт лесной дух, и выспрашивает у него про лечебные травы. Потом, под самую ночь, в обличье волка, он добегает до старого охотничьего домика, который обнаружил позапрошлой осенью и крадет оттуда котелок и две деревянных миски. По дороге домой он ищет травы, о которых ему сказал лесной дух, и приготавливает белокурому парню целебный отвар. Лихорадка никак не хочет отступать, и чуткие волчьи уши слышат, как дрожит парень под его шерстяным плащом. Нил тяжело вздыхает, ложится рядом и укладывает тяжелую голову парню на грудь, надеясь, что тепло его тела и густой мех согреют лучше, чем его тонкая шерстяная накидка. Так продолжается несколько дней. Парень приходит в себя на несколько минут, Нил только и успевает дать ему отвар и скормить немного вареного мяса, как тот тут же проваливается в сон. Ночью Нил в виде волка приходит и ложится с ним рядом, чтобы обогревать его до рассвета. Несколько раз он видит, как парень выныривает из своей дрёмы и смотрит в волчьи глаза Нила, но потом его взгляд снова становится расфокусированным, и он засыпает обратно. Нил даже не понимает, почему его это не пугает. Однажды, уже засыпая рядом со светловолосым парнем, Нил чувствует, как его шею обвивают руки, а холодные пальцы погружаются в пушистый мех на его загривке. Это внезапно очень приятно, но эту мысль Нил решает обдумать позже, и лишь плотнее прижимается к чужому боку. Когда спустя неделю лихорадки парень приходит в сознание, он представляется как Эндрю. Он рассказывает, что у себя на родине убил человека, который надругался над ним в детстве. Что он ничуть не жалеет о содеянном, но за это его самого выследили и почти убили. Он бы умер там, в лесу, если бы не Нил. А ещё спустя полчаса он бесцветным голосом говорит, что не чувствует ног. Нил ожидал чего-то такого, но слова Эндрю все равно отдаются в его душе болью. Лихорадка проходит, раны Эндрю затягиваются, но его ноги так и не приходят в норму. Нил упорно продолжает поить его горьким травяным отваром, но чувствует, как Эндрю все больше начинает замыкаться в себе. Тогда Нил придумывает рассказывать ему разные истории о том, что происходит в лесу, потому что Нилу приходится часто уходить из дома, чтобы обеспечить их обоих всем, чем нужно, а Эндрю явно очень тоскливо здесь одному. Вечерами, Нил заваривает им душистые листья смородины, старается растопить пожарче очаг, устраивается рядом с Эндрю на кровати и рассказывает, рассказывает, рассказывает. Эндрю даже не возражает, что Нил сидит так близко — он видит, что в крохотном доме Нила больше нет мебели, а он занял единственную кровать. Иногда Эндрю переплетает их пальцы, а Нил не убирает своей руки, потому что это тоже приятно. А ещё иногда Эндрю кажется, что красивые глаза Нила странно бликуют в пламени свечи, но он не придает этому значения. Нил придумывает и рассказывает ему истории о приключениях волка, который видит разное в лесу. О том, как он выслеживает добычу; что запахи он видит, как цветные нити, что запах белок — желтовато-коричневый, как гречишный мед, запах зайцев — серый, словно предрассветный туман, а запах барсука — темно-зеленый, и похож на пушистую тину в пруду. И что для успешной охоты всего-то и требуется — найти того, кто на другом конце запаха-нити. Рассказывает о том, как ему нравится прислоняться ухом к земле в поле и слушать топот суетливых полевок. О том, как ветер нашептал ему, что болотные огоньки в этом году начали водить хороводы раньше обычного. И даже о том, что в темной чаще, до которой бежать полночи, поселился молодой леший, и теперь звери обходят это место стороной. Все эти истории такие живые и наполнены таким количеством мелких деталей, что Эндрю каждый раз удивляется, как Нилу удалось придумать что-то настолько захватывающее. Иногда, заслушавшись, Эндрю кладет голову на плечо Нила, а тот совсем не возражает. Волосы Нила щекотят его лицо; Нил пахнет хвоей, лесной свежестью и совсем немного смородиновыми листьями. Эндрю очень нравится этот запах. Так проходит долгая зима, и становится окончательно понятно, что Эндрю не сможет ходить. Вся его связь с внешним миром, это Нил и его сказки про волка. Нил с отвращением понимает, что какой-то маленькой мерзкой крупицей своей души рад, что Эндрю не может от него уйти. Он не хочет себе признаваться, но оказалось, что очень приятно быть не одному. Быть с Эндрю. Однако у Эндрю другие мысли на этот счёт. Он просит Нила отнести его подальше в лес и оставить там, потому что не хочет обременять его. Он — калека, бесполезный, и Нил только бессмысленно тратит на него свое время. Они почти ссорятся, когда Нил отказывается его слушать и говорит, что никогда его не бросит. В тот вечер, Нил уходит в лес и не возвращается до самого рассвета, а Эндрю не смыкает глаз и слышит за окном далекий и разрывающий душу волчий вой. Спустя неделю на полнолуние, Нил решается поговорить с Эндрю. Его глаза становятся почти прозрачными, как луна, а зубы кажутся острее, чем обычно. Нил садится очень близко, касаясь кончиками пальцев руки Эндрю, и выглядит очень взволнованным. Нил говорит, что хочет рассказать Эндрю кое-что. Не просто кое-что, на самом деле. Очень большой секрет. Он говорит, что истории про волка, которые он придумал для Эндрю, это не сказки. Это его настоящая жизнь. И что он оборотень. Эндрю как будто даже не удивлён и уж точно не напуган. Невозможно было бы придумать такое, если не видел этого своими глазами. Нил рассказывает об оборотнях, говорит, что, возможно, если бы Эндрю был оборотнем, то его ноги бы вылечились. Но он говорит и о том, что жизнь оборотня трудна — нельзя, чтобы люди о нём узнали — а это значит, единственная жизнь, которая будет ему доступна — жизнь в глуши, в изоляции. Кроме того, надо оборачиваться хотя бы на пару часов в день, иначе твои волчьи инстинкты возьмут над тобой вверх в самый неожиданный момент, под воздействием сильных эмоций. И что иногда, даже следуя всем правилам, тебе все равно не удается контролировать свои животные порывы. Когда луна выглядывает из-за облаков, Эндрю видит, как тень профиля Нила на стене на секунду становится волчьей. Эндрю совсем не страшно. Он лишь крепче сжимает горячие пальцы Нила в своей ладони. Нил не отводит своего мерцающего взгляда, и Эндрю просит его обратить. Нил спрашивает, уверен ли он. Нил не знает, действительно ли это исцелит ноги Эндрю. Но Эндрю соглашается без колебаний. Тогда Нил медленно наклоняется к Эндрю, пока его нос не касается бешено бьющейся венки на шее. Эндрю впервые чувствует, как от близости Нила по его спине пробегает холодок, но не двигается. Нил шумно втягивает запах Эндрю и кусает его за шею. Острые клыки лишь слегка царапают светлую кожу, и тёплые губы тут же зацеловывают укус. Веки Эндрю, будто тут же наливаются свинцом и все, на чем он может сосредоточиться, это как горячая кожа под его пальцами превращается в пушистый мех. Он погружается в сон, а к следующей ночи, когда он просыпается и открывает глаза, Нил видит, что в свете свечи, они начинают блестеть, как золотая монета, которую Нил однажды нашел под гнездом сороки. А ещё Эндрю перестал чувствовать холод. До этого, по-настоящему согреться он мог только, когда Нил спал рядом. А сейчас, несмотря на почти потухший очаг, ему было тепло. Нил с улыбкой тянет его за руки и помогает встать. Его ноги все ещё немного слабы, после длительного лежания, но он определённо может ими двигать. Нил учит его, как можно обернуться — так выздоровление пойдёт быстрее. Почти весь первый день они проводят в волчьем облике. Эндрю учится, как управляться с новыми оттенками запахов и звуков, которые лавиной обрушились на него, как только он обернулся волком. Эндрю определённо доволен своим новым нюхом. Он и не подозревал, что человеческий нос упускает такое количество нюансов. В особенности ему приятно уткнуться носом в шерсть на загривке Нила и обнаружить, что он пахнет не только собой и листьями смородины, но и росой, которую принес утром на своих волосах, весной и первым тёплым солнцем. Эндрю так засиделся взаперти, что они с Нилом несутся через лес во весь опор. Эндрю думает, что на своих лапах мог бы обогнать даже ветер. Нил показывает ему свои самые любимые места — тихую лесную прогалину, на которой уже распустились подснежники, дом лесного духа, который радостно приветствует Эндрю, небольшой луг, где Нил любит слушать полевок. Эндрю не нравятся полевки. Он и не подозревал, что такие крохи могут создавать так много шума. Нил лукаво щурится, будто может понять, о чем он думает. На этом лугу они остаются до самого заката, когда румяное багряное солнце скрывается за верхушками елей. Они лежат рядом, почти соприкасаясь носами. Глаза Нила полуприкрыты и блестят, как первые звезды, что уже загораются над их головами. Эндрю глубоко вздыхает, пытаясь запечатлеть этот момент в памяти навсегда. Бледные звезды, шелест теплого ветерка в кронах деревьев и запах Нила. Того, кто спас его и подарил новую жизнь. Повинуясь порыву, он закрывает глаза и утыкается своим носом прямо в холодный нос Нила. Кажется, он, наконец, нашел свой дом.