Жора и Малыш

Эльдар почувствовал опасность буквально тогда, когда она мягко задышала ему в затылок. Пискнув, он дёрнулся в сторону, но момент был упущен. Пол вырвался из-под ног, и сердце мышика сделало кульбит, прежде чем вернуться на место и забиться пуще прежнего. Котик по кличке Жора крепко держал его под мышки. У него были мягкие подушечки на пальцах и самый тёплый на свете холодный взгляд. Развернув Эльдара к себе лицом, приподняв над полом, не давая съёжившемуся мышику сбежать, он, загадочно ухмыляясь, глядел в широко открытые тёмно-карие глаза. — Так-так-так, — протянул он масляно, при этом лицо у него было такое, будто он знатно отобедал сметанкой. — Что это у нас тут? Маленький хвостик снова хозяйничает на кухне? Его хватка на теле Эльдара стала крепче. Пушистые треугольные уши дёрнулись, а рот ощерился в предвкушающей хищной улыбке. И хотя его слегка полноватое лицо не выглядело угрожающе, Эльдар почувствовал холодный пот, пробежавший вниз по позвоночнику. Под серой водолазкой стало значительно мокрее. Кот повёл носом, его белёсые усы заинтересованно дёрнулись вперёд. Сильнее сжав хватку, он сделал шаг вперёд и осторожно посадил Эльдара на кухонный стол. Мышик почувствовал под собой холодную вычищенную поверхность и неосознанно поджал ягодицы. Жора хмыкнул. — Хозяйка очень попросила не портить ничего, — тихо произнёс он и медленно провёл языком по длинному загнутому когтю. Эльдар напрягся, готовясь спрыгнуть, но кот, фыркая, надавил на его грудь и повалил на стол, зорко следя за тем, чтобы ничего не упало и не разбилось. — Лежи спокойно, иначе укушу, — добавил он полушутливо-полуугрожающе, занося когтистую лапу над моментально сжавшимся мышиком. Эльдар снова пискнул, но убивать его не стали. Когти аккуратно прошлись по нему, щекоча кожу на шее, и медленно двинулись вниз. Обвели напрягшиеся под водолазкой соски, скользнули во впадинку пупка — и Жора, досадливо мяукнув, стукнув на дверце стола хвостом, задрал его водолазку, глядя на открывшуюся полоску кожи. — Это… мало похоже на… съедение, — пробормотал Эльдар и вздрогнул, когда Жора вкрадчиво произнёс: — У тебя встаёт на съедение? — Чт… О-о-о-а-а-а!.. — Эльдар скользнул взглядом ниже и, смешавшись, хватанул ртом воздух. Кот, фыркая, склонился над бугорком в его штанах и накрыл его мягкими тёплыми губами. О-о-о, блаженство! — Н-н… Не, не… не надо. Съедать. — Это хорошо, — одобрил Жора. Его холодный нос ткнулся в пупок, после чего на смену ему пришёл антонимично тёплый язык. — Тогда я просто… отжарю тебя. Одна из тарелок всё же упала на пол. К счастью, она была пластмассовой и не разбилась. Жора досадливо дёрнул хвостом и, погрузив ладонь во взъерошенные тёмные патлы мышика, прижал его голову к столу, одним слитным и плавным движением перевернув на живот. Эльдар замолотил ногами, не доставая до пола, животу было почти больно, когда Жора навалился сверху — большой, горячий и каменно-мускулистый, несмотря на жирок под незамысловатой рубашкой. Кот схватил его за бёдра, прижал их к своим ногам, а сам, втиснувшись посередине, вдавливаясь, потёрся пахом о беззащитные ягодицы. — Распакуем вертел, — промурлыкал он, и уже спустя минуту Эльдар вскрикнул, когда толстый член медленно вдавился в него, оставляя на коже остатки сливочного масла — как смазка оно пошло на ура. Жора закрыл его рот ладонью, боевито встопорщил усы и сосредоточенно двинулся вперёд. Свободная рука отогнула мышиный хвостик. — Боже, больно! Б… блядь… Жора, блядь! — Эльдар невнятно вскрикнул сквозь пропахшую рыбой ладонь, когда шипчики на крупном члене сильнее вонзились в него, не давая соскочить. Жора оттянул его уши и жёстко потрепал их, вырывая из глотки мышика всё новые и новые звуки. — Так, я не понял! Это что за маты? Мелкий, не искушай! — Он натянул уши ещё сильнее, вдавив когти в нежную кожу, и Эльдар, сощурившись, пропищал, срываясь на визг: — Понял, ПО-О-ОНЯЛ! — То-то же! — Жора сменил гнев на милость и перевёл руку на чужую поясницу. Мышиный хвост тотчас обвил её, нервно подрагивая. Эльдар замолчал. Прикусив губу, он налёг на локти и, сосредоточенно зажмурившись, прислушивался к ощущениям. Пока что они были не самые приятные, но мышик терпел, не желая вновь подвергать свои уши опасности. Жора провёл когтями по его пояснице, после чего принялся двигаться. Вот тогда-то Эльдар и взвизгнул. Кот совсем не жалел его и ритмично подёргивал тазом, вгоняя шипастый член в не такую уж узкую щель. Ещё бы, это ведь была не самая их первая встреча. Да, если бы другие мыши узнали, чем он сейчас занимался, то явно бы не ограничились выговором. Поэтому Эльдар старался не шуметь. Старался, но не всегда мог сдерживаться — особенно тогда, когда вредный кот, всё поняв, увеличил скорость. — Что, стыдно перед товарищами, да? — он гулко захохотал, скользяще исследуя подушечками пальцев расхристанного под собой мышика. — А вот не надо сыр таскать! Или, думаешь, мне, коту, приятно смотреть на это воровство? М-м. Воришка! — Жора почти нежно огладил его плечи — маленькие и узкие, словно мальчишечьи, хоть кот и знал, что в его лапах была уже взрослая мышь. Эльдар всхлипнул, вцепился когтями в стол. Жора цокнул, покачал головой и мягко убрал его руки, сжав чужие запястья и слегка приподнимая их, любуясь пальцами, нервно подрагивающими в его хватке. — Не порть древесину, — нравоучительно произнёс он. Теперь у Эльдара не было точек, на которые можно было опереться. Жора вытянул его руки, заставив буквально лечь на стол. Ноги лишь свисали и доставляли дискомфорт. Эльдар нервно двигал хвостом, крылья его носа тревожно трепетали. В заднице было горячо и туго, а кошачья головка, попеременно прижимаясь к уплотнению нервов где-то внутри, немного отвлекала от шипов. Жора провёл языком по влажной спине своего нервного любовника. Язык его тоже не отличался дружелюбием — жёсткий и резкий, как наждачка, но почему-то именно сейчас он показался Эльдару таким приятным, что перехватило дыхание. Жора замер над ним, и мышик буквально почувствовал, как на полном лице раскрылась хитрая улыбка. — Ага, вот так, — промяукал Жора, ещё раз лизнув его от лопаток до самого затылка. — Давай, серый, зажигай, — он отпустил его руки, просунул ладони под бёдра и нашёл его. Эльдар прерывисто выдохнул, сжимаясь, когда сильные руки сжали член, а кот торжествующе рыкнул: — Ага! Кончаешь, мелкий?! — Н-н… — Ничего, сейчас. Эльдар затрепетал, когда Жора резко вышел из него. Его бесцеремонно перевернули на спину — так резко, что он чуть не упал. Если бы не сильный захват, то так бы и произошло. Жора подхватил его под задницу, терпеливо толкнул на стол и, задвинув бёдра, толкнулся вперёд. Его лицо исказилось, глаза бешено полыхнули, но Эльдар не успел испугаться — кот резко сжал его член и принялся полировать его подушечками. Это было просто восхитительно, и Эльдар моментально забыл о своих тревогах. Приоткрыв рот, он выгнулся, сжимая бёдра на боках Жоры. Даже шипастый член, снова начавший таранить его внутренности, больше не казался таким уж страшным. Жора толкался, и толкался, и толкался — а его рука, правильно надавливая и скользя вверх-вниз, сделала своё дело. Эльдар задрожал. Его дрожь была нервной, но чарующей. Мышик тихо застонал, прикрыв глаза, и приоткрыл рот. Сухие губы так и манили освежить их, чем кот и занялся. Они никогда раньше не целовались, хотя иногда и встречались, и этот новый опыт стал тем самым отправным пунктом. Эльдар сжался и, выдохнув в горячие губы кота, кончил. Тощее тельце затрепетало, сжимаясь вокруг колючек, приводя Жору в экстаз. Он лихорадочно прикасался губами к чужим губам, ловя горячее судорожное дыхание, сцеловывал дорожки слёз с покрытых лёгким пушком щёк. И откуда-то из глубины, рождаясь внутри мощной кошачьей глотки, струилось мерное мурчание — громкое и тарахтящее, словно проносящаяся по дороге за окном автомобилька. Котик Жора был удовлетворён, и показательная жестокость, с которой он наказывал пойманного мышика, уступила место расслабленности. Он повёл бёдрами и медленно отслонился, сыто облизываясь. Эльдар глухо выдохнул, когда колючее и горячее естество покинуло его норку. Раскинувшись на столе, он последовательно восстанавливал дыхание, пытаясь собрать себя из кусков наслаждения, в которые превратил его этот невозможный кот. Жора провёл языком по плечу, прилизывая встопорщившуюся от пота шерсть, и кинул на мышика ленивый взгляд. — Маленькая помышкушка, — произнёс он, растягивая гласные, и довольно прижмурился. — Шуруй домой, хвостатый, и, не приведи шерсть, я снова замечу тебя на кухне! Прихлопну, как жалкую крысу. Эльдар напряг руки и медленно сел. Его тело ещё было вялым после наслаждения, но мозг уже шпарил на всю и даже успел приметить головку сыра, удобно лежащую на самом краю тумбы — если изловчиться, то её легко можно было прихватить, убегая в нору. Правда, существовала опасность в виде Жоры, который это ему бы явно не простил — на этой неделе точно — но Эльдар был молодым и готовым на экстремальные шалости. В конце концов, кот никогда не исполнял свою угрозу до конца. Лишь жарил и жарил, даже не думая хотя бы раз по-настоящему выпустить когти.