before you leave again

—… И потом, через два дня на эту встречу прибудет Гаара, так что, думаю, нам следует… — Шикамару продолжал говорить, но Наруто пропускал всё мимо ушей. Не уделять внимание делам — не в стиле Наруто. Титул Хокаге предполагал уйму обязательств, и Наруто всегда хотел знать, что соответствует данной должности. Однако, на этот раз он смотрел в окно, развернувшись в кресле и надеясь, что Шикамару не поймёт, как далеко витают его мысли. — Наруто, — в конце концов раздражённо позвал Шикамару. Наруто тихо вздохнул, предполагая, что Нара всё-таки его раскусил. Конечно, Наруто просчитался, думая, что тот не поймёт; будто близкий друг и советник в одном лице после стольких лет знал его не так хорошо. Узумаки развернулся в кресле обратно лицом к столу, изобразив широкую, сияющую улыбку. Нервно почесал затылок, рассчитывая, что ничем себя не выдал, даже если и повёл себя, как последний мудак. — Уверен, ты отлично справишься, — ответил он, надеясь, что не упустил сути, и это были подходящие слова. По тому, как Шикамару вздохнул, а лицо его стало раздражённо-нахмуренным, Наруто понял, что явно потерпел неудачу. — Что с тобой сегодня? — спросил Шикамару, явно пытаясь не застонать. — Обычно ты не отвлекаешься. — Я сосредоточен! — быстро возразил Наруто. — Я же сказал, что тебе нужно просмотреть эти документы… — продолжил Шикамару, указывая на папку в центре стола, — …прочитать и подписать до завтра. А ты ответил, что я отлично справлюсь с работой. Наруто пару раз моргнул и не смог сдержать смех, потирая лоб забинтованной рукой, в попытке скрыть смущение. — Возможно, я надеялся одурачить тебя, заставив выполнять мою работу? — Наруто постарался звучать как можно убедительнее; кто-нибудь другой принял бы его слова за правду. Но не Шикамару. — Ты — лидер Конохи, скрытой деревни одной из пяти Великих стран шиноби. Возьми себя в руки, Наруто, — подытожил Шикамару таким серьёзным тоном, что Наруто даже испугался. Узумаки чуть вздохнул, смирившись, и опустил взгляд на папку на столе. На мгновение он был полон решимости просто начать делать то, что должен, согласно титулу Хокаге — бумажную волокиту, бумажную волокиту и ещё больше бумажной волокиты. Вместо этого он поднял глаза на своего друга. — Сколько времени прошло с последнего визита Саске? — поинтересовался он будто невзначай. Не то чтобы Наруто не вёл счёт. Он вспомнил, как прощался с ним — снова — четыре месяца, две недели и шесть дней назад прямо у ворот Конохи. Он помнил разочарование, которое всегда испытывал, когда Саске в очередной раз решал уйти; он помнил, как фыркнул Саске, осознав, что Наруто сдерживает слёзы; и он определённо помнил последние слова Саске. «Я вернусь прежде, чем ты успеешь соскучиться по мне, усуратонкачи» Он помнил их так отчётливо, потому что они были ужасной ложью. — О, так это из-за него? — бездумно переспросил Шикамару, будто ему не впервой сталкиваться с этим. — Нет. Мне просто интересно… — начал Наруто, затем остановился и пожал плечами, прежде чем продолжить бессмысленный монолог. — Пожалуйста, ознакомься с соглашением Айвы, которое прислали нам на днях. Хочу убедиться, что это именно то, чего мы от них добивались, прежде чем подписать, — добавил он самым подходящим для Хокаге голосом, на который был способен. — Хорошо, — лениво отозвался Шикамару, поднимая свиток. — Иди домой и отдохни. Ты выглядишь измученным, — добавил он. Вот так просто Наруто снова остался один в своём кабинете. Он не хотел идти домой, потому что чувство одиночества было сильнее там, где у него не находилось под рукой огромной кучи файлов, которые нужно обработать, и не маячили перед глазами шиноби, постоянно отвлекающие от важных дел. Вернувшись домой, он бы остался наедине со своими мыслями, да и только. По крайней мере, находясь в Резиденции, он оставался полезным. У него были прекрасные отношения с Конохой: он делал всё возможное, чтобы деревня функционировала и была защищена, и вся сопутствующая работа отвлекала его от самобичевания и грусти. Наруто усердно трудился — слишком усердно, по словам Сакуры, — но это того стоило, как для него самого, так и для Конохи. Поэтому он схватил папку, предоставленную Шикамару, и сосредоточился на ней, даже когда его мысли продолжали возвращаться к образу тёмных волос и изменившемуся взгляду.

***

— Хокаге-сама? Наруто проснулся от чужого голоса, но не открыл глаза. Прошло уже четыре года со дня его инаугурации, но он всё ещё не мог привыкнуть к подобному обращению, потому реагировал немного запоздало. — Наруто, — настаивал другой женский голос, и Наруто не смог удержаться от стона. Он медленно открыл глаза только для того, чтобы увидеть Сакуру, Шикамару и ещё одного шиноби, которого не узнал — судя по её одежде, она работала в здании авиария Конохи. — Не могу поверить, что ты снова заснул в своём кабинете, — Сакура звучала крайне недовольно. Она всегда слишком волновалась. Когда Наруто был младше — и намного глупее — он чувствовал себя самым счастливым человеком в мире. Сейчас же не было ничего, кроме лёгкого раздражения, потому что она не понимала и никогда бы не смогла. — Надеюсь, ты не обслюнявил бумаги, — добавил Шикамару со вздохом. — В прошлый раз нам пришлось заменить по меньшей мере три свитка, — добавил он, объясняя это присутствующим в комнате и никому в частности. Наруто вздохнул и потёр лицо, медленно приходя в себя. Он ощущал боль в спине от неправильного сидения и то, как нещадно ныла затёкшая шея. Но этот спектр чувств не был для него в новинку. — Что вы хотели? — спросил Наруто, зевая. — Это сообщение для вас, Хокаге-сама, — отрапортовала незнакомая куноичи, протягивая Наруто небольшой свёрток. Наруто медленно его развернул. Он знал, что был бы более полон надежд и нетерпения, трепетно желая узнать содержимое послания, если бы только что не продрал глаза после очень короткого, тревожного сна. Но, честно говоря, он даже не был уверен, что до конца проснулся. «Буду к полуночи» Пробежавшись глазами, Наруто уже собрался отложить письмо и забыть о нём, но тут мозг соизволил обработать информацию. Наруто вернулся к чернильному росчерку взглядом, перечитал текст ещё раз, затем ещё, снова и снова, и широкая улыбка невольно расползлась по его лицу. Ему не нужна была подпись, чтобы понять, кто отправил послание — он узнал бы этот аккуратный почерк где угодно и когда угодно. — Саске возвращается сегодня вечером, — заключил Наруто, пытаясь сдержать своё волнение. В конце концов, он же Хокаге, он не мог просто… Ещё до того, как закончить ход мыслей, Наруто вскочил и быстро собрал свои вещи, не в силах перестать счастливо улыбаться и едва ли не подпрыгивать от возбуждения. Шикамару и неизвестная куноичи, казалось, не были тронуты новостью, и Наруто хотелось трясти их до тех пор, пока они не сделают хоть что-нибудь и не испытают такое же счастье, что и он. По крайней мере, Сакура его поняла. — Наконец-то, — сказала она, широко улыбаясь, будто это было лучшее, что она слышала за весь месяц. Наруто слишком хорошо знал это чувство.

***

Наруто оказался у главных ворот ещё до того, как сумерки начали сгущаться. Это уже стало традицией — Саске сообщал ему время прибытия, и Наруто появлялся на месте задолго до назначенного времени, просто на случай, если Саске просчитался. В конечном итоге он постоянно врал о том, сколько приходилось ждать, потому что Саске всегда возвращался вовремя. Однако Наруто никогда не покидала надежда на более скорую встречу, потому и он постоянно приходил раньше. Шиноби, охраняющие ворота по ночам, давно прознали об этом. И хотя сначала они посмеивались над Наруто, то в скором времени отказались от насмешек, осознав, что Наруто игнорировал их целиком и полностью. Его мысли фокусировались только на одном, и это был Саске. Только Саске. Наруто думал о том, как отреагирует Саске, увидев его — вероятно, безразлично, как и всегда, но в сердце всё ещё таилась надежда — однажды при встрече Саске будет так же счастлив, как и Наруто. К тому же он задавался вопросом, захочет ли Саске переночевать в его квартире, решит ли провести с Наруто как можно больше времени, а может, как обычно, выкрадет Наруто на целый день. Но самой навязчивой мыслью было — хватит ли у него смелости сказать о своих чувствах теперь? Однако, как только подобная мысль закралась в голову, Наруто тут же её отогнал. Потому что каким бы храбрым он себя ни чувствовал, как бы сильно ему ни хотелось признаться, он не был готов потерять сохранившуюся дружбу из-за своей попытки рискнуть. В любом случае, насколько плохой может быть жизнь, полная тоски? Не то чтобы Наруто приходилось привыкать. Он всегда чего-то желал, будь то внимание и признание, или чтобы его лучший друг навсегда вернулся домой. И отчего-то казалось, что лучше жить в тоске, скучая от встречи к встрече, чем навсегда потерять того, по кому сердце билось, как неладное, лишь потому что Наруто не удержал свой язык за зубами. Наруто решил поговорить с охраной, не только потому, что являлся Хокаге и ему стоило соблюдать рамки приличия, но и, возможно, чтобы хоть чем-то занять себя. После он решил присесть за воротами, прислонившись спиной к дереву. Солнце зашло, и Наруто поднял глаза, когда на летнем небе уже зажигались звёзды. Прошли годы с тех пор, как Саске впервые вернулся из того дурацкого путешествия-искупления. Но Наруто неизменно чувствовал те же нервозность и волнение, что и в прошлом. Тогда ему было всего восемнадцать, он только начинал познавать себя. Было нелегко просто сесть и поразмышлять о чём-либо, когда каждый день становился постоянной борьбой — за то, чтобы выжить самому, сохранить жизнь другим, продолжать тренироваться и становиться всё лучше и лучше ради возвращения Саске. После войны всё изменилось. Свободного времени стало гораздо больше, даже с учётом тренировок, встреч с друзьями и миссий. А Саске снова исчез, но не пропал, как раньше, поэтому Наруто не приходилось прилагать усилий, пытаясь его отыскать. Поначалу было тяжело, он не понимал, чем занять свой досуг, и, даже не осознавая этого, стал тратить больше времени на самопознание. В первый раз, когда Саске вернулся из путешествия, почти десять лет назад, Наруто понятия не имел, почему был так взволнован и счастлив. Его друзья постоянно уходили на длительные миссии, и Наруто никогда не чувствовал себя подобным образом. Он предполагал, что причина скрывалась в страхе, который цепкими лапами скрежетал в душе — вдруг Саске больше никогда не вернётся… Но сейчас, в возрасте двадцати семи лет, Наруто знал истинную причину. Когда до него вдруг дошло, он даже не удивился. Он помнил момент озарения так ясно, будто это было вчера, хотя с тех пор прошло целых шесть лет. Саске вернулся после почти семимесячного отсутствия, и они проводили спарринг за спаррингом в течение нескольких часов, а после решили просто полежать на траве тренировочной площадки, чтобы перевести дух. В тот день Саске был более разговорчив, чем обычно, и рассказывал Наруто о каком-то клане, который нашёл в Стране Горячей воды, с действительно интересным кеккей генкай. Продолжая монолог, Саске смотрел на проплывающие над ними облака; а Наруто был сосредоточен на лице Саске, потому что боялся отвести взгляд и осознать, что тот снова исчез, как мираж, растворившийся в воздухе. Саске повернулся, глядя на него с лёгкой, нежной улыбкой, предназначавшейся всегда только Наруто, и именно тогда та самая мысль впервые застучала в голове. «Я влюблён в тебя» Наруто всегда думал, что, влюбившись, он взбесится, будет сбит с толку и совершенно точно почувствует себя более нервным и встревоженным. Но вместо этого его захлестнула волна спокойствия, и он рассмеялся от облегчения, ведь, по крайней мере, теперь он понял, почему каждый раз при мыслях о Саске так бешено билось его сердце, почему чувствовалась постоянная потребность прикоснуться, прижать его к себе, почему он, казалось, не мог нормально функционировать, когда Саске не было рядом слишком долго. Это всё объясняло, и Наруто почувствовал себя идиотом из-за того, что не осознал свои чувства раньше. — Что смешного? — спросил Саске, довольно улыбаясь. — Ничего, — быстро ответил Наруто, потому что, ну никак не смог бы сказать правду. — Я просто счастлив, что ты здесь. После того, как Саске снова ушёл, Наруто почти убедил себя, что это плохая идея. Что влюблённость в своего лучшего друга принесёт ему только страдания и боль, и что с этими чувствами стоит расстаться как можно скорее. Однако Наруто был глупцом, ведь он не выбирал влюбляться в Саске, а значит, не смог бы и перестать его любить. К тому же он был неправ. Потому что любовь к Саске ни разу не заставляла его грустить, расстраиваться или сожалеть об этом. Конечно, он скучал по Саске всякий раз, когда тот уходил — и, несомненно, тоска по кому-то всегда считалась чем-то негативным. Однако Наруто давно с ней свыкся, и это даже не мешало ему периодически чувствовать себя счастливым. И хотя Наруто одолевали непонятные волнение и нервозность всякий раз, когда он, как сейчас, собирался, наконец, снова увидеться с Саске, то после, вопреки всему, он ощущал… спокойствие, когда был с ним. Наруто никогда не был тем, кто мог бы испытывать подобное — его разум постоянно мчался вскачь, а тело находилось в движении, даже когда сам он едва ли обращал на это внимание. Но всякий раз, когда Саске был рядом, его разум замедлялся, а тело расслаблялось, и Наруто мог чувствовать себя действительно непринуждённо. Он наконец вспомнил о том, что чувствовал, просыпаясь ранним утром, когда ему нечего было делать и незачем куда-то идти. Когда всё, что он мог слышать — как, нарушая тишину, шумит ветер в кронах деревьев, щебечут птицы, и ничего больше. Он вспомнил ощущение солнца на коже после затяжных дождей, или тёплой воды на плечах после долгого дня, или расслабления, накрывающего с головой, когда ему наконец удавалось отсмеяться. Наруто также верил, что влюблённость влечёт за собой чувство собственничества и ревность. Он видел подобное на примере своих друзей: любовь делала их неуверенными в себе, заставляя бояться каждого, кто вдруг заговорил с их второй половинкой. Наруто никогда не считал, что это здоро́во, но в то же время понимал — у него нет права судить, ведь у него не было подобного опыта. И в тот момент, когда он осознал свою любовь к Саске, он ждал тех же чувств, но они так и не настигли его. Даже когда Саске рассказал ему о девушке, которую он встретил в Кири и с которой провёл несколько ночей, и даже когда Саске сказал Наруто, что ему, возможно, вскоре придётся найти кого-нибудь и остепениться. Потому что Наруто чувствовал, что, несмотря ни на что, счастье Саске было единственным, что имело значение. Он достаточно скоро принял тот факт, что Саске никогда не захочет быть с ним, и Наруто, как ни странно, не был против. Он смирился с тем, что однажды будет присутствовать на свадьбе Саске, и эта мысль его только радовала. Саске заслуживал покой после всего, что выстрадал и через что прошёл, и Наруто был бы мудаком, если бы не смог порадоваться за друга, нашедшего своё счастье, даже если не в нём. Так Наруто держал свои чувства при себе все эти годы. Он никому не говорил, ведь считал несправедливым то, что кто-то мог узнать об этом раньше самого Саске. Он не сказал и Саске, ведь был в ужасе от мысли, что это разрушит всё, что они смогли построить за годы дружбы. Саске было бы нелегко довериться снова, позволить себе полагаться на Наруто, и Наруто думал, что его признание разрушит весь достигнутый прогресс. Однако держать это в себе становилось всё труднее и труднее. Наруто настолько легко принимал свои чувства, потакал им и радовался, что стал замечать, как непрошеные слова всё чаще вырываются наружу. «Спасибо, что оплатил ужин, Саске. Я люблю… этот ресторан» «Этот твой удар справа был чертовски болючим, ублюдок! Тебе так повезло, что я влюб… не такая мстительная сука, как ты» «Пожалуйста, останься ещё на несколько дней? Я просто очень лю… не хочу, чтобы ты пока уходил» Наруто вздохнул, осознав, что его план «никогда и ничего не говорить Саске», вероятно, будет провальным, если он продолжит в том же духе. Он задавался вопросом, что было бы лучше: случайно проговориться, позволив Саске узнать правду подобным образом, или же вместо этого что-то спланировать, признавшись по собственному желанию. Оба варианта казались одинаково плохими и даже ужасающими. — Ты же в курсе, что тебе не обязательно каждый раз приходить и ждать меня, верно? — знакомый голос заставил Наруто немедленно оторваться от своих мыслей. Он быстро посмотрел перед собой, и, даже не успев осознать, поднялся на ноги только для того, чтобы заключить Саске в действительно крепкие объятия. — Наруто, — простонал тот с притворным раздражением, как только они рухнули на землю. Наруто не мог нервничать, не в момент, когда чувствовал смех Саске своей грудью, рёбрами, сердцем. Это было одно из лучших ощущений в мире. — Ты придурок, — ухмыльнулся Наруто, всё ещё не слезая с Саске, потому что то был один из немногих случаев, когда Саске во время своего прибывания допускал подобную близость между ними, и Наруто планировал извлечь из неё максимум выгоды. — И дерьмово пахнешь. — Вау, вот уж спасибо, — саркастически отозвался Саске и закопошился, чтобы внаглую ущипнуть Наруто сквозь одежду. Тот даже не вздрогнул. — Расскажешь потом, как будешь пахнуть после трёх дней сна на полу. Наруто вновь рассмеялся, решив, что испытывает свою удачу, оставаясь в таком положении, придавливая Саске собой. Он медленно отстранился, вставая и помогая Саске подняться. Тот крайне драматично отряхнул штаны и плащ, словно полежать на земле с минуту было хуже, чем искупаться в грязи. — Быстрей, ублюдок. Я устал, — сказал Наруто, возвращаясь за ворота. — Как долго ты меня ждал? — спросил Саске, быстро нагоняя его. — Не знаю. Думаю… минут тридцать? — Наруто нагло врал, не готовый признать, сколько времени потратил в ожидании на самом деле. — Хорошо, — отозвался Саске, но голос его звучал неуверенно. — Ещё раз: тебе правда не обязательно каждый раз приходить сюда, чтобы встретить меня. Я знаю, где находится твоя квартира. — А что, если меня не будет рядом, чтобы открыть тебе дверь? — спросил Наруто. У Саске не нашлось ответа, поэтому он пожал плечами, продолжая смотреть перед собой, пока они проходили ворота. Наруто знал, что Саске больше некуда было пойти: либо в один из отелей Конохи, либо к Сакуре, поскольку он отказался от восстановления квартала Учих. Даже если Наруто оставался лишь одним из немногих доступных вариантов, он всё равно был счастлив, ведь Саске выбрал его.

***

Улицы были практически пусты, если не считать парочку шиноби, совершавших обход с целью наблюдения, и нескольких гражданских, возвращавшихся домой. Наруто постарался одеться совершенно неприметно, надеясь избежать попыток людей заговорить с ним. Обычно ему нравилось внимание, но не сейчас, не когда всё, чего он хотел, это лечь с Саске в постель и наверстать упущенное, пока один из них — чаще сам Наруто — не заснёт. Саске почти не разговаривал, к чему Наруто давно привык. И часто молчал, если только они не находились в безопасности в стенах квартиры Наруто, или его кабинета, или просто наедине на тренировочной площадке или где-то ещё. Как будто ему нужно было знать, что они совершенно одни, чтобы ощущать себя достаточно комфортно для разговора. Наруто чувствовал себя неловко из-за того, что ему нравилось быть единственным, кому раскрывалось истинное лицо Саске, ведь это, вероятно, ужасно эгоистично. Но в то же время, в том, что Саске так себя вёл, не было его вины. Наруто, прервав тишину, рассказал Саске о последнем деле, одобренном советом, о его ужине с Ирукой на днях, о его новых тренировочных привычках. Саске просто слушал, время от времени кивая, чтобы дать Наруто понять — каждому его слову внимают целиком и полностью. Иногда он даже что-то комментировал или называл Наруто идиотом. И лишь от этого Наруто чувствовал себя самым счастливым человеком во всей деревне и, вероятно, на всём континенте. — Может, мне достать футон? — спросил Наруто, как только они вошли в квартиру. Это был самый обычный вопрос, ставший постоянным уже много лет назад, когда Саске вернулся в деревню впервые после войны. Саске, конечно же, приходилось занимать постель — Наруто настаивал на этом беспрекословно. Сам же он брал футон и аккуратно раскладывал рядом с кроватью. Хотя, на деле, Наруто не мог припомнить, когда в последний раз спал подобным образом. Но не забывал то, как однажды Саске сказал ему, что они могут просто спать в одной кровати, ведь она достаточно большая, потому ему не нужно беспокоиться о дополнительном спальном месте. И Наруто не нашёл в себе сил отклонить это предложение. Тем не менее, Наруто всегда спрашивал. Это всего лишь вежливость, не так ли? — Не беспокойся, — продолжал отвечать Саске. И Наруто никогда не настаивал. Наруто снял сандалии, немного потянулся и прикрыл зевок рукой. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Саске, но не повернулся, чтобы проверить, действительно ли тот смотрел на него. — Когда ты ел в последний раз? — спросил Наруто. — Ммм, — просто промычал Саске. — Не будешь возражать, если я приму душ? — Вперёд, — ответил Наруто. Саске скрылся в ванне шустрее, чем Наруто осознал, что остался один. Наруто воспользовался этим временем, чтобы переодеться в одежду, которую обычно носил дома — простые шорты и белая футболка со спиралью Узумаки. После он завалился в постель, выжидая, когда Саске вернётся, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми, потому что он просто хотел, нуждался в возможности поговорить с Саске ещё немного. Возможно, он мог бы закрыть их на несколько секунд…

***

— Наруто, — тихо позвал Саске. Наруто быстро открыл глаза, и сердце его затрепетало, откликаясь на внезапный зов. Первое, что он осознал, оказалось минимальное расстояние, на котором находилось лицо Саске относительно его собственного, и только затем он ощутил капли воды, стекавшие с кончиков тёмных локонов на подушку и щёки Наруто. — Спишь? — спросил Саске. — Нет, — шустро ответил Наруто. — Просто размышляю. — С закрытыми глазами, — невозмутимо подначил его Саске. — Да, — выпалил Наруто, вероятно, слишком быстро. С одной стороны Наруто хотелось, чтобы Саске отодвинулся, увеличил расстояние между ними, но в то же время, он искренне желал, чтобы Саске придвинулся ближе хотя бы ещё немного, просто наклонился и… — Ну, прости, раз прерываю такое редкое явление, что случается лишь однажды в голубую луну, — сказал Саске с ухмылкой. — Придур—! — Могу я одолжить какую-нибудь одежду? — прервал его Саске. Тогда Наруто понял, что на Саске было всего лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, и на расстоянии вытянутой руки маячила возможность прикоснуться к его мягкой коже на груди, очертить пальцами различные шрамы, которые Саске приобрёл в течение всей своей непростой жизни. Наруто едва сдержался, чтобы не сделать это, ведь понимал — сейчас не лучший момент потакать своим прихотям. — Ты знаешь, где она, — кое-как выдавил из себя Наруто, и это прозвучало, скорее, как карканье. Саске никак не прокомментировал это, но его пристальный взгляд задержался на глазах Наруто на несколько секунд дольше необходимого. Наруто задавался вопросом, знал ли Саске, какой эффект он на него произвёл, сделал ли он это только для того, чтобы подтвердить свои догадки. Но в итоге, Саске просто отодвинулся, и Наруто наконец-то смог вздохнуть. Наруто повернулся на бок, наблюдая, как Саске тщательно перебирал одежду Наруто, всегда следя за тем, чтобы каждая рубашка, к которой он прикасался, была идеально сложена, а все брюки, которые он снимал с вешалки, оставались в исходном положении. Наруто искренне интересовало, отчего ему нужно так много времени, чтобы просто выбрать одежду для сна, но он никогда не произносил эти свои мысли вслух, ведь иначе потерял бы те несколько минут, которые мог потратить на любование тем, как вырисовывались мышцы на спине Саске из-за его копошений. Когда Саске наконец-то остановился, держа в руке серые спортивные штаны и чёрную футболку, то казался даже довольным. Он повернулся, проверяя, проснулся ли Наруто. — Не смотри, — приказал он. — Там нет ничего такого, чего я не видел раньше, — напомнил ему Наруто просто для того, чтобы насолить. — Он немного подрос с тех пор, как ты видел его в последний раз, придурок, — прокомментировал Саске. Наруто рассмеялся и специально смотрел на Саске ещё несколько секунд, прежде чем перевернуться на другой бок, утыкаясь взглядом в стену, вместо того, чтобы просто закрыть глаза. Он не был уверен, что у него хватит сил не подглядывать. Только когда Наруто почувствовал, как мастрас проминается под весом Саске, то снова повернулся. Саске уже смотрел на него с мягкой улыбкой на лице. — Ты, кажется, рад вернуться, — бездумно прокомментировал Наруто. Он знал, что это неправда. Может быть, Саске был рад видеть его, Сакуру и Какаши, но если бы он был действительно рад вернуться, то остался бы. Но он никогда не задерживался. Наруто было больно наблюдать за тем, как Саске менялся — взволнованность и нервозность с каждым днём становились всё острее, как будто он не мог вынести своё присутствие в Конохе дольше нескольких недель. Не то чтобы Наруто этого не понимал. Но он всё ещё мечтал о другой жизни, в которой ему не пришлось бы скучать в разлуке дольше, чем длились их встречи. — Насколько сильно ты завтра занят? — спросил Саске вместо того, чтобы ответить Наруто. — У меня встреча с Суной… — ответил Наруто, зевая, — сказывалось то, что он уже пару дней не спал в собственной постели. — Значит, Шикамару захочет обсудить дела до и после. В остальном это всё, — объяснил он. Улыбка Саске стала шире, пусть и совсем чуть-чуть. — Тогда отдохни, или Гаара разозлится, если ты снова заснёшь на встрече, — сказал Саске не совсем в шутку. Однажды такое уже случалось. Гаара был не в восторге. Саске смеялся почти десять минут, когда Наруто рассказал ему о произошедшем несколько месяцев спустя. — Его голос такой монотонный, когда он работает! — застонал Наруто, пытаясь защититься. — Я попросил его говорить со мной, как обычно, но он даже не осознаёт, как меняется его голос. Саске в ответ просто улыбнулся, продолжая пристально смотреть на Наруто, будто пытался запомнить каждую мелочь. В какой-то момент Наруто привык и к этому, потому что Саске, казалось, нравилось разглядывать его спустя столько месяцев вдали от дома. — Поспи, — настаивал Саске, вероятно, замечая все признаки утомления Наруто. — Агхр, но ты только что вернулся! — пожаловался Наруто. — Тебе о многом стоит рассказать, например, с какими людьми ты знакомился? Добрался ли ты в конце концов до того острова, о котором рассказывал в прошлый раз? Ооо, ты…? — Спокойной ночи, Наруто, — перебил его Саске, посмеиваясь и закрывая глаза. Наруто надулся и подумал о том, чтобы настоять на разговоре, хотя уже знал, что это бессмысленно. В конце концов, Саске был таким же упрямым, как и он, если не больше. — Спокойной ночи, Саске, — ответил Наруто, всё же убедив себя закрыть глаза и перестать пялиться на своего друга.

***

Это была лучшая неделя в жизни Наруто за последние месяцы. Почти каждую секунду свободного времени он проводил с Саске, и даже когда он находился на работе, которую нельзя было отложить или поручить кому-то другому, Саске был рядом с ним. Присутствие Саске рядом всегда делало Наруто крайне счастливым. Так было до момента, пока он не заметил первые признаки того, что Саске снова собирается уходить, например, когда тот попросил Сакуру приготовить партию военных пилюль специально для него, или купил новые, более удобные сандалии, или начал чаще смотреть в сторону главных ворот Конохи. После этого Наруто не мог не расстраиваться при мысли о том, что Саске снова уйдет. Через восемь дней после возвращения Саске решил забрать Наруто. Он делал так всегда, будто ему нужен был последний день, наполненный только присутствием Наруто, прежде чем он уйдет ещё на несколько месяцев. И Наруто всегда дорожил временем, проведённым вместе, потому что чем больше было расстояние между Саске и Конохой, тем больше тот походил на самого себя. — Когда ты уходишь? — Наруто наконец-то набрался смелости задать этот вопрос только после целого дня размышлений. Он даже не понял, что перебил Саске на полуслове, но в то же время это не имело значения. Потому что внезапно он осознал, что в этот раз всё было иначе: он всегда легко принимал уход Саске, потому что знал, что тот скоро вернётся. Однако сейчас Наруто не мог так легко игнорировать печаль, охватившую его грудь. — Скорее всего, завтра утром, — ответил Саске. — Завтра утром, — повторил Наруто. Они отправились в поход на одну из гор недалеко от Конохи, потому что Саске решил, что виды могут быть прекрасными и понравятся Наруто. Добравшись до вершины, они решили передохнуть, присев на край обрыва. Пейзаж определённо впечатлял, но Наруто не мог по-настоящему оценить красоту момента, когда всё, что было у него в голове, — это образ Саске, удаляющегося от ворот, от него. — Не рано? — медленно спросил Саске. Наруто захотелось рассмеяться. «Конечно, рано, ублюдок» — вот что он сказал бы, если бы чувствовал, что имеет на это право. — Конечно нет. Знаешь же, что здесь ты не заключённый или типа того, я дам все необходимые разрешения, — пробормотал Наруто, его взгляд был сосредоточен на горизонте. — Но я спрашивал не Хокаге, — ответил Саске. — Я спросил своего друга. Наруто повернулся, чтобы посмотреть на него, и обнаружил, что Саске уже внимательно изучает его лицо. — Нет, всё в порядке, — повторил Наруто. Он не мог попросить Саске остаться. Наруто знал, что значила для него Коноха: то, какие воспоминания и мысли вызывало это место, и то, как сильно оно влияло на Саске. Наруто не мог сдерживать его, заставлять оставаться там, где Саске не хотел быть. Даже если ему было больно в разлуке, так было лучше, чем знать, что Саске чувствовал себя неуютно и несчастливо только из-за эгоистичных мотивов Наруто. — Тебе не обязательно врать. — Если бы моё мнение действительно имело значение, ты бы вообще никогда не ушёл, — пожал плечами Наруто. — Но дело не во мне и не в том, чего я хочу. — Когда-нибудь ты должен будешь научиться ставить себя на первое место, — небрежно ответил Саске, будто сам не был главным источником несчастья Наруто в данный момент. — Хорошо, тогда представь: я говорю тебе, что это рано, — сказал Наруто, голос его против воли звучал более расстроено, чем хотелось бы. — Представь: я говорю тебе, что не хочу, чтобы ты уходил. Ты останешься? — спросил он, отворачиваясь и глядя вперёд, потому что не хотел видеть лицо Саске, когда услышит ответ, которого боялся. Саске молчал: Наруто мог бы думать, что прошли часы, если бы он не считал секунды в своей голове. Один Кумогакуре, два Кумогакуре, три Кумогакуре… — Вероятно, нет, — признал Саске спустя девятнадцать секунд. Наруто должен был сдержаться, чтобы не потереть глаза, должен был сдержаться, чтобы не показать Саске, насколько больно слышать это от него. Как могли два слова ощущаться как ушат ледяной воды, вылитый на него, как миллион лезвий, врезающихся в его сердце? — Верно, — пробормотал Наруто, изображая смех. — Давай вернёмся. Умираю с голоду. — Наруто… — Можешь выбрать место для ужина, — добавил Наруто, не желая слушать то, что хотел сказать Саске. — Сомневаюсь, что ты захочешь рамен в свой последний вечер. Наруто быстро встал, и Саске, вздохнув, поднялся следом, будто отказываясь от попыток что-либо объяснять.

***

Той ночью Саске крепко спал рядом с ним, а Наруто не мог перестать прокручивать мантру: «Пожалуйста, ещё один день» Всего лишь ещё один день — всё, о чём он просил. Глупость, ведь не похоже, что хоть кто-то стал бы его слушать — этого не случалось и раньше: не когда ему было всего четыре, и он умолял, чтобы всё стало лучше и легче; не когда ему было пятнадцать, и он отчаянно желал возвращения своего лучшего друга. Но он снова попытался, просто на случай, если на этот раз его услышат. Губы Саске слегка дрогнули во сне, на мгновение нарушив видимость спокойствия на его лице. Наруто протянул руку, почти коснувшись кончиками пальцев его нижней губы, но быстро остановил себя. Саске бормотал, вероятно, подсознательно, придвигаясь ближе, пока их лица почти не соприкоснулись, и Наруто не почувствовал тёплое дыхание на собственном носу. Насколько ужасной идеей было бы сократить расстояние между ними, пока Саске спит? Простит ли его когда-нибудь Саске, если узнает? По крайней мере, если бы Наруто позволил себе сделать то, чего хочет хотя бы раз, это помогло бы просто расслабиться? Он вздохнул, отворачиваясь к окну и концентрируясь на убывающей луне. «Если я смогу провести с ним ещё один день, я скажу ему» — поклялся Наруто Луне — и самому себе.

***

— Дождливо, — небрежно прокомментировал Саске, отправляя в рот ещё один кусочек рыбы. Наруто выглянул в окно. Стояло раннее утро, но Саске хотел уйти как можно скорее. И неважно, насколько больно было видеть, как он уходит, Наруто собирался пойти с ним и как всегда попрощаться у ворот. — Да, — бездумно ответил Наруто, считая, что то была неудачная попытка Саске завязать лёгкий разговор и снять тяжёлое бремя с сердца Наруто. — С таким успехом я мог бы остаться ещё на день. Нехорошо во время дождя отправляться в путь, — добавил Саске, и Наруто быстро повернул голову, чтобы посмотреть на него. — Правда? — недоверчиво спросил он. Саске, коротко кивнув, подцепил немного риса палочками и съел его. Наруто не смог сдержать широкой улыбки. Но быстро пришёл в себя, когда внезапно вспомнил то, о чём просил прошлой ночью и что обещал взамен. Он вдруг почувствовал себя самым большим трусом, совершенно напуганный возможным исходом. Но он не мог взять свои слова назад. Не мог больше держать чувства в себе, не в момент когда наблюдал, как Саске проводит пальцами по своим и без того растрёпанным волосам, предлагая Наруто рыбы, зная, что это его любимое блюдо, не в момент, когда тот дразняще погладил Наруто по голове, прежде чем встать и помыть посуду. Нет, Наруто должен сказать ему.

***

Саске не хотел покидать квартиру Наруто. В конце концов, шёл проливной дождь, и Наруто понял, почему выход на улицу мог бы стать проблематичным. Но он жалел, что не решился сказать раньше. Жалел, что не сказал накануне, когда они любовались пейзажем, или на днях, когда Наруто сказал что-то очень глупое, что заставило Саске смеяться пять минут подряд. Он хотел бы признаться в более располагающей обстановке, ведь если он собирался рассказать Саске о своих чувствах, то хотел сделать это надлежащим, более приятным способом. Вместо этого они остались заперты в квартире Наруто. Ситуация была обыденной, место — тоже, и ничего особенного в этом не было. И, возможно, Наруто просто пытался найти причины, чтобы отказаться от обещания. Может быть, он был просто трусом, слишком напуганным, чтобы столкнуться с последствиями своих чувств. — Ты сегодня на удивление задумчив, — поддразнил его Саске. Наруто посмотрел на него. Саске растянулся на диване, на его груди лежала открытая книга. На нем всё ещё была домашняя одежда из шкафа Наруто, и его волосы были такими же растрёпанными, как утром. Саске выглядел таким красивым, что у Наруто перехватило дыхание. — Просто думаю о том, что предстоит сделать, — сказал Наруто. В конце концов, это была правда. Он снова отвернулся к окну, ведь, если бы он продолжал смотреть на Саске, то потерял бы самообладание и сразу же всё рассказал. По крайне мере, ему стоило подобрать подходящие слова, — это придало бы ему некоторую уверенность, или, во всяком случае, он убедил себя в этом, оттягивая момент признания. Он задавался вопросом, готов ли он потерять всё это — домашнего Саске, лежащего на его диване, будто здесь ему самое место, будто не было другого места, где он должен быть. Саске, одетого в его одежду и выглядящего удивительно великолепно. Было ли лучше, чтобы Саске находился тут в качестве друга раз в несколько месяцев, чем если бы его не было здесь вовсе? Ни один из вариантов не устраивал Наруто, потому что, в действительности, всё, чего он хотел — чтобы Саске всегда был рядом. — Тебе что-то нужно сделать… сегодня? — спросил Саске, и он правда казался немного напуганным тем, что Наруто уйдёт. — Нет, — быстро ответил Наруто. — Не сегодня. Это может подождать. Он услышал, как Саске вздохнул с облегчением, а сам нервно прикусил нижнюю губу, поднёс руку к холодному стеклу окна и бездумно провёл по нему пальцами, рисуя случайные узоры в течение нескольких минут. А как насчёт «У меня есть к тебе чувства»? Нет, это просто… некрасиво. «Ты мой лучший друг, но в то же время я хочу, чтобы между нами было нечто большее»? Звучит ужасно. Возможно, я мог бы просто поцеловать его и позволить Саске решать самому… — Я хочу поговорить с тобой кое о чём, — наконец заставил себя сказать Наруто, так как знал, что если продолжит зацикливаться на идеальном признании, то никогда этого не сделает. Во всяком случае, он никогда не был одним из тех, кто просто останавливается и думает, прежде чем сделать. — О чём? — отозвался Саске, Наруто повернулся к нему лицом. — Иди сюда, — добавил он, отодвигаясь и давая Наруто достаточно места, чтобы сесть рядом. Наруто медленно подошёл к нему, садясь на противоположную сторону дивана. Он не осмелился взглянуть на Саске, потому что не хотел видеть его реакцию, как только слова слетят с его губ. Он не хотел видеть, как Саске отвергнет его. — Я не… хочу, чтобы это… ха… — Наруто вздрогнул, нервничая всё больше по мере того, как слова слетали с его губ. — Это ничего не значит. То, что я собираюсь сказать. Я не… ничего не должно измениться. Наруто не нужно было смотреть на Саске, чтобы понять, что тот хмурится в замешательстве. Однако он молчал, просто давая Наруто продолжить. — Я знаю, что не могу просить тебя просто… не беспокоиться об этом? Хотел бы я так сделать, — добавил он, неловко смеясь. — Хотел бы я просто сказать тебе об этом, и ты… может быть, посмеялся бы надо мной и перевёл тему, будто это ничего не значит. Но я понимаю, что это не так просто, и, как... — Прекрати болтать, или мы застрянем здесь до завтра, — оборвал его Саске. Его голос был тёплым и не предвещал ничего плохого. Вероятно, он просто пытался успокоить Наруто. Или, может быть, заставить его не так сильно переживать по этому поводу. — Просто надеюсь, что после этого ты останешься моим другом, — пробормотал Наруто. — Наруто, я не думаю, что всё, что ты сейчас скажешь, будет хорошим предлогом, чтобы наконец избавиться от тебя… — Я люблю тебя, — быстро перебил его Наруто. — Я влюблён в тебя уже семь лет. И я думаю, тебе давно пора об этом знать, — объяснил он с тихим, нервным смехом. — Наруто… — Нет, дай мне закончить, — немедленно сказал Наруто, глядя на руки и заламывая собственные пальцы. — Это глупо, знаю. Я думал, со временем это пройдёт, ведь тебя так долго не было, а я оставался здесь. Но этого не произошло, и, более того, моя любовь только крепла. Я не против испытывать к тебе такие чувства, даже если знаю, что они никогда не будут взаимны. На самом деле, всё в порядке. И я совершенно счастлив просто оттого, что ты мой друг. Но я всё равно думал, что ты заслуживаешь знать. Саске ничего не ответил, но Наруто ощущал на себе его взгляд. Он всё ещё не чувствовал достаточно храбрости, чтобы взглянуть Саске в глаза. — Так что, может быть, именно поэтому я хочу, чтобы ты остался. Я хочу, чтобы ты остался, потому что я безумно скучаю по тебе каждый раз, когда ты уходишь. Потому что, даже если это не взаимно, ты всё равно мой лучший друг. И мне по-прежнему нравится проводить с тобой время, — продолжал он, очень сильно нервничая. — Я знаю, что ты не останешься, что бы я ни говорил. Пожалуйста, не воспринимай это как… как способ заставить тебя остаться навсегда, или заставить чувствовать себя плохо, или что-то в этом роде. Я не… дело совсем не в этом. Я просто хотел, чтобы ты знал, прежде чем снова уйдёшь, потому что я не думаю, что смогу держать эти чувства в себе дольше. Тишина заполнила комнату, и с каждой секундой Наруто становился всё более нервным и встревоженным. Наконец-то он набрался смелости взглянуть на Саске, который растерянно смотрел на него. — Ты влюблён в меня, — в конце концов произнёс Саске. — Да, я так и сказал, — согласился Наруто, рассмеявшись от нервозности и смущения. — Продолжай в том же духе, ублюдок, — добавил он просто для того, чтобы позлить Саске и стать более похожим на себя, похожим на того, кто не разрушает их дружбу. Саске издал тихий смешок, но ничего не ответил. Однако это заставило Наруто немного расслабиться, потому что до сих пор он не наблюдал той ужасной реакции, которую ожидал. — Ты правда не обязан отвечать. Мне просто нужно было высказаться. И если ты не… не захочешь остаться друзьями, я пойму. Это была очевидная ложь: Наруто бы не понял подобной реакции. Потому что, если он мог быть тайно влюблён в Саске в течение стольких лет и не позволять этому влиять на их дружбу, то зачем Саске всерьёз беспокоиться об этом? Но он не подавал вида, потому что не хотел, чтобы Саске чувствовал себя плохо или оказывался под давлением, вынужденный принять решение, которое не хотел. Если бы он причинил боль Наруто, то Наруто бы принял это настолько спокойно, насколько мог. — Так вот почему ты до сих пор не женился на одной из своих многочисленных поклонниц? — сказал Саске, и это прозвучало почти как шутка. — Было бы нечестно жениться на одной из них, когда моё… сердце принадлежит кому-то другому, — смущённо пробормотал Наруто. Глаза Саске впились в него, будто он пытался расшифровать Наруто. Однако увиденное заставило его улыбнуться, и Наруто почувствовал, что расслабляется ещё больше. Потому что всякий раз, когда он представлял, как рассказывает Саске о своих чувствах, его реакция всегда была ужасной — он кричал на Наруто, бил его, немедленно уходил из деревни и никогда больше не возвращался — именно так Наруто представлял его ответ. Вместо этого Саске улыбался, смеялся и пытался шутить. Может быть, это и не должно было стать концом их дружбы. Может быть, они просто вернутся к прежним отношениям, и всё будет хорошо. И эти мысли заставили Наруто почувствовать облегчение и… счастье. — Знаешь, это забавно, — пробормотал Саске. — Никогда не думал, что ты можешь быть храбрее меня. — О чём ты? — растерянно спросил Наруто. — Главная причина, по которой я продолжаю уходить, заключается в том, что я не мог смириться с мыслью, что ты не любишь меня так, как я люблю тебя, — ответил Саске, пожимая плечами так небрежно, будто это не имело значения, будто это не заставляло сердце Наруто бешено колотиться. — Что? — единственное, что смог выдавить Наруто. — Очевидно, это не единственная причина. И ты знаешь это, — продолжал Саске, и Наруто кивнул, потому что действительно знал. Они говорили об этом миллион раз. — Но всё прочее стало переноситься легче, а… быть рядом с тобой — всё труднее. Наруто несколько раз моргнул, не в силах поверить ни единому слову. — Почему ты мне не сказал? — медленно спросил Наруто. — Почему ты мне не сказал? — вторил ему Саске. — Я первый спросил, ублюдок, — раздражённо простонал Наруто. Это заставило Саске рассмеяться вновь. — Потому что я не думал, что ты чувствуешь то же самое, — просто ответил Саске. — И я тоже не хотел потерять тебя, если ты вдруг решишь, что не хочешь оставаться друзьями. Наруто молчал, внимательно изучая лицо Саске. Тот смотрел на него с нежной улыбкой, будто давая время переварить сказанное. Наруто улыбнулся в ответ и снова опустил взгляд на свои руки, его сердце продолжало бешено биться. Затем он почувствовал, как Саске придвигается ближе, медленно сокращая расстояние между ними. Однако Саске по-прежнему не прикасался к нему, уважая границы, не подозревая, как сильно Наруто жаждал этого. — Наруто? — тихо позвал Саске, пытаясь привлечь его внимание. Наруто всё ещё отказывался смотреть на него, внезапно осознав, насколько его переполняют эмоции. Он был влюблён в Саске, и Саске, оказалось, чувствовал то же самое. Столько лет он жил, боясь быть отвергнутым, боясь потерять лучшего друга по собственной глупости, и вместо этого… Вместо этого всё, что он делал, — это тратил впустую собственное время. Время, которое мог бы провести с Саске. — Ты… ты не возражаешь...? — прошептал Наруто. Саске внезапно увеличил дистанцию между ними, кивнув головой, хотя Наруто на него не смотрел. — Я могу уйти... — Нет! — вскрикнул Наруто слишком быстро. — Пожалуйста, не уходи. Он знал, что его голос звучал жалко, даже немощно. Но ему было всё равно. — Чего ты хочешь? — осторожно спросил Саске, вероятно, сбитый с толку, но Наруто слышал в его голосе отчаяние, которое тот испытывал, потому что хотел помочь. — Просто… дай мне минутку? Мне нужна одна минута, — прошептал Наруто. Саске кивнул, и, вероятно, ожидал, что Наруто встанет и уйдёт, но он остался. Просто остался сидеть там, прижимая руки к собственному лицу и глубоко вздыхая, чтобы успокоиться, унять сбивающий с толку водоворот мыслей в своей голове. Ему было трудно осознать: Саске чувствовал то же самое, и сам только что сказал это. В конце концов, Наруто повернул голову, чтобы посмотреть на него. Саске выглядел обеспокоенным и растерянным, будто не знал, напортачил он или нет, должен ли он придвинуться ближе или нет. Но он смотрел на Наруто взглядом, которого тот никогда раньше не видел, взглядом, полным напряжения и чувств, которые Наруто не мог расшифровать, и это заставило его сердце затрепетать. — Ты любишь меня? — наконец спросил Наруто, потому что всё ещё не мог в это поверить. — Именно так я и сказал. Продолжай в том же духе, идиот, — с игривой улыбкой поддразнил его Саске, повторяя слова, которые Наруто сказал ранее. Наруто снова улыбнулся, и на этот раз улыбка вышла более искренней. Его замешательство постепенно сменялось уверенностью, поскольку он продолжал смотреть на Саске, и спокойствие, присущее ему рядом с Саске, снова разливалось по венам. — Могу я подвинуться поближе? — прошептал Саске, и Наруто мог бы поклясться, что ему почудилось, если бы он не видел, как шевелятся губы Саске в этот момент. Наруто медленно кивнул, и Саске, казалось, вздохнул с облегчением, придвигаясь ближе. Как только расстояние между ними сократилось всего на пару дюймов, Саске замер. И просто изучал черты лица Наруто, будто они были самым интересным, что Саске видел за всю свою жизнь, будто его лицо заключало в себе ответы на тайны Вселенной. Наруто почувствовал, как начинают гореть щёки, и это заставило Саске улыбнуться. — Чего ты хочешь, Наруто? — тихо спросил Саске. Наруто не мог говорить; не когда Саске был так близко, отчего разум опустел, а все чувства притупились. Он мог лишь смотреть на Саске, вдыхать запах Саске, чувствовать близость Саске, слышать голос Саске. И поскольку Наруто промолчал и даже не пошевелился, Саске принял решение за него. Он медленно наклонился вперёд, будто пытался дать Наруто достаточно времени, чтобы отстраниться. Сначала это было быстрое касание губ. Саске лишь очень, очень нежно прижался к губам Наруто, едва касаясь их, и это чуть не свело его с ума. Саске не позволил этому продлиться слишком долго, так же медленно отстраняясь. Наруто пришлось сдержаться, чтобы не захныкать, когда тот разорвал поцелуй, потому как знал, что не хочет видеть реакцию Саске. Вместо этого он положил обе руки на щёки Саске, заставляя его снова придвинуться ближе. Саске ухмыльнулся, слишком довольный собой, и Наруто смог стереть это выражение с его лица единственным способом — возобновив поцелуй. На этот раз их губы соприкоснулись, двигаясь очень медленно и нежно, будто они надеялись, что смогут раствориться в этом моменте. Это действительно было лучшее, что Наруто когда-либо испытывал. Несмотря на то, что опыта в поцелуях у него было достаточно, он никогда не чувствовал себя так, как сейчас, будто он мог умереть прямо в этот момент, и ему было бы всё равно, потому что он был до одури счастлив. Наруто правда не знал, сколько это продолжалось — была ли это всего лишь минута или целый час. Поцелуй вышел нежным и трепетным, будто они оба пытались доказать друг другу свои чувства одним лишь движением губ. Но в конце концов Саске отстранился, а глаза его были полны слёз. Он улыбался. Это заставило сердце Наруто замереть. — Пожалуйста, не уходи завтра, — взмолился Наруто шёпотом, внимательно наблюдая за Саске, боясь сказать что-нибудь не то и спугнуть его. — Это приказ, Хокаге-сама? — насмешливо спросил Саске. Наруто не смог сдержать улыбки. — Нет, — спокойно ответил он в надежде, что Саске знает: он не стал бы использовать свою власть. Саске был волен уйти, если это то, чего он хотел, но… — Это просьба. Потому что я действительно хочу, чтобы ты побыл со мной ещё немного. Всего несколько дней, — прошептал он. — Я точно могу остаться, — пообещал Саске. — И гораздо дольше, чем на несколько дней. А затем он наклонился, чтобы поцеловать Наруто снова.