33 Коровы

Отец, как и многие представители предыдущего поколения, не упускает ни единой возможности лишний раз прилюдно и показательно передёрнуть на заветную фразу: «Раньше было лучше». Что есть раньше? Раньше… Насколько мне известно, на их старой планете, в соседней солнечной системе, были специальные учреждения по подготовке подрастающей вереницы несмышленышей к жизни, которой не существует априори. Там их было принято называть школами. Думаю, школы являлись аналогом наших Концентрационных колледжей. Различия лишь в том, что здесь нам позволяют иметь собственное мнение, разгильдяйничать, когда придётся и иметь право выбора. Ну, по крайней мере, нам так говорят. Хотя иногда в момент засыпания меня окутывают странные мысли. К примеру, зачем мне нужно это право выбора? Ведь оно только всё усложняет. На прошлой неделе, когда я решил им воспользоваться и выбрать одно из двух оранжевых яблок, я потерял более двенадцати часов за проведением анализа: какое яблоко лучше, если они одинаковые? В общем, я так ничего и не понял. Я даже осмелился подумать, что это развод. Хотя нет. Ну, кому это нужно... Бред какой-то. А ещё из-за одной своей физиологической особенности я так и не определился: я не понял или я не поняла. К счастью, у меня ещё есть время на то, чтобы выбрать. Ну, по крайней мере, нам так говорят. Да. Ой! Что-то я совсем заболтался и соскочил с волнующей меня темы. Так вот, о школах. Отец рассказывал, что в них все предметы преподавались по отдельности. Мне сложно представить, как это возможно, но думаю, что это бледная бородавчатая скукота. Итак, одним из предметов была история. Сначала я подумал, что это урок, на котором дети делились историями или сторис, снятыми на смартфоны. Быть может, даже тематическими. Но, как выяснилось, речь шла совершенно о другом. История — это предмет, который рассказывает о прошлом человечества. Но будьте любезны согласиться, моя версия всё же кератиновее. Не. Не так. Креативнее. Вот, вроде так. А к чему я вообще об этом говорю… Бля! Опять забыл. Со мной это часто бывает, но может быть я ещё вспомню. А, впрочем, хуй с ним. Сомневаюсь, что я поведал бы что-то занимательное или остроумное. Планета, о которой я говорил, называется Земля. Она до сих пор существует. Мой отец — один из представителей поколения, которые первые переселились сюда, на планету Омегаверс. Это её новое название. Первоначальное было примитивнее — Альфавита. Так её назвали первые переселенцы, когда решили, что больше не хотят быть мужчинами и женщинами, как на Земле. Поэтому они определили себя как Альфы и Виты. А потом всё кардинально изменилось, когда появился я. История моего рождения весьма интересна и непорочна. Настоятельно рекомендую сакцентировать внимание на последнем слове. Ещё будучи молодыми и наивными, мои родители любили заниматься сексом везде, где придётся, под воздействием различных препаратов. Иногда они предлагали присоединиться к ним их друзьям и знакомым. В их последней оргии приняли участие пятьдесят два человека. Они не собирались на этом останавливаться, но произошло ужасное. Матери не стало. Ранним утром мама и папа прогуливались по берегу океана в поисках необычного места для сладких утех. Но вдруг из воды вышел огромный дракон и окинул их заинтересованным взглядом. Родители не растерялись и направились к нему на встречу, чтоб предложить поучаствовать в оргии. Но, к сожалению мамы и к моему счастью, у огромной зверюшки были свои планы. Он схватил мать в зубы и понёсся вдоль берега. Отец же бросился за ним, вытаскивая на ходу смартфон, чтоб снять ролик для восхитительной сториз и выложить его в Сиськограмм. Это уникальная социальная сеть. Сейчас её называют омежьей, так как омеги пользуются ею более активно, чем альфы и виты. Когда отец снял ролик длиной в полчаса, он решил, что этого будет достаточно, и, сев на берег, начала обрабатывать и фильтровать видео в соответствии с законодательством перед заливкой на сайт. Дракон же, увидев, что погоня закончилась, радостно заплясал. А затем насобирал дров и, умело ударив камнем о камень, развёл костёр. Когда свежее лакомство было готово, он мирно присел неподалёку от папы и принялся с аппетитным хрустом его поглощать. Животное оказалось весьма ласковое и дружелюбное. Услышав урчание в животе отца, дракон облизнулся и хитро прищурился. А потом решил поделиться едой. Увидев перед собой ребро, отец немного взгрустнул и взял его в руки. Две слезинки покатились из его глаз и упали на тонкую кость мамы. И тогда произошло невероятное. Ребро начало менять форму, шевелиться и покрываться тонкой розовой кожей. Через несколько минут у него появились конечности и голова. А ещё через несколько оно увеличилось в объёме и стало подобно живому младенцу. Это был я. Обескураженный отец соскочил с места и начал себя щипать и кусать. Он настолько охренел, что забыл родной язык. Поэтому он развёл руки в стороны, поднял к небу взор и прокричал на английском: — О, май гад! — О — мэ — га — протяжно повторило новоприбывшее существо. Так появился я — первый омега на планете. Я — ферзь. Всемогущий, как супермен и сперматозоид альфы. Когда я об этом говорю, я в обязательном порядке включаю вентилятор, становлюсь на высокий стул и развожу руки в стороны. Эй! Стой! Да… блять! Опять телефон спиздили! Третий за последний месяц. Центавр меня точно убьет. Я ведь за предыдущий до сих пор так и не дососал! То есть не расплатился. Ой, какая разница. У всех омежек сосать и платить — это синонимы. Центавр — это мой папец. Так омеги называют свою пару. Он есть альфа, который меня любит неисчислимое количество раз в день. Я люблю его тоже. Безумно люблю только его. Он у меня тридцать первый и единственный. Все альфы на Омегаверсе зарабатывают очень много денег. Они одарены этой способностью с самого рождения. Никто из них не знает, где они работают и кем. Это считается нормой в нашем обществе, и по закону альфы этого знать не должны. Да, собственно, альфы никому ничего не должны. Центавр обожает тратить на меня свои кровно заработанные. А я с удовольствием принимаю его заботу. Ещё он не любит, когда его называют Цент. Говорит, что это оскорбительно для альфы, но сам не знает почему. Мы живём с ним уже целых два месяца. Но прежде чем смогли воссоединиться, мы прошли огромный и тернистый путь и проплыли гигантское море слёз. На этом хочу временно попрощаться. Я должен подготовиться к наказанию за украденный телефон и к благодарности за подаренный новый.