Мёртвый голубь

Чонгук является сыном обедневшего барона. С недавних пор говорят о том, что готовится брак Чонгука с младшим сыном семейства правителей герцогства Ким — главных добытчиков жемчуга на их землях. Никто не знает, каким образом они их находят, кто поставщик, что за дела. Их королевство стоит не у моря. И это странно! Но вот только слухи ходят о браке, потому что на деле обе семьи ничего не говорят. Обедневший барон Чонгук ходит в повторяющихся костюмах на светские вечера. Герцог Тэхён всё ещё довольно холоден к нему. Они просто проходят мимо друг друга. Но однажды всё меняется. В день совместной охоты за чертой города семья Ким приглашает друзей с собой в их особняк. Среди них затесался и Чонгук. После недели, проведённой на той охоте в уединении, между ними будто появился особенный секрет. И каждый в светских кругах, смотря на Чонгука, купающегося теперь в жемчужных украшениях, думает, что барона просто посвятили в семейную тайну. — Скажите нам по секрету, — просят они, оказавшись с Чонгуком наедине. Барон, смотря на них, касается шеи с драгоценностями, сглатывая. И вспоминает вчерашний вечер, когда стоял на коленях, высунув язык, пока Тэхён, поглаживая его по голове, отдавал новую долю богатства, нарушая тишину в комнате негромким: «Не глотай». — Это тайна, — говорит Чонгук другим.

Одна большая тайна.

Глава семейства поднимает взгляд с бумаг, когда на стол с характерным стуком ставят чашу с жемчугами. Красивые, идеально круглые и блестящие. Может, даже побольше, чем обычно. Тэхён тут же отходит от стола, начиная надевать перчатки, чтобы выйти к ждущей его повозке с Чонгуком. — Многовато, — подмечает отец, снимая очки. — Утром твой брат сказал мне, что вчерашняя чаша была не его. — Думаю, тебе должно быть хорошо с того, что я продуктивен, — Тэхён закатывает глаза. — Естественно, — глава семейства пожимает плечами. — Может, это из-за твоего жениха? Ты бы сразу сказал, что он тебе нравится. Я бы с бароном Чоном связался пораньше. — Это не из-за него, — Тэхён говорит, чуть ли не рыча. Он идёт к выходу из дома. Из окна отец смотрит на то, как Тэхён поднимается на повозку. Чонгук улыбается ему, тут же получая поцелуй. Всё это, конечно, хорошо. Даже если на простой стадии с прелюдией столько жемчуга…

Герцогство Ким ожидает их медовый месяц с нетерпением.

Во время очередного ужина у барона Чона, когда десерт пришлось ждать на час дольше, гости начали разбредаться в разные уголки дома. Намджун сегодня приехал без жены. У них бывают периодические перерывы друг от друга. Отец же отвлёкся с хозяевами дома. Тэхён и Чонгук, похоже, в покоях последнего. Наверное, отдыхают. Намджун так невинно размышлял, когда сидел в гостиной. Он курит сигару, рассматривая людей. Вот Тэхён спускается первым, вытирает руки влажным полотенцем. Вот отец подходит к нему и они отходят в сторону, чтобы обсудить бизнес. Вот Чонгук спускается вторым и просит у слуг стакан воды жестом руки, прикрывая рот ладонью. Он смотрит на Намджуна, коротко улыбнувшись, опустив руки. — Что-то случилось? — спрашивает Намджун. Чонгук качает головой. Он улыбается служанке, которая подаёт стакан воды. Прямо перед глазами Намджуна Чонгук вытаскивает изо рта жемчужинки, кидая по одной в воду. Он потом прочищает горло покашливаниями, взглянув на шокированного Намджуна, произнося: — Всё нормально. С улыбкой. Звон, оповещающий о том, что десерт готов, подзывает всех к столу. Намджун провожает Чонгука взглядом, не забыв под конец подавиться дымом сигары.

Какое бесстыдство.

Чонгуку всегда было интересно, каким именно образом семья Ким размножается, если… по сути субстанция, которая должна попасть в кого-то и оплодотворить, является жемчугом. На уровне «жениха» семьи о таких тонкостях знать, к сожалению, невозможно. Тэхён у него холодноват. Он любопытство будущего супруга разделяет лишь тогда, когда за это ему что-то будет. Намджун в последнее время помалкивает и отворачивается при встрече. Будто он никогда в рот жены не кончал жемчугами. Вздор. Чонгук не верит, что его так смущает прошлый случай на ужине. Глава семейства сам поставил границу, сказав, что Чонгук ещё пока не в их семье, так что знать о секретах жемчуга… Просто не пришло время. Для этого, видимо, нужно большое доверие. Но Чонгук сам начал узнавать, когда ласки с Тэхёном внезапно приобрели очерёдность и один перерыв каждый месяц. На три дня будущий супруг не желает его видеть. Раньше он аргументировал это усталостью, а сейчас вполне честно отвечает: — Надо работать, но ты… — касаясь шеи и заставляя запрокинуть голову, — меня искушаешь. — Хорошо. Не буду, — мило сказал тогда Чонгук. — Но ты знаешь… — внимательно смотрит в глаза. — Я всегда готов помочь. Только попроси. Тэхён разглядывает его, пытаясь понять, врёт ли он. Чонгук преданно и доверчиво смотрит на него в ответ, кивая, когда тот наклоняется, целуя в уголок губ.

Чонгуку бы только узнать.

Начинаются дни воздержания. Тэхён уходит в работу. Чонгук ему не мешает. Он зато ходит по дому, проверяя комнаты. Кивает слугам и улыбается, делая вид, что ищет свою гостевую. И находит! Гостевая, в которой ночует Тэхён и копит жемчуг там же. Стоит та же чаша, в которой они собирают всё богатство. Чонгук закрывает за собой дверь. Он воровато оглядывается, прежде чем взять три жемчуга из чаши, рассматривая их. В них будто что-то чёрное плавает. Жемчуг блестит на солнце. Они красиво переливаются. Чонгук берёт другой рукой один из жемчугов, поднимая, чтобы посмотреть в свете солнца из окна. И видит. Маленькое существо плавает внутри. Жидкость будто застыла. Но маленький пузырёк воздуха двигается. Сердце Чонгука падает под желудок. Он тут же опускает жемчуги обратно в чашу, опустившись на корточки, чтобы рассмотреть их. Это… дети в жемчугах. Наверное, в особенные дни Тэхён может кончать только ими. Чонгук глубоко вдыхает, рассматривая чашу. Он осторожно берёт её, сглатывая.

Его голову посещает только одна мысль.

— Где ты был? — Тэхён отвлекается от бумаг. Дверь в кабинет открывается. Чонгук заходит, плотно закрывая за собой и поворачивая ключ, находящийся в скважине, тем самым запирая дверь. Тэхён смотрит на него. Он поправляет рукава рубашки со словами: — Если хочешь удовлетворения — я могу только тебя съесть. — Нет, — Чонгук выдыхает. — Я не за этим. Герцог удивлён. Он поднимает одну бровь. Чонгук же приближается к нему. Осторожно садится на колени, обнимая за плечи. Тэхён тут же накрывает ладонью талию, поднимая взгляд. — Что случилось? — Я их видел, — Чонгук слишком честен. Тэхён непонимающе щурится. — Детей. О. Лицо герцога меняется. Тэхён сжимает пальцами талию. Хмурится. Видно, что слегка зол. Чонгук, несмотря на это, продолжает: — Хотел уточнить… как они приживаются? — Зачем тебе это? — А мне нельзя знать? — Чонгук щурится. — Нет. Ты же мужчина. Тебе не нужно об этом беспокоиться, — Тэхён всё ещё хмурый. Но ему приходится разгладить брови и крепче сжать талию, когда Чонгук, покраснев, выдаёт тихо: — Да? Жаль. Я несколько в себя засунул. — Что? — Тэхён не может сдержать своего удивлённого тона. — Что ты сделал? — Засунул их в себя, — при этом закрывает плотно глаза. — Прости. Я их вытащу… как-нибудь. — Чонгук, — Тэхён не выдерживает. Он прижимается губами к подбородку, целуя в покрасневшую кожу. — Почему ты это сделал? — спрашивает шёпотом. — У тебя же нет матки. Чонгук в ответ дёргает ногами, будто возмущается. Закатывает глаза. Дуется. Но выпрямляется, заявляя: — Подумал… и захотел. Тэхён сглатывает. Он расплывается в улыбке под удивлённый взгляд жениха. Герцог должен сказать отцу, что какая-то тайна их семьи раскрыта, но… Тэхён не думает об этом, как о проблеме. Судя по реакции Чонгука и тому, что в нём сейчас находятся маленькие несовершенные зародыши в жемчугах, Тэхён может ему доверять. Полностью.