Заметь меня

       МакТавиш закатил глаза и со смешком бросил: – Поверить не могу что ты так переживаешь о каком–то парне, Дакота. – он посмотрел на меня так, будто я только что упала с другой планеты. – Ну… он показался мне другим, понимаешь. Милым и заботливым… – Я чуть надула губы и крутя телефон снова проверила экран. Оповещений так и не было. Время было уже глубоко за полночь, а он так и не пришел. Хотя обещал. – Он парень, Дакота. Я, вообще, до этого считал, что ты лесбиянка. – С трудом подавив смех произнес Джонни. Скосив на меня глаза, взяв свое пиво, он сделал глоток. – Я не…– я округлила глаза и уставилась на Джонни как на второе пришествие Христа. Так что у меня телефон выпал на барную стойку от удивления. – Я не лесбиянка. Мне нравятся парни… я люблю мужчин. То есть не всех… я имею в виду что... О боги, черт с тобой. – Я отмахнулась под сдавленный смех Соуп: – ты понял в общем. И вообще, с чего ты так решил? – Тут все просто. Только ты у нас так ревностно охраняешь свою личную жизнь, милая. – Соуп прошелся взглядом по моему милому голубому платью в ненавязчивый белый горошек. Открытые руки, на которых видно несколько татуировок, обнаженные плечи, не слишком глубокий вырез. Я не заметила, как его взгляд прошелся по моему телу. И прошелся так, словно Джонни за несколько мгновений подметил больше деталей, чем за все пару часов пока мы находились здесь. – Ты не отвечала ни на чьи знаки внимания и отшила каждого кто катил к тебе яйца. – Мне не интересны потрахушки в кладовке или в комнате отдыха, между миссиями, знаешь ли. – Прищурив свои карие глаза я взглянула на Джонни. – Да и черт, я устала от военных вокруг себя. – Ага, и поэтому решила подцепить себе…– он поджал губы и взмахнул рукой будто пытаясь вспомнить профессию парня, с которым я должна была встретиться сегодня. – Басиста? – Бармен. Ты почти угадал. – с сарказмом произнесла я. – Плевать. – Он отмахнулся от этого будто тот парень с которым я ходила на несколько свиданий был пустым звуком. Чуть развернувшись, Джонни внимательно посмотрел на меня своими серыми глазами. – Ты находишься среди мужиков большую часть своей жизни. Сомневаюсь, что тебе будет интересно с кем-то кто занимается обычной жизнью. – Конечно, мне будет лучше влюбиться в моего коллегу и потом умереть от горя, когда с ним что–то случится на миссии. Или умереть на его руках, да? – Я показала бармену чтобы он налил мне еще мартини, и взяв бокал сделала глоток. Втянув воздух сквозь зубы я договорила уже тише и глуше: – Просто не хочу чтобы человек с которым я свяжу свою жизнь страдал из-за того что со мной случится. Брови Джонни чуть сдвинулись к переносице и на его лице мелькнуло странное выражение не то переживания, то ли тоски. Он приоткрыл рот чтобы что–то сказать, но выдохнув качнул головой. – Ага, но тогда тебе стоит сменить профессию, моя дорогая, на не врать на каждом свидании о своей работе. – Саркастично протянул Джонни потягивая пиво. – Я не… – поджав губы я закатила глаза: – Да я вру. А мне что нужно знакомиться с каждым мужчиной со словами: Эй, привет! Я Дакота Фостер, мне 30, я водолей, ах да я еще сержант Зеленых Беретов, причислена к 141 тактической группе. Моя основная позиция снайпер, убила столько людей, что перестала считать, когда перевалило за трехзначное число. Люблю группу Bad Omens и попадать в яблочко. Так что ли? МакТавиш рассмеялся, прошелся ладонью по своему ирокезу и взглянул на меня: – Ну можно еще добавить позицию в сексе и любимое животное. – Смеясь добавил он. Я же состроив мину бросила: – Догги стайл и енот. Джонни разразился смехом и таким заразительным что я сама того не желая улыбнулась. Я легко шлепнула его ладонью по плечу и буркнула с фальшивой обидой: – Дурак. Он сквозь смех постучал по барной стойке и обратившись к мне произнес: – Раз твой барбер… – Бармен. – поправила я автоматически. – Мне плевать, – по–простому и с улыбкой произнес Джонни, и черт побери от этой улыбки у меня чуть не подкосились колени. – Это двуногое не придет, и я предлагаю нам с тобой выпить по-нормальному. Бармен, – он обратился к мужчине за стойкой – мне и этой сногсшибательной красотке, по стопке каждого виски что у вас есть... *** Я чуть пошатываясь на шпильках вышла из бара. Перед глазами немного плыло, и я чуть повела плечами от холода. Была глубокая ночь, и мы с МакТавишем явно засиделись. Джонни вышел из бара вслед за мной и тут же подойдя ближе накинул на мои плечи свою куртку, которую еще в начале вечера стянул с себя. По моему телу прошлись мурашки от теплой ткани, и я благодарно улыбнулась: – Спасибо, а ты сам не замерзнешь? Ты в одной футболке. – Я горячий парень, милая. Так что не переживай. – Нам нужно было возвращаться на базу, но перед этим предстояло пройти пару кварталов до парковки, на которой Джонни оставил свою машину. Я надела его джинсовую куртку удобнее и чуть застегнула. От неё пахло табаком, и каким–то парфюмом с древесными нотками. Парфюмом Соуп. Я быстро взглянула на него. Он и правда был хорошим парнем. Слишком хорошим. Только из-за него я придерживалась этого глупого правила не заводить шашни на работе. Он был мне слишком дорог, и я… черт. Я не хотела с ним сближаться слишком сильно. Лучше быть друзьями и не переступать эту красную линию, после которой все изменится. Особенно когда мы работаем вместе, когда наши жизни зависят друг от друга и стечения обстоятельств. Лучше так. Но он, как чертов бронепоезд, который не остановить, каждый раз сметал на своем пути все мои протесты и возражения. А видя его улыбку я, черт возьми, не могла даже воспротивиться. Но дальше нашей теплой дружбы дело не шло. Моими молитвами. Сколько же мне труда стоит отводить взгляд от него, не виться, будто потерянный щенок, вокруг него, одергивать себя, когда хочу прикоснуться лишний раз. Дьявол. Я была рада, что он этого не замечает. Наверное… рада. – А ты уверен, что ехать за рулем, когда мы выпили это прямо-таки хорошая идея? – С трудом идя за ним произнесла я, смотря под ноги. Чертовы шпильки так и норовили попасть в какую–то ямку. Внезапно мой взгляд остановился на черных кроссовках Джонни. Он встал прямо перед мной преграждая пусть. Я подняла взгляд выше по его темно–синим джинсам к его ремню, затем его черной футболке, плотно обтягивающей торс, и наконец взглянула в глаза. Он был так близко что я почувствовала его дыхание на своей коже. – Слушай, – он чуть наклонился ко мне, – если мы с такой скоростью и дальше будем ковылять до машины, то протрезвеем раньше, чем доберемся до неё. – И что ты предлагаешь? Он на мгновение прищурился и сглотнул, смотря прямо в мои карие глаза. Глубоко вздохнув, он произнес: – Громко не кричи. – Что? В следующее мгновение он просто взял меня за правую руку, чуть наклонился и практически закинул меня к себе на плечо. – КАКОГО ХРЕНА, ДЖОННИ! – Завопила я на весь квартал на что получила лишь хохот и: – Я же тебе сказал не кричи громко! – Я задергала ногами пытаясь слезть, но Джонни только легонько шлепнул меня по бедру: – И не сучи ногами, свалишься, дурында. Я повисла на его плече смотря на то, как он довольно быстро и уверенно тащит меня в сторону парковки. – Я могла бы и сама дойти. – Пробурчала я, не зная куда деть руки поэтому просто придерживала их немного дальше от его задницы. Надо сказать, очень даже не плохой задницы. – Да–да, лет через 20. – Саркастично и с ноткой смеха ответил МакТавиш, – я бы состариться трижды успел бы пока тебя там ждал у тачки. – Да не гони, я бы просто разулась и дальше босяком пошла. – Еще лучше, испачкала бы ноги и не дай бог, поранилась бы. – Его рука на моем бедре, что придерживала мое тело, чуть сжалась сильнее. Моя голова немного кружилась, и я чувствовала, как кровь приливает к ней. Щеки покраснели и сердце стало биться быстрее. Я чувствовала тепло его тела, горячую руку на своем бедре которая придерживала меня буквально по–джентльменски не заходя дальше положенного. И не знаю, была ли я рада, что он меня так держал или нет. Дойдя до своего красного Форд Мустанга он аккуратно поставил меня на землю и я, покачнувшись, прислонилась к дверце автомобиля. Поморщившись, пытаясь избавиться от навязчивого чувства тошноты, пробубнила: – Ставлю 4 звезды за такую доставку, меня укачало. Но добавлю звезду за вид. – Ты видом назвала мою задницу что ли? – Хохотнул мужчина, открывая мне дверцу и жестом показывая, чтобы я садилась. – Именно. Задница у тебя просто отвал всего. Скажешь, как накачать такую? – я это произнесла, когда расположилась в машине. Подняв на него взгляд, и заметила как он нагло ухмыльнулся и кивнул закрывая дверь: – Обязательно, золотце. *** В машине играла Just pretend моих любимых Bad Omens. Басы отражались от стекла и разносились по всему салону. Джонни практически всегда шел мне на встречу и включал ту музыку, которую я прошу. Хотя обычно, когда просили другие он только щурился, и говорил что–то о том, что водитель выбирает музыку, а не пассажир. Но, видимо, были плюсы у нашей дружбы. Хотя бы в чем–то у нашей дружбы были плюсы. Шоссе было пустым, а вокруг лишь высокие многолетние деревья. Дорога, что лежала к нашей базе, вела через заповедник, так что виды тут были черт побери в любое время дня и ночи шикарные. Внизу протекала широкая река, а прямо напротив каньон и горы. В которых обычно мы муштровали новобранцев, но даже так на неё было смотреть одно удовольствие. Проезжая мимо обрыва Джонни замедлил движение автомобиля и повернул голову в сторону этого места. Мы проезжали тут днем, и вид здесь был шикарный, но ночью никогда не останавливались. – Хочешь остановиться? – Спросила я тихо взглянув на него. Машина остановилась, и Джонни взглянул на меня: – Ты не против? – Я едва заметно покачала головой и Соуп выкрутил руль, съехал с дороги и подъехал ближе к обрыву. Он выключил зажигание и фары потухли. Когда мы сидели в темной машине и наши глаза привыкли к темноте можно было отчетливо увидеть мириады звезд, словно брызги краски на огромном полотне художника. В машине было оглушающе тихо. Лишь наше дыхание нарушало его. Никто из нас не говорил ни слова. Будто языки отсохли. Мое сердце колотилось как сумасшедшее и я чуть прикусив губу отвела взгляд в окно пытаясь направить взгляд куда угодно, но не на Джонни. Рядом с ним было комфортно, но почему–то сейчас все ощущалось иначе. Возможно, из-за алкоголя. А может по другой причине. Мне так к нему хотелось прикоснуться, что я незаметно опустила руку к своему бедру и с силой ущипнула себя за кожу. Мысленно крича: «Приди уже в себя! Хватит об этом думать! Перестань!». – Я давно хотел сюда приехать. – Прервал наше молчание Соуп и отвлек меня от самобичевания. Голос у него был тихий, ровный. – Пару раз проезжал тут ночью и всякий раз думал о том, чтобы показать тебе это место. Я сглотнула и повернула голову к нему. Мое сердце забилось быстрее и я уже буквально впилась ногтями в бедро, дабы не уплыть на волнах алкоголя и мягкости его голоса. Его профиль был слишком хорошо различим в темноте. Его привычный ирокез, высокий лоб, чуть крючковатый нос, тонкие губы, волевой подбородок. Я не заметила, как он повернулся ко мне и произнес: – Тебе не нужно ни с кем ходить на свидания, Дакота. – Я приподняла брови и тихо произнесла: – В каком смысле? – Эти придурки даже понятия не имеют сколько жизней ты спасла, и сколько раз сама была на волоске от гибели. – Он поджал губы и нахмурился. – Они не имеют понятия какое у тебя доброе сердце несмотря на то, чем мы с тобой занимаемся. Я тихо усмехнулась: – Именно поэтому я и не… – он немного резко перебил меня: – Они не заметят твоих ямочек на щеках, когда ты улыбаешься или того, как ты прикусываешь губы, когда о чем–то задумываешься. Как ты морщишь носик, когда тебе в еде попадается лук. Как скачешь и визжишь по комнате, стоит тебе увидеть паука… – Джонни… – я тихо и едва слышно произнесла его имя, но он будто не заметив этого продолжал и его голос стал немного дрожать: – Они никогда не узнают тебя им плевать на это, Дакота. Просто… черт побери, милая… – Соуп резко приблизился ко мне, и его рука скользнула в мои длинные каштановые волосы, когда как другая погладила меня по щеке: – Заметь уже меня. Его губы мягко, словно боясь спугнуть коснулись моих… POV Джонни Мое сердце отбивало чертову чечетку когда я прикоснулся к её коже. Боже, детка, ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь. Дакота, моя маленькая, милая Дакота. Слишком мягкая для своей позиции, как я думал в самом начале, но с таким стержнем, которым не обладают многие из моих сослуживцев. Не зачерствевшая за годы службы и один вид на которую заставляет мое сердце сжиматься. Мне даже нравилось то, что она так обрубала все навязчивые разговоры про личную жизнь. И то как отказывала каждому кто к ней пытался подбить клинья. Я сам, если честно, думал попробовать удачу с ней, с первого дня. Дьявол, едва ли не с первой секунды, когда увидел её чертовски притягательные карие глаза, цвета виски. Но сдерживал себя всякий раз. Боялся спугнуть, а может, вел себя просто как трус не желавший слышать отказа и разрушать нашу хрупкую дружбу. Но наша случайная встреча в баре сегодня… Будто дар самих богов. Уж не знаю есть они или нет, но клянусь, когда я зашел бар и увидел её, в этом милом платье в горошек сидящую у барной стойки и попивающей мартини – я уверовал. Я едва смог сдержать свои дрожащие руки от того, чтобы обвить её тонкую фигуру и прижать к себе. Уткнуться носом в ложбинку между шеей и плечом и никогда не отпускать. То, как она мило надувала свои припухлые губки и чуть хмурилась из-за того, что ухажер продинамил её меня умиляло, как влюбленного школьника. Да я едва не стал танцевать ламбаду на стойке, когда понял, что её свидание сорвалось. С одной стороны я почувствовал себя скверно из-за того что обрадовался, но с другой… я был так рад, что едва мог контролировать себя. И вот мы здесь. В моей машине посреди пустой трассы. И вероятнее всего в моей крови говорит алкоголь, возможно я все испорчу, но… Я прижался к ней, почти вжимая её тело в сидение, целуя её сладкие губы, о которых так давно мечтал. Мое нутро переворачивается, но мгновение спустя приходит осознание того, что я творю и понимание... что она… она не отвечает мне. Она просто замерла как статуя. Вздрогнув, я резко отпрянул. След от её губ горел и мое сердце билось в глотке. Я все испортил. Я все, черт возьми, испортил. –Я… я просто… – я пытаюсь подобрать слова, но не могу. Она не ответила на мой поцелуй и просто… просто замерла. Мне даже показалось, что она даже не дышала. Придурок. Черт, вот же… Идиот. – Прости. Мой голос едва был слышен. Я сжал свои дрожащие руки и откинулся на спинку своего сидения. Я сглатываю и мое сердце болезненно сжимается. Я едва могу разлепить свои губы, чтобы начать оправдываться. Попытка сохранить хорошую мину при плохой игре. –Прости. Я… я не должен был. Наверное, было ошиб… –Ты… – Её тихий голос заставил меня заткнуться и повернуть к ней голову. – Что значит то, что ты сказал? «Заметь уже меня». Что это значит? Я руками прошелся по лицу и тихо выдохнул. Я хотел бы кричать о том, что влюблен в неё. Но молчал. Прикусив костяшку пальца, чтобы хоть как–то прийти в себя и отвлечься от сердца, что стучит в глотке, и скручивающегося от волнения желудка. –Ты… – я глубоко вздохнул, – ты… просто слишком красивая, чтобы растрачивать себя на придурков, которые не перезванивают после второго свидания. Я попытался рассмеяться, но получилось на удивление отвратительно. Я услышал, как она зашевелилась и наклонилась ко мне. От неё пахло каким–то фруктовым миксом, алкоголем и чем–то сладким. Я сам того не понимая приоткрыл рот и втянул воздух, чувствуя теперь её аромат на кончике своего языка. –Что это значит, Джонни? – Я чуть было не застонал обреченно. Когда она так называла мое имя по моему телу всегда пробегали чертовы мурашки. Вопрос требовательный, но голос мягкий. В этом вся Дакота. –Я просто… знаешь… я думаю… – Мой голос был похож на чертово блеяние овцы. Сжав руку в кулак, я стиснул зубы. Качнув головой выпалил: – Это значит, что я хотел бы чтобы ты увидела меня. Чтобы ты наконец, посмотрела на меня, а не на других. В этой тишине я услышал, как заскрипело кожаное сидение моего мустанга, когда она еще немного двинулась ко мне. Затем Дакота тихо выдохнула: – Я тебе нравлюсь? – Да. – Мне кажется, что мое сердце остановилось на долю секунды. Но внезапно я услышал, как она усмехнулась и затем начала тихо смеяться. Я с непониманием уставился в темному, пытаясь разглядеть её лицо, когда как девушка протянула свою ладонь и коснулась моей груди там, где билось сердце. Её ладонь проскользила выше пока не коснулась моего подбородка. Тонкие, прохладные пальцы Дакоты обжигали мою кожу и словно касались моей обнаженной души. – Джонни. – Её голос был мягкий, нежным и то, как она протянула мое имя заставило меня прерывисто вздохнуть. –Ты можешь поцеловать меня еще раз? Её тихий вопрос прозвучал громче чем выстрел над самым ухом. Но мое тело двинулось раньше, чем мозг обработал вопрос и попытался дать ответ. POV Дакота Я прижалась к нему всем телом и податливо открыла рот для поцелуя. Если честно, когда он первый раз меня поцеловал, я подумала что это галлюцинация из-за алкоголя. Впервые в моей жизни я была в таком ступоре. Не знала что делать, но сейчас… мое сердце колотилось в горле, а в ушах шумела кровь. Словно, все те ограничения которые я с такой щепетильностью выстраивала – рухнули услышав ответ на свой вопрос. Я обвила его плечи руками и прижалась плотнее. Его руки легли на мои бедра, нетерпеливо сжимая и поглаживая их через ткань платья. Поцелуй был мягким, нежным и в то же время слишком страстным, словно мы два путника идущие целую вечность по пустыне и наконец нашедшие колодец с родниковой ледяной водой. Не совсем понимая, чего именно я хочу, но ведомая лишь желанием прижаться и не отпускать, не разрывая поцелуя перелезла к нему на колени и села верхом. Мне в спину упирался руль, но было плевать. Мои руки гладили его щеки, проходили по шее, и затылку, словно стараясь запомнить каждую часть его тела. В то время как он залез ко мне под юбку платья и сжал ладони на ягодицах, чуть массируя их и впиваясь пальцами. Будто проверяя реально это или нет. Я стала чуть двигать бедрами сидя на нем, прижимаясь всем телом, постанывая ему в губы прикусывая их и снова зализывая. Будто вся та страсть что копилась в моем теле все это время нашла выход в этот момент. –Тише, милая, тише… боже… ты такая горячая… – Прошептал Соуп целуя мои ключицы и шею. Прижавшись носом к моей шее, закапываясь в волосы он произнес: – Мы должны остановиться, иначе я захочу заняться с тобой любовью прямо здесь. Даже не «сексом», или «трахнемся», а «любовью». Я чуть не издала умиленное мурчание ему в губы. Боги, ну как можно быть таким милым даже в этим моменты? Я стала мягко целовать его щеки, губы, нос, скулы. И едва могла сдержать улыбку. Он чертовски милый. Его голос немного дрожал, а между своих ног я отчетливо почувствовала бугорок его натянувшихся джинсов. Понимание того, что у него из-за меня встал, словно подхлестнули меня. По телу прошлись мурашки и внизу живота сладко потянуло. Я стала такой мокрой лишь из-за пары поцелуев и нескольких прикосновений. Его поцелуев. И его прикосновений. Я хотела его. Хотела прямо сейчас. Словно если он не окажется во мне в ближайшее время, я умру. – Малышка, – тихо прошептал он на мое ухо едва не хныча, – прошу тебя, ты слишком соблазнительна, но… давай я отвезу тебя в отличный отель и тогда… – Джонни, – я прижалась лицом к его щеке и чуть потерлась о его щетину, оставив легкий поцелуй, приблизилась к его уху и нежно прикусив за мочку прошептала: – я не дотерплю до отеля. – О боги… – Он вздрогнул из-за моего шепота и укуса. Пальцы Соуп чуть подцепили резинку моих трусиков, будто они были последним бастионом что удержит нас от секса в тачке. – Ты… ты действительно этого хочешь? Здесь? Сейчас? Я чуть отодвинулась и подняв руку нашла выключатель. Щелкнув им, всю машину осветила одна тусклая лампочка. На пару секунд нас ослепило. Мы смотрели, друг на друга привыкая к свету. Мои губы были припухшие со следами размазанной персиковой помады. На шее розоватые следы от его поцелуев и засосов. Бретельки моего платья сползли по плечам, а куртка Джонни которая раньше была на мне надета, сиротливо валялась на соседнем сидении. Платье задралось выше, практически полностью оголяя мои бедра. Волосы чуть взлохмаченные перекинуты через одно плечо и несколько прядей исчезало в вырезе платья. Грудь тяжело поднималась и опускалась. Мои карие глаза потемнели, а зрачок так расширился, словно я была под метом. Но моим наркотиком, моим сумасшествием, наваждением был мужчина, на котором я сейчас сидела верхом. Джонни подметил все это в одно мгновение и хрипло вздохнул. На его губах щеках, скулах мерцали следы от моей помады. Щеки Соуп покраснели, и он смотрел на меня так, будто я была святой, что снизошла до него, обычного грешника. – Ты мне тоже нравишься, Джонни. – Тихо произнесла я, смотря в его серые глаза. Брови Соуп чуть приподнялись и он сглотнул. – Очень сильно нравишься. И очень давно. Он убрал одну руку с моей ягодицы и мягко коснулся моей щеки, погладила её пальцем очертил мои скулы, губы. – Я… Я чувствую то же самое, милая. Черт побери, как ты… как ты красива, Дакота. – Его серые глаза смотрели на меня с такой нежностью и страстью, будто я была для него всем. – Я так давно… так давно хотел этого и если честно... не думал, что наш первый раз будет в моей машине. Я чуть улыбнулась и погладила его щеку, чувствуя мягкую щетину под своими пальцами. – Да ты романтик, Джонни. Хотел люкс для новобрачных, розовые лепестки и клубнику в шампанском? Щеки мужчины покраснели еще сильнее, и он смущенно улыбнулся шире: – Что–то типа того. Я приблизилась к его лицу и мягко коснувшись щек ладошками, произнесла в самые губы: – Меня устроит все что угодно и где угодно, просто… я хочу, чтобы ты был со мной. – Сейчас, я просто отпустила свое чувство контроля, желая рассказать ему о своих чувствах. Шептать ему признания в любви, чувствовать его кожу своей кожей. Его серые глаза смотрели прямо на меня, и в следующее мгновение прикрыв их он зарылся рукой в мои волосы, притягивая меня ближе. Поцелуй стал более глубоким, почти жадным и голодным. Я почти нетерпеливо приподнялась на нем не разрывая поцелуй и стала расстегивать его ремень на джинсах. Джонни, опустив руку между моих бедер, отодвинул трусики и проник меж моих половых губ. Его пальцы скользили по моим складочкам размазывая соки и заставляя меня дрожать и постанывать ему в рот. Он чуть приподнял бедра помогая мне стянуть свои джинсы ниже. Его твердый, горячий член поднимался между моих бедер и я чуть двигаясь заставляла его покрываться своими соками из-за трения о мою киску. – Ты… ты действительно хочешь это сделать прямо здесь? Я… когда я представлял, я думал... что… это нужно…знаешь, как–то особеннее и… – Его ладонь сжалась на моем бедре размазывая часть моей естественной смазки по коже. Я кивнула: – Для меня все особенное. Твои поцелуи. Прикосновения. Шепот. Я хочу тебя, Джонни. Его глаза распахнулись и брови подлетели вверх. На лице была странная смесь эмоций от нежного трепета, до щенячьего восторга и чертовой жгучей похоти. Соуп коснулся губами моего подбородка, и я приподнялась над ним. Джонни направил свой член в меня, не отрывая взгляда от моих глаз. Я медленно опустилась на него сверху и с тихим стоном распахнула губы, когда он, наконец, оказался внутри меня. – Ох… дьявол. – Хрипло простонал Соуп и сглотнул. – Ущипни меня, иначе я буду думать, что это сон. – Он немного приподнял бедра снизу вверх проникая в меня и выдавливая еще один мой стон. С тихим смехом пробормотав: – Любимая женщина верхом на мне и признается мне в чувствах… может пойти сыграть в лотерею? Я думаю, что удача сегодня на моей стороне. – Если не заткнешься, Соуп, я укушу тебя, богом клянусь. – Я чуть приподняла бедра и опустила их, заставив Джонни поперхнуться смехом. Сжав пальцы на его плечах, почти впиваясь в его кожу ногтями я стала двигаться на нем. Его руки легли на мои бедра помогая мне и направляя мои движения. Приблизившись ко мне Джонни поймал мои губы и втянул в поцелуй, проникая в рот языком. Он чуть покусывал мои губы, после проходил языком и вновь по новой. Целуя меня сильно, глубоко, отчаянно. Будто в последний раз. Мои движения на нем стали быстрее, я чуть откинулась назад. Периодически надавливала спиной и лопатками на клаксон, но, если честно, было все равно. Все на чем мы были сосредоточены это наши движения, поцелуи, стоны, рваные вздохи. Стекла в машине запотели, стало невыносимо душно и жарко. Казалось, что в саму кожу автомобиля впитывается запах секса и разврата. Джонни стянул с моих плеч платье, спустив его с груди вместе с бюстгальтером и мягко прикусывал и посасывал мою грудь. Обводил языком сосок, втягивая его в рот, чуть прикусывал, рукой надавливая на мою поясницу каждый раз, когда я опускала бедра. На стекле остался смазанный отпечаток моей ладони. На моей шее, груди и ключицах были видны следы от его мягких укусов и засосов превращая мою белую кожу в карту страсти и похоти. Его член пульсировал во мне, отзываясь на каждое мое движение бедер, проникая в меня до самого конца, почти упираясь в матку, заставляя меня не сдержанно и громко стонать. Мое тело словно двигалось само по себе, пытаясь насытиться этим неимоверно сильным, удушающим чувством похоти и полной эйфории. Мне на мгновение показалось, что я нахожусь под каким–то наркотиком, так как это казалось не реальным, сюрреалистичным. Его сияющие практически серебряные глаза в свете тусклого освещения автомобиля, томно прикрывающиеся глаза, что неотрывно смотрели на меня. – Боже, милая… ты… я… так люблю тебя. Черт, как же я люблю тебя. – Пробормотал Соуп сжимая свои пальцы на моем бедре и притягивая меня за заднюю часть шеи к себе ближе. –Я тоже люблю тебя. – С трудом в самые губы ответила я, чувствуя, как он двигает бедрами под мной заставляя меня громче и надрывнее простанывать признания, смешавшиеся с его именем и какими–то неразборчивыми словами. Наши движения стали более резкими, жесткими, рваными. Я уперлась лбом в его плечо, крепко прижимаясь к нему грудью упираясь в его шею носом. Покусывая влажную от пота кожу Соуп, я двигалась на нем чувствуя, как мы оба были близки к тому, чтобы кончить. Это словно подстегнуло нас сильнее, заставляя растворяться в страсти и полностью утратить связь с реальностью. Мы не видели, что давным-давно наступил рассвет, как лучи солнца проникают сквозь запотевшее лобовое стекло, лаская наши тела. Мы не слышали проезжающих мимо машин, что замечали наш красный Форд Мустанг припаркованный у обрыва, ритмично покачивающийся. –Детка, милая… я… я уже…так близко… – тихо простонал Соуп на самое мое ушко. Я лишь немного кивнула, давая ему понять, что услышала его, ведь и сама была так близка к тому, чтобы кончить. Всего пара движений и наши тела словно пронзили небольшие искры и ток. Я дрожала на нем всем телом, сжимаясь вокруг его члена сильнее пока он запрокинув голову и чуть закатил глаза пока, изливал в меня свою сперму. Я потерлась носом о его шею и мягко прикоснулась губами к его шее: – Люблю тебя. Его руки обвились вокруг моей талии. Его член все еще был во мне и все еще был твердым. Джонни выдохнув облизнул губы и повернув голову ко мне произнес: – А во сколько начинает работать мэрия? Я приподняла бровь, удивленно произнесла: – Вроде бы в 10 утра. А тебе зачем? – О, тогда у нас есть еще время. – Он мягко приблизился и поцеловал меня в верхнюю часть груди. Я опустила взгляд смотря на Соуп и нахмурилась: – Джонни, ты о чем вообще? Он мягко целовал мою грудь и ключицы осыпая их такими нежными и мягкими поцелуями что по моему позвоночнику прокатились мурашки. Его щетина немного колола, но ме нравилось это ощущение на своей нежной разгоряченной коже. – Приедем на базу, возьмешь документы и поедем в мэрию. – Он поймал мой взгляд и произнес: – Выходи за меня. Я открыла рот и затем закрыла его. В моей голове был полный штиль. Кажется, прямо сейчас в моем мозгу из одной стороны в другую прокатилось перекати-поле. Я глупо хлопнула глазами и произнесла: –Твою фамилию я не возьму. И у детей будет двойная. – Его зрачки расширились и на губах появилась улыбка. Такая мягкая, нежная и чертовски теплая. Он прижал меня к себе крепче и прищурив глаза прошептал в самые губы: – У нас еще есть пара часов и… может, я смогу тебя убедить в том, что МакТавиш прекрасная фамилия, любовь моя?...