Давай вместе встретим рассвет?

Штат Калифорния встретил ярким, почти палящим солнцем и лёгким дуновением соленого ветра, шедшего с берегов Тихого океана. Несмотря на скорость, с которой ехала машина, Майя слышала лёгкий звук разбивающихся о камни волн. Залив Сан-Диего, что оказался по правую сторону, был больше, чем она предполагала, когда изучала карту местности. Вода отливала голубо-синем оттенком, а лучи, отражавшиеся от её поверхности, слепили глаза. В автомобиле негромко играла веселая музыка с местной радиостанции. Что-то про неразделенную любовь и ушедшее время, но Майя особо не вслушивалась.     Она вытянула руку из окна, ловя пальцами потоки ветра, удивительно теплого для начала осени. Пошевелила ладонью, и ветер мягко обвел её кожу, щекоча и заставляя ту покрываться маленькими мурашками. Втянув воздух носом, Майя улыбнулась лучезарно, по-детски широко. Здесь даже воздух был другой. Он имел запах, отличный от любимого Шеридана. Пах... свободой? Возможностью исполнить мечту? Переменами? А, может, всем, абсолютно всем и сразу? Как бы не задохнуться. Или, раз теперь она была рядом с океаном, правильнее будет сказать... не захлебнуться? — Впервые у нас, в Сан-Диего? — Послышался мужской голос слева. Майя взглянула на таксиста, щурясь от солнечных лучей. Глаза мужчины были скрыты за солнцезащитными очками, и Майя пожалела, что перед вылетом не купила очки и себе тоже. — Да, — ответила она, — я впервые в Калифорнии. — Правда? — Мужчина поправил очки, и Майя заметила, как озорно блеснули его глаза. — В таком случае — добро пожаловать! Вы к нам надолго? — Я приехала на учебу, — проговорила Майя, вновь устремляя взгляд за окно, на водную гладь. — Надеюсь, получится задержаться. Потому что она приехала исполнять свои мечты.

Запись из дневника Майи

«Сегодня мы с Джексоном разговаривали о своих мечтах. И я ему сказала, что очень хотела бы увидеть океан. Джексон заверил меня, что когда-нибудь моя мечта обязательно исполнится! И я ему не сказала, но, знаешь, Дарий, я бы хотела, чтобы Джексон был рядом в тот момент, когда я увижу океан».

    Машина плавно остановилась на парковочном месте напротив трехэтажного студенческого общежития — места, где Майя должна была прожить ближайшие несколько лет, если не появится возможность снимать квартиру. Таксист помог вытащить чемодан из автомобиля, и Майя, поблагодарив его, расплатилась за поездку. Держа чемодан за ручку и приложив ладонь ребром ко лбу, чтобы защитить глаза от солнечных лучей, девушка осмотрелась. Трехэтажное здание занимало большую часть территории, растянувшись на несколько метров в обе стороны от входа. На парковке стояло несколько дорогих машин, а вдоль дорожки, ведущей к общежитию, росли пальмы. Пальмы! Контраст между Сан-Диего и Шериданом ощущался физически, морально, духовно. В Шеридане не росли пальмы — лишь хвойные и лиственные деревья, окружавшие маленький городок. Не было рядом ни океанов, ни заливов — холмы заменяли волны, а равнины — песчаный берег. И таких дорогих автомобилей в Шеридане тоже не было. Майя крепче сжала ручку багажа и направилась ко входу, продолжая оглядываться и буквально пожирать глазами местные колоритные картинки, такие отличные от родного места. Это был не дом, но никто не исключал того, что это место могло им стать. На входе она столкнулась с охранником — милой женщиной невысокого роста, которая отвела её к коменданту. Тот — высокий мужчина в строгом костюме и забавными усами, чуть взятыми сединой — быстро прочитал Майе инструктаж и отдал ключи от комнаты. Бумажная волокита осталась позади, ещё до того, как Майя приехала в Калифорнию.     Она шла вдоль длинного коридора, сжимая в одной руке прохладный металлический ключ с номером комнаты и забавным брелоком с выгравированным медведем на гладкой деревянной поверхности. Его широко раскрытая пасть изображала рев, и Майя словно слышала его каждый раз, когда проводила пальцем по неровностям на брелоке. Она перешла в жилой корпус, где одинаковые светло-серые двери раскинулись по левой стороне, справа же расположились общие душевые, туалет и гардеробные. Мимо проходили парни и девушки, о чем-то беседуя. В руках некоторых, как и у Майи, были сумки и пакеты, а кто-то катил за собой чемодан. Они ловко обходили друг друга, словно в танце, пробираясь каждый в свою сторону. — Триста двадцать первая, триста двадцать вторая, — шептала Майя, проходя мимо дверей. Нумерология — не самая сильная сторона девушки, если так вообще можно было сказать про ту ветвь учения, к которой Майя не имела какого-либо отношения. Однако Майе всегда нравилась цифра три...

Запись из дневника Майи

«Джексон подарил мне сегодня три ромашки. Я знаю, что он сорвал их с клумбы нашего соседа — дядюшки Вильяма. Но, когда он протянул мне цветы, я состроила удивленное выражение лица, как будто не знала этого. Мама говорила мне, что мужчинам нравится удивлять. Потом я вернулась домой и обнаружила у себя в кармане кофточки три конфеты с ореховой начинкой и записку, на которой было написано: «Я хочу пригласить тебя на свой день рождения. Только он будет в следующем году. Но, надеюсь, мы будем с тобой дружить». Джексон родился третьего февраля — так мне сказала мама, которая по секрету выведала это у мамы Джексона. Три ромашки. Три конфеты. Третье февраля. Цифра три — теперь моя любимая цифра».

...ну, может, и не всегда. Но это не имело значения. Как и глупая надежда на то, что они ещё когда-либо встретятся с человеком, родившемся третьего февраля и подарившим ей однажды три ромашки.     Майя остановилась напротив комнаты с номером «333», протянула руку, чтобы вставить ключ в замочную скважину, но дверь оказалась открыта. Она легонько подтолкнула её рукой и та с тихим скрипом отворилась, позволяя Майе оглядеть свою комнату. И соседку заодно. Комната была небольшая, но довольно уютная — с большим окном, зашторенным темно-красными тюлями. Две кровати, стоявшие у противоположных стен. На одной из них, закинув стройные ноги в босоножках на высоком каблуке, лежала девушка. Её темные волнистые волосы были раскиданы по подушке и чуть свисали с кровати, красная коротка юбка облепила бедра, а черный топ с мелкими бусинками на веревочках снизу, практически не скрывали небольшую грудь и плоский живот. Девушка была увлечена телефоном, поэтому, должно быть, не услышала, как в комнату кто-то вошел. — Привет, — негромко поздоровалась Майя, и заправила прядь волос за ухо, когда девушка медленно перевела на неё взгляд. — Ну привет, — усмехнулась та, и Майя удивилась низости её голоса, — так, значит, ты и есть моя новая милая соседка? — Видимо да, — улыбнулась Майя и, неловко переступая с ноги на ногу, подошла ближе. Протянула руку и, когда девушка взяла её в свою мягкую ладонь, представилась, — меня зовут Майя. — Приятно познакомиться, Майя, — ответила она, словно пробуя имя новой знакомой на вкус, — я — Лора.     Лора оглядела Майю с головы до ног, чуть вскинув брови. Для достаточно жаркого начала осени Майя была одета слишком тепло — джинсы и футболка. — Ты явно не местная, — задумчиво протянула Лора. — Откуда ты? — Из Шеридана. — Это который в Вайоминге? — Да. — Ого, — присвистнула Лора, приподнимаясь с кровати. — Далеко тебя занесло. — Для мечты не существует расстояния. Лора негромко рассмеялась, покачав головой. Видимо, что-то в словах Майи её зацепило. Или, быть может, за этим смехом она пыталась скрыть снисхождение. Однако ничего не сказала, решив сменить тему. — Первый курс? — Нет, третий, — ответила Майя, начиная раскладывать вещи в небольшой комодик. — Я перевелась. — Факультет? — Историко-географический. — Так мы, значит, ещё и в одной группе. Вот так совпадение, — протянула девушка. — Правда? — Глаза Майи загорелись. — Может, тогда ты расскажешь... — Нет, нет, нет, — замотала головой Лора, а её длинные волосы последовали за ней, — даже не надейся. Запомни, в пределах этой комнаты запрещено говорить о трех вещах: учебе, бывших парнях и сколопендрах. Сейчас я сделала исключение и спросила ради приличия. И отвечу один раз, так что слушай внимательно: я появляюсь в университете не чаще двух — максимум трех — раз в неделю. Единственные, с кем я общаюсь — это наши одногруппники, но даже их имена я до сих пор не могу выучить, да мне это и не надо. А ещё я терпеть не могу разговоры о бывших — это утомляет. — А сколопендры? — Ненавижу ползучих тварей больше, чем предыдущие два пункта вместе взятые. Майя поджала губы, замолчав на пару долгих секунд, но потом все-таки спросила: — Но раз ты так редко ходишь на учебу, как же тогда сдавала экзамены? Лора усмехнулась и, соединив указательный и большой палец, потерла подушечками пальцев друг о друга. Деньги. Ну конечно. Если даже в Шеридане была коррупция, то в таких городах, как Сан-Диего или Лос-Анджелес, это было абсолютной нормой. Почти на законных основаниях. Майя кивнула понимающе, но не принимающе. — А завтра ты не пойдешь на занятия? — Ты заучка? — Вопросом на вопрос ответила Лора. — Ну... нет, — смутилась Майя. — Тогда почему ты задаешь вопросы исключительно про учебу? Неужели тебе неинтересно спросить, как у нас обстоят дела с вечеринками и парнями? Или же какие здесь есть развлечения, помимо просиживания задницы в библиотеке? Повторяю последний раз: никакой учебы, бывших и сколопендр. Майя оторопело замолчала, уставившись на небольшую косметичку у себя в руках. С соседкой будет тяжело, однако на подсознании маячила совсем другая мысль, которую Майя всеми силами пыталась откинуть от себя. Но она назойливо возникала снова и снова. — Извини, — сказала Майя негромко, затем натянуто улыбнулась. — Учеба, бывшие и сколопендры, я поняла. Оставшееся время Майя и Лора провели в молчании, пока последняя и вовсе не ушла. Майя обживалась в новом пространстве, поставив на тумбочку рядом с кроватью красивый ночник в виде маленького аквариума, включив который можно было увидеть множество маленьких разноцветных рыбок, что словно плавали в прозрачной воде. Майя давно не боялась темноты, просто смотреть на то, как медленно передвигаются эти рыбки, успокаивало и, как ни странно, убаюкивало. Она развесила вещи в шкафу, аккуратно потеснив Лору, и спрятала чемодан под кровать. До вечера Майя гуляла вокруг общежития, изучая территорию и кружась вокруг пальм, которые она видела впервые в жизни. Она проводила пальцами по выпирающем окончаниям на их стволе, дергала за волокна и пару раз случайно укололась об острые пальмовые листья, проходя мимо маленьких представителей этих деревьев. Так здорово. Так необычно. Так ново. Спать она легла рано — долгий перелет давал о себе знать, и, даже несмотря на лёгкий мандраж перед завтрашним днём, Майя уснула быстро. Она не слышала, как Лора вошла в их комнату и легла спать, но утром соседка была в своей кровати. Либо она решила сжалиться над Майей, либо у неё было слишком хорошее настроение, но Лора достаточно спокойно объяснила Майе, как доехать до университета. Он представлял из себя шестиэтажное здание с большим количеством аудиторий и коридоров, в которых Майя попросту заблудилась, несмотря на то, что знала, какая у неё должна быть лекция и номер кабинета, но она пару раз свернула не в ту сторону. Ей повезло, что на пути она встретила одного из преподавателей, который любезно показал ей правильное направление. Широкие коридоры пустели с каждой минутой, ведь пары уже начались, и Майя подошла к нужной аудитории тогда, когда все её одногруппники уже были внутри. Она постучалась, чувствуя, как пересохло в горле. — Войдите, — послышался приглушенный женский голос, и Майя открыла дверь. Несколько голов тут же повернулись в её сторону, пока она похолодевшими пальцами сжимала дверную ручку. — Извините за опоздание, могу я войти? — Спросила Майя, переступив с ноги на ногу. — Не могла найти аудиторию. — А Вы у нас Майя Хармон, правильно? — Женщина поправила очки в круглой оправе, чуть спустив их на переносицу. Майя утвердительно кивнула. — Меня о Вас предупредили, проходите, Майя. Вы не сильно опоздали, мы только закончили перекличку. Займите свободное место, пожалуйста.     Майя быстро прошла мимо преподавательского стола, стараясь не встречаться взглядами с новыми одногруппниками, что с любопытством смотрели на неё. Их внимание было оправданным, но комфортнее от этого не становилось. Поднялась на несколько ступенек, чтобы занять место на заднем ряду, и, взглянув влево, неуверенно замерла на месте, когда встретилась с глазами серого цвета. Знакомо-незнакомого. Родного и чужого. Такого, по которому она жутко скучала. Такого, который хотела увидеть вот уже последние пять лет. Такого... — Мисс Хармон, что-то не так? — Голос преподавателя отвлек Майю, а смешки, раздавшиеся с обеих сторон, заставили отвести взгляд. — Извините, всё в порядке, — пробормотала она, поспешив занять свободное место в самом конце. — Новенькая просто засмотрелась на татушки Холта, — сказал какой-то парень, криво усмехнувшись. — Неудивительно, я бы тоже не отказалась их поразглядывать, — вставила девушка, сидящая перед Майей, и накрутила локон изящных белых волос на палец. Раздался смех, заполонивший аудиторию. Он отражался от стен, и влетал в Майю не сильными, но достаточно ощутимыми ударами. В этих шутках не было злости, со стороны они казались достаточно безобидными, но разве любая травля не начинается с безобидных шуток? — Так, тишина! — Громко произнесла преподавательница, постучав пару раз ручкой по столу. — У нас сегодня вводная лекция, открывайте тетради и записывайте, но если не хотите этого делать, не мешайте другим! Майя открыла новую тетрадь, взяла ручку, готовясь записывать, однако, вместо полноценного конспекта, на листах остались лишь сокращения и недописанные предложения, в которых она сама никогда бы не разобралась. Все потому, что взгляд сам находил его затылок. Всё потому, что все возможные мысли были связаны с ним. Всё потому, что сердце в груди неугомонно билось от медленно приближающегося осознания. Это был он. Это был Джексон. Лекция закончилась быстрее, чем Майя предполагала. А, может, время пролетело так быстро потому, что она не могла найти себе места, крутила в пальцах ручку, пару раз случайно роняя её на пол, пыталась вслушаться в то, что говорил преподаватель, но раз за разом тонула в собственных мыслях, что водоворотом крутились в голове. Майя очнулась, когда вокруг все стали поспешно собираться. Она последовала за ними, быстро закинув ручку и практически пустую тетрадь в рюкзак, накинула лямку на плечо. Спустилась на пару ступенек, не сводя взгляда со спины обладателя серых глаз, что уже собирался уйти. Но… почему? — Джекс... Джексон! Парень замер и медленно обернулся, когда Майя остановилась напротив. Он стоял на ступеньку ниже, но, даже несмотря на это, оказался немного выше. Взгляд, полный равнодушия, столкнулся с её глазами. — Это я, — тихо проговорила девушка, — Май... — Майя. — Договорил он её имя на выдохе.

~~~

13 лет назад

    Майя сидела за широким столом, склонившись над его поверхностью, и вклеивала очередной красивый фантик в специально купленную для этого новенькую тетрадь. Относительно недавно у неё появилось новое хобби. Второе? Пятое? Десятое? Родители уже потеряли счет, но дочери не отказывали. Хочешь рисовать, Майя? Конечно, милая, держи краски и карандаши. Хочешь научиться стрелять из рогатки? Да, давай, это интересно. Хочешь коллекционировать фантики, Майя? Конечно, дорогая, почему бы и нет. Но интерес девочки угасал по прошествии пары недель, однако коллекционировала цветастые упаковки из-под конфет Майя уже почти месяц.     Фантик за фантиком, Майя даже потеряла счет времени, когда услышала неприятный визг тормозов. Подняв взгляд, девочка увидела грузовую машину, остановившуюся у дома напротив. Несколько людей начали таскать тяжелые на вид коробки и заносить их внутрь. Ничего удивительного — это уже был третий раз за эту неделю, второй за полгода и четвертей за два с половиной года. В доме напротив люди не задерживались, и пусть родители вечно говорили о каких-то высоких ценах за аренду, Майя знала, что дело в другом. Этот дом был проклят. Не зря она постоянно видела огромных, почти с её ладонь, пауков, проползающих в заросшей у дома траве. И пусть Майя никому не говорила, она безумно боялась, что однажды увидит таких пауков уже у себя на лужайке. Следом за первой машиной, подъехала вторая, но уже легковая. Задняя дверца отворилась, и оттуда, неловко спрыгнув с кресла, вышел мальчик лет десяти, держа в руках небольшой рюкзак. Затем из машины появились женщина и мужчина, негромко о чем-то споря. Вот это было необычно. За два с половиной года в дом напротив ни разу не пыталась переехать семья с ребенком. Майя не отводила взгляд от мальчика, пытаясь разглядеть его как можно лучше, как вдруг он, словно почувствовав, что за ним наблюдают, резко развернулся и посмотрел в окно, где была Майя. Девочка быстро отклонилась назад, ухватившись за край стола, но колесики её нового кресла, который папа подарил ей недавно, уже поехали по гладкому полу, и Майя с грохотом упала вместе со стулом на спину. — Майя? — Услышала девочка голос матери с первого этажа. — Всё в порядке? — Да, мам, — крикнула Майя в ответ, потирая ушибленную руку и выползая из-под стула. Она быстро выбежала из комнаты и спустилась на первый этаж. Её мама стояла на кухне, чуть отодвинув шторку и смотря в окно, что так удачно было расположено в том же направлении, что и окно в комнате Майи. — Ты ударилась? — Спросила женщина, взглянув на Майю и заметив, как дочь потирает локоть. — Упала со стула, но ничего страшного, — негромко ответила девочка, словно кто-то мог их подслушать, и аккуратно выглянула в окно. — У нас будут новые соседи. Из проклятого дома. — Он не проклятый, Майя, — смеясь, ответила мама и вновь посмотрела на дом, стоящий на той стороне улицы.  — Смотри, там есть мальчик. Кажется, твой ровесник. — Правда? — Удивленно спросила Майя, словно не за ним следила несколько минут назад из своего окна. — А мы пойдем к ним знакомиться? — Хорошая идея, — кивнула женщина, — но не сегодня. Мне кажется, они жутко устали. Переезд — это очень трудно, Майя. — Ты когда-нибудь переезжала? — Да, один раз, но я плохо помню, как это было, ведь я была маленькой. Даже младше, чем ты сейчас. Майя задумчиво кивнула, представляя каково это — переезжать. Собирать все свои вещи, игрушки, тетрадки, прощаться с местом, где ты, пусть немного, но пожил. Оставил частичку себя. А, может, даже и бóльшую часть.

Запись из дневника Майи

«Я не сказала маме, но, мне кажется, что переезд — это очень грустно. Я не хочу переезжать отсюда. И не хочу, чтобы мои папа, мама и друзья переезжали. Пусть все всегда будут рядом».

— Папа скоро приедет, поможешь мне накрыть на стол? — Да, — ответила Майя, продолжая смотреть в окно, на то, как мальчик — её новый сосед — пытался поднять одну из коробок. — Майя! — Мама, пытаясь скрыть улыбку, с напускной строгостью повысила голос, и девочка, поджав губы, последовала за ней, в последний раз взглянув в окно.     Они сидели за небольшим кухонным столом и ужинали. Папа, закатав рукава клетчатой мягкой рубашки, рассказывал, что видел сегодня несколько больших, упитанных белок недалеко от лесопилки, на которой работал. Майя внимательно слушала его, старательно выковыривая стручковую фасоль из пасты с курицей. — Майя, ты опять? — Ну, мам, — протянула девочка, — не нравятся мне эти палочки! — Это фасоль, ёжик, а не палочки, — ласково заметил отец, проводя пальцами по темно-коричневой ухоженной бороде. Настоящий лесоруб. — Ладно тебе, Клэр, зато фасоль любит папа — оп! — Мужчина ловко наколол вилкой несколько зеленых «палочек» с тарелки дочери и закинул себе в рот, довольно улыбнувшись.     Майя рассмеялась, махнув рукой и задевая стакан яблочного сока. Он почти упал, но девочка ловко подхватила его, не позволяя завалиться набок. Вот только половина содержимого все равно оказалось на белой скатерти. — Ой, — тихо пробормотала Майя, поднимая взгляд на мать. Клэр, вздохнув, покачала головой и потянулась к салфеткам, как вдруг раздался стук во входную дверь. — Мы кого-то ждём? — Спросил Брюс, смотря на дочь и жену, медленно приподнимаясь со своего места. — Нет, — задумчиво ответила Клэр, встав следом. — Майя, ты, кажется, говорила, что Джудит и Шарлотта уехали? — Да, они уехали в Ранчестер к бабушке, до конца лета, — Майя последовала за родителями. — Тогда кто это может быть? — Пробормотала женщина, но Майя уже знала ответ. Вместе они прошли в прихожую, к входной двери, открыв которую столкнулись со своими новыми соседями. Женщина и мужчина, устало улыбаясь, представились, как Коллин и Сара Тодд, и протянули небольшой тортик, перевязанный веревочкой. — А это наш сын, — кивнула Сара на мальчика, стоявшего между ними, — Джексон.     Худощавый и невысокий, он пристально смотрел на Майю, пока она, чуть прижимаясь к матери, так же пристально разглядывала его. Они словно сканировали друга друга, выявляя все возможные причины, чтобы знакомиться. Или же не знакомиться. — Привет, — наконец сказал Джексон высоким голосом и вдруг протянул в сторону Майи руку, держащую шоколадку. — Меня зовут Джексон. — Привет, — ответила Майя, делая небольшой шаг навстречу, когда почувствовала, как мама легонько подтолкнула её в спину. Она неуверенно улыбнулась, принимая шоколадку. — Я Майя.     И губы Джексона дрогнули в такой же слабой, но приветливой улыбке.