Нежеланный пассажир

***

Чон Чонгук в своих попытках продвинуться по карьерной лестнице давно перестал понимать, что хорошо, а что плохо. Омеге вообще тяжело создать себе соответствующую репутацию и построить успешную карьеру. Слишком много разных «но». Гендерное неравенство, предрассудки и потребительское отношение альф по отношению к омегам. Скрипя зубами, Чонгук согласился исполнить очередную просьбу своего несносного босса, который вил из него веревки, заставляя его перерабатывать и выполнять для него прорыву глупый поручений. Этот вечер не стал исключением. И вместо спокойного, уютного пятничного вечера в компании приятного фильма и вкусного ужина, Чон вынужден на личном автомобиле ехать на окраину города встречать какого-то наёмного временного управляющего, призванного навести порядок и увеличить прибыль. Почему этим должен заниматься именно Чонгук, было неясно. Ведь управляющий — альфа. А вечер уже ближе к ночи. Но проблемы туземцев вождя не ебут. Умом начальство не понять, а отказывать Чон не стал, опасаясь нежелательных для себя последствий. Зябко. Середина осени выдалась щедрой на пронизывающий насквозь ледяной ветер. Острыми иголками впивающийся в кожу. Небольшой мороз ощущался как по-настоящему зимний. И заставлял Чонгука то и дело мерзляво ёжиться от пробирающего холода. Тридцать первое октября. Близился ноябрь, который Чон никогда не любил, связывая с ним неминуемое увядание всего радостного. И этот ноябрь не торопился стать исключением. Натянув воротник повыше, чтобы ветер не задувал за пазуху, Чонгук пожалел, что не надел сегодня шапку и зимнее пальто. По календарю, может, и рано, но по ощущениям — в самый раз. Чон завёл свою видавшую виды малолитражку, включил скрипучие дворники, щедро брызгая незамерзайкой на лобовое стекло, и принялся ждать, когда машина хоть немного отогреется, чтобы начать свой неблизкий путь в промышленный район пригорода, где находилась одна из наименее востребованных автостанций. Вздохнув и пожалев себя в сотый раз за день, Чонгук попытался сконцентрироваться на хорошем. Сейчас он быстренько метнется кабанчиком, а потом вернётся к себе домой, где ждёт любимая кровать, горячая ванна и телевизор с оплаченной подпиской на один из популярных стриминговых сервисов. А завтра никуда не надо. Можно отключить будильник и отоспаться за всю неделю. И неважно, что в воскресенье опять надо будет уйти на работу. Скоро сезон отчётов, а последняя проверка выявила массу нарушений, устранять который, пусть и не в гордом одиночестве, но все же предстоит именно Чонгуку. Вбив в навигатор в телефоне нужный адрес, Чон машинально поправил волосы, пристегнулся, потому что никогда не нарушал правил дорожного движения. По крайней мере, ответственно старался им следовать. Он вообще был очень ответственным. Даже слишком. Только вот ничего, кроме собственных потраченных нервов, это ему не давало. Начавшийся так несовременно ледяной дождь словно являл собой отражение настроения Чонгука. Так же неприятно, серо, сыро и промозгло было сейчас у него на душе. Машин на улицах в такое время всегда становилось меньше. Офисный планктон уже разъехался по домам или отмечать окончание рабочей недели. А окраина города и того пустовала. Приближаясь к пункту Б, омега заметил на слабо освященной улице слишком редкие фонари. Между ними образовывались длинные непроглядные участки, единственным светом на которых были две тусклые полоски от фар автомобиля Чонгука. Заметив под ставшим проливным дождём высокого альфу, на беглый взгляд, в дорогом пальто, доходящим до самых колен, Чон поёжился. Мужчина явно мог дождаться его под козырьком. Но дождь его абсолютно не беспокоил. Альфа с мокрыми волосами, в лакированных ботинках и с до смешного небольшой сумкой в руке, приветливо помахал, улыбаясь широкой улыбкой. И Чонгука в который раз передёрнуло. Мужчина весьма стильно одет и хорош собой. Деньги явно водятся. Неужели он мог нанять себе водителя или банально вызвать такси? Не мог добраться самостоятельно? И что вообще забыл в этом богом забытом месте? Вопросов с каждой секундой становилось всё больше, но получить на них ответы можно было, лишь, наконец, открыв ему дверь и впустив внутрь. В тепло салона. Чонгук опомнился, что уже почти минуту разглядывал незнакомца, который продолжал всё это время мокнуть и с выжидающим интересом смотреть в ответ. Не желая пускать альфу, которого видит впервые в жизни в своё личное пространство, Чон кивком головы указал на заднее сиденье и нервно постучал пальцами по рулю. Коротко поздоровавшись, Чонгук возмутился, одновременно с этим пытаясь скрасить повисшее в воздухе неловкое молчание: — Ну и погодка. Так же вежливо поздоровавшись, мужчина вкрадчивым низким голосом заговорил, обволакивая приятным тембром: — Да. Вам не стоит кататься в столь поздний час, — сделав короткую паузу, дополнил предостережение: — И на дороге может появиться гололедица. — Если так обо мне беспокоитесь, стоило взять такси или воспользоваться каршерингом, — взбрыкнул омега, раздражённый мнимой заботой. Вынужденный пассажир на это только вскинул брови и поджал губы, сухо демонстрируя своё недовольство. — Простите. Я не хотел грубить, — поспешил исправиться Чон, опасаясь получить потом нагоняй от непосредственного руководителя за свой длинный язык. Кто знает, насколько хорошо этот с виду вполне себе джентльмен умеет помалкивать. — Неделя выдалась тяжелой. Вот я не сдержался. Простите, — тараторил и поклонился бы, не будь Чонгук за рулем. — Пустое. Не имей привычку извиняться, если не чувствуешь вину, — отмахнулся. Омега захлопнул рот, стукнувшись зубами, и прикусил язык. Растерялся. А альфа смотрел прямо в глаза немигающим взглядом через зеркало заднего вида и заставлял воздух в салоне сгущаться, вызывая у Чонгука лёгкий, еле заметный румянец. — Меня зовут Чон Чонгук, — сменил тему, поглядывая на дорогу, но неизменно возвращаясь к отражению в зеркале откуда смотрел он, альфа с глубоким голосом, который не торопился отвечать. Он пожевал губу, что-то обдумывая, и, тяжело выдохнув, наконец представился. — Ким Тэхён, — кривовато улыбнулся. — Можно просто Тэхён. Это не выглядело как попытка соблазнить. Максимум — неловкий флирт. И Чонгук честно не знал, как на него реагировать. С одной стороны, хорошо было подружиться со своим новым, пусть и временным начальником. С другой — это может обернуться лишней головной болью. Чонгук не сильно дорожит своей должностью в компании. Он обычный рядовой сотрудник. Шестерёнка в сложном механизме, которую легко можно заменить. Чонгук это понимает, но все же бросать проекты, в которые он уже успел вложить частичку себя, не хочется совершенно. — Не думаю, что это будет удобно, — прокашлялся Чон. — Как будет угодно, Чонгук, — впервые обратился по имени и улыбнулся уже более искренне. Собственное имя, произнесённое чужим и таким ласкающим слух голосом, почти заставило сердце пропустить удар. Омега ещё раз рефлекторно прочистил горло и тише, чем требовала ситуация, спросил: — Как называется ваш отель? — в глазах в отражении проскользнуло непонимание. — Название отеля помните? — перефразировал вопрос. — Я поищу в навигаторе… — так и не получив внятного ответа, промямлил Чон. — Вы бронировали отель? Гостиницу? Хостел? — в ход пошли все варианты. — Может, квартиру сняли на короткий срок? — неизменный отрицательный кивок. Чонгук почувствовал, как уши начинают гореть от подступающей злости. Вечер уже достаточно поздний, пятничный. Без заблаговременной брони уже не найти свободных мест ни в одном нормальном месте. Да что там в нормальном. Наверняка уже даже все лав-отели заняты. Чон, замолкая, потянулся за телефоном и набрал начальнику СМС, которое получилось не таким уж и коротким, хотя Чонгук и старался кратко излагать свои мысли, но вопросов у него было действительно много. А ответы брать неоткуда. Куда ему везти человека, которого он видит в первый раз в жизни и от которого в определённой мере, возможно, зависит его дальнейшая судьба. И судьба целой компании. Хотя это уже не проблема Чонгука, но гиперответственность никто не отменял. Ожидая ответное сообщение босса, Чон вспомнил молитвы, которых никогда не знал, немного вспотел и по ощущениям отрастил пару седых волос. Он уже предчувствовал возможные варианты ответа, но больше всего боялся, что начальник решил позвонить. А как разговаривать о Тэхёне при Тэхёне, Чонгук представлял смутно. Ему и без того было неловко. СМС ничего хорошего Чону не принесла. В ней было чёрным по белому написано указание отвезти альфу к себе и разместить как дома. Иронично. Пилюлю смогло подсластить второе сообщение с обещанием возместить все сопутствующие расходы и не забыть включить Чонгука в списки на получение внеочередной премии. Не так уж и плохо, если хорошо подумать. Полнейшая катастрофа, если подумать лучше.

***

Дальнейший путь прошёл в полнейшем молчании. Чонгук судорожно вспоминал, насколько пригодна на данный момент его квартира для гостей. Идеальная ли там чистота. И пожалел, что так и не вызвал мастера, чтобы отремонтировать замок в спальне. У зала и по совместительству кухни и прихожей отдельной двери не было. Только входная дверь. В подъезд и, собственно, в комнату Чонгука. Пускать незнакомого альфу в своё личное пространство настолько далеко омега не планировал. И сам себе усмехнулся. Он вообще много всего сегодня не планировал. И что теперь? Послушно выполняет приказ. Настроение стало ещё хуже, чем было. Тэхён молчал. Но чем ближе они подъезжали к дому, где жил Чон, тем тяжелее становилась атмосфера. Чонгук почувствовал, как замерзает. В какой-то момент ему даже показалось, что изо рта выходит белый пар от выпускаемого тепла. Но такого быть не могло. Печка работала на всю. Чон решил, что сам себя накрутил, а знобит его не от холода, а от нервов. Нет, Чонгук от чего-то сомневался, что ему грозит реальная опасность в лице Тэхёна. На маньяка тот похож не был. Выглядел вполне прилично. Ну не накинется же он на него, в конце концов. Даже начальство Чонгука в курсе, кто этот альфа и что он сейчас с Чоном. Это должно было дать дополнительное спокойствие, но желаемого расслабления не было. Внутри что-то холодело само по себе и, вопреки собственным ощущениям, на лбу выступил пот, а сердце забилось так, будто омега бежит куда-то со всех ног, а не сидит на попе ровно и держит руль. Лучше бы держал себя в руках. — Приехали, — слегка севшим от молчания голосом возвестил Чонгук, заняв своё узкое парковочное место. До квартиры шли так же молча, в добавок Чон затылком ощущал на себе неотрывный взгляд следующего следом Тэхёна. — Входи, — Чонгук, растерявшись, так и вошёл первым, зажёг свет, разулся и пошёл на кухню ставить чайник. Законы гостеприимства подталкивали напоить гостя чаем и поставить перед фактом, что сегодняшнюю ночь Ким проведёт на диване. Чонгук для верности подопрёт дверь комодом. Не замок с ключом, но от скрежета ножек о пол можно запросто проснуться. А дальше Чон пока не придумал. — У тебя тут очень уютно, — как-то слишком искренне улыбнулся Тэхён, смотря вокруг с плохо скрываемым восторгом. Что Чонгука очень удивило. Он, конечно, слышал, что есть богачи, которые нажуются всяких деликатесов и наспятся во всяких спальнях с позолоченными лепнинами, чтобы дорого-богато и безвкусно, а потом фанатеют от аскетизма бедности. Хотя Чонгук не бедствует. Денег хватает. Просто все вокруг него обычное и привычное. И это делает чужую реакцию смешной. Поэтому Чонгук, не сдержавшись, улыбается в ответ и тихо благодарит. Спросив разрешение, что удивило омегу второй раз подряд, Ким сел на симпатичный деревянный стул, непрактично выкрашенный в белый цвет и сложил руки на столе, наблюдая за Чоном, который пока стоял к нему спиной, выложил все карты на стол. Честно признался, что ему некомфортно и что он не планировал пускать к себе домой незнакомца. Что в спальню не пустит, потому что она им пропахла и будет неправильно укладывать на свою кровать альфу. Договорить не успел. Тэхён перебил и мягко объяснил, что его вполне устроит диван в гостиной-кухне. А ещё тысячу раз поблагодарил за гостеприимство и сетовал на то, что был непредусмотрителен. Это сработало успокаивающе. Чонгук заметно расслабился и, сделав две большие кружки горячего травяного чая, поставил их на стол и уселся напротив. Это было необязательно, но ему захотелось. Потому что на Кима приятно было смотреть. Под пальто у него оказалась надета на вид безумно мягкая кашемировая водолазка с горлом. Захотелось потрогать ткань. Не Тэхёна. Который завязал какой-то непринужденной разговор о погоде. Разговор неспешно менял свое русло. От погоды они переключились к достопримечательностям города, искусству, кино, музыке, театру, книгам и ещё всякой всячине, даже про работу омега успел рассказать. Страх растворился на дне первой кружки чая. На дне третьей кружки Чонгук обнаружил зарождающуюся симпатию. Потому что давно ни с кем так легко не говорил. А говорил в основном Чон. Много, шумно и иногда настолько эмоционально, что вскакивал со своего места. А Тэхён слушал и не перебивал. Была у него способность поддерживать разговор, но говорить при этом немного и по делу. И не сводил с омеги свой внимательный взгляд с поволокой вселенской тоски. Чонгуку даже захотелось всенепременно Кима развеселить. Что с небольшим трудом, но всё же получилось сделать. И альфа рассмеялся тихо, сверкая очаровательной квадратной улыбкой. А Чона этой улыбкой размазало окончательно и бесповоротно. Можно ли так быстро влюбиться? Сколько они проговорили? Сверившись с часами, Чонгук удивился, что разговор затянулся уже почти на пять часов. И хотя сна не было ни в одном глазу, разойтись необходимо. Поговорил ведь они и утром смогут. Пусть магия ночных разговоров и перестанет работать, будет магия улыбающегося Тэхён.

***

Чонгук первый прошмыгнул в ванну. По большей части для того, чтобы незаметно навести там порядок. Заодно и себя в этот порядок привёл. А как только Тэхён отправился в душ, Чон взялся раскладывать диван и готовить ему место для сна. Которого все ещё не было ни в одном глазу. Чонгук даже заволновался, когда почувствовал, как усиливается собственный запах. Попытался перебить его гелем для душа и шампунем, но получилось неважно. А вот запах Тэхёна проявлялся чертовски слабо. Что не могло не расстраивать. Чонгук в какой-то момент подумал, что ошибся и перед ним бета. Но Ким в разговоре сам проговорился, кем является. Уточнять причины такого слабого запаха Чонгук посчитал неэтичным и вообще не своим делом. Альфа вышел из душа в футболке и штанах Чонгука, потому что в сумке Кима таких вещей не оказалось. И как нельзя кстати пришлась любовь Чона к оверсайзу, хотя он и сам мальчик не маленький. Размер у них примерно один. Разве что талия у Чонгука тоньше и бёдра посочнее. Что делает его фигуру более изящной и выдает в нём омегу. И Чон впервые в жизни подумал, что мог бы попытаться получить повышение через постель. Он не просто мог бы. Он вполне готов. И даже без повышения. Это можно было бы посчитать легкомысленной похотью, но Тэхён ведь в командировке, а значит времени у них не так много. Надо брать быка за рога, а альфу за самое важное место. Чонгук видел ответные заинтересованные взгляды. Видел и розовел щеками так, будто только что вернулся с кусачего мороза в теплую квартиру. Но, несмотря на явное желание, смелости Чонгуку не хватило. Да и здравый смысл вопил во весь внутренний голос, что если Чон ошибся и выдал желаемое за действительное, за открытую попытку соблазнения ему бумерангом могут прилететь нежелательные последствия. От сплетен до увольнения. Омега метался между за и против, стоя в зале и пялясь на ручку своей двери, когда почувствовал дыхание за своей спиной. Тэхён стоял позади. Близко, но не касаясь. И подавшись вперёд, прошептал в самое ухо Чонгука: — Ты слишком бесстрашный, невинный и добрый. По спине побежали мурашки. Чонгук оглушительно громко сглотнул и из последних сил развернулся. — Не такой уж я и невинный, — Чон предполагал, что Тэхён близко, но не представлял, что настолько. Температура тела у Чонгука явно подскочила. По ощущениям по венам сейчас бегала не кровь, а кипяток, которым ранее заваривали чай. Максимально медленно, давая возможность отстраниться, Чон прижался своими горячими губами к чужим холодным. Тэхён не отстранился. Только приоткрыл в удивлении рот и глухо простонал. Этот стон вышел бы громче, если бы Чонгук его не заглушал неторопливыми движениями губ и ровным скольжением языка. Чон опустил руки на чужие плечи, отметив, что Тэхён весь какой-то прохладный, но в моменте это ощущалось нормально и даже приятно. Сам-то Чонгук пышет жаром. Ким стал активнее отвечать, продолжая постанывать в поцелуй от каждого прикосновения к себе. Он сжимал руки на тонкой талии омеги, быстро позволив себе забраться под футболку, чтобы напрямую ощутить чужое тепло. В перерывах между поцелуями шептал что-то, что Чонгук никак не мог понять, словно говорил на другом языке. Но было слишком приятно, чтобы обращать внимание. Альфы любят нашептывать всякое, чтобы добиться своего. Хотя Чонгук и так уже был возбужден. Тэхён так восхитительно правильно зажимал его между дверью и собой. Так нежно и жадно касался, что пол уходил из-под ног. Чон был уверен, что до сих пор стоит только благодаря альфе и опоре сзади себя в виде двери. Недолго думая, Чонгук крепче зацепился за крепкую шею и пока руки Тэхёна беззастенчиво сжимали его бёдра, повис на нём и скрестил ноги под поясницей, чувствуя возбуждение альфы и давя на него своим. Из обоих вырвался откровенный стон. Ким отстранился и сверкнул таким взглядом, что Чонгук почувствовал себя загнанным оленёнком. — Нам нельзя продолжать, — без лишних движений прохрипел Тэхён. Но дышал ровно, в отличии от захлебывающегося в ощущениях Чонгука. — Но если очень хочется, то можно? — не торопился сдаваться Чон. Ну уж нет. Всё происходящее, конечно, является самым необычным завершением вечера. Вернее, уже ночи. Но распалённый Чонгук не готов сейчас идти к себе. И уж тем более спать. Тэхён прикрыл на мгновение глаза, словно торговался сам с собой. Пальцы Чонгука, запутавшиеся в волосах альфы и мягко массирующие его затылок, мягкие губы омеги, блуждающие по скулам и шее. Тепло тела, горячее дыхание, пульс, бьющийся под кожей, одуряюще приятный запах. Всё это сводило с ума. Ким резко распахнул глаза, но из-за ракурса и приглушенного света они показались Чону белёсыми. Наверняка свет так преломился. Но даже в таком свете Тэхён был прекрасен. И Чонгук почувствовал себя таким же прекрасным, чувствуя чужое неподдельное восхищение всем телом. Оно выражалось в каждом взгляде, прикосновении и движении. Настойчиво потираясь об альфий стояк своим, Чон сдерживал стоны, пока на его шее расцветали алые следы от свежих засов. Чонгук обезумел, потому что каждый засос мерещился меткой. Вполне ощутимо сводил с ума. Но Чон не противился. И когда в нём задвигались сразу два прохладных длинных пальца, разрабатывая хорошо смазанные естественной смазкой самого Чонгука стенки, тот только и мог, что закатывать глаза и стонать от пробивающей приятной дрожью стимуляции чувствительного комка нервов. Было настолько хорошо, что Чон только по характерному влажному шлепку и непривычному чувству наполненности внутри себя понял, что его уже насадили на член и начали неторопливо трахать на весу, входя при этом восхитительно глубоко. Чонгуку показалось, что головка члена альфы бесцеремонно подпирала желудок. Физически это было невозможно, но ощущалось именно так. Чонгук вскрикивал почти от каждого грубого толчка, пока они не стали ускоряться и сознание не затуманилось окончательно. Тэхён был везде. Глубоко внутри и снаружи. Он бесконечно касался и не прекращал целовать, заставляя Чона задыхаться в удовольствии и обильно течь, пачкая ноги, пока остервенело натягивал на свой член. Тэхён кусался и держал так крепко, что завтра точно будут синяки. Даже нежным омежьим губам досталось неслабо, и сейчас они были опухшими и неестественно красными. Горели и покалывали после голодных поцелуев. В уголках глаз скопились слёзы, потому что ощущения захлестнули с головой. Чонгук висел безвольной тряпичной куклой, цепляясь и царапая чужие плечи. Его влажный от смазки член был тесно зажат между двумя телами и тёрся, скользя и пачкая предсеменем обоих. А Ким издевался. Выходил до самой головки и резко толкался внутрь до шлепка. Выбивая остатки кислорода и заставляя сорвать голос. Чонгук потерял счет времени, но из сил давно выбился, а по Тэхёну этого было незаметно. Окончательно обмякнув в чужих руках, Чонгук с всхлипом излился, разбрызгивая сперму до самой груди Кима и потерял связь с реальностью. Отключился всего на секунду. Но проснулся в своей постели в чистой сухой пижаме, когда за окном уже вовсю светило солнце. Чон подорвался с кровати, о чём сразу же пожалел. Поясницу прошибло болью. Замедлив движения, осторожно зашагал дальше, ужаснувшись своему помятому внешнему виду, наспех пригладил волосы и обошёл всю квартиру в поисках Тэхёна. Но того нигде не было. Чонгук обматерил себя. Потом обматерил Кима. Обошёл квартиру ещё раз и, убедившись, что каждая пылинка на месте, облегченно выдохнул. Вспомнив про телефон, Чон решил отчитаться перед начальником за предоставленный Тэхёну ночлег. Телефон, как назло, разрядился и окончательно вырубился. Так что его пришлось поискать, а потом ещё и подождать, пока подзарядится и включится. На экране мелькал целый список пропущенных и вереница гневных сообщений с самым разным текстом. От уточняющих вопросов до прямых угроз уволить. Мозг ещё не мог похвастаться полноценной работой, и Чонгук нехотя набрал номер, трезвонящий ему всё утро. Без предисловий и какой-либо вежливости яростный голос в трубке орал, и смысл слов доходил до Чонгука урывками, поэтому ему пришлось переспросить ещё раз, а затем ещё и ещё. Наконец, распознав последнюю фразу, Чонгук осел на пол, наплевав на любой дискомфорт и боль. В ушах эхом застряли слова: — Я скинул тебе не тот адрес. Ты должен был сам проверить, — конечно, даже в такой ситуации крайний именно Чон. — Кого ты встретил, Чонгук? — Он представился Ким Тэхёном, — не своим голосом ответил омега, как только смог по крупицам собрать себя с пола, не поднимаясь. — Ты ещё смеешься надо мной? — мужчина был в ярости и плевался ядом, но Чонгуку сейчас точно было не до смеха. — Нет, — еле слышно выдавил из себя Чонгук, пока кровь отливала от лица и всех органов. — Ким Тэхён в прошлом году погиб на той дороге. Ты разве не помнишь шумиху вокруг той аварии? — Чон не ответил, потому что к нему ещё не вернулась способность говорить или хотя бы дышать. Мужчина на том конце телефона вздохнул, поняв, что Чон не смеётся, и принялся объяснять. — Видимо, у кого-то паршивое чувство юмора. Какой-то парень решил подшутить и назвался чужим именем. Мне стоило написать тебе имя управляющего в сообщении, чтобы не произошло такого недоразумения… — голос в трубке успокоился и продолжал говорить, но Чонгук уже не слушал. Учился дышать и двигаться. Когда в трубке послышались гудки, Чон полез в интернет за информацией. Ему жизненно необходимо было узнать, что его обманули. Разве могли быть другие варианты? Перечитав несколько страниц статей, Чонгук всё-таки смог найти фотографию молодого мужчины по имени Ким Тэхён. Который смотрел с фото своим глубоким взглядом и улыбался очаровательной квадратной улыбкой.

***