Может быть по-другому

У Чимина от волнения сильно потели ладони, поэтому периодически приходилось их вытирать о пальто, а еще отросшая челка постоянно падала на глаза, что вызывало дискомфорт и раздражение. Глупо, наверное, так переживать из-за первого свидания, но Чимин ничего не мог с собой поделать. Слишком уж долго он ждал этого приглашения, и даже уже сам почти решился, но всё-таки давно нравившийся ему альфа, так мило краснея, пригласил его провести сегодняшний вечер вместе в кафе. Омега надеялся, что проведённое наедине время будет очень приятным и запоминающимся, потому что с Юнги они давно посматривали друг на друга, но никак не могли сделать шаг навстречу. Скорее всего, это было связано с тем, что они были коллегами, работали в одном офисе, правда, в разных отделах, и служебный роман будет сложно скрыть от коллег и руководства. Неизвестно, как к такому близкому общению отнесутся на работе. Об этом думал Чимин, одновременно стараясь подгадать, когда же Юнги пойдет на обед — по расписанию или, как иногда бывало, задержится на десять минут — чтобы, как бы невзначай, сесть с ним за один столик. Омега был счастлив, когда альфа всё-таки решился на приглашение. Он был уверен, что тому это далось нелегко. Юнги мало с кем общался из коллег, а близкой дружбы вообще не водил ни с одним человеком в их офисе, предпочитая чисто рабочие отношения. Даже их неловкое общение началось не по инициативе альфы, а только потому, что омега имел неосторожность наступить ему на ногу, когда они одновременно оказались около единственного на этаже автомата с кофе. Чимин тогда только взял в руки свой стакан с капучино и сделал шаг назад, тем самым припечатывая каблуком носок ботинка альфы, который, как оказалось, встал позади и ждал, пока чужой кофе наполнит пластиковый стаканчик. Омеге было до ужаса неловко, слава Богу, что он от неожиданности не расплескал на симпатичного альфу все содержимое своего стакана. Вышло бы очень по-дорамному. Но альфа тогда только улыбнулся и сказал, что ему совсем не больно. А Чимин тогда на пару мгновений потерялся в его цепких чёрных глазах и вот уже три месяца найти себя не может. Да и не хочет уже. — Чимин, прости, пожалуйста, — Юнги вынырнул из-за угла, переводя дух. Видимо, он бежал. Оно и не удивительно — опоздал на десять минут. — Моя кошка решила, что рубашка, в которой я решил пойти с тобой на свидание, недостаточно красивая, и поэтому она прошлась по ней грязными после лотка лапами. И мне срочно пришлось придумывать что-то новое. — Ничего страшного, — поспешил заверить Юнги Чимин. — Всякое бывает. А почему ты решил встретиться здесь? — Он ткнул пальцем в стеклянные двери торгового центра, у которого они стояли. — Понимаешь, кошка хорошо потопталась на моей парадной рубашке, — Юнги тяжело вздохнул и виновато посмотрел на омегу. — И теперь та годится только на тряпки. И мне срочно нужно купить новую, потому что завтра важная встреча по поводу заказа, который я веду уже пару недель. И нужно быть во всеоружии, даже внешне. Ты не против, если перед кафе мы зайдем в пару магазинов? Это будет быстро, я обещаю! — А, нет проблем, конечно, — Чимин широко улыбнулся. — Помочь тебе с выбором? — Ты меня балуешь, — Юнги заметно расслабился. — Мне и так неудобно, что приходится начинать наше первое свидание так. — Ерунда, — омега улыбнулся ещё шире. На самом деле, он испытал необычайный восторг от того, что он может помочь Юнги с выбором одежды. Хотя альфа и сам неплохо справлялся, но поучаствовать в его жизни и таким образом ему ужасно захотелось. — Пойдем? Не будем терять времени. — Да, конечно. Они провели в торговом центре не менее часа. Юнги придирчиво выбирал рубашку, отчего у Чимина складывалось впечатление, что он собирался носить её, не снимая, на протяжении минимум лет пятнадцати. Но эта особенность альфы к любому вопросу подходить тщательно его не смущала. Наоборот, непедантичный Чимин подобные черты характера воспринимал с восхищением, в тайне мечтая быть таким же, но одновременно понимая, что его выдержки на это вряд ли хватит. Он вообще любил создавать вокруг себя хаос, который, возможно, не будет понятен никому, но зато ему самому в нём будет очень комфортно. В конце концов, Юнги выбрал ту рубашку, которая понравилась Чимину, отчего омеге показалось, что он сделал это специально. Сам Юнги любил больше тёмные тона в одежде и ходил практически всегда в чёрном, но после того, как Чимин взял с вешалки бледно-голубую рубашку и робко предложил примерить, он не смог отказать. А потом ему даже понравилось до такой степени, что покупка была совершена. Но Юнги все-таки решил не отказывать себе и взял еще одну рубашку — чёрную. Они довольные вышли из магазина. Юнги заново завёл пластинку с извинениями, правда, теперь в его тираду прибавились слова благодарности за помощь в выборе рубашки, а Чимин уже устал заверять альфу в том, что всё в порядке и ему наоборот в радость помочь. — Юнги! Их разговор прервал резкий оклик. Он прозвучал неожиданно, и на них вихрем налетела какая-то невысокая женщина лет пятидесяти. Она порывисто стиснула опешившего Юнги в объятиях и, отступив на шаг, начала придирчиво его осматривать. — Вижу, что с тобой всё хорошо. Замечательно. Хотя, можно было бы и позвонить, узнать, как я себя чувствую. Или это уже не обязательно? — Здравствуй, мама, — проговорил еле слышно Юнги, даже не пытаясь обнять её в ответ. Чимин нахмурился. Что-то в этой встрече было не так. — Я уже поняла, что старшему сыну до меня и дела нет. Ничего не меняется с годами. Только Джунхо я нужна, больше никому! Кстати, ты знаешь, что Джунхо познакомился с девушкой? Такая хорошенькая, приходила недавно со мной знакомиться. Хотя, честно признаюсь, я не уверена, что вообще существует человек, который ему подходит. Посмотрим, что у них получится. Подозреваю, что их отношения не продлятся долго. Чимин не понимал ровным счётом ничего. Юнги молчал, замерев скалой по середине коридора торгового центра, а его мать тараторила что-то про какого-то Джунхо, хотя было понятно, что Юнги эта информация вообще не интересна. Но альфа смотрел на мать остекленевшим взглядом и не пытался её прервать. — Да,а ты знаешь, почему мы здесь? Я решила обновить Джунхо гардероб. Ходит в одном и том же. Нет, конечно, мы покупаем ему новые вещи, но он так не любит ходить по магазинам. Хотя, помнишь, в детстве как было? Из торгового центра не утащишь, пока игрушку ему не купишь! А как он всегда хотел такие же машинки, как у тебя. Так смешно! — Женщина рассмеялась, прикрывая рот рукой. Чимин перевёл взгляд на Юнги. Тот, похоже, и не слышал слов матери, смотря будто сквозь неё. Его тело было напряжено, а аромат его феромонов стал гуще. Чимину нравился аромат Юнги — мятный с примесью бергамота, но сейчас в воздухе отчётливо витали горьковатые нотки, которых ранее в его аромате не наблюдалось. — Джунхо сейчас подойдёт, отошёл в туалет. Он будет, наверное, рад тебя видеть, — с лица женщины сползла улыбка. — Хотя, я в этом не уверена. Кстати, он только устроился на новую работу. На прежней начальник совсем его задавил, вообще не давал возможности адекватно развиваться. Всё какие-то сроки, дедлайны — вот ещё выдумали новое слово! Какой-то кошмар. Эта женщина говорила что-то ещё, но Чимин её уже не слушал. Ему стало понятно, что срочно нужно уносить отсюда ноги. Но как, если Юнги стоит, как столб? Подумав пару мгновений, Чимин осторожно, чтобы не напугать альфу, взял его за руку. Юнги никак не отреагировал, продолжая смотреть на мать, которая, кажется, перешла уже к рассказу, как она утром готовила для Джунхо завтрак. — Аджума, здравствуйте, — громко проговорил Чимин, прерывая поток слов. Мать Юнги резко замолчала и в недоумении уставилась на омегу. Похоже, она только заметила, что с её сыном был кто-то ещё. — Извините, что вас прерываю, — Чимин поклонился ей и второй рукой вцепился в рукав пальто Юнги, чтобы хотя бы так оказать ему молчаливую поддержку. — Я очень рад с вами познакомиться. Меня зовут Чимин. Мама Юнги молча простояла несколько секунд, переваривая услышанное, а потом спохватилась, что всё это время разговаривали с ней. — Добрый вечер. Я сначала не заметила тебя. Ты — омега моего сына? Чимин на мгновение потерялся. Вообще-то, у них только первое свидание, и омегой Юнги его назвать было бы сложно. Он вопросительно посмотрел на альфу, но его взгляд был таким же стеклянным, как и несколькими минутами ранее, и смотрел он только вперёд, даже, видимо, не понимая, что происходит. И Юнги точно не был помощником сейчас. Придётся импровизировать. — Да, я его омега, — Чимин стиснул поплотнее в ладони пальцы альфы. На лице матери Юнги проступило недоумение. — Серьёзно? Чимину не понравился тон, которым она задала вопрос. Что за пренебрежение в голосе? И в чей огород камень? Это Юнги слишком хорош для него, или он для Юнги? Но разбираться кто для кого хорош омеге было не интересно. Ему поскорее хотелось сбежать из этого места и уйти от неприятного для себя диалога. — Более чем. Было приятно с вами познакомиться, а сейчас мы очень спешим. Извините. Юнги вам обязательно позвонит, — ещё раз поклонившись, Чимин решительно потянул за собой альфу, и уже было радостно от того, что тот покорно пошёл за ним, а не остался стоять по середине торгового центра. Вытащив, будто на буксире, несопротивляющегося альфу на улицу, Чимин огляделся. В соседнем здании располагалась небольшая кофейня, куда омега и направился, всё так же ведя за собой Юнги. Тот так и не промолвил ни одного слова, и это уже начало пугать омегу. Он понимал, что альфа никогда не был болтуном. Особенно часто об этом говорили коллеги, что альфа не многословен, что он предпочитает словам действия. Но в данной ситуации молчание начинало напрягать, потому что носило в себе совсем другие причины. Чимин сбросил с себя пальто и повесил его на вешалку, потом решительно стянул пальто с Юнги, который даже не попытался раздеться, и усадил альфу на стул. Заказав чай, Чимин опустился на диванчик напротив Юнги и, чуть помедлив, взял его ладонь в свою. — Всё хорошо? Идиотский вопрос, потому что было понятно, что точно ничего хорошего. Юнги всё с тем же стеклянным взглядом и онемевшими пальцами, которые Чимин начал поглаживать обеими руками, чтобы хотя бы немного расслабить, смотрел будто сквозь омегу. Но потом во взгляде альфы мелькнула искра осознания, он резко вздохнул и огляделся по сторонам. — П-прости, я что-то задумался, — Юнги устало потёр лоб. — Совсем выпал из реальности. — Ничего страшного, — Чимин ободряюще улыбнулся альфе, хотя в голове метались тысячи вопросов. Но он не смел их задать. — Я заказал чай. Ты не против? — Конечно, нет, — Юнги попытался улыбнуться омеге в ответ, но у него это вышло с трудом. Однако Чимин оценил эту попытку. — Сегодня что-то наше свидание идёт кувырком. И всё из-за меня. То рубашка эта, то вот ещё... — Он замолчал, опуская взгляд на свои колени. — Всё в порядке, Юнги-хён, — омега снова взял лежащую на столе руку альфы и сжал её. — Мы же можем остаток вечера провести так, как хотели изначально? — Да, естественно. Если ты не против, — Юнги виновато посмотрел на Чимина, на что тот рассмеялся и отрицательно помотал головой. — Спасибо, — альфа заметно расслабился, и улыбка на его лице уже не была натянутой, а вполне себе настоящей. Они провели остаток вечера за спокойным разговором о работе, коллегах и проектах, об увлечениях в музыке и фильмах, и Чимин уже практически забыл о том странном инциденте, который произошёл в торговом центре, но Юнги напомнил о нём сам. — Наверное, я должен тебе рассказать. Хотя и не хочется в это углубляться, — Они шли в сторону дома Чимина по набережной реки Хан. На улице уже давно стемнело и зажглись фонари. И хотя на набережной было много народу, всё равно чувствовалось какое-то умиротворение в этом скоплении. Ветер путался в их волосах, но был даже тёплым и приятным. И Чимину очень не хотелось заканчивать этот вечер. Но уже нужно было домой. — Как, наверное, ты понял, там, в торговом центре, мы встретили мою мать. — Подожди, хён, — омега прервал Юнги, останавливаясь и обращая на себя его внимание. — Если ты не хочешь рассказывать, то не нужно. Я не прошу у тебя объяснений. — Нет, Чимин. Я должен. И не только потому, что сегодня ты стал свидетелем нашей встречи, — альфу передёрнуло, — но ещё и потому, что я хочу с тобой серьёзные отношения. И ты должен понимать сразу, с каким человеком общаешься. Чимин замер. Он не ожидал таких признаний на первом свидании. Да, ему Юнги очень нравился, но на работе они общались не так уж и много, и сегодня их встреча продлилась всего около трёх часов, если считать с походом в магазин за рубашкой. Пока ещё рано обсуждать серьёзные отношения. Но, видимо, Юнги считал иначе. — И с кем же я общаюсь? Альфа глубоко вздохнул и прикрыл глаза. — Представляешь, никогда об этом никому не рассказывал. Видимо, настало время. Я — старший ребёнок в семье, у меня есть младший брат. Джунхо. Он родился, когда мне было пять. Сейчас я понимаю, что появился на свет тогда, когда родители были очень молоды. Им только по двадцать еле-еле исполнилось и, наверное, они не совсем были готовы к появлению ребёнка, — Юнги грустно улыбнулся и посмотрел на Чимина, который ловил каждое его слово. — Они относились ко мне хорошо, хотя и не баловали особо. Но я вроде бы ни в чём не нуждался. У меня было всё, но до рождения Джунхо, — Юнги перевёл взгляд с сосредоточенного лица Чимина на гладь воды реки Хан. — С его появлением моё детство закончилось. — Что ты имеешь ввиду? — Осторожно поинтересовался омега. — С того момента я перестал существовать для родителей. Меня и не замечали будто. Вроде бы есть и есть. Теперь всё внимание родителей перешло к младшему брату. Были только его интересы, только его желания, только его потребности. Раньше мама хотя бы изредка читала мне на ночь книги. Я очень любил эти вечера, когда она садилась с книгой около моей постели и под свет ночника читала мне что-нибудь, — Юнги грустно улыбался, а у Чимина сжималось сердце при виде такого уязвимого сейчас альфы. Он и подумать не мог, что в Юнги было столько боли. — Но как только родился Джунхо, я как ни просил её почитать мне что-нибудь, всегда слышал отказ. В принципе, мне стали отказывать практически во всём. Джунхо нужнее, Джунхо важнее, чем тебе, он же младший, а ты должен ему уступать. Я и не против был бы, если бы было всё по-справедливости, но нет же. Короче говоря, от меня стали отмахиваться, как от назойливого комара, — Юнги поморщился и снова посмотрел на Чимина, который нахмурился ему в ответ. — Я повзрослел очень рано. Я уже годам к семи понял, что меня не любят, мною больше не интересуются, у меня нет любящей семьи. И перестал что-то просить, о чём-то спрашивать. Был тенью, которую проще не замечать. А так действительно было лучше. К сожалению, из-за такой опеки родителей Джунхо рос капризным и избалованным, отношения у нас не сложились совсем. Он постоянно ябедничал на меня маме, если я делал что-то, что ему не нравилось. Кстати, к этому же разряду относились и мои игрушки, которые он решал присвоить себе. Помню, у меня был большой плюшевый медведь. Мне его подарили на день рождения бабушка с дедушкой, по-моему, мне тогда исполнилось десять. К тому моменту брату было лет пять. Он захотел отобрать у меня этого медведя. И не удивительно — большая и красивая игрушка, мечта любого ребёнка в те времена. А я не очень хотел делиться, — Юнги рассмеялся, но взгляд его всё равно оставался печальным. — Джунхо устроил истерику, даже катался по полу и неистово дрыгал ногами. Мне даже страшно стало в тот момент, что он себе что-то разобьёт. Но это был хорошо отыгранный спектакль, который привёл к ожидаемому результату — родители потребовали отдать медведя брату. Но я впервые в жизни упёрся. Раньше я не перечил особо, соглашался, отдавал свои игрушки, раскраски, книги, но здесь уже было дело принципа. — И чем всё закончилось? — Осторожно поинтересовался Чимин. — У нас тогда был скандал мирового масштаба. Но я твёрдо стоял на своём. Спасибо бабушке и дедушке — они поддержали меня. Ведь это был их подарок. В конце концов брату купили такого же медведя, но с того времени мне стало совсем несладко. Я попал в полное игнорирование со стороны мамы. Отец со мной изредка разговаривал, но он много работал, поэтому не часто мы пересекались дома. Он приходил домой буквально только переночевать. Поэтому домом заправляла мама. Но так как я покусился на самое дорогое — на её любимого сыночка, то жизни нормальной у меня быть уже никак не могло. — Идём, присядем, — Чимин осторожно взял Юнги за руку и потянул к ближайшей скамейке, с которой минутой ранее ушла влюблённая парочка. Они расположились на лавочке, и омега уже хотел разнять их руки, но альфа не дал этого сделать. Он наоборот взял и вторую ладошку Чимина, сжал своими и нахмурился. — Холодные совсем. Ты замёрз? — Нет, у меня всегда холодные руки, — попытался оправдаться Чимин, хотя, признаться честно, прохладный ветерок уже стал пробираться под воротник пальто. — Конечно, охотно верю, — проговорил Юнги, хотя его скептическое выражение лица говорило об обратном. — И тут я ещё со своими откровениями. Но я займу ещё совсем немного твоего времени, а потом вызову тебе такси. Хорошо? — Не переживай, хён. Всё в порядке, — Чимин для убедительности вцепился в пальцы Юнги. — Вот буду об твои руки греться. Они очень тёплые. — Я с удовольствием тебя согрею, — альфа рассмеялся и вправду полностью закрыл своими большими ладонями миниатюрные ладошки омеги. — Хотя, в принципе, мне больше и нечего рассказывать. В подробности вдаваться не хочу, да и не нужны они сейчас. — Как я понял, вы сейчас не общаетесь, — заметил Чимин, одновременно наслаждаясь теплотой рук Юнги. — Да, это так. Я в шестнадцать лет ушёл из дома, стал жить у друга. Его воспитывала бабушка, потому что родители погибли, когда он был совсем маленьким. Бабушка Ли была замечательной женщиной. Она, наверное, жалела меня, потому что я часто сидел у них до поздней ночи ещё до того, как окончательно решил уйти от родных. Именно она и предложила мне пожить у них до поступления в университет. Ну а друг разве был бы против? Он вообще был в восторге от этой идеи. Я сначала не соглашался, чего-то боялся, а потом подумал — меня и так игнорируют, неужели родители заметят моё отсутствие? — И как? Заметили? — Заметил брат, — Юнги задумчиво смотрел на воду, — точнее, увидел как я собирал вещи. Сказал маме. А я просто её оповестил, что поживу у друга. Она не была против. Пожала плечами только, мол, иди куда хочешь. Если бы я был более чувствительным, то меня бы это сильно подкосило, но я тогда только обрадовался. Бабушка Ли обещала накормить меня рисом и мясом, когда приду, и поэтому я сильно торопился, — Юнги перевёл взгляд на Чимина и рассмеялся. — Знаешь, мы не виделись с матерью много лет. И практически не общались. Я поздравлял её с днём рождения, отсылал курьером цветы, а она так ни разу меня и не поздравила в ответ хотя бы из вежливости. Чимину хотелось плакать от всего услышанного. Юнги был замечательным парнем, и в голове не укладывалась та история его жизни, которую он сейчас рассказывал. Он точно не заслужил такого отношения, но он не мог переделать своих родителей. И не мог заставить их полюбить себя, если его мать не была на это способна. Наверное, правильным решением было тогда уйти, но боль в любом случае ещё не утихла, хотя прошло уже достаточное количество времени. Но эта боль была у мальчика Юнги, а теперь он — взрослый мужчина. — Знаешь, я думал, что перерос эту обиду, — альфа развернулся всем корпусом к Чимину и всмотрелся ему в глаза. — Не думал, что так отреагирую на встречу с матерью. Не ожидал, что... — Прекрати, хён, — Чимин подался вперёд и обнял Юнги. — Ты был ребёнком, у которого забрали детство, и, естественно, это не может забыться в один миг. Да и десятков лет будет мало. И для меня важно то, что ты поделился со мной этим. Что доверился. — Я понимаю, что мои травмы могут иногда проявляться, поэтому хочу сразу тебя о них предупредить. Чимин почувствовал, как альфа обнимает его в ответ, как сжимаются его сильные руки на талии, и это было очень приятно. Конечно, мы все несём в себе различные травмы. Кому-то их нанесли родители, кому-то одноклассники, кому-то друзья или учителя в школе, но нужно научиться с ними жить и нужно обращаться к специалисту за помощью, чтобы не в одиночку бороться с проявлениями прошлого, а ещё нужно найти человека, который сможет протянуть руку помощи и дать надежду на то, что ты не один в этом мире, что тебя поддержат и поймут, но только стоит приложить немного усилий. И ещё нужно научиться просить о помощи, если она действительно необходима. Не сразу приходит понимание этого. — Уверен, что со всем можно справиться, — прошептал Чимин на ухо Юнги, осторожно запуская пальцы в его волосы. — Я бы очень хотел помочь тебе. Правда, у меня совсем нет опыта в таких вопросах, но мы же можем вместе попробовать вытащить тебя из этого? Юнги молчал, а Чимин невесомо поглаживал его по волосами, давая время на обдумывания своих слов. Они общались тет-а-тет всего три часа и, наверное, было рановато разбрасываться такими предложениями и обещаниями, но Чимину очень нравился Юнги. Напугала ли его эта история с матерью? На самом деле, нет. Омега понимал, что в жизни каждого человека есть что-то, что вызывало бы отрицательные эмоции и воспоминания. И он тоже не был исключением. У Юнги проблемы пошли ещё из детства, но во взрослой жизни они не проявлялись до сегодняшнего дня. Хотя Чимин и не мог с уверенностью этого утверждать, потому что те три месяца, что они с альфой общались на работе, не могли раскрыть его в полной мере, но, в любом случае, с такими травмами лучше справится квалифицированный психолог. И если Юнги будет нужна поддержка, то омега постарается ему её оказать. В любом случае и в любом виде. — Я не уверен, что имею право просить тебя об этом, Чимин, — тихо проговорил Юнги, отстраняясь и осторожно поглаживая своими тёплыми ладонями порозовевшие щёчки омеги. — Я сам предложил это, — заметил Чимин. — Знаю, но... Это непросто, — Юнги одной рукой обнял Чимина за плечи и прижал к своему тёплому боку, а второй опять сжал ладони омеги. — Спасибо, Чимин-и. — Ты пока можешь мне не отвечать, но моё предложение в силе. Подумай над этим, особенно, если верить твоим словам, ты хочешь со мной серьёзные отношения. — Хочу. Когда мы познакомились у нас в офисе, я подумал, что с этим омегой мне хотелось бы большего, чем просто дружить. Чимин улыбнулся и порадовался тому, что его лицо Юнги сейчас не может увидеть. Улыбка, скорее всего, была весьма глупая. Омега посмотрел на часы. — Мне уже пора. Встретимся завтра на работе? — Да, — Юнги спохватился. — Я сейчас вызову тебе такси. Пока альфа искал машину в приложении на телефоне, Чимин рассматривал его профиль в свете уличного фонаря и думал. Думал о том, что, скорее всего, с Юнги будет не так-то и просто, но перспективы этих сложностей совсем его не пугали. Почему-то в нём укоренилась уверенность, что с этим альфой ему по пути, а если они оба приложат усилия, то справятся со всеми сложностями. Такси подъехало через несколько минут. Прежде, чем усадить омегу на заднее сидение автомобиля, Юнги обнял его, а Чимин не сдержался и поцеловал альфу в щёку. — Доберёшься до дома — обязательно мне позвони, — проговорил Юнги, выпуская омегу из объятий. — Обязательно, — Чимин улыбнулся и, помахав на прощание, сел в машину. Изучая пейзаж за окном автомобиля, омега мысленно вернулся к сегодняшнему свиданию и их последнему перед расставанием разговору. Встать на путь восстановления душевного равновесия вместе с Юнги ему было не страшно. Оставалось надеяться на то, что альфа примет его помощь и поддержку. Но тогда им обоим придётся серьёзно поработать. И если их труды будут не напрасны, то Чимин был готов рискнуть, потому что чувствовал, что награда будет достойной.