Сокровище и пепел.

Пролог

      Огромная крылатая тень упала на морские волны, а вокруг тишина, казалось и ветер покинул его… Штиль и только пульс как по наковальне стучал в висках, отмеряя минуты. Он ищет, выслеживает давно потерянное сокровище. Опьянённый разлукой и горем, он не ступал на землю долгие годы, не ел и не спал, словно кондор он рассекал воздух и искал его. А сокровище будто испарилось, возможно затонуло и покоиться где то на дне непроглядных холодных вод. Он не знал, но готов был искать столько, сколько еще смогут его крылья. Он бороздил воздух над морями так долго, что люди из разных мест стали слагать легенды, о том, как убитое горем одноглазое чудище ищет давно утраченное, и когда найдет, то упадет замертво, а тело его окаменеет и станет скалой посреди моря, волны будут петь ему колыбельную а для моряков он станет ориентиром…

***

      Ветер весело трепал разноцветные флажки что украшали улицы города, народ бросал в реку белые лепестки, а вода уносила их в пролив откуда они белым плотным полотном уплывали в море. Сегодня в Тернии праздник, каждый год в городе так встречали начало лета. Менестрели развлекали зевак, в проулках на мостовой пахло карамельными яблоками и пряностями. Детки запускали белоснежных воздушных змеев а в лавочках вдоль улиц, продавали тематические праздничные сладости и побрякушки. Тернии довольно обширный портовый город, находящийся у самого побережья. Ряды аккуратных домиков, крыши которых были украшены красной черепицей, а улицы устелены причудливо узорчатой брусчаткой, что в особо теплые дни раскалялась на солнце и грела ступни горожан. Город считался торговым, благодаря обилию садов тут промышляли виноделием, рыночные лавочки ломились от товаров, а глаза покупателей разбегались от разнообразия. В дали от центральных улиц, в садах, молодой парнишка помогал сёстрам собирать цветы с деревьев. Держа над головой большую корзину, он неуклюже переминался с ноги на ногу, пока одна из девочек хихикая, закидывала в корзину лепестки. Цветки яблони, что запутались в его черных как смоль волосах, выглядели так естественно, будто находились там всегда. - Ливи, ради древних, аккуратнее. Давай спускайся, внизу тоже полно цветов! Сокрушался парень, глядя из под корзины на верх, где словно белка по веткам прыгала его сестра. - Ты же знаешь что я давно не верю в трех древних, это всё сказки для малышей, Ликс. Вскинув одну бровь, мальчик опустил корзину на землю и пошел в сторону тропинки. Ливи была не сильно младше, но подобные манипуляции работали с ней как часы. - Стой, Стоп! Слезаю, всё, видишь слезаю! Ликс поворачивает назад, и с довольным видом находит глазами Рей, чтобы разделить с ней этот момент маленькой победы. Рей, их старшая сестра, сидела под самым деревом облокотившись на него спиной. Подле нее стояла ещё одна корзина с цветами, которые он медитативно насаживала на иглу и по очереди спускала по нитке к остальной гирлянде из цветов. Длинные темные волосы лезли в лицо, от чего девушка систематически убирала непослушные пряди за ухо, попутно морща пятнистый носик и сдвигая сердитые брови ниже к лисьим глазам, которые и выдавали в ней родство с оболтусами которые сейчас мило ссорились. Что собственно было не удивительно. Самая младшая и самая шустрая из них, Оливия, у домашних просто Ливи. Эта белка никому не давала покоя, ей кровь из носа нужно быть первой во всём. Если вдруг, брат полез на дерево, поглядеть есть там кто, высоко в гнезде, Ливи непременно нужно взобраться туда быстрее, даже несмотря на самое неудобное, по ее личному мнению, платье на свете. Потом она конечно же будет рассказывать всем, что в гнезде был детёныш мантикоры, попутно активно жестикулируя и теребя тот самый подол, самого неудобного платья на свете. Это можно было бы назвать синдромом беспокойных рук, думал про себя Ликс в очередной раз заметив это за младшей. Парня часто посещали подобные этой, занудные мысли, занудными их называла конечно белка, но это не меняло того факта что Ликс был книжным червём. Это определение брату, кстати, тоже придумала Ливи. Парнишка и правда по долгу пропадал за книгами, так как не особо вписывался не в один круг интересов сестричек. Он предпочитал проводить время наедине с собой, пока аккуратные ряды букв складывались в предложения унося его в удивительные миры вовлекая в сказочные сюжеты. Ещё Ликс всегда с упоением слушал рассказы про их дедушку, мореплаватель что был родом из далёкого Скариара, этот остров находится где-то за теплыми водами, мальчик видел его только на картах и с детства представлял его как сказочную страну. Мама говорила что во времена древних этот остров был колыбелью магии и именно там Древние подарили людям три великих дара. Сейчас он понимал что это просто красивая сказка, но тот кто продолжает искать в лесу фейские тропы, скорее всего будет питать надежду когда нибудь попасть на тот остров что бы увидеть там дракона.

***

      Вечером город затих, все разошлись по домам и улочки опустели оставив после себя горстки белых лепестков разбросанных по брусчатке. В окнах небольших домиков виднелся рыжеватый свет, а в доме на самом краю улицы, маленькая семья, казалось уже давно спит, естественно кроме ловца фэйри. Под самой крышей, в своей маленькой комнатке, Ликс читал. Помещение было крохотное и вмещало в себя только кровать да письменный стол подле не высокого книжного шкафчика. Но парень не жаловался, он любил этот тихий островок спокойствия в который с завидной регулярностью тащил разные «Сокровища». Ракушки и камушки с побережья, удивительной формы листочки и веточки, мелкая дребедень, по типу зелёной пуговицы, что он нашёл в проулке, или бусина, что отвалилась от маминого украшения. У чего-то он любил фактуру, например небольшая обтёсанная морем ветка, он по долгу рассматривал ее и размышлял о том как долго она плыла в море и откуда ее принесло к их берегам. Еще его поражали цвета и форма некоторых растений, которые он сушил меж страниц особенно любимых книг. Даже сегодня он принес домой сорвавшийся с растяжки флажок, что валялся у их дома и два цветка с яблони. Старая книга шуршала страницами под тонкими пальцами унося мальчика в удивительные миры и завораживающие истории о прошлом, прошлом которое населяли крылатые…

***

      Крылатые, это люди из древнего и сильного рода, которые жили у истоков времени и владели магией. Они понимали язык ветра - песнь моря - и шёпот пламени. Первый подарил им крылья, море укутало в чешую, а огонь наделил своей силой, подарив пламя. Так первые люди сложив три великих дара смогли обращаться драконами. По прошествии лет люди стали отделять свои дары и научились применять их в быту. Открыв для себя кремень и огниво - они утратили дар огня. Построив первый корабль - чешуя осыпалась с их плеч. А с первым построенным замком, что возвышался выше гор - крылья, великий подарок ветра, осел пеплом у их ног. Первобытное мощное колдовство природных духов не могло существовать вместе с прогрессом и иссякло. Но были и те, кто отказался менять свою драконью шкуру на какие то побрякушки. Их было мало но именно благодаря им дар трех духов передавался сквозь поколения… Шорох страниц и мечтательный вздох. Парень был очарован историями о древних, магии и драконах. Его будоражила одна только мысль о том, что где-то они до сих пор есть, и продолжают рассекать воздушные просторы паря над землёй. Лексу часто снилось то как он сам пролетает над морем, чувствуя силу своих крыльев и ощущая как пламя искриться где то в районе солнечного сплетения. С самого детства и до своих восемнадцати лет, ему снятся эти сны, потому он продолжает читать. Читать о чем то таком удивительном и далёком для него. Послышался тихий стук в дверь, после чего она аккуратно приоткрылась. - Еще не спишь, детёныш? Из-за двери показался такой же усыпанный веснушками носик. Невысокая женщина с длинными густыми волосами, собранными в тугую косу и самыми добрыми глазами на свете. Парень любил ее больше жизни, она была его лучшим другом. Когда он был маленьким она рассказывала ему самые интересные сказки, которым многие книги могут только позавидовать. Сейчас Ликс понимал, что тогда она придумывала их специально для него. Именно мама научила его читать, за что он благодарен ей по сей день. Эта женщина одна воспитывала трёх своих деток оберегая как волчица своих волчат. Не было ни разу, что бы она поверила какой-нибудь из соседок, что жаловалась на то что, «Ваш щенок вчера скрутил петли с моей калитки. Негодник! Я сама видела, он у вас весь чумазый ходит, позор какой». Но Лина, именно так звали их маму, знала что малыш чумазый из-за чернил, которые он опрокинул на себя с ее письменного стола в мастерской. Он пытался дотянутся до подсвечника. И чернила эти она самолично на протяжение полутора часов, пыталась оттереть с веснушчатой моськи довольного сына, держащего в руках подсвечник с интересным орнаментом, который так привлёк его внимание. Так что Лина могла быть сто процентов уверена в том, что сын не причастен к делу о поломке калитки старухи Мишэль. Потому что Ликс в первую очередь побежал бы хвастаться этим к маме. В их доме на первом этаже была большая комната в которой расположилась мамина мастерская, при входе в которую прямо на дверном косяке от самого пола красовались ростовые отметки ее деток. Последние из которых были подписаны как «Рей 21, Ликс 18, Ливи 14». Лина была весьма известным в Тернии архитектором, Ликс любил наблюдать за процессом ее работы. Широкий стол с множеством чертежей, стопки книг и вечно испачканные чернилами, мамины манжеты. Парень одарил ее теплой улыбкой когда она вошла в комнату и села на кровать на против него. - Сегодня я встретила Эрдана у рынка и он сказал что привёз новые книги в библиотеку, просил передать что отложил для тебя самые интересные.

***

      Араннис король Тернии, всегда был добр и миролюбив, мудрый правитель старался избегать конфликтов и берег жителей своих земель. Расцвет Тернии пришёлся как раз на время его правления, он наладил торговли с новыми территориями и возобновил рыболовный промысел. Это превратило Тернии в один из влиятельнейших городов региона. Но к сожалению, на протяжении уже многих лет, король был тяжело болен. Хворь медленно пожирала правителя, в последние годы к нему приплывали лекари из самого Скариара, но даже они не могли понять причину его недуга. И прямо после летнего праздника Араннис скончался, успев отправить письмо в котором он передает своё правлении единственному племяннику и законному наследнику родом со Скалистых островов…

***

      Ветер любовно трепал красные пряди волос седевшего у самой кармы парня. Он разместился на большой бочке, прижав одно колено к себе и уперев об него подбородок. Скучающим взглядом он изучал даль, ночное небо улыбалось ему серебренным месяцем и эта улыбка отражалась рябью в черных водах бескрайнего моря. Твое суток на корабле не пугали парня, он привык, он в море с пелёнок и будто даже кожа его уже пропитана солью. Всё бы не чего но скука. Джин просто не знал чем себя занять. В этот раз друзья не плывут с ними, как это обычно бывало, когда они отправляются на китовую охоту или рыбалку. В этот раз, это деловое мероприятии и вместо пары кораблей плывёт чуть ли не целый флот. Всё должно пройти быстро, эти формальности его мало волновали да и вообще не касались. Какое ему дело, что там за новый чин у его дяди, если бы отец не настоял вообще бы не поплыл в этот раз. Джин из рода скалистых, высокий и широкоплечий юноша с тяжёлым взглядом. Единственный ребенок в семье выросший на палубе, тому поспособствовал отец, именно он был капитаном судна что сейчас разрезало непокорные волны. Не смотря на довольно угрожающий вид, Джин был тем самым «цирком на корабле». Местный заводила среди морских псов, отец с удовольствием не брал бы этого черта в команду, но было одно но… Тучи сгущаются над кораблем, и ветер стал агрессивнее. Внутри парня будто током, прошелся первобытный импульс. - Грядет хорошая гроза, крылья бы размять. Прошептал Джин, подойдя к носу корабля. На палубе не кого не было, ночь и только он да луна. Парнишка почувствовал как порыв ветра ударил сильным толчком в спину. Упере́вшись руками о борт и тяжело выдохнув он рассмеялся, он словно почувствовал этот вызов и в висках пульсировало желание его принять! Кто-то внутри него, хотел принять этот вызов. Это было как наваждение, оно было сильнее, оно всегда выигрывало. - А к чёрту! Сбросив с плеч жилетку и пока быстрые пальцы пробегаются в низ по пуговицам рубахи, из-за спины доноситься ехидный до боли знакомый голос. - А куда это собрался наш Сын чайки ? Парень если твой отец узнает, от тебя мокрого места не останется. - Да знаю! Какого хрена ты тут забыл ?! Сегодня дежурю я. Опустив свои жёлтые глаза, в которых с каждой секундой затухал огонь, Джин потянулся за жилеткой и направляясь в трюм, нехотя застегивая пуговицы. - Ты не чего не видел, договорились ? Мужчина всё так же стоящий у носа корабля, растянул губы в лукавой улыбке, показывая ряд кривых зубов. Он протянул ладонь в сторону красноволосого. - Четыре золотых и я могила.

***

      По пути в каюту парень сокрушался в своих мыслях. Какого черта Рик, этот наглый хорек забыл на палубе посреди ночи. Неужели у этого ищейки так сильно развито чутьё, что он почуял едва уловимый шлейф зарождающейся магии, пока спал? И ведь не спросишь в лоб, хорек не когда не чего не рассказывает, разве только, не позвенеть перед его носом мешочком с монетами. Спать Джин не хотел совершенно, в ушах всё еще отбивал пульс а внутри носилась магия что не нашла сегодня выхода наружу. Лежа в койке он наблюдал, как на маленьком столике катается в ритм волн, прогоревший подсвечник. Мысли привели его к тому, что на завтра нужно придумать план по спасению из плена хорька своих четырех золотых. Все эти детские подставы и проказы, были обычным делом на корабле. Команда «Вестника» была семьёй и долгие путешествия сплотили их лучше любых родственных уз, а штиль и скука вылились в традицию устраивать всяческие розыгрыши. Знали бы вы какой однажды цирк творился на палубе, когда за шиворот одного из матросов закинули краба, хохот не обошел стороной даже капитана. Если вы думаете что корабельные псы, это просто матёрые и мрачные головорезы с дурацкими прозвищами, то вы сильно ошибаетесь. А пока красноволосый засыпал, он усиленно думал где бы завтра ему достать краба.

***

      Безумие. Это какое то безумие. Пожар и крики, пламя прыгает по крышам точно белка по еловым ветвям, от плотного дыма тяжело дышать, паника нарастает с каждой секундой. Ликс пожалел миллион раз о том, что отправился сегодня в центральную библиотеку. И теперь из-за кошмара что обрушился на улицы их города он не мог вернутся домой. В голове стайкой скворцов щебетали мысли о сестрах и маме. Черт как же он жалел что пошел в эту проклятую библиотеку! - Ликс! Какого черта ты тут?! Калеб увёз твою семью за сады подальше от города, я думал ты с ними! - Я.. Я.. Не.. Я в библ… Ликс не понимал казалось ни слова, из того что сказал ему мужчина. Паника плясала в его глазах а к горлу подступила тошнота. Эрдан не долго думая, схватил того за руку и потащил по проулкам в сторону их улицы. Но свет померк, а над их головами раздалось рычание, казалось из глубин самой преисподней. Черный дракон, приземлился на крышу дома в десяти метрах от них. Никогда в жизни Ликс не ассоциировал крылатых с чем то страшным. Они были его светлой сказочной мечтой, на ровне с рыцарями и героями, доблесть и честь, магия ради зрелища и огонь что бы согреться. Но крики, что доносились до него со всех сторон, дым что режет глаза и страх. Сейчас всё это было далеко от тех сказок что он читал. Сейчас просто хотелось закрыть глаза а открыв их обнаружить себя в свой постели после ночного кошмара. Гортанный, глубокий рык чудища над его головой, вывел его из забвения. И он обнаружил себя прижатым к стене Эрданом, он прикрывал его своим телом в узком проулке меж двух зданий. Из-за головы мужчины Ликс видел дракона. Так близко… Так как когда-то только мечтал…Так… Не так! Его когтистая лапа держалась за край крыши, кроша черепицу под собой. Из пасти валил дым, а огромные янтарные, мудрые глаза, что-то высматривали вдалеке. Он был так близко, что можно было бы сосчитать чешуйки на его шее, и то как костяные наросты похожие на рога, уходили к затылку где начинался красновато оранжевый гребень продолжающийся вдоль тела. Время будто остановилось. Парень не моргал и кажется даже забыл дышать, он был очарован опасностью которое несло в себе это существо. Весь тот ужас, что он нес на своих крыльях, вибрировал в воздухе, заполняя легкие вместо кислорода. Это было как, ступор жертвы перед броском хищника. Где-то с права происходит вспышка а за ней хлопок, звон в ушах заглушил крики с улиц. Дракон взлетает, обдавая всё пространство вокруг порывами ветра. Ликс смотрит ему в след и не слышит что кричит ему Эрдан. Мужчина трясет его за плечи и парень медленно переводит широко распахнутые глаза на него. Вместо слов, только мерзкий звон в ушах. Мужчина выглядывает из проулка а затем с силой толкает Ликса в сторону другой улицы, показывая рукой бежать.Так они сделал, несся по знакомым улицам, которые сейчас было не узнать. Это что кровь? Почему так много крови? Вся брусчатка до самого рынка окрашена красным. Краем глаза он различает вдалеке людей в одеждах терновой армии, что происходит? споткнувшись о кусок разбитой телеги он падает на колени, пачкая руки в зале и грязи. Словно ушат воды, на него обрушиваются звуки горящего города. Кто-то схватил его за воротник, как котёнка поднимая на ноги. Перед глазами оказался мужчина лет пятидесяти, серьги в ушах сразу выдали в нем Скалистого, а улыбка, показавшая ряд кривых зубов, обнажила его намерения. - Попался. Сказал человек, затем в одно движение накинул на голову парня мешок скрутив руки за спиной.

***

      Король Тернии был чист сердцем и любил своих людей так же как и они любили его. Вот только не кто не знал что граф Севелисс точил зуб на старика долгие годы. Не кто не знал, что его частые визиты к королю, всегда заканчивались порцией яда в чае правителя. И не кто не знал, что граф плевать хотел на королевского наследника из рода скалистых. Севелисс собрал тайный совет из местной знати, в котором они давно решили дальнейшую судьбу тернового королевства. Так что еще до смерти короля корона уже была у Севелисса, нужно было лишь немного подождать, когда яд сожрёт старика. Да и скалистый приемник их не сколько не пугал, «Что могут эти корабельные крысы, по их прибытию наша армия сразу покажет их место». Да но вот тайный совет графа не знал кто на самом деле приплывёт к их пристани, на черных парусах, неся с собой пламя и смерть.

***

      Корабли прибыли в Тернии, якоря на толстых железных цепях лежат на дне, пугая рыб холодом металла. Три человека уверенно ступают по деревянному помосту спускаясь на пристань, за ними следует небольшой отряд из десяти человек. Делегация в одеждах терновой армии встречает их с посланием Севелисса. На носу корабля, на большой бочке сидит парень, внимательно наблюдая за процессией. Медитативно наматывая на палец, прядь красных волос. Джину не нравиться, что эти якобы переговоры, слишком уж затянулись. С высоты палубы вдалеке, он замечает ровные отряды терновых, идущих к пристани. -Что за...? Внизу начинается потасовка. Ругань и лязг металла. Рхагар, отец Джина, командует своим людям спускаться с кораблей. На пристани разворачивается битва. Когда силы терновых начинают перевешивать за счёт количества, Джин видит как отец поднимает верх руку показывая два пальца, и найдя глазами сына он сгибает пальцы на манер когтей. Этот жест он узнает из тысячи, с этим жестом открывается клетка. - Меня два раза просить не надо… Ну полетели. Бормочет парень себе под нос и скидывает верхнюю одежду на палубу. Проходят минуты озаряемые дикими воплями. Треск костей и адская боль. Крики переходящие в глубокое гортанное рычание. Взмах крыльев срывает черные паруса, обрывая такелаж и фалы. На пристань падает огромная тень, заслоняя собой место битвы. И вот с корабля взлетает дракон…