Неординарный: часть 2. НЕОРДИНАРНЫЙ.

-Мне...Мне отнести тебя в ванную? - Чонгук затаил дыхание, выжидая, и Тэхён закивал активно, улыбаясь довольно: -Да, коняка. Только ты не смотри на меня, ладно? -Как скажешь, тигрёныш, - Чонгук притягивает омегу для очередного поцелуя, урча в него: теперь, когда он пометил Тэхёна своим, бета Чонгук не может смириться с тем, что эти пухлые и манящие губки, что так часто обиженно надуваются, будут просто так обветриваться без его поцелуев. Подтянув его повыше, Чон встаёт с дивана с лёгкой ношей, и несёт обнявшего его всеми конечностями Тэхёна в ванную, - Тэхёни? -Да-а, моя кобели-инушка? -Какой ужас, никогда так не называй, - Чонгук прыснул, поджав губы: какой он кобелина? С какой стороны? -Не могу обещать, - Омега мурлычет, ластясь к своему истинному, и тот добродушно похлопывает его по спинке легонько, опуская в ванну: -Тебя подождать? -Ага, если ...Если не сложно? - Тэхён прикусил губу, покраснев густо: он понимает, насколько сильно это теперь может напрягать Чона, который ни за что не признаетcя в неудобстве, - Если н... -Тэхёни, любимый, - Бета улыбается во все тридцать два, выдавая то, что крутилось у него на языке долгие месяцы, и видит, как застенчивая улыбка расцветает на личике, что раскраснелось, - Мне ничего не сложно для тебя. Может, ванну наберём, м? Я тебе сметанку принесу, будешь отмокать в пузырьках и лопать, как тебе? -Чонгук-ы-ы... - Розовенькие губы расползлись в довольной и мечтательной улыбке,а глаза котёнка загорелись огоньком, когда Тэхён приблизился, сцеловывая вкус сметаны с его губ, - Ты идеальный, знаешь? -Я не идеальный, любимый, я - бета, - Чон хмыкнул, вставив затычку в слив ванны, и включив воду, влив практически половину упаковки пенки. - Позовёшь, когда будешь спрятан под водичкой с пенкой, тигрёныш? Я буду ждать у двери. -Хорошо, - Ким смущённо отвёл взгляд, облизнувшись, и заёрзал на месте, - Топай, а то у меня тут прорыв...Водоканала. -Иду, Тэхёни. Иду, - Чонгук целует его вновь и вновь, мелкими, короткими поцелуями покрывая всё личико, что блестит от счастья и смущения, - Прости, я...Я так долго ждал, что не могу оторваться теперь... -Я...Я тебя потом поцелую, иди, коняка, - Тэхён хихикает, уворачиваясь, и бета выходит из комнаты, оставляя его наедине с собой. - Кошачьи комочки, как же я потёк, - Омега сдавленно пищит, стаскивая с себя насквозь промокшие трусики вместе с шортиками, и суёт их в стиральную машинку, опускаясь на дно ванны: впервые в жизни ему не страшно, ведь омега не видит воду. Всё гениальное-просто, когда ты живёшь с Чонгуком, как оказалось. - Можешь... Дверь открылась, впуская бету, который подошёл к ванне, протягивая Киму упаковку сметаны, и омега ухватился пальчиками за предплечье Чонгука: -Посиди рядом. Хочу целоваться. -Тэхёни... - Бета садится на пушистый коврик для ног, укладывая руки на бортик ванны, и улыбается счастливо, вдыхая сладкий аромат мускусной дыни, - Тэхёни, до чего же ты прекрасен... -Мой мурчашник не из лучших, - Ким надувает губки, цыкнув, и чмокает полюбившиеся губы истинного, отставив сметану в сторону: зачем, когда есть кое-что получше?- Но зато он весь твой, коняка. -Тэ, но почему я не чувствую своего...своего феромона? - Чонгук поправляет непослушные кудри любимого, заправляя одну за ухо, и тычет в аккуратный носик кончиком пальца, обмакнув его в пенку, когда омега хихикает, сморщив его: -У меня ген тигра, Чонгукки. Я- собственник по натуре. Ну, и ещё...у меня обалденные вкусовые сосочки. - "И не только вкусовые", подумал Чонгук, улыбнувшись ласково. -Но у меня его не было и до встречи с тобой, любимый, - Чон тянет это непонятливо, поёрзав на коврике, чтобы сесть удобней, и Тэхён хотел было податься вперёд, но вспомнил о своей маленькой особенности первого размера, краснея густо, и зарываясь в пенку поглубже, - Что такое, тигрёныш? -Это истинность, коняка. Природа просто не отдала тебя ни одному омеге, с которым ты хотел быть, чтобы сохранить для меня. Хоть один из них чувствовал твой вкус? -Никогда, - Чон хмурится, вроде как понимая, о чём речь, но мотает головой, - Я никогда не имел узла, Тэхёни. Я не альфа. -Ну и я не кукарача, знаешь ли, - Омега прыснул, поиграв торчащими плечиками, намекая на особенность строения своего тела, и бета сделал вид, что ничего не понимает, потупив взгляд: не говорить же, что подсматривал ещё несколько месяцев назад? Позорище-то какое. - Ой, брось, омеги не носят лифаков, как я. А своими лифаками я светил уже сто раз. Расслабься, Чонгук-ы-ы-ы, - Тэхён краснеет, растекаясь в улыбке, и придвигается поближе, шепча ему в губы, - Тебя не смущает это? -Меня это во...- Чонгук давится словом, облизнув пересохшие губы, и бросив взгляд на свою метку, -...схищает. -А то, что у меня никогда не встанет, тоже тебя восхищает, коняка? -Это не проблема, Тэхёни, - Тяжёлая рука оглаживает шею, вынуждая омегу прикрыть глаза и замурлыкать доверчиво, - Разве есть разница, если я тебя всего люблю? -Но я не смогу никогда до... -Тише, тигрёныш, - Бета усмехнулся, глядя на бортик ванны, через который плеснула вода, когда омега вытащил ладошку из облачка пенки, и ласково поцеловал хрупкую кисть, потираясь о неё щекой, - Не думай об этом. Если придёт- придёт, нет- не проблема. Ты от этого менее желанным не станешь. Может, пора вылезать,м? -Стой, я не наелся, - Тэхён облизывается довольно, перетягивая истинного через бортик, и для удобства приподнимается, оголяя совсем немного свою грудь. Зажмурившись, он стыдливо простонал в губы Чонгуку, который, ни разу не глянув вниз, подтолкнул облачко пенки поближе к нему, лизнув его нижнюю губу напоследок перед тем, как встать, и дойти до двери: -Давай, тигрёныш, я приготовлю тебе поесть. -Хочу минетик. -Чт...Что? - Чонгук остановился в дверях, разворачиваясь медленно, и столкнулся с невиннным взглядом кошачьего омежки, что хлопает ресничками, с пушистой пенкой на макушке, весь такой...Сладкий. Как кексик в сливках. - Что ты сказал, тигрёныш? -Омлетик сделаешь? - Тэхён облизывается, взмахнув ресничками, и тянется за полотенцем, оборачиваясь им и вылезая из ванны, переступив бесконечными ножками через бортик: кажется, Чонгук словил тахикардию от одного только вида его мокрых ног. Рыкнув властно, Чон разворачивается всем корпусом к Киму, что укутан в полотенце, и подходит в один широкий шаг вплотную, нависая над омегой и дыша ему куда-то в лоб: -Я сделаю. Я сделаю тебе и то, и другое, любимый. Иди сюда, нам не нужно это, - Чонгук стаскивает с пискнувшего омеги полотенце, швыряя его куда-то в угол, и, не опуская своего взгляда вниз, на ощупь достаёт со стеллажа махровый халат, разворачивая его, - Давай, Тэхён. Я так хочу сделать тебе...Омлет. Так и не терпится. -Ты какой-то странный, коняка, - Ким усмехается, влезая в рукава халата, и урча от удовольствия: Чонгук ни разу не глянул вниз, чтобы ему было комфортно. Чем не идеал? Взяв его за руку, он улыбнулся нежно, встав на носочки, чтобы поцеловать истинного, но Чонгук подхватил его, придерживая на подтянутую попку, чтобы тот оплёл его торс ножками, сцепив в крепкий замочек где-то на пояснице. Полы халата разошлись, оголяя молодое тело, и Тэхён залился густым румянцем, вгрызаясь в любимые губы, и поглаживая чувствительную шею Чонгука. - Хочу сделать тебе самый вкусный омлетик со сметанкой, Чонгукки, - Тэхён облизывает его губы, смачно причмокивая,и подмигивает Чону, который сжимает упругие половинки в руках, сощурившись: -Тэхёни, ты уверен, что хочешь омлет? -О да, коняка, более чем, - Омега заёрзал, хихикнув, и оплёл руками его шею, полизывая её с удовольствием, - Я бы не хотел от тебя отлипать никогда. Можно? -Нужно, детка, - Чонгук одной рукой поддерживает под ягодицами Кима, второй открывая холодильник и доставая яйца со сметаной. Включив плиту, он отвлёкся, целуя смазано в висок увлёкшегося вылизыванием метки Тэхёна, и омега мурлыкнул, кивая одобрительно. -Хочешь моего молочка? -В см... -Полижешь мне грудь? - Это выходит тихо, стыдливо, и Чонгук чувствует, как задыхается от услышанного, выключая плиту и стискивая в объятиях омегу: -Тэхёни, я...Я с удовольствием, но только если ты сам к этому готов. -Фас, Чонгукки, - Тэхён раздвигает ворот своего никчемного халатика, обнажая маленькую, аккуратную грудь, и рот Чона мгновенно наполняется вязкой слюной, которую не получается сглотнуть: только пустить на эти розовенькие, возбуждённо торчащие сосочки. Рыкнув гулко, он добивается мурашек, пробежавших по телу истинного, отчего крохотные золотистые волоски на груди встают дыбом, вынуждая Чонгука стиснуть челюсти, не разложив Тэхёна прямо на кухонном столе. -А ну идём на диван, - Чонгук говорит твёрдо, властно, пережимая ляжки омеги, расположившиеся удобно на его торсе, и доносит его до дивана, укладывая осторожно. Склонившись над грудью Тэхёна, Чонгук стянул медленно, глядя омеге в глаза, халат с его хрупких плеч, словно давая тому время на то, чтобы сбежать, но Тэхён лишь любуется им, взволнованно трепеща ресничками и переводя взгляд на грудь, словно раньше никогда не видел её. - Я могу покусать её немного, Тэхёни? -Делай с ней всё, что хочешь, - Ким сжимает в ладошках грудь до побеления костяшек, и выпускает её из захвата, оставляя соблазнительные следы от тонких пальцев на смуглой коже, и Чонгук хнычет разбито, послушно присасываясь к груди и начиная ласкать её языком. Рука, не сжимающая талию, поднимается вверх по животику омеги, и бета лёгкими движениями играет ногтем с соском, стараясь возбудить Тэхёна, у которого подрагивают пальчики. -Покусай, ладно? - Ким откидывает голову назад, стараясь позволить себе раствориться в ощущениях, чтобы хоть раз в жизни почувствовать, что такое возбуждение, и хнычет, когда Чонгук оставляет засосы на его груди, выцеловывая и вылизывая их после, словно извиняясь. Обречённый вздох Тэхёна возвращает бету на землю, и Чонгук отстраняется от груди, поднимаясь выше поцелуями, прокладывая путь к любимому личику, испещрённому родинками через шею, на которой останавливается ненадолго, подразнив клыками пульсирующую венку. -Всё хорошо, сладкий мой, - Чонгук пропускает руку под халат Тэхёна, обнимая того крепко за талию, и целует его красные щёчки, успокаивая, - Не бойся, всё хорошо... -Но у меня...- Губы капризно изгибаются, предвещая бурю, и Чонгук целует неспешно прикрытые глаза, сцеловав первую слезинку, что таки вырвалась из плена пушистых ресничек, - У меня не получается...Он не... -Я могу тронуть? - Чон дышит прямо ему в губы, опаляя их шёпотом, и омега краснеет, зажмурившись, и мотает головой: -Нет. Я пока боюсь, Чонгукки... Я п... -Всё, моя радость, всё...Не бойся, я не трону, если не хочешь, - Бета действительно не трогает его, не лезет ему под халат, наоборот- запахивает его, не глядя вниз, и целует расхныкавшегося от обиды на себя омегу, окружая его нужной заботой. - Вот та-ак, Тэхёни...Давай, любимый, давай просто пообнимаемся, м? - Чон мажет поцелуем по виску Тэхёна, улыбаясь в него, и Тэхён мяукает слабенько, разворачиваясь и облепляя его конечностями, прикрыв глазки, - Не беспокойся ни о чём, любимый, - Крепкие пальцы оглаживают спину, водя кругами по ней, и Тэхён кое-как расслабляется, мяукнув невнятно, - Не думай об этом, тигрёныш. У нас обязательно рано или поздно получится. Верь мне. -Но все врачи ск... -К чёрту врачей, - Чонгук вдыхает аромат волос истинного, вздохнув, и обнимает его покрепче, воркуя, - Если не могут они- сможем мы. Мы будем пробовать все самые натуральные продукты. -Это как? -Будем подбрасывать в твою мурчашную сметанушку грецкие орешки, котёныш, - Бета причёсывает непослушные локоны истинного, и тот кивает согласно, - Говорят, они неплохо работают в качестве афродизиака. -А если виа... -Да-а-аже не думай, кнопыш, - Тэхён хихикнул, услышав прозвище, и зарылся личиком в крепкую грудь, прикусив больно сосок, - Эй! Мне же... -У тебя чувствительные? - Глазки омеги поднялись на истинного, хитренько сверкнув, и Чонгук залился краской, отводя взгляд, - Ах вот оно что-о...- Тоненькие пальчики сжали между собой сосок Чонгука, и бета рвано выдохнул, случайно рыкнув, - Так тебе нравится... А если я... - Тэхён откладывает в сторону стеснение ненадолго, приложившись полными розовыми губками к соску, и всё ещё поглядывая на истинного, когда языком поиграл с соском, вырывая стон из губ Чонгука, что запрокинул голову, - Мне нравится, когда ты такой, коняка... - Тэхён усмехнулся, погладив его по груди, и отстранился, устремив взгляд в потолок, - А какие ещё есть...ну...способы? -М-м...Мы могли бы попробовать устрицы. Хочешь? -Давай, - Тэхён поглаживает пальчиками предплечье в татуировках, тихо шепча, - А ты уже с кем-то их...ну... -Нет, тигрёныш. Никогда, ни с одним омегой. -Тогда заказывай сейчас, - Омега пожимает плечиками, повернув голову в его сторону, и бета кивает, снимая с блокировки телефон. -Выглядит, честно говоря... -Я тебе так скажу, коняка, - Тэхён причмокнул манерно с отвращением, сглотнув слюнку,и ткнул пальцем в одну из устриц, которые они раскрыли, и переложили на общую тарелку, - Если бы я увидел такое со стояком, у меня бы он обвалился, как доллар в девяностых*. -Ну...- Чонгук почесал затылок, отодвигая стул, и помогая своему омеге сесть, поцеловав его в макушку, - Пробовать...Стоит? -Стоит, конечно, раз заебались их расколупывать, - Тэхён усмехнулся, очищая клычки, подготавливаясь, и склонился над устрицами, вдыхая. -Ну как? -Как...Как сопли кита в маринаде, - Тэхён глянул невинно на Чонгука, что прыснул, склонив голову, чтобы узнать, как пахнут сопли кита, и согласно кивнул: -Согласен. Пахнет не то чтобы вдохновляюще. Может, на вкус повезёт? -Давай смотреть, - Тэхён взял одну из устриц, полив её щедро лимонным соком, и выдохнул, отправив в рот одну. Омега выплюнул её с такой же скоростью, с какой Чон Чонгук в него влюбился: моментально и без размышлений, прямо на тарелку. -Ого, даже так, - Чон отправил в рот вторую устрицу, прикрыв глаза, и с отвращением дожевал, сглотнув тяжело, - Нет, Тэхёни, это гадость. Ты как? -Как глиста в обмороке, - Тэхён плюхнулся головой на стол, вытянув ручки, и похлопал ладошками по нему, вздыхая, и поворачивая голову, - Коняка, а может не надо больше, а? -Я тоже так думаю, тигрёныш, - Чонгук отправляет в мусорник всю порцию, выпивая залпом стакан воды, - Будто океан соплей втянул, блять. -Ага, - Тэхён тянется за водой, ополаскивая шумно горлышко и сплёвывая в раковину, когда Чонгук постукивает по столу: -Есть идея. -Вещай, - Омега лениво почёсывает смугленький животик около пирсинга, блестящего золотом, и отправляется на диван, падая лицом на подушку. -Будем мёд с тобой лопать. -З-зачем мёд? - Голова Тэхёна поднялась, смешно тряхнув кудряшками, и Чонгук ухмыльнулся, достав из холодильника мёд и сметану. Тэхён мёд никогда не ел, считая его самым невкусным, что придумано природой, а потому, этой несчастной банки хватило одному Чонгуку на полгода с лихвой. Но не сегодня. Смешав их в равном количестве, бета почесал подбородок, сощурив глаза, и добавил ещё три ложки мёда, размешав тщательно смесь. - Ты чего удумал, коняка? -Я тут подумал, - Чонгук хмурится, присаживаясь на диван рядом с омегой, и протягивая голодному Тэхёну смесь, которую тот начал есть, аппетитно чмокая губками, что липнут от сладости, - Как называется первый месяц молодожёнов, Котэша? -М-медовый месяц? - Тэхён говорит с набитым ртом, медленно поворачивая голову к истинному в осознании, и тот подмигивает ему, подавшись вперёд и облизнув его губы от остатков: -Именно, любимый. А знаешь, почему он так называется? -Чтобы...Жилось сладко? -О нет, котёнок. - Чонгук облизывается, погладив омегу, сведшего коленки вместе, по гладкой ляжке в шортиках, - Древние греки использовали медовый напиток для повышения либидо, Тэхёни, - Шёпот истинного змейкой просачивается в уши Тэхёна, и тот сглатывает ком тяжёлый, отправляя взволнованно в рот ещё одну ложку смеси, стукнув по белоснежным зубкам ложкой, - Мёд безумно хорош для репродуктивной системы, моя славная кошечка, - Чонгук прикусывает за шею дразняще, вырывая тихий писк из омеги, и Тэхён жмурится, чувствуя, как внизу живота урчит: еда опускается вниз по голодному пищеводу со скоростью света. - А знаешь, чем ещё полезен мёд? -Ч-чем? - Ким мяукает сдавленно, доедая подчистую всю смесь, и шумно отставляя куда-то на край журнального стола тарелку, когда Чонгук хищно рычит, клацнув зубами, и тянет его на себя, требуя полного послушания: -Мёд способствует возбуждению в брачную ночь, Тэхёни... - Рука Чона поглаживает по часовой стрелке животик омежки, что зарокотал утробно от удовольствия, и бета ставит крупный засос на его шее, шепча горячо, - Я хочу тебе отсосать, детка...Позволишь своему истинному сделать это? -Я... - Тэхён трепещет ресничками, хлопая ими часто-часто, и мотает головой, понимая, насколько горит внутри от одних только слов вроде бы ничего особенного не сказавшего Чонгука. Бета рычит в ожидании, когда Тэхён попискивает с трудом, - Я сам...Сам хочу...Сейчас...Тебе. -Ты уверен, что хочешь, тигрёныш? -Бета улыбается довольно, понимая, что раз омега не отступил, то что-то получается, сдвиг в стеснении определённо происходит, и Тэхён кивает, с трудом держа глазки открытыми от волнения, когда стягивает с себя халат, и отталкивает Чона вставая медленно и протягивая ему руку: -В сп...В спальне. Чонгук улыбнулся мягко, сдерживая свой пыл, и поднялся с дивана, подойдя к истинному, и поцеловав его сладкую шею, когда поднял его на руки с лёгкостью, обнимая за талию крепко, и шепча ему в губы на ходу: -Мы остановимся, как только ты сам попросишь, моя пчёлка. Моя пчёлка Тэтэ...* -Мне нравится, - Тэхён хихикнул, потираясь щёчкой о щеку Чона, и шёпотом сказал, - Вот бы ты меня так называл в следующей жизни...* -Я запомню, моя маленькая пчёлка, - Чонгук целует своего омегу, что оплёл худенькими ручками его шею, и укладывает его на постель, стягивая с себя домашние спортивки с боксерами, - Смотри на меня, Тэхёни, не жмурься так, - Бета посмеивается взволнованно, касаясь коленом согнутым бежевых простыней, и влезает на постель медленно, давая омеге привыкнуть к своему присутствию в ней, - Я весь твой, Тэхёни. -М-мой, - Тэхён открывает медленно глазки, и челюсть его раскрывается от шока, когда омега сглатывает, - Это...Мой?! -Тебе не нравится? - Чонгук смотрит с волнением, сглотнув: да, конечно, узла у него ник... -Да он огромный, коняка! - Глазки омеги заинтересованно скрещиваются на возбуждённом органе Чонгука, и он подползает на четвереньках к истинному, толкая его спиной на постель, - Можно я...Можно мне? -Делай, что тебе хотелось бы, чтобы я делал с твоим сейчас, любимый, - Чонгук поглаживает румяную щёчку истинного, который кивает медленно, облизнувшись, и хмурится: -Столько...Волос? -Так, Тэхёни. - Чонгук поджимает губы, прекрасно зная, что последует дальше, и оно превосходно следует: - Я хочу сделать тебе эпиляцию. Подожди тут, - Омега спрыгивает с постели, вильнув попкой, и Чонгук хнычет в потолок, пряча глаза в сгибе локтя: -Тэхёни, солнышко, ты серьёзно?! Вот сейчас? -А ты чего думал, кобелинушка, - Тэхён посмеивается, прищурив глазки, и облизываясь, - Что я тебя так просто оставлю? Нет уж, не до...мм-ммм....Ммм!!!- Тэхён тонет в требовательном поцелуе истинного, что притянул его обратно в постель, и Чонгук кусает его нижнюю губу, умоляюще глядя на любимого: -Один раз, любимый...Просто попробуй, вдруг тебе...Вдруг тебе так понравится... -Ты боишься во...о-ох... - Тэхён склоняет голову, рвано выдохнув, когда Чонгук сжимает его ягодицы в руках, раздвигая их, и кивает тихонько,- Л-ладно...Мне...Я не могу столько ждать... -Спасибо, - Чонгук целует его в носик, выдохнув с облегчением, и Тэхён опускается ниже, приподняв голую попку и взяв дрожащей рукой член, что истекает смазкой. Тёмные волосы смущают, но не так уж и сильно. Тэхёну на них прямо сейчас, когда он сжимает в ладошке твёрдый, пульсирующий член, откровенно наплевать: его взгляд скрещен лишь на естественной смазке, что вытекает из него без конца. Чонгук не торопит: бета лишь следит за тем, как реагирует на него истинный, и поглаживает его по рукам одобряюще, нахваливает шёпотом, не прерывая зрительного контакта. Первый широкий мазок Тэхёна вдоль его ствола отправляет Чонгука, похоже, в самый космос, возвращая тут же обратно на землю, в спальню истинного, где полные губы смыкаются вокруг головки, язычком поигрывая с уретрой на пробу. Вселенная Чонгука схлопнулась на томном взгляде омеги, что смотрит взглядом, покрытым пеленой, на него: тяжёлым возбуждением пригвождает Чонгука к месту без права выбора. Тэхён не тренировался на игрушках, которые купил: стыдно было, когда Чонгук в соседней комнате спит, в себя что-то вставлять. Тем более, когда знаешь, что купил это всё в основном ради блестяшек и мурчашника своего. Именно поэтому Тэхён не особо сильно спешит жадно запихивать в себя член, как порнозвезда, а медленно, тягуче посасывает головку, причмокивая влажно вокруг неё, и выпуская слюну, смешанную со смазкой, вниз, на тонкие пальчики, с которых белёсая смесь стекает прямо на жёсткие, тёмные волосы Чонгука, что рыкнул, простонав протяжно. Тэхён никуда не спешит, когда опускается личиком ниже, носиком зарываясь под основание члена, и втягивая в лёгкие аромат истинности: Чон Чонгук на вкус, как сметана,а Тэхён сейчас- максимально голодный омега, которому не хватало того,что он съел ранее. Фыркнув, Тэхён с благодарностью целует влажно и липко тяжёлые яйца беты, губами оттянув сморщенную кожицу, и поигрывает с ними язычком, медленно водя ладошкой вверх и вниз по возбуждению Чонгука. Он возвращается обратно, целуя головку неоднократно: нежно, с чувством, словно у него с ней роман. Чонгук от этого плавится, сдерживаясь от дикого желания толкнуться ему в рот. Омега мурлычет, принимая в себя немного больше, и распахивает широко глазки, опуская ладошку вниз, и отстраняясь от члена Чонгука, с которым его пухлые, саднящие губки связывают толстые нити слюны и смазки. -Он...Он стоит...Чонгукки, у меня...У меня стоит...На твою сметану... -Иди сюда, мой нежный, - Чонгук победным тоном рокочет, притягивая омегу повыше, чтобы тот оседлал его лицо, и Тэхён ёрзает от неудобства, получая лёгкий шлепок по попке упругой, - Не стесняйся меня. Я всего лишь сделаю то, что ты делал со мной, любимый. - Чонгук дожидается кивка омеги, втягивая в рот его достоинство, и рокочет довольно, пуская вибрации по всему телу омеги, что видит, похоже, звёздочки перед глазами, когда вплетает свои пальчики измазанные в выделениях, в его волосы: из его прекрасной попки течёт без остановки смазка, капая Чонгуку на шею, и пачкая её, помечая своим феромоном, и истинного ведёт от этого. Тэхён стонет громко, высоко, мяукнув напоследок, когда его ляжки начинает потряхивать от возбуждения, нового спектра ощущений, и сжимает волосы Чонгука, активно и сладко сосущего его член, шумно заглатывая его до основания и выпуская с чмоком развратным. Этих ощущений слишком много для Тэхёна, который кончает ему в рот, не успев предупредить, и Чонгук рычит удовлетворённо, сглатывая вокруг члена и сжимая его тесней, когда сминает округлые ягодицы, не опускаясь к заветному месту: Тэхён пока не позволял. Омега хнычет, пискнув, и Чонгук, успевший кончить от одних только его стонов сладких, помогает ему слезть с себя, бешено улыбаясь ему, весь перепачканный, и целуя его глубоко и нежно. Омега оплетает его всеми конечностями, мурлыкнув благодарно, и Чонгук обнимает его, оглаживая успокаивающе спинку, словно возвращает обратно на землю после оргазма: Тэхён всхлипнул чувствительно, мяукнув, и зарылся ему в шею, вылизывая её от себя же: -Чонгукки, это...Да ты же альфа, коняка... -Тшш, - Чонгук посмеивается, определённо точно понимая, что омега никогда раньше не был ни с одним альфой, - Как ты, тигрёныш? -Это было... - Омега сглатывает, поднимая глазки, заплаканные от счастья, и кивает ему, облизнувшись, - Это было так хорошо...Я хочу...Ещё раз. -Отдохни, малыш, - Чонгук целует его в макушку, выдыхая с облегчением,и любуясь потолком, с которого свисают ленточки, - У нас вся жизнь впереди. -Знаешь, чего я сейчас очень хочу, коняка? - Тэхён заигрывает с истинным, двумя пальчиками шагая по его груди до соска, и выкручивая его легонько, добиваясь сдержанного шипения: -Чего, мой сладкий? -Проэпилировать тебя. Пошли в душ, будем твои курчашники дёргать. -Тэхён? - Чонгук раскрывает широко глаза- галактики, умоляя о пощаде, и дико боясь воска, - Тэхёни, а мож... -Брыськой в душ, альфа, - Тэхён ладошкой сжимает его яйца, прожигая истинного взглядом: узла у него нет, но зато есть кое-какая особенность, которую Чонгук так и не узнал: если истинный чувствует твой вкус, ты- альфа. Просто рождён особенным, как и Ким Тэхён- неординарный омега, который возбудился от сладкого мёда и верных действий истинного. -Ты что, всё ещё обижен на меня? - Тэхён поглаживает по груди своего альфу, который мотает головой, раскладывая вещи по полкам, и Чонгук опускает взгляд вниз, видя невинно хлопающие реснички истинного, что переминается с ножки на ножку в самых невероятных розовых чулочках и трусиках в тон. Против такого попробуй попри со своими лобковыми волосами: кто угодно засмеёт. -Ты выдернул их так безжалостно. -Они так же безжалостно вырастут, но это решаемая проблема, кобелинушка, - Тэхён похлопывает по паху альфу, которому объяснил, наконец, его природу, добиваясь вразумительного "чего,блять?Как это альфа?!". - Хочу, чтобы ты полизал мне сегодня. -Идём, малыш, -Чонгук кивает, усмехнувшись ехидно, и подхватывает его под попкой, добиваясь писка счастливого, - Я тебе сейчас так отлижу, что век помнить будешь. И он выполнил своё обещание. Ким Тэхён в тот день стонал как никогда высоко, выгибаясь дугой на постели, и прижимаясь обратно под тяжёлой рукой Чонгука, что то и дело ложилась на его плоский живот. Чонгук хочет детей. Дико их хочет от этого неординарного омеги, а значит, они обязательно будут. Уж они найдут выход. Кто- то говорил Чонгуку, что помогает переливание крови, в которой содержится анис, но альфа лишь рыкнул, хлопнув по столу: ничьей крови в теле Тэхёна не будет, кроме его собственной. На этом точка. Они будут искать другой выход. -Тэхёни, это...Что? -Как что, я же обещал, что филе низкокалорийное приготовлю, коняка, - Тэхён хлопает ресничками, с гордостью пододвигая пальчиком весёлую тарелку с карасиками к истинному, что посмотрел на него, улыбаясь: -Оно...Чрезвычайно низкокалорийное, тигрёныш. -Можешь посолить для вкуса, если хочешь, - Ким причмокивает, доставая из морозильника свою порцию. -Могу я узнать, как называется этот шедевр? - Чонгук послушно отправляет ложку в рот, прихлёбывая этим дурацким филе: так уж завелось. Всё, что сготовит истинный, Чонгук примет на ура. -Филе воды в собственном соку, - Тэхён поигрывает бровками, подмигнув гордо напоследок, - Моё фирменное. Ничем не испортишь. -Тут спорить не стану, - Чон прыснул, отправляя ложку льда в рот: хорошо, что он приготовил филе без перца в этот раз. Воду льдом не испортишь, лучше есть молча. Тем более, Чонгук сегодня весь день на нервах, ему надо хоть как-то отвлечься. -Ты какой-то нервный, коняка, - Тэхён поглаживает его по любимой хлебной щёчке, улыбаясь взволнованно, - Что происходит? -Ничего, я...Я просто голоден был. Но твой суп... - Чонгук осёкся, отправив в рот ложку воды, - Прости, твоё филе...Очень помогает. -Я рад, - Омега мурлыкнул, почесав его подбородок, и отвернулся, набирая воду в чайник: готовить очередную порцию на завтра. Спасибо, что лето на дворе. - На обед курица будет. На воде пожарю. -Сваришь, ты хотел сказать, Тэхёни? -Я похож на идиота? - Омега обиженно дует губки, оборачиваясь, и Чонгук опускает голову, скрывая улыбку: -Жарить. Ты прав. А корочка будет? -Конечно будет, коняка. Я же знаю, как ты её любишь. -Опять пережаришь, да? - Чонгук усмехнулся, обнимая взглядом любимого стройного истинного, что пританцовывает у плиты в неизменных шортиках,и тот кивнул довольно: -Конечно, моя кобелинушка. Всё, как ты любишь. -Чего это ты лопаешь там, ночь на дворе. -А что? - Чонгук отправляет в рот порцию пюре, облизнувшись, и говорит с набитым ртом, как кролик, когда Тэхён встаёт у него над душой, скрестив ручки худенькие на груди: -Это ж то, что я на завтрак готовил тебе, коняка. -Ну так я на ночь позавтракал, - Чонгук шмыгает носом, сглотнув, и опуская ложку, когда омега цыкает, останавливая его: -Ты сегодня уже полпланеты сожрал, может, прекратишь, Чонгукки? - Тэхён отбирает тарелку у Чонгука, который тянется нервно за ней обратно, и альфа выдыхает, выпятив нижнюю губу капризно: -Отдай. Я успокаиваюсь. -Давай не врать друг другу, коняка. - Взгляд омеги мягко прошёлся по любимому торсу вверх до самых глаз альфы, - Мои кулинарные изыски могут успокоить только твой мурчашник после встречи с унитазом. Выкладывай, что стряслось? -Тэхёни, я... - Чонгук краснеет, стискивая кулаки, и жмурится, дрогнув губами. -Что такое? - Ким запереживал: это чувствуется в лёгкой горечи его дынного феромона, когда омега придвигается к истинному, поглаживая его по торсу успокаивающе, - Ну давай, Чонгукки, поделись со мной... -Я... - Чонгук тряхнул головой с готовностью, рыкнув на себя же, и Тэхён довольно заёрзал на диване: альфа снова в здании, это ему по душе. - Я недолго думал, и в общем... -Дай сюда кольцо, кобелинушка, - Омега облизывается, протягивая ладошку с готовностью, и Чонгук таращится на него, словно впервые видит: -Ты...И ты... -И я, и я, и даже мой мурчашник, Чонгукки. Давай, напяль его на меня уже, я задолбался ждать, - Тоненькие пальчики поиграли в воздухе, обозначая, куда вдевать кольцо, и Чонгук вытащил его из кармана, надевая на безымянный пальчик омеги, который фыркнул, - Вот, значит, как ты любишь меня? -А чт...Тэхёни, ты...Ты не согласен? - Глаза - галактики наполнились слезами, когда Чонгук разбито прошептал это одними губами, мысленно коря себя за то, что всё же оказался псовым, и Тэхён усмехнулся, похлопав его по накачанной ляжке: -Успокой мурчашник, коняка, ты напялил его на безымянный пальчик. Это всё равно, что не знать, как назвать любовь, знаешь? Чонгук выдохнул с облегчением, закрыв глаза, и взялся за сердце, успокаиваясь: -Тэхёни, нельзя же так...Пугать...Любимый, это...Это да? Тэхён молча снял кольцо с пальчика, надевая его на большой палец, и улыбнулся довольно, подавшись вперёд и чмокнув благодарно своего истинного: -Я буду его носить на большом, как моя любовь к тебе, и твой член во мне через пять минут, коняка. -Чт...- Чонгук непонятливо глянул на омегу, который опустил взгляд вниз многозначительно: -Ты любишь настольные игры, Чонгукки? -Д-да, - Альфа хмыкнул, улыбаясь счастливо, и зачесал прядку за ухо Тэхёна, что причмокнул, подмигнув ему, и встав с дивана, пересаживаясь на стол, на котором когда-то тот ему танцевал стриптиз: -Тогда сейчас я лягу на этот стол, и мы с тобой поиграем, Чон Чонгук. Альфа рыкнул, сползая вниз, на пол, и помог истинному стянуть с себя шортики, улыбаясь довольно: Тэхён сегодня в красненьких, с ленточками по сторонам. С ленточками, за которые он так давно мечтал дёрнуть, оголяя тело любимого, и делая его своим навсегда. -Наш медовый месяц начинается прямо сейчас, коняка, - Тэхён дотягивается до его лица, худенькими пальчиками поглаживая щеку любимого,и расставляет пошире ноги, приглашая, - Я весь твой. -Тэ...Тэхёни... - Чонгук дрожит всем телом, выбивая стоны из истинного, что жмётся к его груди, пальчиками уцепившись за плечи: Тэхён отказался стаскивать с себя белую кофточку из кашемира в их первый раз, называя это своим "свадебным нарядом", и Чонгук плавно, ритмично входит в него, держась за часть балки, что стоит перегородкой между кухонным островком и гостиной, прижав спинкой Тэхёна к ней: омега уговорил его заняться первым их сексом "неординарно", стонет сейчас от боли, смешанной с удовольствием, когда Чонгук планомерно таранит его, целуя в шею и шепча слова о любви. Худенькие ножки Тэхёна цепляются за его бёдра, то и дело соскальзывая, и Чонгук подтягивает их повыше одной рукой, слыша, как омега на нём мурлычет, переходя на сладкие стоны: -Ещё...Ещё, альфа...Ещё... Чонгук ставит на нём засос за засосом, выцеловывая и вылизывая шею, доводя до оргазма, и Тэхён сжимается на нём так тесно, что у альфы перед глазами на секунду мутнеет, когда истинный кончает на нём, сдавливая член в себе. Чонгук не выдерживает, кончая следом, и утыкается в шею довольного, вытраханного до последнего ноготка Тэхёна, который утробно мурлычет, полизывая его шею довольно, и шипя от ощущений внутри: -Не выходи... -И не думал, - Чонгук улыбается счастливо, соприкасаясь с его лбом своим, и оба посмеиваются тихо, с облегчением выдыхая, когда Чон переносит осторожно любимого на диван, продолжая благодарно целовать, и толкается в него непроизвольно ещё несколько раз, отчего Ким хитренько улыбается, садясь на него верхом, и выгибаясь дугой: -Я ещё не накатался, Чонгукки. Покатай меня ещё. Тэхён загорелся мечтой о детях вновь, пробуя всё: от практик моления перца до йоги, и даже трёхдневных медитаций на природе, куда Чонгук его возил каждую неделю. Однажды, Чонгук, вернувшийся из супермаркета, бросил на пол пакеты, вздохнув тяжело: -Тэхёни, милый, ты почему в рисе валяешься? -Не мешай, - Тэхён мурлыкнул, зарываясь в рис, высыпанный в огромный таз, голой попкой, - Если телефоны так чинят, то почему мою репродуктивную систему нельзя? В итоге всё, что они смогли сделать- согласиться на гормональную терапию, которая длилась почти два года, давая потихоньку результаты. По словам врачей, причина, по которой ранее она не работала на Тэхёне, заключалась лишь в том, что Чонгука не было рядом. Истинность толкала внутреннего омегу, подначивая его, и только рядом с Чонгуком Тэхёну было спокойно, безопасно, и максимально комфортно. Комфорт- внутренний, внешний, да любой, в принципе- главная составляющая лечения, вот оно и дало свои плоды наконец спустя долгие годы ожиданий. Иногда, всё, что нам надо для исцеления в жизни - комфорт. От человека, от атмосферы, от простого общения, при котором нашу неординарность принимают за самое невероятное чудо света, ради которого стоит жить, лишь бы только наблюдать за нами до конца своих дней. Иногда, комфорт- это просто принятие нас кем-то особенным, таким же особенным, как и мы сами, которого мы всегда будем видеть самым родным. Иногда, когда мы не можем найти комфорт в себе, мы находим его в ближнем человеке, который, по счастливому стечению обстоятельств, становится нашим истинным. Единственным, ради которого хочется жить. Единственным, которому хочется готовить отмоленный перец, или завязывать ленточки, чтобы истинный улыбнулся в тоскливый день. Иногда, счастье заключается в том, чтобы пробовать вместе устрицы впервые, не делая вид, что это деликатес, а признавая, что это - самые настоящие сопли кита в маринаде. Иногда счастье заключается в том, что мы осознаём, насколько сильно нам повезло с истинным, когда он укрывает нас собой, спасая от карниза, или жизненных невзгод. Иногда счастье заключается в том, чтобы стать друзьями с порога, а иногда- в том, что мы становимся одним целым с таким же неординарным человеком, как и мы сами.