Камнем по голове

Хочу немного рассказать о происходящем тут. Олег – обычный студент какой-то консерватории в Питере. День за днём друзья и знакомой находили его всё более странным и оторванным от жизни. Сначала он не выходил на связь пару дней, после начал активно говорить сам с собою, о чём тут и там приходили звонки в неотложку, пока его не забрали в участок после попытки спрыгнуть с разводного моста. Конечно, и раньше его личность нельзя было назвать абсолютно открытой общению, однако тогда Олег был просто замкнутым, но сейчас… Сейчас я иду забирать этого остолопа с участка. Живу я на окраине, а ехать аж до центра, лишний раз тратиться на езду – лишний раз быть без ужина. Путь был мне знаком, им я каждый день езжу от общаги до консерватории, мой товарищ же заключён неподалёку. Сначала дойти к остановке. Кругом серые, влажные здания, давящие своим единством, а позже уже из окон автобуса я наблюдаю схожую картину. Странно, но весь Петербург ужасно серый, вечно душе хочется больше красок, но погода и архитектура будто смеются надо мной. Ближе к центру последняя становится чуть живописнее, но с годами уже и она не приносит радости. На определённом моменте скука достигла своего апогея, и вот в руках уже верный спутник дней мой печальных – телефон, собственной персоной. Отвечаю на сообщения нескончаемых «друзей», читаю нескончаемые «полезные» каналы, рублюсь в какую-нибудь дешёвую мобильную игру, заточенную под донат, но в силу положения моего, донат я там приобрести не могу. Порой еда всё же ставится в приоритет. За подобным занятием я даже не заметил, как подошёл момент покидать этот чудный автобус. От вечной суеты улицы закрываюсь наушниками, иду упорно за товарищем. Почему я это делаю? Наверное, потому что знакомы с ним с пелёнок, всегда где я, там и он. В последнее время, повторюсь, он другой, но я постараюсь помочь ему. Шаг за шагом, квартал за кварталом участок становился всё ближе ко мне. Наконец, он сам появился в поле зрения. Через пять минут Олег уже был со мной. Выглядел он плохо: бледный, исхудавший, побитый во всех смыслах, волочился за мной, отрешённо глядя в пол. - Ну чё ты? – Резко обрываю я молчание. - Ну чё я. Запекли меня. Спасибо, что вытащил… - Ответил растерянно Олег, пошаркивая подошвами. – Ты сегодня ещё сильно занят? Дойдёшь со мной до общаги, хоть чаем угощу. - Да, наверное, почему бы нет. Снова повисло давящее молчание. Мы не спеша ступали по тёмному от недавнего дождя асфальту. Чёрные тучи немного рассеялись, обнажая обычный серый покров неба. Мир будто стал существовать в одном моменте, не было ничего до, не будет ничего после. Здесь единственным значимым движением было наше с Олегом. Молча мы дошли до общаги, но даже там всё стало казаться застывшим. Олег открыл свою комнату и сразу поставил небольшой электрический чайник разогреваться. Сам я сел на единственный стул в комнате и решил осмотреться. Серые обветшалые стены с отходящими обоями напоминали такой же серый вид за окном. Одна из двух кроватей, на которой сидел мой товарищ, имела наружность не столь опрятную, что, впрочем, не смущало его ни на микрон. Жёлтый свет одинокой лампочки мягко освещал пошарпанный за годы использования ламинат, на котором ютилась куча сора, не столь приятного глазу. В целом чувствовался тухловатый запах, непонятным образом, контрастировавшим с видом кипящего чайника. Олег повёл, разлил чай по чашкам, достал печенье более дешёвое, чем эконом-класс, и мы начали чаепитие. Когда было выпито две чашки чая и съедено полпачки олегова печенья, я, собравшись с духом, спросил: - А, всё же, почему? Что с тобой случилось, друг? Олег застыл с чашкой чая у губ, глянул на меня долгим бессмысленным взглядом, спустя секунду будто ожил и задумался. - Наверное, будет тяжеловато рассказывать о себе же в первом лице, так что позволь сделать это в третьем. - Произнёс уверенно товарищ. - Да без разницы…