Богиня неправильно поняла мои желания!

Пока Казар что-то бормотал себе под нос и зачем-то исцелял парня, жрица лихорадочно пыталась придумать варианты выхода из сложившейся ситуации. Увы, войти в состояние необходимое для истинной молитвы она просто не могла. На обычные молитвы никто из богов не отвечал. У блондинки уже начиналась истерика от осознания того, что ей сейчас предстоит увидеть и пережить, но тут Казар начал творить нечто неожиданное и весьма странное. Сначала он с очень сосредоточенным выражением лица пошёл в часть зала, находившуюся за пределами поля зрения жрицы. Причём, когда он проходил мимо, то один его глаз осматривал блондинку сверху вниз, а второй ровно смотрел в другую сторону. Выглядело это жутковато. Все трое рабов ожидали, что он сейчас вернётся с какими-то чудовищными инструментами для пыток, но вместо этого он принёс небольшой флакон с мутной бесцветной жидкостью и, протянув его рыжему, сказал: — Приказываю тебе выпить это. Парень подчинился. Пару минут, в течение которых напряжённые жрица и зверодевушка и довольный Казар наблюдали за реакцией, ничего не происходило. Потом вдруг парень вздрогнул, его глаза стали бегать туда-сюда, и блондинка с удивлением заметила у рыжего эрекцию. «Э?!» — подумала она. — Урда, приказываю тебе ублажить его рукой. А тебе, парень, приказываю не вырываться, — сказал Казар. «Э?! Э-э-э…» — потерялась жрица. Вдруг её как будто молотком стукнуло жуткое подозрение. «Нет-нет-нет-нет-нет, сука, Казар, ты не посмеешь» — подумала она. А зверодевушка тем временем занялась исполнением приказа. Она опустилась на колени перед рыжим и, взяв член парня в руку, принялась ритмично его дрочить. Трап издал совершенно девичий стон, покраснел, и выдавил из себя: — Ах… Н-не надо! — Всё ещё стыдится, и это после всего увиденного! Очень интересный экземпляр! Великолепно! — Казар вскинул руки вверх. Голос работорговца звучал абсолютно маниакально. Зверодевушка работала рукой пару минут. Рыжий в это время зажмурился и тихо постанывал, слегка дрожа, а оттенок его лица постепенно становился всё ближе и ближе к цвету волос парня. Когда стоны усилились, а выражение на лице паренька явно свидетельствовало об очень скорой кульминации, Казар поднял руку и резко сказал: — Урда, стой. Зверодевушка тут же остановилась, а парень, всё еще постанывая, тяжело задышал. Оргазма он не достиг, но был максимально близок. А вот жрице стало страшно. Ну то есть ещё страшнее, чем раньше. Учитывая специфическую женственную внешность паренька и слова Казара во время осмотра, блондинка боялась, что ублюдок-работорговец сейчас в качестве наказания сотворит что-то непоправимое — например, скажет, что рыжий не мужчина и член ему не нужен, и просто кастрирует несчастного подручными средствами. К счастью, ничего подобного не случилось. Казар повернулся к блондинке, всё ещё в неудобной позе, прикованной к столбу, и широко улыбнувшись, начал задвигать очередной пассаж: — Бихо, тебе, как и твоим друзьям, наверняка, очень интересно, что именно я придумал и почему отдал Урде такой странный приказ. Проходя посланное тобой испытание, избранная Ильдира, я испытал неописуемую, невероятную, невозможную и ни с чем не сравнимую боль. Но ещё, я, так же прикоснулся к божественному! Ведь Бог Ночи даёт своим испытывающим частичку себя, чтобы те испытывали простых смертных от его имени. И я соприкоснулся с этой частичкой! Я вознёсся и переродился, как феникс перерождается в пламени! И я понял, о, сколько же всего я понял… Я никогда не видел мир так ясно, как сейчас! Но сейчас не об этом, — Казар прокашлялся. «Он ебанулся. Он просто натурально сошёл с ума» — заключила жрица, наблюдая за совершенно неадекватной мимикой Казара. Пока работорговец говорил, его лицо хаотично меняло выражение, как будто он пытался изобразить максимальное количество эмоций за минимальное время. Какое-то время помолчав, Казар пригладил свои кучерявые светлые волосы, одёрнул одежду. Затем продолжил: — Так вот. Раз уж такая избранная, как ты, Бихо, требует особой рабской печати, значит и подхода к дрессировке тоже требует особого! Я был слеп, когда посмел думать иначе, но теперь я вижу… И, как представитель Кувейской знати, которому выпал уникальный шанс поработать с таким исключительным образцом, как ты, обязан применить всю свою фантазию и знания, чтобы сделать из тебя нечто совершенно особенное! И поэтому, всё то время, пока ты была в отключке, я придумывал, планировал и готовился! Я даже создал несколько специальных зелий и артефактов, которые помогут мне осуществить задуманное. Увы, ты слишком ценна, чтобы сразу опробовать на тебе все мои без преувеличения революционные идеи. Но к счастью, у меня есть парочка твоих друзей! — Казар с сияющим лицом обоими руками указал на рыжего паренька и зверодевушку, всё так же сидевшую на коленях, — Конечно, я бы хотел испытать все свои идеи на большем количестве материала, но увы, я не могу себе этого позволить прямо сейчас, а времени у меня в обрез. Везде шпионы, даже среди моих собственных людей кто-то наверняка сливает информацию этим ублюдкам Кабанери или даже Джа-Кайнам… Это вопрос времени, Бихо, когда они узнают о твоей ценности, и попытаются тебя украсть! Мерзавцы хотят сами преподнести тебя императорской семье или вообще использовать для себя! Можешь себе представить?! Так что я должен быть быстрее! Не отвлекаясь на всевозможные мелочи, я со всей ответственностью займусь подготовкой вас троих! Думаю, вас можно будет назвать рабами нового поколения! Даже более того, я могу с вашей помощью открыть новую эру в методиках дрессировки разумных! — глаза Казара безумно блестели, а сам он мелко дрожал. «Это финиш. Мало того, что я уже в руках работорговца-садиста, так теперь это съехавший с катушек работорговец-садист. Высокая удача, божественная защита, говорили они» — обречённо подумала жрица. Теперь уже можно не пытаться предположить, что ждёт их дальше, потому что логика сумасшедшего понятна ему одному. Казар же снова прокашлялся и, хлопнув в ладоши, сказал: — Так, отдых окончен. Урда, продолжай делать что делала. Зверодевушка вновь принялась дрочить член рыжего, а тот вновь принялся стонать своим тоненьким голоском. И вновь процесс был прерван Казаром когда парень почти кончил. Затем пауза и всё по новой. Это конечно было намного лучше, чем пытки, но жрице было отнюдь не весело смотреть на это форменное издевательство над парнишкой. — Чего ты добиваешься… хозяин? — не выдержав, спросила блондинка после очередногокруга. — О, ты увидишь, — улыбнулся Казар, — А пока, приказываю тебе молчать и смотреть! Жрица хотела выругаться, но не смогла сказать ни слова — новая печать надёжно держала её под контролем. «Сука» — злобно подумала блондинка. А процесс издевательства над рыжим продолжался. Зверодевушка дрочила ему, Казар останавливал её перед самым оргазмом, и после короткой паузы всё повторялось по новой. Спустя, наверное, десяток повторений (хотя никто из присутствующих, кроме Казара не считал, но по ощущениям жрицы было примерно столько), парнишка не выдержал: — Хватит! Пожалуйста! Не надо больше! Я не могу так! Остановитесь, хозяин, не приказывайте ей больше! — кричал рыжий, чуть ли не подпрыгивая на месте. Его лицо перестало быть пунцовым, и теперь было лишь слегка розоватым. — Хм… Нет, мы будем продолжать — ответил Казар. — Не надо, хозяин, пожалуйста! — Я здесь решаю, что надо, а что нет. Я запрещаю тебе просить меня прекратить. — У-у-у… — застонал парень. Процесс продолжился. После ещё нескольких повторов, рыжий снова не сдержался: — Хозян, пожалуйста… Хозяин… Пусть, пусть… Пожалуйста, не приказывайте ей останавливаться! — последнюю фразу паренёк выкрикнул зажмурившись, и жрица заметила, как его лицо снова краснеет. Казар расплылся в улыбке: — Вот значит, как… Ты ведь пытался мне не подчиняться, клялся, что убьёшь меня, а теперь ещё и просишь, а я даже не подверг тебя пыткам за это. И теперь ты ещё хочешь, чтобы я приказал твоей подруге дать тебе кончить? Ты не многовато себе позволяешь, раб? — Простите меня, хозяин! Я больше не буду! Я буду слушаться! — закричал рыжий. — Ты и раньше что-то такое говорил, вот только как оказалось это были пустые слова, — хмыкнул Казар. — Нет, я не вру, хозяин! Пожалуйста! Иначе я сойду с ума! — Ну… Нет, сумасшедшие рабы мне не нужны. Но и просто так тебе поверить я не могу. Впрочем, если в следующие пять раз не скажешь ни единого слова, я подумаю. Хотя нет, пять слишком мало. Десять. Урда, продолжай. Следующие полчаса парень как мог старался не проронить ни слова. Впрочем, в стонах он себе не отказывал. Звучало (да и выглядело, учитывая очень женственное личико рыжего) это на самом деле весьма эротично. В какой-то момент постоянные «охи» и «ахи» паренька и вовсе стали напоминать озвучку порноролика. Наконец, когда Казар в очередной раз остановил зверодевушку, то сказал: — Хорошо, ты справился. Но боюсь, этого недостаточно. — Хозяин, пожалуйста… Вы же обещали! — Я обещал, что подумаю, я подумал, и решил отказать тебе. Урда продолжит делать как раньше. — Хозяин, умоляю! — Нет, ты себя плохо вёл, и я не стану выполнять твои просьбы. Вот твоя хвостатая подруга всё это время меня слушалась, и в награду я бы мог сделать ей маленькое одолжение, но не тебе, это точно, — ухмыльнулся Казар. — Хозяин, пожалуйста, позвольте мне ублажить его, — тут же отреагировала зверодевушка. — Я сказал «маленькое одолжение», Урда, — фыркнул Казар, — ты просишь слишком много. Я бы мог согласиться, но мне нужны гарантии того, что парень будет меня слушаться. Не из-за приказов и запретов, это скучно и обыденно, а по собственной воле. — Я обещаю вам это, хозяин, — пробормотал рыжий. — Нет, твоим словам я не верю. Вот Урда меня ещё не обманывала, ей бы я поверил. — Я… могла бы… — вдруг заговорила зверодевушка, но запнулась на полуслове. — Хочешь поручиться за своего рыжего дружка? — с довольной улыбкой подсказал Казар. — Да, хозяин. — Отлично. В таком случае, Урда, ты должна теперь контролировать его послушание. И если рыжий ещё раз меня подведёт, я накажу тебя, а не его. Заметь, ты сама это предложила, — Казар аж светился от радости. Парнишка побледнел, осознавая, к чему привели его эгоистичные просьбы. — Что ж, Урда, в награду за твою похвальную инициативу, я согласен выполнить просьбу. Разрешаю тебе ублажить его. «Какой же ты всё-таки конченный мудак, Казар» — подумала жрица.