Зеркала

- 13 -

      Ладонь рассекала гладкую поверхность воды, скользила по ней. Затем она погружалась на дно, создавая толчок, движение. Раз гребок, два и ты уже на другой стороне чаши бассейна. Хлорка неприятно щиплет нос, но это скоро пройдёт.       В помещении очень высокий потолок, много пространства и воздуха. В больших окнах видно пасмурное небо и шершавые серые стены здания. Оно как бы загнуто, сложено под углом. В одной части бассейн, сауны, душ, а в другой более "сухие" виды досуга. Немного виден хвойный лес. Пара деревьев, что растут рядом. Они лениво раскачиваются, будто в трансе.       Отдохнув, Кристофер продолжил заплыв. Он уже и забыл, когда в последний раз приходил сюда. Обычно не хотелось. Представляешь, как будешь переодеваться, что тут холодная вода, потом всё сушить. Желание сразу отпадает, особенно в дождливые или морозные дни. Но сегодня Крис всё-таки заставил себя. Это было необходимо, чтобы избавиться от тяжёлых чувств и мыслей.       Доктора не было уже неделю, расстались они не очень. Вроде уехал по делам, но точно никто не скажет. Либо не знают, либо недостаточно у тебя прав, чтобы знать. Это и не важно. Всё равно Кристофер ещё злился. Лишь малая его часть ощущала невнятную скомканную тоску. Такую сложно понять умом, будто у неё нет никаких причин.       Крис проплыл ещё, туда обратно по двадцать пять метров. Всего сто. Он прибился к краю, чтобы поправить шапку, и заметил девушку. Та самая, с двумя хвостиками и вызывающим лёгкий ужас браслетом.       — Отдыхаешь? — игриво спросила девушка. — Ты же не забыл о нашем уговоре?       Кристофер откашлялся и кивнул.       — Ты случаем не знаешь, где твой врач?       — Что? — смутился Крис.       — Держишь меня за дурочку? Типа, не понимаешь, о чём я?       — Но я правда...       — Не вздумай дурить мне голову.       Девушка подняла руку с браслетом и щёлкнула пальцами. Вокруг запястья закружились крупные снежинки, а вода у края бассейна начала покрываться коркой льда.       — Спрашиваю ещё раз, где твой врач?       — Он не мой врач, — тихо ответил Крис, начиная догадываться, о ком речь.       — Да ну! Ты числишься у него как пациент, за которым он должен вести наблюдение. Так что ты должен знать, куда он делся.       — У меня нет доступа к этой информации. Можешь сама проверить.       — Хм, что-то я всё равно тебе не верю.       Девушка медленно зашагала вдоль бассейна, звонко цокая каблуками. Ледяная корка росла с каждым её шагом. Кристофер отплыл от края, нервно поглядывая на подкрадывающиеся морозные узоры. Поняв, что дамочка не остановится, он быстро поплыл к другому берегу. Чем активнее он плыл и удалялся, тем стремительнее замерзала вода.       До бортика оставалось несколько сантиметров, но лёд опередил Криса. Он покрыл собой всю поверхность, заставив инженера нырнуть поглубже и задержать дыхание. Сердце билось как сумасшедшее, голову неприятно сжимала шапка. Хотелось глотнуть воздуха после такой физической нагрузки, но лёд не поддавался. Крису не хватало мощи, чтобы ударить ещё. Он закрыл глаза, начал выпускать пузыри. Нутро неприятно сдавливалось. Из последних сил он попробовал пробить лёд головой и неожиданно для себя вынырнул наружу. Его тут же подхватил Фэйзел.       — Ты чего, утонуть решил?       Кристофер кое-как выполз на сушу и тут же закашлялся. Лёгкие жадно всасывали воздух.       — Ты как? — спросил Фэйзел, накидывая на товарища полотенце.       — Нормально, — прохрипел Крис. Он поднял голову и посмотрел на воду, она была гладкой, слегка волнистой. Никакого намёка на лёд. Девушки тоже не видно. Всё будто произошло во сне или фантазии. Слишком долго задерживал дыхание и вот как-то так коротнуло.       — Идём, на сегодня, наверное, хватит.       — Ты не видел здесь блондинку с хвостиками?       — Блондинку? Здесь никого не было, когда я пришёл.       Кристофер поднялся, повесив полотенце на плечо. Уже и правда не хотелось продолжать заплыв. На миг он задумался, как Фэйзел нашёл его, но быстро забросил эту мысль. Какая разница, главное пришёл.

###

      Каждый квадрат цветного стекла был прочно втиснут между других, погружён в цемент намертво. Его можно отковырять, если очень постараться, но сделать так с каждым нельзя. Это почти нереально, понадобится много времени и сил, дополнительные средства.       Кристофер думал об этом, пока сидел за столиком в столовой, удалось найти место с хорошим обзором. Чтобы весь узор считывался и можно было его зарисовать. Это уже третий рисунок и, к удивлению Кристофера, он отличался. Это сводило с ума, сама мысль, что на этой стене вчера была гордая пышная женщина с факелом, ведущая в светлое будущее науки и прогресса, а теперь двое математиков с инструментами, вычисляющих положение космических тел. По цветовой гамме мозаики не отличались, но сюжет всегда разный. Он не меняется каждый день, скорее через, однако никто об этом не помнит. Все искренне верят в свою версию, не зная, что она уже не актуальна.       — Что ты там рисуешь постоянно? — спросил Фэйзел. — Так весь обед остынет.       — Да так.       — Ты какой-то странный в последнее время. Всё нормально?       — Да, — сухо ответил Крис.       Чтение старых записей вызывало лёгкую головную боль, диссонанс. Они появились в тетрадке случайно, их писал кто-то другой. Но Кристофер уже знал в чём суть. Эти цветные квадраты пытаются его запутать, скрыть свою тайну.              — Зачем я это делаю... — задумался Крис. — И куда делся этот паршивец?       — Ты о ком? — зачавкал Фэйзел.       — Не важно.       Перед глазами промелькнули знакомые светлые хвостики. Знакомая девушка шла с коллегой и несла поднос, улыбалась и хихикала. Она бросила взгляд в сторону Криса, и по спине инженера пробежали мурашки. Даже если девушка его не видела, один её вид уже нагонял жути.       — Слушай, ты меня реально напрягаешь. Уже бледный весь. Может, расскажешь, что происходит?       Не желая задерживаться, Крис молча закрыл блокнот и взял поднос с почти нетронутой едой.       — Эй, ты чего, бросаешь меня?       Ответа Фэйзел не получил. Он подскочил, неохотно оставляя свой обед, и догнал товарища в проходе. Приобняв Кристофера за плечо, Фэйзел пристально посмотрел на него, ожидая объяснений:       — Что происходит?       — Ничего.       — Правда? Тогда почему ты ушёл? Увидел кого-то или что?              Тяжко вздохнув, Кристофер остановился. Уходить от ответа не имело смысла, Фэйзел достанет даже мёртвого.       — Там была одна девушка. Она меня пугает.       — Что? Девушка? — радостно удивился Фэйзел. — Она тебе нравится чтоль?       — Вовсе нет! — нервно возразил Крис.       — Так, а какая? Покажи! Помнится, утром ты тоже говорил про девушку, блондинку. Так, так. Вижу одну, — повернулся Фэйзел, вглядываясь в людей в столовой. — Вон та, с чёлкой?       — Нет.       — Или вон, с хвостиками? Довольно симпатичная. Это же она, да?              Кристофер промолчал.       — Офигеть, ты втюрился? — рассмеялся Фэйзел, слегка подпрыгивая. — Это же секретарша. Айви. Я видел её пару раз на ресепшене. Она миленькая.       — Пойдём отсюда.       — Да ладно, не смущайся. Я никому не расскажу. Кстати, у неё никого нет, кажется. Есть все шансы!       Кристофер предпочёл снова промолчать.

###

[SCP-11248 "В светлое будущее"]

[Класс: Евклид] [Уровень доступа: 2] [Известные названия: "Мозаика", "Наука зовёт", "Математики" ...] Особые условия содержания: SCP-11248 расположен на стене столовой Зоны-██ и не подлежит перемещению из-за неизвестной природы его фиксации. Объект не огорожен, так как его аномальные свойства не представляют непосредственной угрозы, а информация о нём остаётся крайне ограниченной. Доступ к столовой не ограничен, но персонал обязан избегать длительного наблюдения за SCP-11248 без защитных мер. Зарисовки или текстовые описания объекта, сделанные вручную, должны храниться в сейфе класса 2 и использоваться сотрудниками для защиты от аномального эффекта. Фотографирование SCP-11248 строго запрещено, так как фотографии маскируют изменения объекта, усиливая его воздействие. Любые изменения в поведении персонала, связанные с восприятием мозаики, должны быть задокументированы и переданы руководителю Рейгану Х., единственному сотруднику, подтвердившему аномалию. Описание: SCP-11248 — мозаичная панель размером приблизительно 6 метров в высоту и 15 метров в длину в зависимости от изображения, выполненная в стиле советского реализма 1970-х годов, расположенная на стене столовой Зоны-██. Состоит из керамических плиток различных цветов, формирующих изображения, которые меняются ежедневно в 00:00 по местному времени. Изображения включают, но не ограничиваются: гордую женщину в профиль, группу учёных в халатах, рабочих с инструментами, абстрактные геометрические узоры. Сотрудники Зоны-██, за исключением осведомлённых об аномалии, не замечают изменений и воспринимают мозаику как статичное изображение. Объект обладает меметическим эффектом, подавляющим восприятие изменений: наблюдатели считают, что мозаика остаётся неизменной, даже при явных отличиях в узорах. Фотографии объекта всегда соответствуют его текущему изображению, что делает фотодокументацию ненадёжной. Ручные зарисовки или текстовые описания защищают наблюдателя от эффекта, позволяя замечать изменения. Объект был обнаружен Рейганом Х. в ██ году после того, как девочка (возраст около 7 лет, дочь сотрудника Зоны-██) показала ему рисунок стены, на котором мозаика изображала "женщину с цветами", не совпадавший с текущим узором "учёные за столом". Рисунок подтвердил, что ребёнок зафиксировал иное состояние мозаики, что позволило выявить аномалию. Девочка и её семья подвергнуты амнезиации класса B; рисунок хранится в сейфе с описаниями объекта. О природе SCP-11248 известно мало из-за отсутствия данных о его происхождении и механизмах действия. Предполагается, что объект интегрирован в структуру стены, но попытки анализа (например, взятие образцов плиток) не проводились из-за риска активации неизвестных эффектов. Приложения: [Отчёт № ██ ] В ходе эксперимента ██.██.████ субъект класса D, не осведомлённый об аномалии, утверждал, что мозаика всегда изображала "рабочих с молотками", несмотря на архивные записи, подтверждающие смену изображений. После ознакомления с зарисовкой ребёнка, субъект начал замечать изменения, но испытывал лёгкую дезориентацию и головную боль. [Отчёт №███ от Р.Х.] По моим наблюдениям, объект не может изменять ваши рисунки. Если вы зарисуете его состояние или опишете, он не сможет изменить ваше восприятие. В случае с фотографией вам будет казаться, что вы смотрите на то, что есть в жизни. Как объект это делает мне не удалось понять. Так же я без понятия, каким образом вообще мозаика в столовой стала объектом. Я не люблю отдавать приказы, но убедить коллег провести исследование у меня не вышло. Они просто не верят в это. [Комментарий Р.Х.] "Эта мозаика — как ложь, которую никто не замечает, кроме ребёнка с карандашом. Девочка нарисовала правду, а я чуть не пропустил её. Теперь я храню её рисунок, чтобы не забыть, что Фонд слеп к тому, чего не хочет видеть."

###

      От холода венткамеры иногда вздрагиваешь, находиться здесь некомфортно, особенно в лёгкой одежде. Установки воют, жужжат и дуют тебе в шею из щелей своих металлических тел. Чем старше оборудование, тем меньше оно изолировано. Его вибрации ощущаешь отчётливее, стены входят в резонанс и трескаются. С них отваливается отсыревшая штукатурка.       Всюду пыль, ведь полы мыть не принято. Они всё равно потом будут грязными из-за обслуживания. Слив чёрной воды, осыпающаяся шуба с фильтров, прочие гадости. Из-за малого освещения не так заметно, можно не обращать внимания.       В этом есть некоторый парадокс: пыль летит обратно на очищенные приборы, засоряет их, выводит из строя. Приходит рабочий, чистит, скидывает на пол. Всё работает, а потом опять по кругу.       Кристофер предпочёл смириться с таким положением дел. В некоторых местах ещё было приемлемо, и он залёг в одном из них. Постелил мягкий кусок пеноплекса и свернулся клубком. Поджал колени, так теплее. Из-за навязчивой мысли о пугающей девушке, Крис не мог заснуть. Мастерская не казалась достаточно безопасным местом. Там стало ещё холоднее, и Кристофер не знал почему. Ещё немного, и он был готов отрезать себе ноги вовсе, лишь бы не ощущать невыносимую боль от того как их сводит теперь от мороза.              Под монотонные шумы, инженер положил голову на руку и закрыл глаза. Если подумать о приятном, то сон должен прийти быстрее. Однако, расслабить тело не получается из-за неудобной позы.       — Впервые вижу, чтобы кто-то спал в таком месте.       Услышав голос, Кристофер открыл глаза и замер. Он думал, что здесь его никто не найдёт, хотел в это верить. На миг показалось, что перед ним призрак доктора.       — Кажется, я видел где-то там крысу.       — Что?!       Кристофер резко подскочил и повернулся, но никого в темноте не увидел. Он снова посмотрел на доктора и задумался:       — Что вы здесь делаете?       — А вы?       — Не мог заснуть, — ответил инженер, немного расслабляясь.       — Машины поют вам колыбельные?       — Нет. Но… Как вы сюда попали? Эта зона только для рабочих. Исследователям или докторам сюда нельзя.       — Ну, — качнулся на носках Винсент, убирая руки в карманы халата. — Я знаю пару ходов. Здесь хорошо прятаться от коллег и... Просто хотел понять, чем вы живёте.       Крис слегка усмехнулся.       — И всё же, это не лучшее место для ночёвки.       — Вам то какое дело, где я ночую? Вас несколько дней не было. Сначала липли как лист, а потом исчезли. Где вы пропадали? Хотя, можете не отвечать.       — Скучали? — ехидно спросил Винсент.       — Пф.       Повисло неловкое молчание, которое Винсент решил нарушить первым:       — Мне нужно было уехать. Не думал, что вас это заботит. Вы ведь мне не доверяете.       Кристофер свесил ноги с установки и виновато опустил голову, вжимаясь пальцами в край железной рейки.       — Я не рассчитываю на прощение, но, как бы там ни было, я не могу оставить вас здесь. Спускайтесь.       Подойдя чуть ближе, Винсент протянул руки и повторил просьбу. Услышав тяжкий недовольный вздох, он подхватил спускающегося инженера и прижал к себе, чувствуя чужую дрожь.       — Если что-то беспокоит, со мной можно поделиться.       — Мне страшно, — признался Кристофер, обнимая Винсента. Близость показалась одновременно странной и приятной, почти знакомой. Будто наконец-то можно утолить некий голод. — Я не хочу возвращаться.       Винсент потёрся щекой о волосы инженера, слегка пахнущие известью. От долгого пребывания в помещении, он сам уже начинал чувствовать дискомфорт и холод.              — Идём со мной.       …       Оказавшись в кабинете учёных, Кристофер с интересом разглядывал обстановку. Все плакаты, бумаги, статуэтки казались необычными, словно он никогда ничего такого не видел. Запах документов, комфорт и некоторый уют. Крис мог только мечтать о чём-то похожем в мастерской. Даже свет здесь гораздо приятнее, чего уж говорить о наличии большого окна.       — Чаю или кофе? — предложил Винсент.       — Не надо, спасибо, — смущённо отказался Кристофер. Он сел на диван, а потом резко поднялся, вспоминая что одет в грязную форму.       — Что-то не так?       — Не хочу испачкать.       — На нём плед, ничего страшного.       Кристофер снова посмотрел на диван и удивился, что сам не заметил там тонкого пледа. Вероятно, виноват сероватый оттенок, сливающийся с основным цветом обивки. Сняв куртку, Крис опять сел.       — Так, что вас так пугает? — спросил Винсент, протягивая кружку горячего чая и усаживаясь рядом. — Должна быть весомая причина, чтобы спать в венткамере.       — Не стоило, — слабо улыбнулся Кристофер. — Спасибо.       Немного отпив, инженер расслабился от заполнившего его тепла и посмотрел на собеседника, ожидающего ответа. Светлые глаза смотрели с такой настойчивостью, что захотелось спрятаться от них в маленькой кружке.       — Ну, есть кое-что, что меня напрягает. В последнее время в мастерской слишком холодно и мне тяжело заснуть, хотя… Наверно это хорошо, ведь я на смене и не должен спать.       — Сон необходим в любом случае, чтобы не терять скорость реакции и энергию. Если вас клонит в сон, вы будете плохо работать, даже выпив много кофеина. Скорее, вас придётся потом откачивать, — пошутил Винсент. Он откинулся на спинку и повернулся к инженеру полубоком.       Кристофер тяжко вздохнул и сделал ещё пару глотков.       — Вы проверяли вентиляцию, отопление?       — Да, по технической части всё нормально и коллеги не жалуются. Им вполне тепло. Недавно мне показалось, что вода в бассейне покрылась льдом. Может, у меня какое-то расстройство?       — Я вижу только тревожность. Может быть, лёгкую депрессию, — пожал плечами Винсент, разглядывая собеседника.       — Наверное, усталость скопилась.       Допив остатки чая, Кристофер собирался встать и поставить чашку на стол, но Винсент ловким движением выхватил её из руки. Коснувшись плеча, доктор слегка толкнул его, заставляя Криса лечь. Голова стала тяжёлой, хотелось быстрее закрыть глаза.       — Ложитесь, всё будет хорошо.       Кристофер не стал сопротивляться. Нетерпеливо и неуклюже скинув обувь, он закинул ноги на диван и принял горизонтальное положение. Подушка в углу была маленькой, но Криса это устраивало. Свет стал приглушаться, пока не исчез совсем. Либо доктор его выключил, либо глаза закрылись и наступил мрак. В любом случае, Кристофер быстро уснул.