Пустыня волн

      Раньше я бывала той, кто ходил по Википедии и в захлёб читал коспиралогию. Я всегда была тем ещё любителем загадок и тайн. Так что с восторгом в сердце распутывать запутанные "клубки" и очень часто смотрела очень запутанные "try crime". Поэтому я основательно подходила к делу о своём перемещении.       И когда ко мне часть ответов приходила сама, я постаралась взять Рейджу в оборот, чтобы добиться ответов на самые важные гвоздики".       Рейджу сказал мне, что он мой старший брат, а я, собственно, Санджи, третья принцесса королевства Норт Блю — «Джерма 66». Что ж... Мне пришлось переваривать эту информацию очень тщательно.       Спрашивается, а что нового я получила из этого? Ни-че-го. Выразилась бы нецензурно, но тело противится неправильным словам. Меня током прошибало, и это ой, как неприятно. Складывалось впечатление, что та самая «Санджи» живая, противиться моему естеству, но вот только где? И как? Или это лишь плод моего воспалённого воображения?       Или это я всë-таки схожу с ума…       Во! Это более вероятно и правдиво.       Хотелось бы верить, однако же все ненормальные думали, что они нормальны-ненормальны и всё происходящее лишь плод последствий сверхъестественного.       Впрочем, любая информация помогала мне найти главный ответ. Как отсюда выбраться. Пока никак оно не помогало, но могло потом послужить хорошую службу, чтобы не сплоховать перед местными. Если они думают, что я их принцесса, зачем мне их злить и переубеждать? Мне сейчас лучше уйти живой, желательно невредимой, а после думать о случившимся конкретнее в безопасном месте.       Прошло ещё около трех дней, и в эти дни приходил "братец" Рейджу, понемногу рассказывая о себе, так сказать. Его совсем не смущало то, что говорит с "сестрой", которая потеряла память. Он даже сказал, что это даже к лучшему и некоторые воспоминания пусть и остаются потерянными.       Меня это смутило, говорило о насилии в семье, он ведь точно желал утаить что-то и не говорил конкретно, лишь образно. Стоило ли мне бояться ту семью? Скорее всего, весьма и весьма.       Если правильно понимала о местном положении дело, то я находилась в теле принцессы плавучего королевства «Джерма» в Норт Блю. А сам Норт Блю — это один из четырех морей в этом мире, моря разделялись лишь огромным океаном «Гранд Лайн» и единственным громадным материком, который опоясывал всю планету «Ред Лайн». Собственно, к последнему мы приближались, чтобы покорить Ист Блю — самое слабейшее из морей.       Такое у меня сразу укладываться в голове не стало, конечно же. Потому что… вы серьёзно?! Я, получается, не на своей родной Земле, а на какой-то другой планете, у которой тут полная жопа?!       Думать о том, что я находилась в другом мире получалось весьма плохо. Несмотря на мой небольшой опыт в расследованиях, всё узнанное поставило меня в тупик. Чтобы свыкнуться с этим, мне потребовался ещё один день, который я реально провела в позе эмбриона. Ни ела, ни пила, просто сидела и размышляла о бытие. Нет, серьезно, вот как такое возможно? Засыпать в своей кровати и в своём теле, а проснуться уже в другом в детском тельце и на полу.       Хорошо, что не мальчиком стала. Да, о братьях и сестрах я тоже мечтала когда-то иметь…       Так, стоп! Плюсов тут вообще нет! Мальчик, девочка — не важно! Я в чужом теле и в другой реальности! И не важно есть родные, нет родных — одна фраза описывает всю ситуацию: «Я в дерьме!». Даже не преувеличивала. Нет, я, конечно, понимала, что в находилась в каком-то теле, которое разительно отличалось от моего. Но всё же лелеяла надежду на то, что это тупо эксперимент по омолаживанию, и меня просто похитили и перекрасили. А цифра «3», чтоб её, это просто порядок человека, на котором ставили опыты.       Нет, ну, а что? Логически это может быть. Нечеловеческие эксперименты — это не ново.       Как человек, живущий в двадцать первом веке, такую теорию отрицать было бы кощунством. Сейчас же все на этом только и помешаны, особенно богатеи, что вкладываются в эту сферу очень усердно, и не удивительно, что это идея мне пришла в голову почти что первой. Да и фантастических фильмов насмотрелась вдоволь… А сколько опытов было в Первую и Вторую мировую...       Так, надо оставаться спокойной. Это же не конец света, в конце-то концов! Ха-ха. Всё поправимо, всё решаемо. Смириться с этим фактом всё же пришлось, иначе не смогла бы продвинуться к тому, чего мне нужно было — как вернуть всё назад. Тем более Рейджу…       А-а-а-а, боже, какое дурацкое имя! Кто так ребенка называет? Почему не назвать Реном или Робертом? Это было бы куда лучше. Ну, хотя бы их я понимала.       Брат мой — или санджин? — поведал мне историю о том, что Джерма очень технологичное и деспотичное Королевство, которое захватывало другие, чтобы получить желаемую территорию, а не оставаться на плавучем транспорте, пересекая Норт Блю вечно. Можно было бы спросить у Рейджу про телепортаторы или что-то в этом роде, но я пока повременила с этим. Себя раскрыть я не дам. Если Королевство достаточно развитое в технологиях, как сказал мне парень, то у них найдется выход из моей ситуации.       Вообще, это правильно то, что Джерма пытается захватить другие страны и королевства. Земли нет, значит надо завоевать. Логика проста, тем более средства есть, сила есть, технологии и армия. Пусть это неправильно немного с точки зрения морали, но если есть цель, то её добьются многими способами. Да и мораль у каждого своя. Так что в данном случае я одобрила эту идею. Хотя Рейджу на меня спокойно смотреть не стал, выразил своё недовольство и то, что я немного изменилась в плане мышления. Точнее Санджи, а не я. Неудивительно же, "я" память потеряла, не?       Но дело не в этом.       После этого он говорил вещи по факту, что есть, что было и так далее, уже не было того запала и особых чувств при рассказе. Будто парень что-то понял и пытался выяснить, но ответа не мог найти. Из-за чего был скуп и почти безэмоциональным. Возможно, из-за последнего спора у него могли возникнуть сомнения. От такого вывода у меня волосы вставали дыбом.       Вдруг он понял, что я вовсе не его сестра, а какая-то другая девушка, которая находится и притворяется его сестрой, и кинется на меня с криками, что я её убила, заняла её место? Наверняка вопросы будут, и куча. Но… я и сама толком не знаю. Да и страшно мне, даже очень. Этот парень — единственный, кто мне вообще может помочь и говорил хоть какую-то информацию! Терять его я не хотела, да и не намерена! Но я отставила панику и выжидала. Пока вор не пойман, к делу не привлечёшь.       Из всего того, что парень мне выдал, подходило только одно, что могло подойти к тому вопросу, на который я желала знать ответ больше всего на свете. Как я попала сюда.       И это было избиение сёстрами.       Да насилие в семье имел место быть, но чтоб... Честно, этот факт меня поразил до глубины души. Собственные сестры, казалось бы, родные люди, избивали Санджи постоянно. Из-за чего Санджи не могла терпеть, и что-то могло произойти такое, из-за чего появилась я. Это лишь теория, и проверить её толком не могла, но вот факт избиения, причем частого… Я поверить в это не могла. У меня ранее не было сестёр и братьев, но были люди, что были мне почти как родные, потому меня этот факт слегка… взбесил и встревожил.       Рейджу говорил, что это из-за того, что я якобы слабее их, вот они и вымещали на мне свою злость и презрение, а парень не мог этому воспротивиться, так как он бы тоже попал под раздачу не только от сестёр, но и от отца. И тогда в камерах сидела не только я, но и Рейджу тоже. А Санджи получала за то, что была слишком доброй, любила готовить и собиралась стать поваром, что для Королевской семьи считалось позором. Вот и отец её и не защищал, а отправил в темницу, а, чтобы не померла, отправлял солдат кормить. Ведь это всё еще была принцесса, которая могла потом ещё послужить королевству.       Если не усугубляться в и так краткую историю жизни Санджи, то можно привести к выводу, что за все девять лет своей жизни она страдала даже больше, чем я сама за два десятка лет. Не повезло с семьей девочке. Она её ненавидит в буквальном смысле, даже в каком-то смысле избавилась от неё. Не позавидуешь такому. И самое главное, что я в каком-то смысле и спасла девчонку! Заняла её место, ей дальше страдать не придется…       А вдруг мы просто поменялись телами? Вдруг я заняла её место, а она моё?       Вот от такого мне стало очень плохо. Если это окажется правдой, если только не будет теорией, то не только я в дерьме, но и она. Ей же всего девять! А находится в теле двадцатитрехлетней девушки, у которой полно долгов! Боже, если это так, то что вообще будет со мной и с ней?! У меня же там толком никого нет теперь, ей не на кого положиться, а я…       А я тут довольствуюсь её тюремной жизнью — тоже не сахар.       То чего страшилась я раньше, теперь воплотилось в жизнь. М-да.       Я резко встала с кровати и стала измерять камеру шагами, делая дыхательные упражнения и прижимая руку к сердцу. Так, паниковать нельзя. Всё хорошо. Я ещё не знаю: что правда, а что теория. Возможно, не всё так плохо, как кажется и как я себе надумала. Я всегда предпочитала сначала рассмотреть плохие варианты, а уже потом браться за остальные. Так что ещё не всё потеряно. У меня есть ещё шанс вернуться к себе в тело, к себе на Землю, в свой дом.       Наверное…       А пока надо поработать тут. Если и тут я налажаю, как у себя, то дело хорошим не обернется стопроцентно. Так что надо приложить усилия, чтобы всё выяснить. Задачка. Походила вдоль стен камеры и вдоль решетки ещё немного, чтобы размять мышцы. Всё же отлеживаться и постоянно сидеть не стоило, не усвоится нормально еда. Да тело нежное и пухлое, а от этого стоит избавляться. Так что надо заняться в первую очередь физической подготовкой.       Да и Рейджу что-то про это говорил сам. Сёстры, как я поняла, сильнее и всячески старались Санджи подловить где-нибудь непримечательном месте, чтобы избить. Так что, если они как-то прознали бы, что я тут, то точно избили снова, но на этот раз со смертельным исходом, а этого нельзя было допускать. Избежать любым конфликтов, в лучшем случае.       Время близилось к вечеру. Скоро должны подать ужин под ещё одни крики и стоны сверху. Это немного жутковато, походило на "романтичное" путешествие по катакомбам и заброшкам в играх, но если надевать беруши, которые я нашла в тумбочке с мелкими вещами, то их и не слышно. И всё же осадок оставался. К такому не привыкала, да и не привыкнешь, потому иногда вздрагивала от ужаса и от того, что нафантазировалв мой мозг. А это куда неприятней, чем реально могло бы быть. Особенно, когда у фантазии ограничений нет.       Вздохнула, обойдя камеру второй раз. Она не была уж такой большой. Села за свой столик, возле которого я положила книги по кулинарии. Теперь уже понятно, почему их так много, Санджи любила готовить и хотела многому научиться. И это единственное, что ей было дозволено. Это было очень похвально, у девочки было неплохое рвение. Но вот мне всё равно не понять её семью.       То отец, Король, не защищал свою дочь от насмешек, избиений от других же сестёр, то сами сёстры-стёрвы, видимо, которые любили покрушить, то братец, который что-то темнит. Странная семейка, где почти все её ненавидят. Странно, что темы матери мы ещё не зашли…       Кстати, где она? Она же… Не того? Умерла?.. Надеюсь, что нет. Или да.       Открыла ещё пару книжек, которые я иногда читала от скуки ради. Меня до сих пор до дрожи к коленях вводила эта… магия. Иначе это никак не назовешь. Перестановка символов, закорючек, палочек в нужные правильные слова. Будто дислексия у тела была, вот и сейчас я страдала… В хорошем плане. Читать это круто, не хотелось бы изучать то, чего мой мозг и так не поймал. Никогда не любила языки.       Тут послышались шаги. Я взбодрилась, думая, что вот наконец и ужин. Но я заметила какую-то странность. Не было слышно обычных стонов, криков сверху. Это немного настораживало. Что-то не так. Тем более шаги слишком быстрые, легкие и очень шумные. Будто кто-то бежал сюда, торопился.       Может, это Рейджу? Но тогда почему так рано?       Нет, это не он. Шагов больше, чем один. Я тут несколько дней и уже узнала, кто как ходит. Это… Это кто-то другой, и их много. Не знаю сколько, но меня это пугало. Кто захотел сюда прийти? Или по чьему-то приказу? Мыслей по этому поводу было много, и одна хуже других. Мне вообще не нравилось.       Когда кто-то нарушал порядок, чистое расписание того, что следовало, это выбивало из колеи. Нарушенный покой заставлял меня трястись от неизвестности, от тех мыслей, что посещали мою голову всё чаще и чаще, чем обычно это было, когда я была собой, в своем теле. Это ужасает, ведь что может случиться потом? Всё что угодно! От мала до велика. Из-за этого я всегда нервничала и постоянно что-то теребила в руках.       В этот раз моей жертвой стал обычный карандаш. Я его начала крутить в руке, потом и стучать по нему совсем тихо, чтобы никто не заметил. Меня напрягло ещё то, что те, кто шел, ко мне были очень шумными. Их голоса были такими звонкими, словно детские…        Это санджины сёстры?!       — Эй, зырьте! Это реально она! — прозвучал голосок, который раздался протяжным эхом по всему подземелью. Я мигом встала из-за стола и отошла подальше от решетки. Что-то внутри меня переворачивалось, туго связывалось обратно в тугим узелком, который только предсказывал нечто больше, чем просто насмешки.       — Ха! И вправду! — услышала его ещё один, совсем такой же. Одинаковые голоса…       Четверняшки же… Они все с одинаковыми голосами!       — Черт! Вы правы! — задорный голос стал ещё громче, а я отошла к стене своей камеры, с ужасом наблюдая, как те сёстры Санджи, про которых говорил Рейджу, приближались. И вот они появились во всей красе, выходя из темноты подземелья.       Сердце у меня упало.       Их было трое. Трое таких же с виду щуплых девчонок в платьицах, как у меня, разве что, у нас отличались цифры на платьях и их цвета. Самая правая, с цифрой два на синем платье, была очень довольна, она так и смеялась ядовито, как и улыбалась, показывая свои белоснежные зубы. У неё была причудливая прическа: большая часть светловолосой челки была завита в правую сторону, и все волосы также были уложены под челку. На лице были странные очки, почти такие же, как носят гонщики, когда шлемы не носят. Над глазами странная бровь, такая же спирально-закрученная, как у Рейджу. На шее имелся платочек или шарфик, стильно завязанный в правую сторону. Он был такого же синего цвета, как и платье. Девчушка то и дело склоняла голову вправо и насмешливо фыркала:       — Значит, ты не померла… — презрительно протянула именно она. — И отец просто так устроил весь этот фарс с похоронами! — немного с возмущенным тоном договорила она, ставя руки в бока и осматривая моё помещение, пока я находилась спиной к стене, будто именно они меня к ней прижали. Тело стало подрагивать, а мне самой становилось страшно.       Немного стала понимать Санджи, если эти трое нападут, у меня вряд ли есть шансы дать отпор. Вряд ли…       Черт! Вот же дерьмо! Почему они здесь?!       — Ну… отец хотел, чтобы эта ложь стала правдой, — ответила Двойке Единичка. Эта была девочка последняя, что прибежала к камере. Она держала в руках ключ и вертела им, словно побрякушку. Я сразу поняла, что это ключ от моей камеры, и… им нужна я. То есть, Санджи, но дело не становится лучше, если так думать.       Эта девочка также отличалась странной прической: одна часть челки закрывала правую часть лица, остальная частями были выстроены вверх, как лесенка. Она не имела очков, смотрела на меня с явным превосходством и хитро улыбалась, не так безумно, как Двойка. Над её левым глазом также имелась странно-закрученная в спираль бровь. На девочке тоже было платье, только красного цвета и с цифрой один, на шее был повязан элегантно маленьких шарфик багрового цвета.       — Тогда давайте порадуем папаню… — с радостной и веселой улыбкой и безумным блеском в глазах, ухватившись за прутья моей камеры двумя руками, протянула ещё одна девочка, что прибежала ко мне первая из всех. На ней было одето такое же платье только зеленого цвета с цифрой четыре, также был и салатовый шарфик. Её прическу было привычнее мне видеть, хотя всё равно было что-то не то: чёлки не было, все золотые волосы будто зализаны назад, закрученные сверху в некую спиральку. Так как её лицо было полностью открыто, то я могла видеть эти спиралевидные брови: они были у неё все закручены в левую сторону.       Это было странно, необычно и… чудно. Да, именно так. Разве такое вообще нормально? Впервые такие брови вижу. А… у меня они тоже есть? У тела Санджи те самые брови?..       И тут я поняла к чему были цифры на наших платьях. Возможно, это порядок старшинства. Единичка была, соответственно, рождена первой из четверняшек, потом Двойка, потом Санджи и уже потом Четверка. Так как у Рейджу на футболках постоянно была цифра ноль, то он старший в семье ребенок.       — Давайте сделаем так, чтобы она померла по-настоящему? — предложила как раз Четвёрка, из-за чего я испуганно икнула, ошарашенно смотря на неё и прижимая свою левую руку к груди, пытаясь угомонить бьющееся в тревоге сердце.       — А что? Ключик есть, а затея неплоха!.. — произнесла Двойка, также широко и безумно улыбаясь. Её глаз было не видно из-за очков, но могу дать тысячу, что у неё глаза как у сумасшедшего!       — Так чего мы ждем? — также улыбнулась, как и её сестра, Единичка, крутя на своем пальчике ключик. — Давайте так и сделаем! — остановила она его вращение, подкинув вверх, из-за чего он высоко сверкнул в воздухе из-за света светильников.       Сердце ухнуло, упало куда-то вниз, спрятавшись где-то в глубине организма, оставив меня наедине с кровожадными и безумными сестрами тела, которое мелко дрожало от всего. Мне стало страшно, эти трое собирались меня убить, убить собственную сестру просто за то, что она была слабая, помогала другим, готовила и была добра ко всем!       Что за мир такой?! Он что, сошел с ума?! Разве такое зверство одобряют?! И это девочки! Девочки, которые должны были потом стать прекрасными девушками, принцессами королевства! Но теперь они какие-то дикарки… Сумасшедшие, которые желали крови, кишков, убийства своей сестры! Это не нормально!       Что мне самой делать? Куда прятаться, когда меня загнали в угол? Когда монстры сами идут расправиться со своей жертвой. Что мне делать?..       Первой начала Четверка, которая и предложила саму идею умерщвления сестры по-настоящему. Она накинулась на меня с кулаками, накидываясь всем своим телом. Сначала я хотела защититься руками, но не успела, так как девочка была быстрой. Начала бить по туловищу, по ногам, а уже потом по рукам. К ней присоединилась Двойка. Они пинали меня, тело Санджи, прыгали иногда из-за чего из меня дух выбивали. А Единичка просто смотрела с самодовольной улыбкой, сложив свои «лапки» на груди, наслаждалась зрелищем.       Я пыталась укрыть самые важные органы руками, но по ним тут же беспощадно били. Били, не жалея сил, только набирая силу, скорость и мощь. Всё также выбивая из меня дух, заставляя меня харкать кровью. Голову не трогали, а зачем? На ней шлем, ничего не случится с ней.       Тело болело, но слабо подчиняясь мне, из-за возникшей слабости и боли повсюду. Мне становилось больно уже дышать, потому в срочном порядке перевернулась на спину. Я сама убежать или отойти не могла. Меня будто приковали к полу, не давая ничего сделать. Просто били сильнее, пиная по шлему, из-за чего я лишь чувствовала силовую отдачу от железной маски.       Они избивали Санджи и раньше, это чувствовалось. Избавили её так каждый раз, это тело болезненно так реагировало и старалось укрыться, даже не особо сопротивляясь. Это ведь её… мои сестры! Разве родные так делают? Они ведь… Ненавидят, презирают и потому бьют, издеваясь и получая удовольствие… Нет! Так не пойдет! Это ненормально! Я бездействовать не хочу!       Крепко стиснув зубы, не произнося ни единого стона боли, ни крика, ничего, я резко ухватила за ногу одной из девчонок и вонзила той карандаш, который каким-то чудом не выронила из рук. Карандаш вошел легко, я его недавно заточила, из раны начала течь яркая кровь. Девочка с цифрой четыре закричала, подхватывая ногу и скача на здоровой ноге по всей камере.       На этом я не остановилась, попыталась подняться, чтобы дать отпор другим, которые как раз набросились на меня, хотя некий шок отразился в глазу Единички. Что у меня есть? Сила? Нет. Ловкость? Уж точно нет. Ум и хитрость? Это больше подойдёт. У девчонок есть только сила, которую грубо использовали, а у меня ум, который я использовала против них же.       Их так просто не одолеть, а тело у меня слишком болело, чтобы драться до последнего. Я скорее в обморок упаду, чем смогу их победить. Потому воспользовавшись силой этих двух, постаралась уворачиваться, как могла, от их ударов, которые были очень быстрыми. Я уже под третий попала, но ухватившись за руку, не собираясь отпускать, я потянула на себя Двойку, и треснула ей своим шлемом, который меня и защищал. Всего несколько усилий, зато какой результат. Девочка откинута назад, а я встречаюсь с последней девчонкой.       Но тут на шею набрасывается Четверка, которая со слезами боли на глазах, пыталась меня задушить. Шлем или маска не защищали шею, так что это было моё слабое место. В меня тут же прилетел удар в живот, из-за чего ноги снова подкосились, и я была готова снова сдаться им на милость.       Ну уж нет! Я ещё не всё сделала в теле Санджи! Я обязательно должна что-то сделать, чтобы страдания Санджи за те годы не были напрасны! Им я морды хотя бы разцарапую!       В глаза начали появляться черные точки, воздуха не хватало, у Четверки были сильные руки, она сжимала очень сильно. И если всё оставить, как есть, то она мне шею сломает. Тем более всем телом навалилась, держала меня за руки, позволяя бить Единичке по всему моему… санджину телу.       Сжав кулаки, тут же их направила к лицу Четверке. Но всё безрезультатно, её лицо словно каменное. Только руки повредила. Но на этом не остановилась. Они — всего лишь дети, они умом не блещут. «Сила есть — ума не надо» — это про них говорится. Поэтому, схватив из последних сил руки самой Четверки, нагнулась изо всех сил вперед, будто кому-то кланялась, одновременно защищая себя от очередного удара Единички, который попал прямо по шлему.       Тушка Четверки была тяжелой для санджиного тела, но, когда всё зависит от тебя и время буквально было на исходе, можно и не такое сделать. Я подняла её тело, заставляя навалиться на себя полностью, и потом быстро побежать на Единичку и Двойку, которая встала и хотела присоединиться к бойне. Но, шлемом упираясь в тело своей сестры, больно ударяя ту, начала поддаваться вперёд, перекидывая тело Четверки на Единичку и Двойку.       Они отлетели от меня, а я отошла подальше. Тело дрожало, ног почти не чувствовала, как и рук, перед глазами всё расплывалось, но мне надо ещё немного продержаться. Уж лучше тогда упасть в обморок и не чувствовать поломанные кости и сломленное тело. Так уж будет проще…       Тут же началась шумиха: сестры-близнецы ругались, кряхтели, яростно смотрели на меня, что выставила окровавленные руки с кулаками вперед, а ноги по ширине плеч. Они бросали проклятья, вставая на ноги, но тут в камеру влетели солдаты, пришедшие наверняка на шум. Там был один, который нес мне поднос с едой на ужин.       Девочки хотели на меня накинуться, чтобы продолжить драку, но их перехватили солдаты, аргументируя всё тем, что если наш отец узнает, то им больше тренироваться не будет возможности, а также ходить одним без сопровождения. Сестры злились, сверлили взглядом меня, упавшую на пол от усталости и изнеможения. В их глазах читалась одно — они хотели отомстить. Желали реванша.       Хах, я смогла дать им отпор, что их и бесило больше всего. Да и Санджи так, наверное, почти никогда не делала, или делала, но всё заканчивалось тем, что избивали сильнее, а тут я: дала отпор и осталась не избита до конца. Да, их сама опозорила.       Но если бы не солдаты, то мне был бы каюк.       Тяжело дыша, я легла на такой холодный пол. Тело мгновенно потяжелело, дыхание было сбитым, а сердце и то, билось с двойной скоростью из-за адреналина в крови, который появился во время драки, всё болело и только набирало обороты, в глазах темные пятна увеличились, а надо мной склонилось несколько солдат. Все на одно лицо. Точно роботы!       Едва выжила, называется…       — Мы ещё вернемся! — многообещающе прошипела Четверка на руках у одного солдата с окровавленной ногой.       Что ж, этого и стоило ожидать. Эти маленькие бандиты так просто ничего не простят. А уж таких людей я знала. Мне остается только готовиться к их визиту, ждать этот день и снова попробовать дать отпор. Только в следующий раз мне точно не повезет, как сегодня. В этом я уверена.       — Ты всего лишь жалкая ошибка! — кричали мне сестры, которых насильно уводили от моей камеры. — Ты пожалеешь о том, что сделала!       Да, уже жалею. Ведь после этого будет только хуже, это точно. Но… Я буду к этому хотя бы готова. Морально…       Этих шумных детей увели, мне оставили ужин на моем столике, который едва не пострадал, а вот книги… Страницы некоторых были заляпаны кровью, некоторые порвались. Мне было их жалко, они стали жертвой того, как меня избивали и я пыталась дать отпор, потому попросила, насколько смогла говорить, взять книги и восстановить. Неважно, как они это сделают, пусть восстановят. Это книги Санджи, они ей наверняка были дороги, она, в конце концов, училась по ним, чтобы поваром стать.       Тишина в камере прерывалась скрежетом ключа о замок решетки и звуками удаляющихся шагов. Возле меня была оставлена аптечка. Так, меня лечить, походу, никто не будет и даже не собрались. Прикрыла глаза, они были слишком тяжелыми, тем более шлем давил на голову, из-за чего головные боли только усиливались.       Несколько раз руки и ноги нервно дергались без моей воли, я сама ими была не способна управлять в данный момент, это было почти нереально, учитывая, что, чтобы дать отпор, потребовалась вся сила, что у меня была. Двойка и Единичка выглядели так, словно их немного потрепали, Четверка тоже, но окровавленная нога говорили слегка об обратном.       Припомнят они всё. Да. Хах, к черту! Что-нибудь придумаю, сегодня выжила и славно. Хотя это странно звучит, и я впервые дралась с кем-то. Не думаю, что стоит считать тот момент, когда я выцарапала одной девчонке глаза и выдрала волосы за то, что пыталась моего парня охмурить, это так мелкая потасовка по сравнению с тем, что произошло сегодня.       Аж подвиг, можно считать, совершила!       — Ну ты даешь!.. — кто-то тяжко вздохнул совсем рядом. Открыла через силу глаза, уж очень они у меня слипались, так хотелось пойти в кровать и залечь спать… Но пол такой холодный! Он раны охлаждает… Повернула медленно голову к тому, кто это сказал, и это оказался хмурый Рейджу. Он не улыбался, он не говорил о том, хорошо или плохо я поступила с его сестрами, наверняка ж всё видел или слышал, он просто сидел на корточках и осматривал меня. И, видимо, пришел к неутешительному выводу: у меня ой какой плохой вид для свиданки. — Ты так обычно себя не вела, — подвел к своему итогу Рейджу, протягивая руку к аптечке, что стояла рядом со мной, и, открывая её, доставал нужные препараты и бинты. — Встань ко мне поближе, я залатаю тебя, воин, — насмешливо фыркнул он, делая ещё что-то с пробирками и маленькими звенящими бутылочками с разноцветными жидкостями.       Через силу подползла к решетке поближе. Даже облокотилась об неё, чтобы Рейджу было нормально. Мне было плевать на всё, хотелось прямо тут закрыть глаза и уснуть, но парень постоянно меня хлопал по плечам, которые болели намного больше, чем всё остальное, и щипал за щеки.       Всё тело после почти всех процедур щипало и чесалось. Знала я это, проходила не раз, но так ужасно чесалась спина! А руками достать ну, уж никак не могла! Блин, где моя чесалка спины? Или хотя бы ершик чистый дайте, спину почешу и отдам, чесслово!       — Просто для уточнения, — вдруг сказал Рейджу, перевязывая мне левую руку через прутья решетки. — Я не на твоей стороне.       Из-за его слов у меня даже сонливость пропала. Настолько были шокирующие слова. Повернулась к нему лицом, пытаясь хоть что-то поймать в его голубых глазах, которые следили за руками, что перебинтовывали мою окровавленную ладонь. Но ничего в них не нашла, его лицо было беспристрастно.       Неужели человеку, которому я решила довериться, мне совсем не друг?       — Я не хочу стать следующей целью их, — пояснил он мне. Значит, он слабее этих девчонок? Да ну, не может быть! Я воззрилась на него, отбирая свою руку и смотря прямо ему в глаза, не решаясь что-то говорить. Горло сильно болело из-за Четверки, что пыталась задушить меня. — Они стали могучими воинами, как мечтал отец, хотя очень хотел мальчишек… — начал говорить он мне, пытаясь всё пояснить, ибо для него я — его потерявшая память сестра. — Но при этом они лишились человечности, лишились чувств таких как сопереживание или сочувствие. Их моделирование тел повлияло на них очень сильно, оно также повлияло и на меня, но… Я не такой, как они, — серьезно взглянул светловолосый юноша на меня. Из-за его взгляда меня всю передернуло, но я решила его дослушать. — Так что я тебе вовсе не помогаю, понятно? — встал он, толкая ко мне аптечку ногой, и, развернувшись, ушел обратно. Точнее хотел, если бы я не подала голос.       — Пожалуйста… — говорить было тяжело, мой… санджин голос был очень тихим, таким скрипучим, что горло сразу пересыхало. Хотелось пить. — Рейджу, принеси мне книги по географии.       После этого я более и слова из себя выдавить из себя не могла, а парень ушел из подземелья. Мне оставалось лишь хрипло вздохнуть, прислонившись к прутьям решетки камеры, и немного насладиться их холодком, ибо тело немного горело. Это приносило мимолетное удовольствие.       А книги… Кроме кулинарных у меня же должно быть ещё хоть что-то, верно? Если я хочу изучить этот безумный мир, то должна прочитать, хотя бы что-то знать. Тем более надо проверить мою этакую дислексию… Вдруг она действует только на кулинарные книги, которые взахлеб читала Санджи ранее, а другие нет? Вот поэтому и я могу только их читать?       Если это так, то я подохну быстрее от скуки, чем от «лап» сестер-бездушных-мегер, напоследок проклянув Санджи за то, что ничего, кроме книг с нарисованной едой и пары безделушек, не было.