Всему приходит конец, даже тебе. | Эбардо/Ло

            Ночь. Глубокая, мрачная и устрашающая ночь… За окном много страшных звуков, шуршание деревьев, стрекотание сверчков и завывание волков. Днём даже солнечный свет ничего не мог осветить из-за густой кроны деревьев, а уж в ночное время луна и подавно ничего не могла сделать, если ещё учитывать то, что небо начинало затягиваться чёрными, кажется, грозовыми тучами. Очень темно, спасал лишь тусклый свет фонарика телефона.       «Как же… холодно…». Так думал Лошка, что сидел на кровати и ежился от мороза. Каждый раз при малейшем прикосновении ветра из окна он вздрагивал, ещё больше начиная дрожать. Да, эта заброшка никак не спасала.        Ло ненавидел холод. Ему так не хватало тепла… Как душевного, так и физического. Очень хотелось провести эту ночь в объятьях своего любимого, сидя у костра, а не в объятьях ветра. Но все это были лишь его фантазии.       Он сильно надеялся на то, что его парень изменится, и станет по настоящему любить и дорожить им. Синеглазый слишком сильно его любил, прощал весь абьюз, но когда-то конец его терпения придёт. Теперь же надо действовать, пытаться надавить на жалость, пытаться доказать, что он будет любить и без избиений и насилия. Может быть тогда всё наладится?       Эти мысли заменяли весь внешний мир. Послышался странный, довольно громкий звук, исходящий неподалёку от комнаты, где сидел Ло, а также звук скрипучего пола, что отвлёк от мечтаний. Мгновенье, и синие глаза широко распахнуты. Ещё один такой звук заставил вовсю задрожать, только уже не от холода. Зрачки нервно двигались из стороны в сторону, пытаясь определить источник такого шума. Пот лился струёй с самой головы. Заглатывая очередную порцию воздуха, парень сильнее прижимал к себе ноги, заключив их в кольцо рук.       Страх пробирался все больше и больше к испуганной головëшке. Паника наступала, Лололошке хотелось очутиться дома. Даже с Эбардо, главное что дома, в безопасности. Относительной безопасности, ещё неизвестно, что его парень сделает с самим Ло.       «Тут же нет никого, кроме меня? Или это разваливается дом…?» — мысли путались, хотелось уйти из этого места.       Ещё один звук, только уже громче и ближе.       С каждой секундой паничка выражалась ярче, ярче и больше, Лололошка отполз и забился в угол комнаты, закрыв свои глаза и ещё сильнее закрывшись руками. Было слышно очень громкое сердцебиение, всхлипывания, на грязный матрас кровати капали слёзки. Паническая атака давала о себе знать, мысли продолжали запутываться, создавая в голове яркие картинки того, что может случиться в этом месте. Становилось сложнее дышать, воздух становился тяжёлым…

‌***

      Эбардо же в свою очередь проводил время отлично, даже без своего парня. Будто бы забыв про паренька, сидел на диване смотря телик. Не было ни волнения, ни страха за своего дорогого. Он был погружён в свою любимую передачу, которую показывали по ночам.       Сейчас он просто поедал странные чипсы, даже не задаваясь вопросами: «Где Ло?», «Что с ним?», «Как он?», и тому подобное.       Все темнело и темнело, а Лошка до сих пор не вернулся. Наконец-то Эо вспомнил о тёмноглазом, отвлёкся от телевизора и встал с дивана.        — Ну и где этого дебила до сих пор носит?! — злость так и кипела у него в голове, отражаясь на тон голоса. — Опять за ним идти… Агх! — прорычал тот. — А сам, блять, вернуться не в силах что ли?!       Он даже не мог думать, что его парень потерялся где-то в заброшенном доме посреди леса.       Зеленоглазый решил, что как можно лучше отыграется на нём, когда найдет. Чтобы знал, как убегать от своего возлюбленного, от лучшего в мире мужчины!        Щелчок пальцами. Рядом с испуганным появляются зелёные искры, а после них уже и такие же глаза, которые красиво и ярко светятся.       Услышав звук от магии, Лололошка осторожно приоткрыл глаза, а когда заметил того, то удивился, а ещё больше — испугался.       — Э-Эбардо? — голос парня дрожал, но что пугало больше всего, это взгляд. Разъярённые очи преступника светились в темноте, выдавая все явное недовольство.       — Ну что, решил вновь уйти от меня? — безумно-широкая улыбка появилась на лице, очень пугающая и настораживающая. ‌      Ло даже не заметил сразу, как его быстрыми и резкими движениями подхватили и переместили в дом. В их общий дом, где было тепло и уютно. ‌       Парня кинули на пол со всей силы.       Боль от такого падения была очень даже сильна. Схватившись за бок, на который упал, «герой» замычал. Как же, чёрт возьми, больно!       Уже конкретно понимая к чему все это ведёт, синеглазый плакал. Он смотрел своими зарёванными глазами в одну точку — на Эбардо, слезы лились водопадом.       Эо сел на колени спереди Лошки. Взмах, и в щёку младшему полетел тяжёлый кулак. За три-четыре таких ударов, все лицо принимающего превратилось в кашу из синяков и крови, алая жидкость забрызгала пол и одежду.       Худое личико вмиг опухло, а слезы никак не останавливались.       — П-прекрати! Эбардо… — молил тот.       — Какого хуя ты не вернулся домой?! Идиот, блять. — снова удар.       — Я хотел вернуться! Я правда хотел! Но… Я потерялся в лесу, я не знал, куда идти! — одной рукой Лошка схватился за окровавленную щёку.       Эбардо резко улыбнулся и осмотрел всего Лололошку.       — Милый мой, — сказал он, — моё терпение закончилось. Ты наигрался, — парень пугал своими эмоциями, по нему было видно, что он очень злой. Одной рукой тот ухватил шею младшего. — Тебе так нравится испытывать мои нервы на прочность? Чем ты думал, когда пошёл в лес, один, без меня! Ты не думал, вдруг я переживаю? Почему я должен портить своё моральное здоровье из-за тебя, сука?! — Эо ухмыльнулся, в мыслях что-то появилось интересное, и это «что-то» явно не понравится его дорогому. — Я устал, ты повёл себя ужасно, и ты должен быть жестоко наказан. Если ты хочешь искупить свою вину передо мной, то будешь всё, что скажу я. Уяснил?        Лололошка со страхом сглотнул и посмотрел на Эбардо. Ему было страшно, было грустно. Парень ведь просто хочет любви, почему с ним так поступают, разве он заслужил? Не заслужил, правильно. Но что уж поделаешь, если иногда чувствуешь любовь совсем не к тому человеку. Он смотрел щенячьими глазками прямо на своего парня, открыто показывая свою обиду, по щеке продолжали течь слёзы, от моральной и от физической боли. Очень обидно.              — Ну что же, милый мой, сел на колени быстренько и принялся сосать, это будет первый этап извинения, — Эо показал рукой на свой пах, лицо было грозным, властным и сердитым.       Лололошке ничего не оставалось кроме того, чтобы унижаться. Может он простит его, подобреет и тогда можно будет поговорить? Он подполз ближе, оттянув резинку боксеров, наклонив голову и схватив руками член, языком он провёл по голове, начав нежно её облизывать. Как только рот младшего полностью открылся, взяв орган полностью, Эбардо схватил его за волосы и начал беспощадно насиловать, даже не давая Ло спокойно дышать. Старшему было приятно не от минета, а от звуков, которые издавал его «дружок». Кончив на лицо, он посмотрел на него. Младший был весь в соплях, слезах и сперме, наблюдая за таким портретом, улыбка на лице зеленоглазого мгновенно засияла.       — Твоё лицо очень красивое, особенно в таком виде. А теперь встань раком, почувствуешь наслаждение, — Эо ухмыльнулся и увидел, что тот сразу же выполнил указание, перед этим раздевшись.       Эбардо тоже снял с себя одежду, плюнул на руку и вошёл одним пальцем, а другой рукой держал младшего за талию. Член был напряжён.       Лололошке хотелось плакать, ему было очень больно, но одновременно есть в этом что-то приятное, боль была жгучая, но терпимая. От такого неожиданного входа он издал стон, выгнув спину, он закусил язык, чтобы молчать и перестать производить звуки. Вот уже входит и второй палец, от всего напряжения русоволосый кончил и выдохнул.       — Я знал, что тебе нравится подобное, сучка, — говорил Эо и смеялся, — ты такой милый, когда пытаешься показать, что тебе неприятно. Я же всё вижу дорогой. Ты готов? Ах, ну что же я спрашиваю, конечно же.       Парень резко вошёл, даже не дав отдышаться. Эо начал жёстко и грубо долбить в зад, его партнёр не смог сдержать ни слёз, ни стонов. Кончив в своего милого мальчика, он пнул его в живот, отчего младший вновь повалился на пол.       — Ну что же, ты прощён. Отлеживайся теперь, послушаю тебя потом. Это будет служить тебе уроком, — сказал Эбардо и начал одевать на себя свою одежду.       Решив, что это подходящий момент, тем более у парня повысилось настроение, Ло начал говорить, полностью дав волю своим эмоциям:       — Слушай, Эбардо! Понимаешь, я тебя люблю, люблю без всякого насилия и жестокости! Перестань это делать, пожалуйста, я устал каждый день ходить с синяками… — вновь расплакавшись, продолжал тот. — Просто пойми, что если бы ты меня не бил, то я бы не пытался сбежать, я бы проводил всё время с тобой!       — Если тебя не бить, то ты уйдёшь, глупое ты создание! — не унимался Эбардо, который уже успел нацепить на себя одежду. — Или ещё хуже, ты мне можешь изменить! Из-за моего добренького отношения к тебе, ведь ты знал бы, что тебе ничего не будет. А так, ты уже надрессирован.       — От такого отношения к себе я и хочу изменить тебе, или, лучше, сдохнуть нахуй! — выкрикнул младший. — Ты бы знал, как я тебя, сука, ненавижу! Лучше бы мы никогда не пересекались! Я уйду от тебя, ты ничего не сможешь мне сделать, хоть избей меня, я всё равно уйду. Ты меня не достанешь, — уже с уверенным тоном говорил он.       Эбардо сразу же залился смехом.        — Изменить хочешь, говоришь? — тот улыбнулся во весь рот, оголив свои клычки. — Если ты не достался мне, то не достанешься никому, запомни это. Хочешь сдохнуть? Пожалуйста! Я буду рад только рад!       Старший использовал какое-то магическое заклинание, полностью обездвижив парня. Зелёные частички парили вокруг него, Лололошка пытался выбраться, брыкался.       «Неужели он настолько отбитый…» — тот уже начал жалеть о своих словах. Лучше уж быть живым, чем мёртвым.

***

      Эбардо ушёл на кухню, схватил нож со стола и направился обратно к младшему. В его глазах уже не было ничего, кроме пустоты. Отрицательные эмоции поглотили его, он не думал о том, что делает.       — Эбардо… Это на эмоциях! Прости! — желание жить было сильнее, чем желание уйти.       — Надо думать о последствиях, — спокойно и без злости сказал в ответ тот, встав перед парнем и взяв нож обоими руками, замахнувшись.       Лололошка начал усердно ёрзать, брыкаться и плакать, попутно кричать. Но Эо ничего не слышал, у него было только одно желание: убить. Чтобы Ло не достался никому, абсолютно, блять, никому!       Резкий удар. Брызги крови полетели в разные стороны, раздались громкие оры со стороны младшего.       Эбардо начал двигать нож вдоль живота, разрезая его. Много крови лилось на пол, по всему уже бездыханному тельцу, кровь была на одежде старшего, на его руках и на лице, ну и, естественно, на ноже.

(Музыка: Mitski — «I Bet on Losing Dogs»)

      Ещё много издёвок было, потом Эо вдруг резко отпустило. Он помотал головой и встал в ступор, взглянув на Ло, а затем на свои полностью кровавые руки, с которых капали капли на пол, вдруг резко его охватила паника, будто взявшая его в свои объятия.       — Что я сделал… чёрт возьми… Как я дошёл до такого? Я правда не хотел… Как это получилось, — на удивление у убийцы на глазах выступили кристаллики слёз. — Лололошка… Боже, я такой идиот! Прости меня, милый, если ты это слышишь, пожалуйста… — он упал на колени, продолжая смотреть на кровь своего любимого, — Прости меня… прости.       Жалко, что Ло уже не слышал этих всех слов, Эбардо, кажется, впервые в жизни начал извиняться.       — Какой я мудак… Боже… Прости, Лололошка, за всё: за то что бил, за то что насиловал, за то что унижал, материл… Я не хотел потерять тебя, но в итоге убил…       В глазах начало темнеть, появился звон в ушах, заболела голова. Во всю рыдавший Эбардо лёг на пол, закрывшись руками и громко хныча, повторяя слова: «Прости меня».

      Не зря говорят, что люди начинают ценить после потери.

Конец.