The Dark Spark of Renewal (Тёмная Искра Возрождения)

      Алексис снился странный сон. Она плыла в каком-то озере, напоминавшем желе. Водная гладь переливалась разными цветами и пахла лаймом с клубникой. По неизвестной причине Алексис могла дышать и не тонула, поэтому девушка решила грести дальше. Она обратила внимание на светло-голубые облака, которые больше походили на мультяшные, чем на реальные. И чем дольше Алексис смотрела на них, не отрывая глаз, тем примечательнее становился тот факт, что облака потемнели и постепенно разрастались зловещими серыми тучами на ясном небе. Неожиданно грянул гром, прорезая небо яркими вспышками молний, и затем пошёл сильный ливень.       Картина перед её глазами начала размываться, и разноцветное озеро растворилось от тяжёлых потоков дождя. Алексис обхватила себя руками и простояла без движения ещё какое-то время. По неизвестной причине она почувствовала прилив боли в горле и правой руке. Где-то вдалеке Алексис разглядела, как стремительно отдаляется озеро. Непонятный порыв заставил её последовать за ним, поскольку эта странная субстанция приглушала боль и среди всех вещей в мире сейчас казалась самой важной.       Спиной девушка почувствовала ранее знакомое присутствие, но решила убежать подальше — призрачная фигура последовала за ней. Вопреки ожиданиям страх её не сковал — не было вообще никаких эмоций. То озеро-желе будто бы очистило разум Алексис от всех бед и переживаний, оставив только обрывки далёких воспоминаний, которые сейчас потеряли всякий смысл. Алексис жаждала, что небытие накроет её, как одеяло, даруя долгожданный покой и свободу от мирских тягот.       Босые ступни едва касались испещрённой земли, словно парили, и жёсткие каменистые выступы не оставляли кровавых ран на нежной коже девушки, пока та продолжала быстро бежать навстречу к своей цели: озеру забвения, что отдалялось с каждым её рывком.       — Алексис, — обладательница имени не отреагировала.       Сильная боль сдавила её глотку. Возможно, там что-то застряло или девушка съела не то…       — Алексис.       На этот раз Алексис наконец-то различила своё имя и почувствовала, что некто пытается коснуться её. Девушка постаралась не сбавлять темп бега, но внезапно будто неведомая сила специально замедляла её тяги. Начиная со ступней тело Алексис покрывалось неизвестной серой субстанцией, которая постепенно затвердевала. Затем пространство вокруг озарилось алым танцем мерцающих огоньков. Их свет становился ярче по мере приближения к девушке. Алексис знала, что они несут в себе опасность и едва успела поднять руки в бесполезной попытке спрятаться от них.       Но они пропали также резко, как и появились, а вместе с ними этот странный мир грёз исчез. Тело было свободно, только горло и рука отдавали лёгким онемением.       Алексис открыла глаза, но приветствием для неё стала кромешная темнота, поэтому девушке оставалось несколько раз моргнуть, чтобы привыкнуть к новой обстановке. Повернув голову набок, Алексис осознала, что очутилась в пустой комнате с каким-то странным оборудованием и пикающими приборами. Девушка резко поднялась и села на кровати, сгоняя остатки своего сновидения, от которого так долго не могла проснуться. Возвращаясь к воспоминаниям о нём ещё пару раз, поскольку новая реальность выглядела пугающей, Алексис уставилась на правую кисть.       От резких движений в горло и руку вернулись дискомфортные ощущения — те непонятные устройства оказались просто-напросто медицинским оборудованием: куча приборов с датчиками, что отслеживали её жизненные показатели, ну и капельница в правой руке совместно с назальной канюлей для подачи кислорода.       Выдернув капельницу, Алексис зашлась кашлем, и тут же глотку сдавило сильнее прежнего: мешала трубка. Её лёгкие грозились получить переизбыток обогащённого кислорода, из-за чего девушка запаниковала и поспешила вытянуть предмет, едва преодолевая рвотные позывы. Она с большим желанием боролась поскорее избавиться от него, и спустя пару мгновений трубку получилось достать и отшвырнуть на пол.       Моментально в комнате раздалась сигнализация. Только сейчас Алексис заметила на себе свободную пижаму. У неё такой не было никогда. Живот скрутило новым приступом беспокойства.       Босые ноги коснулись холодного пола. Где-то с минуту она не понимала, что способна устоять и идти ровно. Звуки громких лязгов металла где-то позади комнаты заставили её искать выход, двигаясь на ощупь, однако в полной темноте эта задача казалась непростой. Дверь автоматически открылась, очевидно, датчики движения среагировали. Алексис вытянула шею, чтобы разглядеть огромную фигуру в коридоре. Она вспомнила все. Алексис застыла на секунду, ведь последнее, что она помнила — это Баррикейда, его пушку и выстрел, который задел её. Потом наступила тьма. Но это прошло… И сейчас Алексис жива. Но как, почему, и…       Рана. Она же наверняка получила смертельное ранение. Алексис задрала край верхней пижамы, чтобы увидеть, как минимум, разорванную и сшитую плоть, но не разглядела ничего из-за тусклого света коридора. Пальцы девушки немного припухли, она рассудила, что из-за шрамов, полученных в ходе работы над устройствами. Одно странно и непонятно — разве может человек так быстро исцелиться?       Алексис опустила край пижамы и выпрямилась. Пора бы вернуться к более важным вопросам: очевидно, она где-то в новом месте. Вокруг всё было огромное и предназначенное для существ намного выше ростом, чем она. Возможно, очередная база Десептиконов. И тем не менее Алексис была полностью уверена, что такие как они вряд ли бы стали спасать её. Для них она — никто, рабыня для эксплуатации. Алексис медленно отступала назад, однако ноги подкосились, когда девушка разглядела нового Десептикона перед собой.       Она подавила крик.       Этот Десептикон уставился на неё, и Алексис едва могла разглядеть его фигуру. Взор перекрывали многочисленные фары, из-за чего очертания робота наполовину поглотили тени. Единственное, что выделялось — это яркая оптика, что неотрывно следила за движениями девушки, как будто тот сканировал её. Ноги стали ватными, и Алексис почти упала в попытках отдалить расстояние между ними.       Он заговорил первым.       — Ну что ж, ты пришла в себя довольно быстро, чего мы точно не ожидали. По крайней мере, сегодня. Могу сказать, что жизненные показатели в норме, кроме учащённого сердцебиения. Мисс Риверс, успокойся, иначе… Хм, как там сказала Микаэла? Ах, да. Иначе "отключка" неизбежна.       Глаза Алексис вот-вот грозились выпасть из орбит. Робот продолжал свою речь, очевидно, не замечая её попыток уйти отсюда куда подальше. Девушка развернулась на сто восемьдесят градусов и бросилась бежать. Попыталась. Её недолгий путь преградила массивная металлическая рука. Острое дежавю ударило по её сознанию, и защитный рефлекс заставил Алексис поднять ногу и со всей силы въехать по ладони трансформера.       — Эй! — раздалось сверху.       Тем временем ногу Алексис пронзило болью, и она опустилась на пол, держа пульсирующую ступню в попытках придумать какой-нибудь план побега. Как же ей хотелось закрыть глаза и вновь оказаться в своём странном фантазийном мире из сновидения, где не было эмоций. Алексис приготовилась получить выговор, оскорбление или наказание за то, что собиралась сделать, потому что другого отношения Десептиконы не знали.       — Ты не ушиблась?       Алексис оставила ногу в покое и посмотрела наверх. Её взор застилал жёлтый цвет, голубая оптика с беспокойством оглядывала девушку. Она обратила внимание на его плечевые пластины, под которыми находились шины. Сзади располагались двери автомобиля. Его оптика, как магнит, притягивала к себе. Он помахал другому роботу позади неё.       — Рэтчет, всё нормально, — повторил тот ещё один раз, потому что так называемый "Рэтчет" уходить не очень-то собирался. Спустя несколько долгих мгновений он сдвинулся с места и пошагал прочь. Алексис хотелось проводить его взглядом, но её внимание было полностью приковано ко второму роботу. Он первый среди них, кто посмотрел на неё с сочувствием. Он склонился и нажал на кнопку на стене. В помещении, где они сейчас стояли, появился мягкий свет лампы.       — Не волнуйся. Здесь ты в безопасности.       Алексис уловила мягкость в его тоне, да и в манере общения читалась доброта. Возможно, стоит принять его помощь, но сознание девушки до сих пор пребывало в оцепенении из-за постоянной паранойи и недоверия ко всем вокруг. Длительное заточение буквально сковало её разум, поэтому Алексис сложно было допустить мысль, что она действительно свободна.       — Даю слово, тебя здесь не обидят. Прости, что напугал тебя, но мы правда не ожидали, что ты так скоро очнёшься, вот я и пришёл сюда, чтобы ты не потерялась в коридорах базы, — он слегка склонился к ней, и от непривычной близости Алексис неловко попятилась назад. Похоже, её действия озадачили Бота, и тот прекратил свои движения.       — Десептиконы сбежали. Они не знают, где расположена наша база и…       — Автобот? — спросила она. У Алексис жёстко першило в горле, вместе с её низким голосом зазвучала тупая боль, и девушка медленно сглотнула.       Робот приободрился от её слов. Он выпрямился, не отрывая взгляд от девушки. Шестерёнки и гироскопы плавно сдвигались на его корпусе, возможно, положительные эмоции вызывали такую реакцию корпуса?       — Ага. Ты уже о нас знаешь?       Она кивнула, но не решилась продолжить разговор. Очень хотелось пить, и перед глазами замаячил образ стакана с прохладной водой. Затем перед её мысленным взором предстало другое: Майкл и Крис, Карла и…       — Что с остальными? — прошептала она, в этот раз пытаясь не напрягать голосовые связки.       Выражение на лицевой пластине Бота сменилось от невинного любопытства до нечитаемого, которое не должно выдавать никаких эмоций, и тем не менее, Алексис посетило дурное предчувствие, поскольку этот взгляд не сулил ничего хорошего.       — Майкл выжил?       Она знала, среди всех пленных, если что-то случится именно с ним, то это станет самым страшным горем. Алексис затаила дыхание и с нетерпением ждала ответа. Кислород в лёгких больше не отдавал болью в горле как раньше. Похоже, небольшой разговор немного помог растянуть голосовые связки.       — Ты про Майки?       Только из-за прозвища Алексис поняла, что ребёнок был жив, а остальные переживания она оставит на потом. Девушка всё ещё испытывала крайнее истощение даже после долгого сна. А, кстати, как долго она была в отключке?       — Перед тем, как отправиться домой, он хотел подождать, когда ты проснёшься, но его мать оказалась настойчивее и… — он отвёл шлем в сторону, вид Бота выдавал его обеспокоенность, — как только его мать увидела нас, то поспешила увезти его на своей машине без нашей помощи. Эх, жаль, я буду скучать по мальчишке. Плохо, что Оптимус не убедил их уехать хотя бы с нашим сопровождением, — он заметил, как Алексис растерянно хлопала глазами. — Я уверен, что Майки бы смог сохранить наше существование в тайне, но Оптимус решил, что вреда ему будет больше, чем пользы, если не дать мальчику поговорить с матерью, — Бот развёл манипуляторами в воздухе, — о своём опыте, так сказать.       И вновь Алексис едва не спросила о других, но вместо этого решила, наконец, подняться с пола. И очень удивилась, когда Автобот снова склонился к ней в попытках помочь удержать равновесие, аккуратно придерживая её за середину спины пальцем.       Лишь на мгновение их прикосновения она почувствовала нечто странное — ранее неизведанный прилив энергии, который тянулся к ней. За ним пришло полное непонимание. После того как Автобот отпрянул, Алексис не могла избавиться от следов незримого прикосновения энергии. Ничего подобного не было, когда её трогали Десептиконы. Она готова поклясться, что от Автобота исходила некая сила, когда её глаза сфокусировались на нём. Алексис тряхнула головой, чтобы сбросить наваждение, как ей казалось. Она уставилась вниз, на рукава своей рубашки, и взгляд зацепился за собственное отражение на блестящем полу. Оно немного исказилось, впрочем, как и её мысли сейчас. Или она просто сходит с ума.       Алексис позволила себе абстрагироваться от всех мыслей, пока он вёл её обратно в комнату, из которой та сбежала. Автобот не прекращал оживлённо болтать, почти торопливо. И постоянно оглядывался назад, чтобы проверить, следует ли девушка за ним.       В какой-то момент он обнаружит Алексис, которая замерла посередине длинного коридора, потому что внезапно та почувствовала нечто неправильное. Она ближе преподнесла к себе правую кисть, второй рукой медленно поднимая рукав. Сканера не было. На пару секунд Алексис накрыло полное облегчение. Пока она не повернула руку. На тыльной стороне правой ладони отчётливо красовался алый ожог. Эмблема, которую девушка видела так много раз, что вырезать из памяти эти моменты было бы невозможным…       Ведь каждый Десептикон носил точно такую же.