Приятное угощение

      Во время одной из ваших игр, возможно, он слегка перестарался с наказанием, ведь в тебе слишком много дырок на одном месте, да и кажется ты потеряла сознание, ой.       В любом случае, после твоей потери сознания ему придётся что-то с этим делать. Понимаешь, ты ему... пока что нравишься! Ты так сладко кричишь, умоляя его перестать, так извиваешься, однажды тебе даже хватило смелости ногой его пнуть, за что он, конечно, обязан был тебя наказать, чёрт, ну разве может он так просто тебя сейчас добить и позволить обрести покой? О, не надейся...       Перед моментом когда ты откроешь глаза, ты чувствуешь боль. Это такая странная, тупая боль, источник которой сложно понять. Будто болит что-то, но это что-то не тут...чувство слишком сложное, для твоего повреждённого и уставшего разума, да и ещё запах... Такой аппетитный, ох, ты не ела уже достаточное долгое время, ещё и крови столько потеряла...       – Liebling, просыпайся!       Ты тяжело открываешь глаза, пытаясь понять что происходит. Ты слегка осматриваешься. Сидишь на стуле. На ногах твой тонкий плед, который тебе по доброй воле отдал Стрейд. Перед тобой уже, к сожалению, не чужая фигура.       – Ну же, ну! Знаю, это было так тяжело для тебя, поэтому не держи на меня зла, вот!       Он протягивает тебе миску. Это...что-то вроде каши? Да, какая-то каша, с небольшими кусочками овощей и мясо. Ох, на самом деле даже выглядит не плохо и очень съедобно. В последний раз ты ела нормальную еду точно ОЧЕНЬ давно. Даже твои слабые (и на удивление не привязанные руки) обрели в себе силу потянутся к миске и схватили её. Твой разум не думал, что с едой может быть что-то не так. Тебе просто так хотелось есть...       Стрейд очень странно смотрел. Он всегда странно смотрел. Он улыбался, явно всем довольный.       Пока ты ешь мозг начинает потихоньку просыпаться. С каждым разом ты всё медленнее закидываешь в себя порции твоего обеда (или ужина...), начиная потихоньку думать над происходящем. Он же был так зол вчера...Вчера, ты, кажется, сопротивлялась куда больше обычного, ты так сильно пнула его, ему это конечно не понравилось. Он ругался на немецком, беря ненавистную дрель со столешницы, взял твою ногу и...        – Нога...        – Твоя прекрасная ножка? А, – он посмеивается, – болит, да? Будешь меньше, намного меньше, ею размахивать, поняла, красотка?       Его мерзкий голос...слишком весёлый, но не достаточно, он словно ждёт возможности добить тебя. Ты смотришь на мучителя с потерянным видом. Ты не понимаешь что такое сейчас происходит, глаза наполняются слезами и ты пытаешься, умоляешь его взглядом ответить что это чёрт возьми такое.       – Ну, ну, Geliebter! Я забыл просто тебе рассказать, прости пожалуйста. Просто в твоей ноге было так много дыр, и кажется я случайно сломал тебе кость, она уже непригодна для использования, так что я избавил тебя от мучений!       Он присаживается на корточки, кладя руку на то что осталось от твоего беда...Смотря прямо в твои глаза.       – Не стоит беспокоиться, я не дал пропасть твоей прекрасной части просто так! – тебя начинает мутить, глаза застилает тёмной пеленой, – Сейчас тебе лучше доесть свою еду, возможно, она даже захочет вернуться туда, откуда я брал её! – твои руки падают по бокам от тела, роняя всё что они держали.       В его глазах веселье, и огромное удовольствие. Он уже не улыбается, нет, его рот, всё его мерзкое лицо светится таким счастьем, самым настоящим детским счастьем, словно он видит нечто прекрасное.       Рукой он подбирает кусочек мяса с пола, и медленно, прикрыв глаза, отправляет его к себе в рот, смакуя с таким громким стоном удовольствия, словно никогда не ел ничего вкуснее.       – Зря ты отказалась, это очень, блять, вкусно, знаешь ли!       Его рука подбирает уже другой кусочек и тянет к твоему рту. Горячие слёзы обжигают твоё холодное и уставшее лицо. Ты даже перестала моргать, смотря в лицо Стрейда. Ты открываешь рот.       – Умница, теперь, ешь.       И ты ешь.