today

Длинный стол с различными блюдами и напитками, покрытый красной скатертью, приглушённый свет свеч, слабые ароматы еды вперемешку с пахучим воском, высокий потолок, которого сейчас не увидеть и два парня, сидящих друг на против друга. От их взглядов появлялись искры, напряжение: сразу ясно - аристократы. Другие присутствующие в зале не могли уловить эти нотки некой пошлости, которые источались от двух главных героев. Кроме них, никто не мог знать о том, что звери внутри терпят. И терпят только из-за правил, лишних и многочисленных глаз. Даже стены слышат всё. Они приступили к поздней трапезе. Медленно отрезали по кусочку от этого великолепного стейка, так же медленно прожевывали, не отрывая своих глаз друг от друга. Неспеша пробовали закуски, вино в своих бокалах, пока... – Хватит. - ...один из них не остановил приём пищи. – Что-то не так, господин Бан? – Я не могу больше здесь находиться. Еда была прелестной, но, к сожалению, аппетита нет. Мне необходимо покинуть вас. – О.. - кратко произнёс Хван. – Тогда, я хотел лично сопроводить вас до ваших покоев. Не против? – Ну что же вы, ради меня будете отвлекаться... – Нет повода для беспокойства. Бан вновь посмотрел в глаза этого паршивца, который не в первый раз так ухмыляется. – Буду благодарен. Оба встали из-за стола и покинули трапезную. Длинный, тихий, немного пустой коридор, освещаемый светом луны и свеч создавали нечто волшебное, а приятная прохлада окутывала всё здание. Повторяющийся звук шагов - не совсем громкий, приятный на слух - заставлял расслабиться. – Прошу. - милая улыбка и жест рукой в комнату. – Благодарю. - такая же улыбка, от которой появилась милая ямочка на щеке. Хван очень любил её. Пройдя внутрь, последний закрыл дверь на замок и, не дав первому что-либо сказать, накинулся с горячим поцелуем. Страстно, но медленно прилип он к чужим губам, приобняв того за макушку и талию. Бан поддержал инициативу и тоже сложил свои руки на талии партнëра. Прикрыл глаза, отвечал на поцелуй и медленно, едва прикасаясь, водил пальцами по спине, отчего у Хвана пошли мурашки по телу. – Как я долго ждал этого, Крис.. - оторвавшись от губ, он вновь заглянул в такие же тёмные, как бездна, глаза. Сейчас в них брюнет видел желание. Желание завладеть им. И это заводило сильнее, заставляя бабочек проснуться. – Какой смелый... Теперь не боишься, что кто-то будет стоять у двери и подслушивать нас, Джинни? - как сладко произнёс это Чан. – Нет. Я тоже устал ждать. – Ну раз так... - Бан отстранился и, подняв за талию, повалил на кровать. – Теперь ты не убежишь. Вновь губы, а далее щека, ухо, на котором он заострил внимание, шея, ключицы... Кусал, целовал, зализывал и отстранялся, чтобы отдышаться. Тяжело, но очень приятно, хотелось завладеть каждой клеткой тела Хëнджина. Влажные пятна, оставленные старшим, создавали приятный контраст тëплого и холодного, от чего мурашки так и бегали, а глаза закрывались в наслаждении. Крис продолжал целовать шею Хвана медленно, иногда втягивая кожу, чтобы оставить свой след. Стоило только сделать так блондину, как Хëнджин сразу начинал дышать прерывестее, громче, поскольку это было больно, тем не менее доставляло удовольствие. Его рука была на макушке партнёра и иногда перебирала мягкие волосы, что Бану нравилось. Далее Чан начал спускаться всё ниже к ключицам, параллельно расстегивая чужую рубашку, которая мешала. Светлая кожа становилась красной, а температура так и поднималась. Чувства переполняли их, переполняли настолько, что становилось тесно: Хван начал ëрзать и от удовольствия, и от неё, такой некомфортной тесноты. – Тише, Джинни, мы только начали... - тихо произнёс Крис и продолжил целовать ключицы. Он перешел к груди, а именно к соскам, которые оказались у брюнета довольно чувствительными. Простое прикосновение губами заставило того слабо выгнуться в спине и заскулить. Внутри было радостно от того, что Хëнджину и правда нравится это. Поэтому блондин начал работать усерднее и дотронулся языком. Хвану правда было тяжело держаться: глаза закатились, а эти паршивые выкрики так норовились вырваться изнутри. Настолько хорошо ему не было никогда. Эмоции так и плясали, смешивались, создавали что-то новое, волнующее, заставляющее сердце пропустить удары. Тело становилось менее послушным. Слабый укус заставили брюнета прерывисто простонать, отчего Чан лишь усилил свой напор. Рукой он игрался со вторым соском и, заметив как тот прикрыл рот рукой, приостановил действие: – Не стесняйся. Тебе же хорошо, так зачем скрывать это, особенно от меня? Послушав Бана, он убрал руку ото рта и почувствовал, как его сосок вновь прикусили, отчего снова резко простонал уже не сдерживаясь. Именно это хотел услышать Крис. Высокий голосок, который будет вырываться из брюнета под ним... Лучшее мгновение в жизни. Обоим так хорошо, что всё это можно описать одним словом - волшебно. Некогда незнакомые ощущения возникли и были настолько приятными, что тело плавилось, его распирало в разные стороны. И кто ж знал, что блондин будет так хорош в ублажении... И было бы оно всё волшебным и великолепным, если бы не человек, что помешал им. Злосчастный стук, паника, но быстрое успокоение, которое пришло к растрëпанному Кристоферу. Он приложил палец к губам, а после встал с кровати и направился к двери. – Доброго вечера, господин Кристофер. Вы не знаете, где... – Нет, не знаю. - прервал вопрос пожаловшего. – Ладно, благодарю, не буду вам мешать... Бан закрыл дверь и вновь вернулся к Хëнджину.