Выстрел за двоих

      Из-под жёлтых скрученных листьев выглядывало тонкое женское запястье, покрытое грубой посиневшей полоской и россыпью мелких ран и царапин. Девушка лежала на спине с неестественно вывернутой шеей, полностью скрытая целой грудой гниющих листьев. Ким Су Хёк подошёл к трупу, опустился на корточки и осторожно убрал волосы с её лица. Тяжёлый выдох потревожил её длинные ресницы, но девушка была мертва уже несколько часов. Холодная и бледная, как самая жуткая кукла. Её губы, накрашенные ярко-алой помадой приобретали синеватый оттенок, а припухшая кожа под глазами подсказывала, что девушка плакала незадолго до своей смерти.       Её тело освобождали от наваленных сверху листьев, так чтобы не повредить и отправить на экспертизу. Офицер, закончив с этим, понуро опустил голову и стянул с себя пыльный от листьев плащ, укрывая обнажённый труп девушки в знак уважения.       Прокурор Ким поднялся и цепко огляделся вокруг места обнаружения жертвы. Это был старый парк, вернее та его часть, которую только несколько дней назад закрыли для каких-то ремонтных работ. Девушка лежала в низинке, куда сбрасывали убранные листья. Здесь не было тропинок или ступенек, только резкий спуск и высушенная трава почти по колено. Следов падения не обнаружилось, а это означало, что её сюда принесли и положили, а затем засыпали листьями, чтобы скрыть хотя бы на некоторое время.       Даже Ким Су Хёк приложил усилие, чтобы взобраться наверх, хотя был с пустыми руками и хорошей физической подготовкой, а неизвестный спустился туда с тяжелой ношей… Он должен быть очень силён или подготовлен. Прокурор обратил внимание на направление ветра и понял, что эти листья не могла сами налететь в то место.       Детектив записывал показания юной девочки, которая позвонила в полицию и сказала, что обнаружила столь ужасную находку. Она была студенткой, одета в спортивный костюм, и возле её ног беспокойно фыркал огромный пёс, приведший хозяйку в эту часть парка. Девушка всё ещё тряслась от испуга, без конца повторяя одно и тоже: вышла погулять с собакой, потом позвонила подруга и, пока они говорили, собака вдруг вырвалась и куда-то убежала, пошла её искать и нашла возле тех листьев. Это её собака раскопала и вытянула руку жертвы.       Су Хёк дождался предварительного осмотра тела и подошёл к судмедэксперту, предполагая получить первые результаты и хоть какие-то подсказки.       — Смерть наступила около четырех-пяти часов утра в результате травмы шейного отдела. Она подверглась насилию, есть серьёзные повреждения: разрывы, кровотечение. Гематомы по всему телу. На руках следы связывания. — отчитался молодой мужчина в белом халате, потом снял очки и потер большим пальцем переносицу. — Господин прокурор, это совершил настоящий монстр. Я не хочу предполагать, что испытывала бедняжка в свои последние часы. Простите… — смутившись собственной чувствительностью, эксперт быстро удалился, предпочитая оказаться как можно дальше отсюда.       Старый парк считался безопасным местом. Здесь гуляли мамы с детьми и пожилые пары, рядом располагались кафешки и аттракционы. Никто не ожидал найти здесь жестоко убитую девушку.       Ким Су Хёк распорядился закрыть парк и полностью запретить любые посещения, а каждого, кто осмелится нарушить запрет, немедленно отвезти в участок.       Теперь предстояло опознать жертву. Нередко они сами потом указывали на своих убийц. Достаточно лишь всмотреться в самую суть, докопаться до истины, посмотреть на происходящее глазами жертвы.       Недалеко от места обнаружения трупа, Ким Су Хёк нашёл кучку пепла с несколькими кусочками обгоревшей ткани и бумаги. Позже экспертиза показала, что там сожгли красную сумочку, в которой предположительно находились: помада, флакон духов, несколько карточек и денежных купюр. Ни телефона, ни паспорта там не было, и это казалось странным.       Ким Су Хёк долго рассматривал фотографии жертвы и места, где её нашли. Кто она такая? Среди пропавших такая не числилась, а те, кто жил и работал в этом районе, девушку не опознали. Прокурор Ким не хотел думать, что в городе появился ещё один серийный маньяк, в конце концов, жертва была всего одна, но столь ужасающая жестокость огорчала и тревожила.       Улик не было. Абсолютно ничего, что хоть частично могло помочь расследованию. Спустя два дня никто даже не знал имя жертвы, не говоря уже о преступнике. И, всё же, было что-то такое, что не давало Ким Су Хёку покоя. Не удержавшись от вихря сомнений, он велел снова осмотреть жертву, хотя даже не знал, что конкретно хочет отыскать. Патологоанатом делал свою работу, а Ким Су Хёк стоял рядом и не мог перестать смотреть на лицо девушки, оно казалось ему… знакомым.       — Прокурор Ким! — неожиданно воскликнул работник морга. — Взгляните на это.       Су Хёк подошёл ближе, наклонился и нахмурился, поначалу не понимая, что именно так взволновало эксперта. Через несколько мгновений он отчётливо увидел несколько крохотных пятнышек на бедре девушки. Это выглядело так, словно кто-то пытался стереть целостной рисунок ластиком.       — Это татуировка. Вернее то, что от неё осталось.       — Восстановить рисунок возможно?       — Очень вряд-ли, но его снимали неаккуратно. Вероятно, в домашних условиях.       — Это мог сделать преступник. — сам себе прошептал прокурор, а потом резко повернулся и вышел, быстро преодолевала расстояние по длинным коридорам.       Ким Су Хёк распорядился найти всех, кто занимается татуировками, особенно частников, у которых нет опыта и квалификации, а также тех, кто недавно приобрел необходимые инструменты для нанесения и удаления татуировок. Паралельно продолжался опрос свидетелей и установление личности жертвы. Будучи так занятым, прокурор на некоторое время совершения забыл про Пак Суён…       Отлучившись на обед, он открыл приложение, чтоб узнать, где сейчас находится лидер bones и вдруг понял, что ничего не видит. Написал ей сообщение, но ответа не получил. Позвонил один раз, второй, третий… Разозлился. Бросил несколько купюр на стол, оставил половину своего обеда нетронутым и решительно покинул кафе. Эти игры начинали раздражать его. Су Хёк был слишком зол из-за расследования, что никак не сдвигалось с мертвой точки, его тревожила собственная память, которая упорно подсказывала, что убитую девушку он где-то уже видел и не раз, так ещё и это…       Всё-таки Пак Суён выводила его из себя. Прокурор не понимал эту сумасшедшую девицу. Не понимал, почему должен бегать за ней, тратить своё бесценное время, чтобы…что? Они заключили сделку, но видимо дочь Пак Мён Су считает себя выше этого.       Прокурор припарковал машину напротив салона красоты и, в последний раз сжав руками руль, оставляя здесь всю ярость, вышел, громко хлопнув дверью. Посмотрел на вывеску, кинул взгляд в огромное окно и наткнулся на неё. Пак Суён стояла у окна с приоткрытым ртом, очевидно, совсем не ожидала увидеть его так скоро. В её глазах на миг появилась вина, а потом девушка тряхнула волосами и скрылась из виду, уходя вглубь салона.       Ким Су Хёк вздохнул так, что ощутил, как клокочет у него в груди раздражение. Что-то чёрное и дрожащие поднималось из недр его души и прокурор потянул ручку двери на себя. Услышал звон колокольчика и перешагнул порог, входя в салон.