Комплексы

Феликс стоял, чувствуя, как переносица предательски начала щипать. Взгляд Хвана устремился прямиком в глаза бедного Ликса, который просто хотел исчезнуть из этого мира прямо сейчас. Он понимал, что их не интересуют его записи о надоедливых одноклассниках и о самом Хёнджине. Было понятно, что парень, стоявший на парте посередине класса, уделил время записям о Чанбине. Его затрясло ещё сильнее, он даже стал терять равновесие. Благо, заботливый парень мигом подхватил любимого за талию.  — Ох, какие люди.- дьявольски пропел Хван, специально растягивая слова. Бархатный, но такой противный и ядовитый голос врезался в уши Феликса.- Чанбин, хочешь послушать, что про тебя пишет твой ненаглядный на этих секретных страничках?- по злому ехидная улыбка расползлась на прекрасном лице, делая его похожим на чёрта.  — Я не хочу.- грубо отрезал Чанбин, хотя в его глазах читался интерес, что не ускользнуло от цепкого взгляда хвановых глаз.  — Вижу же, что хочешь. Итак, я начну сначала.- Феликс прижался к стене и безжизненным взглядом смотрел куда-то сквозь Хёнджина. Его уже не пугало то, что его одноклассники будут смеяться над ним. Кому они нужны. Его пугало то, что сам Чанбин отвернётся от него, посчитает извращением или ещё чего похуже. А Хван тем временем делает вздох и начинает читать.- «Даже не знаю, как начать эту запись. Я столько всего пережил, и все это записывал сюда. По моей жизни действительно можно снимать фильм, но, как оказалось, конец этого фильма будет хороший. Я даже не думал, что найду человека, который будет любить меня всей душой, как и я его.»- Хёнджин делает небольшую паузу, оборачиваясь на Феликса, который понял какую именно запись он выбрал.- «Та ночь была просто великолепна. Я никогда не чувствовал ничего подобного, ничего более прекрасного. Места, которых он касался, все ещё горят, когда я вспоминаю о нём. Я так хочу ещё раз почувствовать его руки, его губы. Его поцелуи были сладкими, словно мёд, хочу вновь ощутить его мягкие губы на своих. Его взгляд был полон нежности и страсти одновременно. Это все просто пьянило меня в эту ночь. В эту самую яркую и незабываемую ночь.»  Хван дочитал и с силой захлопнул дневник.  — Ну как тебе записи твоего «возлюбленного»?- приторно спросил Хван, невинно хлопая глазками, пока весь класс смеялся, держась за животы.  Чанбин все это время стоял нахмуренный. В его душе сейчас смешалось два чувства. Злость и нежность. От услышанных слов, которые были написаны его любимым, ему хотелось визжать от радости и прыгать до потолка, словно ребёнок, которому мама купила долгожданную игрушку или сладость. Но то, что эти достаточно личные и интимные подробности об их с Ликсом жизни вылились наружу, его невероятно злило. Злило даже не то, что об этом узнали. Наоборот, в его душе так же поселилась гордость за то, что он смог сделать Феликса счастливым, но….смотря как милое, ангельское, и без того бледное личико, превращается в белое, а глаза уже блестели от слёз, ему хотелось рвать и метать. В первую очередь он вынесет свою злость на Хване.  Не успел он и словом обмолвиться, как услышал тихий всхлип за спиной, резко открывшуюся дверь, и звук быстрых шагов, который перерастали в бег, а потом и вовсе растворился в коридоре, оставив после себя только эхо.  — Да ты….Что ты себе позволяешь?- сквозь зубы процедил Бин, тяжёлыми шагами приближаясь к парте. В глазах Хвана вырастала паника, которую он неумело скрыл за нервным смешком.  Чанбин схватил того за длинные чёрные локоны, идеально уложенные назад, и стащил вниз. Хван упал прямо перед ногами Бина. Он взял хванову шею в руку, слабо сжимая.  — Я тебя предупреждаю последний раз. Если мой котёнок снова заплачет, а причиной его слёз будешь ты, то живым ты до дома не дойдёшь.- Чанбин отчеканил каждое слово, делая акцент на последних словах. Резко выдернул дневник и его рук и, взяв свои и Феликса вещи, вышел вон из класса. На выходе он столкнулся со старостой.  — Брат, прикрой!- на ходу бросил Бин, и залился смехом от вида девушки. Да, набитый пироженкой рот, слегка приоткрытый от удивления, и округлённые глаза, смотрятся действительно забавно.  Но смех как рукой сняло, когда он начал представлять бедного Ликса, спешащего домой и прячущего мокрые от слёз глаза.  Хоть и нужно было спешить, но он все же обернулся на зов Юци.  — Что произошло?- спрашивает девушка, все ещё находясь в шоке.  — Где Ликс живёт знаешь?- в ответ получает утвердительный кивок.- приходи после уроков.  Девушка пару раз моргнула, переваривая информацию, но потом, бросив невнятное «ладно», зашла в класс.  Чанбин быстро, но бережно, сложил вещи Феликса в его сумку и побежал в сторону его дома, параллельно звоня матери, предупреждая, что дома будет поздно, если вообще будет.  Феликс забегает к себе домой. Родителей по прежнему не было. Это было даже на руку. Не хотелось сейчас объяснять, что произошло. Его состояние оставляло желать лучшего. Даже не закрыв входную дверь, он, на негнущихся ногах, поднялся к себе в комнату и завалился на кровать. Все эмоции словно испарились. Не было ни злости, ни отчаяния. Даже слёз не было. Осталась лишь удушающая пустота, которая пожирала изнутри.  Ликс закрыл глаза, вспоминая все моменты, которые они пережили бок о бок с Чанбином. Неужели это конец? Чувство грусти снова настигло его. Глаза неприятно защипало, а по щекам покатились горячие большие капли. Сапфир громко мяукал, слизывая слёзки и пытаясь привести хозяина в нормальное состояние.  — Видимо теперь мы остались только вдвоём.- дрожащим голосом прошептал Феликс, загребая котёнка в свои объятия.  Он даже не услышал, как открылась входная дверь, не услышал шаги по лестнице. Он вздрогнул, когда горячая ладонь коснулась его спины.  Развернувшись, Ликс увидел обеспокоенное лицо своего парня. Хотя…можно ли его ещё так звать?  — Милый, ты как?- нежный голос вызвал бурю эмоций в сердце. В первую очередь, это было облегчение. Выходит, он не бросит его?  Тот не смог промолвить и слова, как из глаз полилась новая порция слёз. Ему было стыдно. Стыдно за то, что тот узнал обо всём.  Чанбин прилёг рядом с ним на кровать, крепко прижимая к себе.  — Знаешь, что мне не понравилось в твоих записях?- по спине Ликса пробежал холодок и он отрицательно покачал головой, утыкаясь в грудь Бина.- Мне не понравилось то, что ты не сказал об этом мне лично. Знаешь, как приятно было узнать, что тебе так нравятся мои руки и губы. От тебя это звучало бы лучше, чем от этого пингвина.- Ликс поднял глаза на лицо Чанбина. Он ухмылялся, но его ухмылка была добрая, сексуальная, зазывающая. Совсем не такая, как у Хвана. Бабочки в животе снова запорхали. Теперь атмосфера апатии рассеялась, заменяясь интимной. Воздух словно накалился, а желание нарастало. Чанбин, по всей видимости, прекрасно распознал его чувства и его улыбка стала ещё шире.  — Можешь присесть на край?- Чанбин привстал, поднимая и Феликса из лежачего положения.  Ликс сделал то, о чём его простили. Сев на край кровати, и с трепетом в сердце наблюдал, как Бин становится на колени перед ним, слегка раздвигая его ноги в стороны.  Казалось бы, Чанбин уже видел все, что можно и нельзя, чего его стесняться? Но смущение накрыло Ликса с головой, заставляя его лицо покрыться ярко-алым цветом. Чанбин тихо захихикал и, смотря ему прямо в глаза, стал расстегивать ширинку классических брюк. Ловкими движениями он высвободил орган из мешающей ткани и провёл языком по всей длине, беря в рот кончик и слизывая смазку. Феликс сам не знает, почему его чувствительность резко возросла, но от такого действия, воздуха в лёгких стало не хватать. Чанбин тем временем не собирался медлить или останавливаться, умело орудуя языком, он обводил каждую венку, руками держа член у основания. Полностью расслабив горло, Бин полностью заглотил орган. Стеснение Феликса наконец-то отошло на второй план, и он уже стонал, не стесняясь от слова совсем. Ликс решился посмотреть на Чанбина и чуть ли не кончил от увиденной картины. Губы того были плотно сжаты, обхватывая его член, глаза прикрыты, а голова быстро двигалась вперёд и назад. Его хватило всего на два или три движения головой, и он обильно излился прямо в рот любимого.  — Прости! Выплюнь это!- закричал Феликс садясь рядом с ним на пол и зачем то подставляя собственные руки.  — Зачем выплёвывать? Как по мне, достаточно приятный вкус.- с надменной улыбкой проговорил Чанбин.  — Дурак.- смущённо сказал Феликс, опуская голову вниз. Его взгляд зацепился за внушительного размера бугорок в штанах Бина.  — Может, тебе тоже нужна помощь?- Ликс не понимал, откуда в нем резко появилась такая уверенность, но он очень смело приблизился к Бину, положив руку на его пах и прижимаясь к его губам.  Переместившись на кровать, Феликс аккуратно стал расстёгивать джинсы парня, беря его член в маленькую ручку. Он, достаточно умело стал надраивать тому, уделяя время и чувствительной головке, параллельно зацеловывая припухшие губы парня. Чанбину понадобилось всего пара минут и вот они уже стоят под душем.  Оба в хорошем настроении и счастливые, наслаждаясь друг другом.  Выйдя из душа они пошли на кухню, чтобы перекусить. Их выбор упал на кимчи и рамён. Быстро перекусив, они поднялись обратно наверх, где продолжили просто валяться на кровати.  — Ты дал ему имя?- спрашивает Чанбин, почесывая за ушком белого котёнка.  — Да. Его зовут Сапфир. Я считаю, что это имя очень подходит его глазам. — А я смотрю ты видишь прекрасное во всём. Точно человек искусство.- мило улыбнулся Бин, целуя того в лоб.  — Кстати, а что с Хёнджином?  — Видел бы ты глаза этого неандертальца, когда я к нему подошёл. Сам пакостит, а потом ссыт. Чертила языкастая. Кроме того, как пиздеть, больше ничего не умеет. А парнишка его тоже хорош. Даже не заступился за него. Что-то у них какие-то странные отношения. Бросят друг друга при первой же возможности.  — Два сапога пара. Они стоят друг друга.  — И да, надеюсь ты не против, я позвал Юци к нам.- в этот момент послышался звонок во входную дверь.- А вот и она.  Феликс встал с кровати и поплёлся встречать гостью.  Чанбин сидел на кровати и вслушивался в звуки с первого этажа.  — ВЫ ТУТ СДУРЕЛИ ЧТОЛИ? ЧТО ПРОИСХОДИТ?- услышал он голос старосты.- Где эта перекаченная гора? Я сейчас ему…  — Стой, Юци. Мы сейчас все объясним. Только не бей его, он мне ещё нужен.- со смехом отвечает Феликс.  Ликс и Юци вошли в комнату. Девушка сразу стала буравить Чанбина взглядом.  — Рассказывайте.- серьёзно сказала девушка, присаживаясь на стул.  — Если вкратце, Хёнджин зачитал записи из личного дневника Феликса на весь класс.  — Хорошо, тогда вы оправданны. И пиздить тебя за синяк на шее Хёнджина я не буду.  — Какой синяк?- в шоке переспросил Бин.  — Брат, ну ты хоть силу то контролируй. Он там чуть ли не задыхался.  — Да я там сжал то чуть-чуть.- невинно ответил Бин, надувая губки и вызывая смех у Юци и Ликса.  Друзья просидели немного, болтая обо всем и ни о чём. И тут Бин вспомнил утренний разговор с Соён.  — Слушай, а чего ты так на Соён обозлилась. Реакция девушки не заставила себя долго ждать. Она вскочила со стула и начала метаться по комнате. — Да она просто..такая..такая… — Красивая?- с ухмылкой спросил Бин.  — Да. НЕТ!  Громкий смех со стороны парней завёл девушку ещё больше. — Я ее просто ненавижу!  — Не твоя, вот и бесишься.- ответил ей Бин.  — Да иди ты!  — Кстати, а ей кое-кто нравится.  — Кто?- тихо и с ноткой отчаяния спросила Юци.  — А, то есть заинтересовала?- гордо улыбнулся Чанбин.  — Ни в коем случае, мне просто жалко этого человека.  — А по тебе так и не скажешь. Расстроилась чтоли?  — ПРЕКРАТИ!- уже полностью взбесилась девушка, а потом неожиданно упала обратно на стул и тяжело задышала, как-будто вот вот заплачет.  — Признавайся давай.  — Хорошо. Да, она мне нравится. Но, видимо, вместе мы точно не будем, раз ей нравится другой.  — Да ты дура! Ты ей нравишься. Ты!- Крикнул Чанбин, выделяя последнее слово.  — Я?- тупо переспросила Юци, смотря на Бина.  Феликс улыбался, прикрывая рот рукой, наблюдая за диалогом.  — Ладно…тогда я…признаюсь ей?- больше вопросительно, чем утвердительно сказала Юци.  — Удачи. Кстати, Ликс. Ты завтра выходишь на работу. — Уже завтра?- воодушевлённо спросил Феликс.  — Ага, Дженни тебя уже ждёт не дождётся. Только…нужно тебя предупредить. Администратор в этом ресторане…необычная женщина.  — В плане?  — Она ебанутая просто.  Юци и Ликс залились смехом, от прямолинейности Бина.  — Хорошо, постараюсь с ней поладить.  Ребята сидели так до вечера. Заказали себе немного еды, смотрели фильмы. Когда начало темнеть, они решили расходиться по домам.  Когда Феликс лёг спать, он вновь думал о Чанбине. Парень был безумно благодарен судьбе за то, что в его жизни появился он. Также он думал о завтрашнем дне, и уже мечтал приступить к работе как можно скорее. Но…его все же немного волновало то, что администратор заведения была не самой приятной женщиной, по словам Чанбина.