Питерская романтика

Артур сам не заметил как ноги привели его сюда. Он шёл, спотыкаясь о разбитые бутылки и остатки осфальтированной дороги. И перед собой увидел лишь тень, когда то красивого здания, ныне называемого "частью центра культурной столицы". Да уж, от слов "культура" и "центр" здесь лишь название. Здание находилось среди других подобных питерских домишек, будто уже построенных рядом с неформальной молодёжью, пахнущей бунтом и синтетикой. Вокруг скопились алкоголики разного стажа, разрисованные стены стали давить ещё сильнее, а значит пора взять волю в кулак и наконец-то постучать в старую громоздкую дверь. Но почему сердце бьётся так сильно? И даже не даёт найти нужную заметку среди тысячей записей в телефоне... Вопрос явно риторический. Конечно де, всё из-за него. Такого восхитительного и неподражаемого Жени Кирова. Артуру хотелось описать свои чувства к этому парню чем-то менее гейским чем "нравится" и "влюблён", но только такие слова приходили на ум. Ведь каждый раз, оказываясь рядом с одноклассником в одном помещении, взгляд падал на высокую спортивную фигуру, или бесстыдно ласкал линию столь красивых скул и выразительного подбородка. А глаза! О Боже! Блондин был готов часами изучать глубины ореховых очей. Наверное поэтому так приятно говорить с парнем по дискорду, слушать забавные байки из его жизни и помогать с учёбой Кирову. Трудно сказать, когда из парня с которым постоянно спорил Егор, лучший друг Артура, он стал объектом воздыхания. Но понятно одно - это не взаимно. Женя предпочитал Маржан, их одноклассницу и очень близкую подругу блондина. Да и стал бы парень признаваться, даже имея надежду на хороший ответ? Он не обладал достаточной смелостью, для того чтобы в открытую заявить:"да, я по мальчикам". Знакомые уже начали догадываться, и подшучивать, спрашивая, почему же у Артура нет подружки. Страх быть раскрытым перекрывал кислород и мешал спать. Насильный каминг-аут приходил в страшных кошмарах, и оставлял после себя реалистичный необъятный ужас. Нет, лучше страдать до конца жизни, пародируя античные трагедии, плакать в подушку, а потом стыдливо стонать от возбуждения, представляя, что с ним мог бы сделать парень, с красивыми осветлёнными волосами, но не раскрыть свою главную тайну. Пэтому тот момент, когда учитель произнёс фразу:"групповой проект", душа блондина почти что ушла в пятки. Но ведь в классе больше 15 человек, каков шанс попасть в дуэт с Женей? Не нулевой. Поэтому, собственно, Артур и сверлит взглядом дверь парадной, думая о возможном побеге, под прикрытием болезни или дел. Но нет, так нельзя! Руки дрожат, но пальцы бьют по потёртым кнопкам домофона. Прозвучал характерный звук, и послышался знакомый голос. - Кто? - Артур - А... Ща открою И вот ноги отличника шаркают по ступеням старого дома. Поднимаются на третий этаж. Армейский стучится в дверь маленьким кулоком. Всё пролетает перед глазами. Но тут появился он. В проходе стоит высокий парень в майке алкашке, слишком маленькой для спортивного тела, и чёрных джинсах. Он держит в руке пиво и ехидно улыбается. Взгляд Артура скользит по фигуре и заостряется на проколотом пупке, железная серёжка манит прикоснуться, но парню приходмться остановить заманчивый ход мыслей, иначе придётся с позором сбегать от приятеля, стыдливо прикрывая пах. - Чего стоишь, как не родной- произнеся это, Киров похлопал отличника по плечу и практически силой затащил в свою берлогу. Артур лишь стеснённо поздаровался и спросил в какой комнате он может помыть руки, на что получил указание идти к крайней двери слева. Проходя мимо фотографий Жениных родствеников и самого жителя апартаментов, ещё маленького и пухлого, блондин заметил, что в квартире весьма приличный ремонт советского образца. Такие родные жёлтые стены в цветочек, деревянная мебель, розовые шторы, цветы на подоконнике, скрипучий пол, фигурка домового, привезённая, скорее всего, с какого-нибудь южного курорта в России. И вот Армейский в ванне, вспоминает почему он решил не оставаться дома и пытается заглушить стук сердце. Которое не хочет слушаться. Евгений поинтересовался скоро ли он, и Артур, решив не раздражать его, умчался вслед за своим товарищем, прямиком в комнату. Блондин ещё не успел оценить обстановку, как вдруг в нос ударил сильный синтетический запах. Прям из парадной. Отличнику понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что Киров увлекается не только сигами и гаражом. Такие слухи и вправду ходили по школе, но парню не хватало смелости спросить обо всём в лицо. - Ну, располагайся. Таковы мои харомы. - пригласил школьный приятель. Армейский не стал отказывать и услужливо сел на кровать. "А тут не так уж плохо" - подумал он про себя. Все стены в помещении были увешаны постерами. Нашлись каждый фильм и каждая группа. Где-то, словно стыдясь себя, висели карандашные рисунки. До того момента, когда сильная рука Жени не включила свет, разобрать это было сложно, из-за плотно закрытых красных штор. Искусственный свет озарил скомканные листы бумаги на столе, разбросанную по комнате одежду. Но школьник был готов терпеть такой беспорядок хоть вечность, ведь рядом находился дорогой человек. Житель квартиры принёс стул из кухни и поставил рядом со столом. Артур сразу же усадил свою тощую пятую точку на не менее скромный трон, являвшийся деревянным табуретом, и начал рассказывать однокласснику о плане работе. Тот, честно говоря, слушал не очень внимательно, но искренне пытался сконцентрироваться на работе и вникнуть в суть. Около 20-ти минут ушло, на то чтобы объяснить Жене, что "просто скачать презентацию" нельзя, и биологичка как минимум изобьёт их если они так поступят. Спустя 2 часа групповой проект, наконец, был закончен. Около 90 процентов. работы сделал Армейский, Киров же, приносил бутерброды и энергетики, так что и свой 10-ти процентный вклад внёс. Артур не привык к столь шумному процессу выполнения домашнего задания, его школьную рутину красила лишь музыка и сериалы на фоне, и те не всегда. А тут целый товарищ, громкий и яркий, травящий анекдоты про евреев, рассказывающий про свои похождения на заброшках и слушающий Мельницу. Как не расплавиться от удовольствия? Есть ли шанс остаться хоть на чуть-чуть? Блондин, не находя слов, повернулся к мелированному другу, собираясь что-то сказать, как вдруг увидел, что тот сверлит его взглядом. Лицо Кирова озарила очень красивая ехидная улыбка, он придвинулся к приятелю. - Думаешь, я не заметил? - произнёс тот. - Что?.. - ответил Артур, краснея и вспоминая всевозможные молитвы. - Я могу повторить- в воздухе повисла короткая пауза- Но не хочу. И тут произошло это. Небо рухнуло, земля разломилась на несколько частей, Антлантида ушла под воду. Женя его поцеловал. Прикоснулся своими теплыми влажными губами к губам Артура. Они несколько секунд не могли отлипнуть друг от друга, но чуть погодя Киров с большим трудом разорвал поцелуй, решив, что они не стереотипная гейская парочка из фанфиков. - Я так долго хотел это сделать. - признался Артур. - Я тоже. - ответил его "друг". Тело блондина само поддалось на встречу Жене. Высокий парень обхватил Армейского за талию. - Я не знал, что ты предпочитаешь парней. - произнёс светловолосый. - Я тоже не знал, что мне могут нравиться парни. - покраснев, ответил школьник. Тогда, в квартире Кирова очень громко играла музыка. Парням повезло, ведь мать Жени уехала к родственникам, а значит их никто не смущал. Только соседи стучали по трубам и звонили в дверной звонок, но им никто не открыл.