Шестнадцать Флагов

Кан проснулся, протёр глаза, взглянул в небо и едва не споткнулся о труп виверны, лежащий у его ног — вчера он забил её досмерти голыми руками, и сразу после того, как она в последний раз колыхнулась перед смертью, лежа в луже собственной крови, Таро лёг спать прямо на земле перед своей добычей. Для него такие победы уже казались мелочью, поэтому после беспокойного сна он уже почти ничего не помнил о вчерашней битве. В десяти метрах от воина столпились десятки гулей — они ждали всю ночь, и, выстроившись кольцом, ожидали, когда жуткий рыцарь уйдет. Даже пока он спал, они не смели подходить у нему ближе — словно их отталкивала какая-то странная сила. Кен вытащил из тела ящера свою алебарду, распугав гулей, и осмотрел бескрайнее поле вокруг себя. Везде — лишь сухие травы и хвосты ковыля да крохотные полянки низкорослого смалка. Над головой такое же море, как и внизу, но лазурного цвета, и вместо лугов — облака. Жаркое солнце и прохладный ветер, как и всегда в этих илионских степях. А среди этого океана, где-то вдалеке от ночлега Таро, стоит лагерь того короля-ящера. Именно туда рыцарь и отправился — чтобы бросить вызов сильному сопернику. Герой, обгоняя ветер, домчался до палаток Одиннадцатого флага, но уже не чувствовал присутствия той могущественной рептилии. Зато он ощутил поблизости кого-то другого — далеко не настолько мощного, но все равно грозного врага. Это был тот самый высокий солдат — но теперь его аура виднелась чётче. Высокий, выйдя из своей палатки, не спеша подошёл к Таро, плотно сжимая рапиру и щит, который кверху сужался в подобие лезвия. Двое стояли и смотрели друг на друга почти вплотную. — Ящер. Скажи мне, где он, — потребовал Кен. — Вы о Короле Драконов? Ему пришлось оставить нас, ибо Навицея и Фламения объявили нашему флагу войну, — дружелюбно ответил солдат, но затем что-то сообразил и занервничал: — А.. зачем вам нужно знать, где находится наше величество? Кен улыбнулся, зная, что слуга одиннадцатого флага наверняка видит сквозь шлем. Таро смотрел высокому прямо в глаза с полминуты, но тот не показывал слабость, и рыцарь продолжил: — Я хочу поступить на службу к нему. Он сильный правитель. — Я обязательно расскажу Королю Драконов о тебе, — ответил солдат, — Но действительно ли ты достаточно силён, чтобы... служить ему? — Ты предлагаешь дуэль, так ведь? — с уважением и удивлением произнёс герой. — Всё именно так. Мы проведём битву в соответствии со всеми правилами... — Не стоит. Кан положил руку на шлем рыцаря. Тот собирался задать какой-то вопрос, но тут же его армет покрылся трещинами и начал деформироваться, словно кто-то мял его, как бумажный лист. Затем неизвестная сила перешла на самого воина, и его голова треснула и стала разрываться на несколько кусков. Кровь и осколки металла со свистом отлетали в траву за спиной рыцаря. — Я достаточно силён для твоего господина, не так ли? Высокий стоял неподвижно, словно бы умер, но вдруг схватил странствующего героя за запястье и убрал ладонь со своей изломанной брони. Таро не сопротивлялся этому нисколько — сражаться не собирался. — Всё верно. Я думаю, ты достоин этой службы, — ответил слуга Спектроса, хрипло смеясь. Кровь стекала по его затылку и лицу, вытекая отовсюду, откуда могла и не могла вытекать. Герой удивился: — Ну надо же. Ты всё ещё стоишь на ногах. Даже не шелохнулся. Кого попало в королевские телохранители не берут, как вижу. И как же тебя зовут, боец? — Керис Митрил, — без всякой дрожи в голосе ответил напуганный до полусмерти воин Спектроса, — Керис Митрил из Храбрых Драконов. — Меня и моё имя ты уже знаешь. И раз уж мы больше не чужие друг другу, то ответь мне: где сейчас твой хозяин? Солдат тут же понял, что герой собрался сделать. Он поставил себе цель, от которой не отступится. Но никак помешать ему высокий не мог, ибо жуткий рыцарь убил бы его без всяких трудностей. Всё, что ему оставалось — притворяться, как прежде, непоколебимым. Даже если его сил еле хватает на то, чтобы просто стоять на ногах. — Он отправился на Запад, сэр. В руины Регориса. Я не могу раскрыть причину этого — да я и сам её не знаю, если быть честным. — Отлично. Передай Лиурену от меня привет, когда вернёшься к нему. Если вернёшься, конечно — ведь теперь войну объявили уже официально. Но с такими как ты, я думаю, ваш Флаг не пропадёт. Таро развернулся, и, не попрощавшись, медленно ушёл, растворившись в золотых волнах илионских полей. Керис облегчённо вздохнул, убедившись, что незваный гость ушёл, а затем упал на землю, потеряв сознание. "Знал ли он, что я видел его фальшь?" — задумался герой, ступая средь пожелтевших трав, "Нет. Точно нет. Как не знал и того, что это не он проверял мою силу, а я его волю. Так предан своему делу... Все эти люди на службе идеям, все они жертвуют собой, стремятся быть лучше ради чего-то... Что движет ими? Я видел много войн ради денег и власти. Но эта война другая: они сражаются за что-то большее. Я не могу оставаться в стороне, как раньше..." Но затем крик степной виверны отвлёк его, и внимание Кена переключилось уже на неё.