Курортники

      Утром я ахуел. Хината решил выйти на новый уровень и в этот раз лежал у меня в кровати. Поверх одеяла.       Я хотел было заговорить, но заметил, что он всё ещё спит. Меня это настораживало. Ранее он всегда поджидал в бодрствующем состоянии, но в последние дни он просыпался всё позже.       Даже когда я вышел из ванной, он всё ещё был в отрубе. Жёстком.       Я присел на кровать и потрепал Хинату по волосам. Спустя секунду его руки притянули меня к себе, прижимая. Да блять.       — Ты не спишь, — сказал я.       — Уже нет, — пробормотал он.       — Что ты здесь забыл?       — Больше не будешь называть меня криповым?       — Буду. Так что?       — Ну... Я не мог уснуть у себя. Хотел ещё раз у тебя побыть, но ты уже спал. Я проворочался полночи, а под утро пришёл к тебе.       — Какое я хорошее лекарство от бессонницы.       — А то.       Мы ещё немного так полежали, после чего Хината всё-таки соизволил встать и уйти к себе умываться. Перед этим, блять, зажал моё лицо в ладонях и потёрся носом о нос. Ну почему он такой?

* * *

      Через полчаса Хината всё-таки вернулся. Он вновь обнял меня, повалив обратно на кровать, и лёг головой на мою грудь. Какое-то время мы так и лежали. Не буду спорить, это приятно. Но его объятия всё ещё заставляли сердце заходиться в бешеном ритме.       Он провёл рукой по моим волосам. Затем ещё раз. И ещё. А потом поднял свою голову, заглядывая мне в глаза.       — Давай тебе причёску заебашим.       — Какую? У меня резинок нет.       — Да любую. А без резинок как-нибудь обойдёмся.       — Ты хоть знаешь, как это делать?       — Отвечаю, я в этом мастер.       Я недоверчиво покосился на него, но всё-таки сел. Хината откуда-то выхватил мою расчёску и сел позади, принимаясь наводить свои порядки на моей голове.       — Хочешь, сделаем тебе процедуру "лисьи глазки"? — спросил он, принимаясь утягивать мои волосы в хвост.       — Ай! — вскрикнул я, когда он их затянул. — Нет, не хочу... — Но было слишком поздно: моё зрение помутилось от натяжения глаз.       — Во, — он протянул мне телефон со включённой фронтальной камерой.       — Ебучий случай.       Мало того, что я не мог себя рассмотреть, так ещё и кожа головы неприятно ныла. Стилист хренов.       — Мамина модница.       — Отпускай уже.       Он посмеялся, но всё-таки разжал пальцы, позволяя мне спокойно выдохнуть, а после этого ещё и помассировал голову.       — И это весь твой запас причёсок?       — Обижаешь. Ещё косички умею.       — ...       В подтверждение своих слов, он принялся снова хуебесить на моей голове. Должен отдать ему должное, он с усердием подошёл к этому делу. Но я всё равно морщился, когда он неприятно дёргал волоски.       Спустя пятнадцать минут он вновь гордо протянул мне смартфон. На моей голове теперь красовались довольно приличные косички. Смотрелись они на мне, честно сказать, странно, однако я всё равно сделал несколько фотографий (на оба телефона).       Налюбовавшись, он вновь расплёл мои волосы, которые сделались слегка волнистыми после всех махинаций. Пока я вновь разглядывал себя у Хинаты во фронталке, он прижался ко мне со спины. Я замер на мгновение, но после продолжил делать фотографии.       ...       — ... Почему твои руки у меня под футболкой?       — А что? Стесняешься?       Он усмехнулся мне куда-то в шею и пополз ладонями вверх. Я выронил телефон из рук и схватил его за запястья через футболку, пытаясь остановить эти поползновения, но это не сильно помогло.       — Хината!       — Ладно, ладно, — он вынул руки из под футболки и немного отстранился. — У тебя уши красные.       Я пихнул его в плечо.

* * *

      Мы не нашли каких-то интересных занятий (Хината, конечно, был не прочь просто полежать в обнимку, но я предпочёл отказаться), поэтому было решено опять прийти к интернету. Мы вновь присели на диванчик и занялись своими житейскими делами.       Сония снова жаловалась на детей, которые в этот раз сами приехали к ней, но советов попросила не давать. Мы мирно болтали, но тут Хината резко повернулся ко мне.       — Давай тесты в интернете проходить.       — Какие?       — Не знаю. Какой ты унитаз по знаку зодиака, например.       — ...       Я вздохнул, но за неимением лучшей альтернативы согласился. Хината нашёл нам какой-то сайт с убогими тестами, которые мы принялись проходить.       Хината оказался горящим унитазом, а я — розовым. Ещё мы прошли тесты из разряда «Какая ты фея?», «Какой стихией ты будешь обладать?», «Какой ты школьный предмет?» и тому подобные. Я искал следующий интересный тест, когда Хината протянул мне телефон.       — ... Я не буду это проходить.       — Да ладно тебе! Безобидный тестик.       Нихуя не безобидный: «Что тебе подходит в БДСМ». Он принялся упрашивать меня, обвивая руки вокруг моего тела, а после докатившись до низкого шёпота. В общем, я не выдержал, отлепил его от себя и принялся приходить тест.       ... Хинате достался кляп, а мне — наручники. Ну, кажется, он был доволен этим раскладом.       Через пару минут он вновь протянул мне телефон. Снова с ужасно пошлым названием. Он успокоится, нет?

* * *

      После обеда Хината направился к себе за наушниками, потому что в карманах их не оказалось. Он, конечно, сказал, что сейчас вернётся, но я всё-таки проследовал за ним в комнату.       Я зашёл внутрь, но меня сразу посетило странное чувство. Что-то не так. Как будто что-то поменялось.       — У тебя тут как-то... пусто.       Хината вздрогнул и резко обернулся на меня.       — А... Это... Мама в номер зашла, обозвала меня свиньёй и наказала убраться. Пришлось вылизать всё до блеска. Вот...       О, ну, это все объясняет. Задержись моя мама в номере дольше пары секунд, сделала бы точно так же.       Наконец, он нашёл свои наушники где-то в кармане рюкзака и положил к себе. После того как он оглядел меня, в его глазах блеснули огоньки, предвещая что-то недоброе.       Хината притянул меня за талию, одной рукой развернув мою голову, оставляя между нашими лицами несколько сантиметров, а второй... Потянулся к зарядке, лежащей на столе позади меня. Он отстранился, а увидев моё ошеломлённое и наверняка красное лицо, посмеялся.       Поставив повербанк на зарядку, он снова развернулся ко мне. Мы встретились глазами. Я видел, как крутятся шестерёнки в его голове, а в следующий миг Хината зафиксировал мои руки перед собой и повалил меня на кровать, нависая сверху.       ...       Неловкое положение... Очень...       — Ты так мило краснеешь, — горячий шёпот коснулся моего уха. Я почувствовал, как чужая рука забирается мне под футболку.       — Хината! — шикнул я на него.       — Смущаешься? А вчера тебе нравилось...       — Завались!       Он невесомо провёл по коже, отчего мышцы живота сократились. Бля-я-ть, я ёбнусь с ним!       Он немного поднялся надо мной, медленно ведя к моей груди... как вдруг мы услышали поворот дверной ручки.       — Хаджиме... — в комнату зашла его мама, но увидев нас, остановилась. — Что вы делаете?       — Мам, ты знала, что Комаэда боится щекотки? — он провёл рукой по моим рёбрам.       Я не успел понять, какую эмоцию мне юзануть, поэтому неловко лежал под Хинатой, но, после его действий, смерил того недовольным взглядом.       Кажется, этот аргумент сошёл за правду, потому что женщина пожала плечами и вздохнула.       — Хорошо. Комаэда, — она обратилась ко мне, — я заберу его у тебя на какое-то время, — она вновь посмотрела на своего сына. — Пошли, поможешь мне.       Мы неловко переглянулись. Хината аккуратно слез с меня, как-то зажато проследовал за своей мамой, перед этим бросив на меня какой-то странный взгляд.       Что это с ним?

* * *

      Спустя, наверное, часа два, Хината зашёл ко мне. Он присел ко мне на кровать с загадочным выражением лица.       — Смотри, — он протянул мне раскрытую ладонь.       — Кольца? — я повертел одно меж пальцев. — Твои?       — Ага. Снял их, чтобы не потерять, а пока в комнате убирал нашёл.       — Красивые.       — Хочешь какое-нибудь?       — Чего? — я повернулся к нему.       — Померяй. У меня пальцы немного толще. Посмотри, какое тебе подойдёт.       Я недоверчиво на него взглянул. Он хочет подарить мне кольцо? Лучше бы в той коробке от черешни его преподнёс, ей-богу.       Я взял не особо примечательное серебристое кольцо. Оно выглядело простенько и казалось чуть меньше остальных. Руки Хинаты обнимали меня поперёк живота, пока я примерял кольцо. Выяснилось, что оно идеально садится на мой средний палец.       — Мило, — сказал Хината, вертя мою руку.       — Ты мне его типа даришь?       — Типа да, — он положил голову мне на плечо.       — Замуж я за тебя не выйду.       — Жаль.       Немного подумав, я взял его руку, обхватывающую меня, после чего стянул свой недавно купленный браслет и застегнул тот на Хинате.       — Наручники это вроде по твоей части.       — Сейчас обратно заберу.       Я уже было принялся со взглядом знатока рассматривать чужую ладонь, когда почувствовал лёгкое прикосновение губ к своей шее. Я вздрогнул и рефлекторно попытался вжать голову в плечи. Чужой язык провел влажную дорожку, а после Хината аккуратно прихватил кожу у меня на шее.       — Хината, блять! — я наклонился в сторону от него. — Не дай бог засос оставишь — меня ж потом ёбнут... — я остановился и оглядел его. — И тебя тоже.       Он насупился, но не отодвинулся. В следующий миг он повалил меня, и на его лице мелькнула ухмылка. Это не к добру...       Он принялся спускаться и... Блять?!       Его лицо оказалось между моих ног!       — Хината?? Что ты...?!       Я закрыл себе рот руками, потому что он задрал ткань моих шорт и лизнул внутреннюю сторону бедра. Прошёлся языком, оставляя мокрую дорожку, оставил несколько поцелуев, не забывая оглаживать руками кожу, а позже и вобрал кожу в рот, на выходе получая алеющий засос. Мои ноги, закинутые Хинатой на плечи, подрагивали, но он крепко сжимал их, не давая сделать мне лишних телодвижений.       Наконец, удовлетворившись, он поднялся, поправил мне шорты, скрывая свежие засосы (заботливый какой!), и присел чуть поодаль. Я все ещё загнанно дышал, но наконец смог немного расслабить тело.       — У тебя даже шея красная.       — ...       Он прилёг рядом и положил руку мне на щёку.       — Горячая.       — А ты что думал? Я как хамелеон цвета меняю?       Хината прыснул, а после чмокнул меня в губы.

* * *

      Дальше ничего особенного не происходило. Мы просто лежали в номере. Я читал аннотации пары скачанных фильмов, а Хината витал где-то в своих мыслях, из которых мне периодически приходилось его вытаскивать. Да и в принципе весь его запас ебанутости неожиданно иссяк.       ...       Ладно, не весь. Он продолжал нести хуйню, только более пассивно. Предлагал трахаться на всех поверхностях, а ещё пару раз ткнул пальцем на дерущихся птиц, говоря при этом «мы», когда после ужина мы пошли к интернету.       На пляж мы пошли, когда солнце уже село. Почему-то Хинате захотелось пройтись под ночным небом.       Расположились мы, как обычно, у края воды. Разве что океан сегодня был спокойнее, чем прежде. И если я периодически смотрел на Хинату, то он глядел лишь в одну точку, зарывшись куда-то глубоко в свои мысли.       — Что с тобой? — спросил я. — Ты какой-то странный весь день.       — А? Разве?       — Ну да... Я уже замечал, как ты так тупишь.       — О. Просто немного устал. Я же говорил, что не выспался сегодня.       — Чем же ты таким занимаешься, что не высыпаешься на курорте?       Хината наклонился ко мне, положа руку на моё бедро.       — Думаю, в какой позе лучше тебя брать, — горячий шёпот коснулся моего уха.       — Не дорос ещё... — я потёр шею со стороны, где сидел Хината, и чуть отклонился от него.       — Я? Не дорос?       Он схватил меня за руки и уложил на лопатки (ну, хотя бы аккуратно), прямо на песок, и с вызовом взглянул в мои глаза.       Я смутился, но постарался не подавать виду.       — Ого. Даже так?       Хината прыснул. Моё (наверняка красное) лицо и попытки оставаться невозмутимым, кажется, довели его. Он растёкся у меня на груди, беззвучно смеясь. Наконец, он всё-таки соизволил подняться. Тяжёлый, зараза.       — А ты чего лежишь?       — Так у меня волосы в песке. Я если поднимусь, оно мне всё за шиворот посыплется.       Хината оглядел меня ещё раз, а потом улёгся рядом и повернул голову к моему лицу. Луна озаряла его, а в глазах была видна она сама. Он определённо красивый. Он трепетно переплёл пальцы наших рук.       — Ты удивительный, Комаэда.       — ... В смысле? — я смутился.       — Ну... — он повернул голову к небу. — Ты просто принимаешь меня. Многие в восторге от моего безрассудства, им нравятся мои странные идеи. Хочется быть частью некого движа. Но стоит лишь задержаться, и они начнут упрекать меня в нём же. Это утомляет.       Он придвинулся чуть ближе, положил голову мне на плечо и продолжил.       — А с тобой общаться легко. Ты с первого дня поддерживал весь этот бред. Я, конечно, был не уверен, что тебе зайдёт, но попробовать стоило.       — А мне зашло.       — А тебе зашло.       Ещё немного так полежав, Хината поднялся, а следом подтянул и меня, аргументируя тем, что песок уже остыл. Он бережно отряхнул мне спину и сказал, что песок разве что на концах. Ну, спасибо и на этом.       Приведя себя в порядок, он уронил свою голову мне на плечо.       Песни сменялись одна за другой. Это мирное сосуществование дарило умиротворённость и душевный покой. Просто было приятно. Не всегда нужны разговоры. Я и не заметил, сколько прошло времени.       — Уже поздно, — сказал я, глядя на часы.       — Давай ещё немного здесь посидим.       Я обернулся на него. Как-то странно.       — Хорошо.

* * *

      Хината упирался коленями в матрас, держа моё лицо в ладонях и целуя.       ... Это должен был быть простой поцелуй на ночь, но он немного затянулся.       — Ну, — он ещё раз чмокнул меня, — я пойду к себе, — его выражение лица было каким-то удрученным.       Он уже было хотел развернуться и встать, но я удержал его за запястье.       — Постой. Может... Полежишь со мной?       Он остановился, но через пару секунд на его лице расцвела мягкая улыбка.       — Конечно.       Хината прилёг рядом, привычно обвиваясь вокруг. Правда, одну руку он всё-таки оставил на поверхности, и уже ею производил медленные поглаживания по моей. Его движения успокаивали. Тепло его кожи дарило ощущение комфорта. Мне было хорошо. Я был с Хинатой.       Совсем скоро я начал засыпать. На его лёгкие, непринуждённые вопросы я отвечал мычанием. Где-то на подкорке осталось то, как Хината аккуратно отодвинулся от меня, поцеловал в лоб, нежно провел рукой по щеке и удалился из номера.       Уснул я под звуки проезжающих машин.