Не мешайте художникам дрочить

Инк устало завалился на диван. Сегодня Создатели были особенно требовательны. Из хранителя АВ выжали все соки. По нему словно проехала сорокотонная нагруженная фура. Каждая косточка налилась свинцом. Двигаться просто невозможно. Хотелось расслабится. Почувствовать наслаждение после долгого рабочего дня. Сбросить напряжение. Проще говоря подрочить. А что? Он хоть и бездушен и не может призвать магию ввиде половых органов, но может получить удовольствие. Да и лучшего способа отдохнуть он не знает. Даже горячий душ не приносит столько удовлетворения. А тут... Можно закрыть глазницы, лениво ласкать себя никуда не торопясь и отдаваясь плотским утехам, а заодно представить, что это делает какой-нибудь красивый монстр. Например, Эррор. А что? Инк считал, что тот вполне собой хорош. Но самому Эррору это лучше не говорить. Мало ли еще отправит на перерождение, а после того столько работы, что захочется сдохнуть еще раз. Инк довольно улыбнулся и прикрыл глазницы. Он представил горящие похотью красные глазницы и синий румянец на щеках перед собой. Он представил как скелет тяжело дышит и наклоняется так близко, словно хочет поцеловать, но на деле тот просто дразниться. А также изящные трехцветные ладони, что медленно перетекали вниз, к краю кофты. И Инк следует своим фантазиям и касается груди, ведет руку вниз и заползает под кофту. Медленно. Нежно. Игриво шагает пальчиками по позвоночнику к ребрам. Судорожно выдыхает и чувствует как нега удовольствия уже разливается по телу. Второй ладонью гладит лобковую кость, пока еще скрытую штанами  — Инк! — внезапно кричит Дрим. Блять! Инк резко открывает глазницы, выпрямляется, и убирает руки с интимных мест. — Звезды, ты в своем уме?! — Найтмер напал на вселенную! Хранитель АВ задрал голову к потолку и страдальчески застонал. Серьезно? Прямо сейчас? — А это не может подождать? — Инк! — Хорошо, хорошо, иду. *** Инк, проклиная Найтмера, что порвал пояс с красками, собирал разбросанные по снегу флаконы. Он уже починил пояс и осталось лишь засунуть туда жидкие эмоции. Но, честно, у хранителя АВ не было ни сил, ни желания, ни времени распихивать те в правильном порядке, так что он засовыл каждую краску как придется. Компашка кошмара уже покинула поле битвы, как и друзья Инка. Хотя Дрим после такого нежданого визита ему больше не друг. Но это не главное! Хранитель АВ, наконец, что и так задержался, может вернутся домой и продолжить начатое. И вот он открывает портал. Секунда — Сноудин сменился на спальню. Инк отставил кисть в угол и снял с себя пояс с красками. После чего он спиной плюхнулся на кровать и тяжко выдохнул. Ну, теперь можно и подрочить. Хранитель АВ развернулся на кровати и лег головой на подушки. Закрыл глазницы. В фантазиях все тот же Эррор, сгорающий от страсти и желаний. Инк представляет как тот нависает над ним, а после наклоняется и целует шею. Хранитель АВ касается позвонков, скрытых шарфом. А после, решив, что тот мешается, скелет скидывает ненужную тряпку на пол. Инк представляет как трехцветная ладонь дразняще гладит бедро, специально не касаясь более интимных мест. Хранитель АВ шумно выдыхает и воплощает фэнтазию в жизнь. Ласково ведет по бедру и... Эррор разрушает вселенную. Да ебанный в рот! Скелет раздраженно встает с кровати. Хмурится, словно дождевая туча, надевает пояс с красками и берет кисть. Ну ничего. Сейчас он покажет разрушителю весь свой гнев! Чтоб того кто-то затрахал, как Инка этот ебучий день! Хранитель АВ появляется в Вотерфоле. Эррор стоит спиной к нему и копается в коде. Инк открыл флакон, лежащий на месте злости, и опустошил тот на половину. Как же ему хотелось приложить по черной дурной черепушке! Хранитель АВ тихо подкрался сзади и со всей силы треснул разрушителя по голове. Тот, взявшись за череп, пошатнулся и развернулся лицом. Инк среагировал молнеиносно: ударил в грудь, от чего Эррор упал на таз, а после хранитель АВ, упав на колени и схватив скелета за плечи, придавил разрушителя к земле. Секунда — трехцветные ладони утонули в чернилах. Вот так. Пускай полежит, подумает над своим поведением. И, вроде, можно уже вставать и идти домой, но... Инк, тяжело дыша, не мог оторвать взгляд от Эррора. А еще здесь было слишком жарко. Но... Погодите? Жарко?.. В Вотерфоле то? Что-то не так... Следущим тревожным звоночком стало накатившее возбуждение от вида скелета, что был полностью в его власти. Хранитель АВ достал флакон, что лежал на месте злости. Это была розовая краска. Вот дерьмо! Инк нервно усмехнулся и сипло прошептал: — У меня для тебя две новости. Одна хорошая, а другая плохая. — Какая хорошая?.. — настороженно спросил Эррор. — Мне это понравится. — А плохая?.. — Тебе это не понравится. — Не понравится что?.. — разрушитель дейсвительно не понимал что нес скелет. — Вот это, — ответил хранитель АВ и, взяв скелета за щеки, поцеловал. Эррор чуть не ушел в перезагрузку. Инк нервно засмеялся. Тело не слушалось, а в голове играло воспоминание, где скелет желал, чтобы разрушителя кто-то затрахал, как его этот ебучий день. Кто бы знал, что мысли материальны? Также хранитель думал, что вместо дрочки у него сегодня будет первый полноценный секс. Ну как полноценный. Кастрированный, но тоже неплохо. — Мудак, — шипит ослепший Эррор. И это выбило все остальные мысли. Остался лишь разрушитель, что так притягательно ругается. Кажется, розовая краска пробуждает потаенные фетиши. — Прости... — шепчет Инк и целует не видящего из-за ошибок Эррора, что, желает сказать что-то еще, но вместо этого давится чужим языком. Розовая краска попадает на синие языки. Разрушитель вертит головой, но чувствует как чужая слюна с химическим привкусом катиться внутрь, и он ее проглатывает. Мерзко. Инк совсем не умеет целоваться. Страстный поцелуй совершенно мокрый, подбородок неприятно влажный, но Эррор до жути заведенный. Разрушитель сваливает все на розовую краску, что, судя по хранителю АВ, отвечает за возбуждение. Но глубоко внутри он знает, что это ложь. Знает, что когда ему хотелось непотребства, он представлял именно прекрасные и холодные, как бескрайний космос Оутертейла, руки Инка. Он представлял химический вкус краски на языке и обжигающие ледяные касания на ребрах и тазе. Он представлял как несдержанный Инк рвет на нем одежду и задыхался от возбуждения. Вот бы тот был груб. — Я убью тебя... — совсем не убедительно шепчет Эррор и тянется за новым поцелуем. — Прости... Прости... Прости... — шепчет хранитель, но его руки уже стекают к краю красного свитера. — Звезды, заткнись и просто поцелуй меня, — начал злится разрушитель. — Иначе я точно убью тебя. — Я тебя совсем не понимаю... — растерялся Инк, задирая свитер. — Ты просто слишком тупой, — скалится Эррор, делает рывок и касается белых губ. Хранитель АВ больше не спрашивает, улавливая согласие в чужих действиях. Он положил руку под черный череп и, напирая, прижал скелета к земле. Второй рукой Инк сжал красный позвоночник. Ртом уловил едва слышный стон. И проник языком внутрь. Эррор отвечал со всей страстью. По подбордкам текла холодная слюна, размазываясь от движений головой разрушителя. Скелет агресивно ласкал язык хранителя АВ своими, с силой скользя то по тому, то зубам, то небу. Инк задыхался от чужого напора и языков, которых оказалось слишком много. Он старался уделить внимание каждому, но в конце концов язык просто оказался между чужих. Не пошевелится. Остается лишь отдаться, сдавленно стонать и просто забыть как дышать. Воздуха чертовки не хватало. Инк, приложив силу, оторвался от Эррора и жадно вдохнул. Разрушитель тоже тяжело дышал. Мгновение — и хранитель АВ снова прислонился к черным губам. Игриво прикусил нижнюю. Сквозь поцелуй прозвучало от Эррора: — Сильнее. — Что? — не расслышал скелет. — Сильнее, блять! — взбесился разрушитель и показал Инку чего он хочет: до крови прикусил белую губу. А после слегка оттянул и отпустил. Хранитель АВ слизал чернила и повторил действия Эррора. Кусал сначала нижнюю, оставляя кровавый след, переключился на верхнюю, до боли оттянул и вновь открыл рот. Разрушитель принял приглашение. Но у Инка оказались свои планы. Он с силой стал посасывать один из языков, втягивать внутрь как можно глубже, чем в итоге оставил ранку. Настала очередь Эррора отрываться от поцелуя. Хранитель АВ дьявольски улыбался. Язык и губы саднили. И снова поцелуй. Инк, поняв, что так они будут продолжать долго, разжал позвоночник и стал двигаться под ребра. Уже там он стал пытаться нащупать душу, но... — Моей души нельзя коснуться, — прервал Эррор поцелуй. Кажется, тот не был растроен, но вот Инк был недоволен. Чтобы забыть про неприятные чувства, хранитель АВ вновь затянул скелета в поцелуй. Огладил внутренюю сторону ребер. И тут разрушитель вновь оторвался от Инка: — Освободи мне руки. Скелет выполнил просьбу. Эррор первым же делом снял с себя свитер. Инка обдало новой волной жара от вида черных ребер. Он, сев, тоже стянул с себя верх. Секунда. И... Они впились друг в друга. Ненасытный, жадный поцелуй. Ребра терлись друг об друга, цепляясь и принося болезненное удовольствие. Руки Эррора никак не могли определиться, что трогать. Они то сжимали плечи, то царапали лопатки, то пересчитывали ребра. Инк же просто гладил позвоночник, иногда заползая в щели меж позвонками и принося особо острое удовольствие. Разрушитель выгибался на встречу ласке, тяжело дышал и уже плохо соображал. Хотелось всего и сразу. Больше касаний холодных рук, которые от чего-то не желали заходить дальше. Больше поцелуев, что могли бы быть не только на губах. Больше ласк, что могли бы быть сейчас на самом чувствительном органе монстров — душе. Больше страсти. Больше огня. Больше удовольствия. Больше. Просто, черт дери, больше. Кажется, сейчас и Эррор жалел, что у него душа существует лишь призрачной тенью. Но вместо печали разрушитель впился остырыми кончиками пальцев в затылок Инка и до крови укусил язык того. И в поцелуй примешался вкус чернил. За очередными страстными ласками никто из них не заметил в какой момент они остались без одежды. Руки спустились ниже, где продолжили свои игры. Инк, этот ублюдок, лишь слегка гладил края крыльев таза, не заползая внутрь. Как будто Эррор единственный, кто думал как доставить партнеру удовольствие! Так обидно и нечестно, что скелет прервал поцелуй и прерывисто и со злобой выругался: — Мудак. Инк сглотнув вязкую слюну и, не помня себя от удовольствия, прошептал: — Повтори это еще раз. Эррор, что никак не мог отдышаться, силой оцарапал чужой чувствительный копчик, от чего хранитель АВ раскрыл рот в немом стоне, и повторил еще раз: — Мудак. Инк сжал запястья скелета, прижал те к земле и придавил его таз своим. Стал грубо двигаться. Лобковые кости цеплялись и терлись об друг друга. Эррор распахнул глазницы, выгнулся и громко застонал. Хранитель АВ, полностью повторив действия скелета, вновь полез целоваться. Они оба плавились от прекрасного, но такого колкого возбуждения. Оба глухо стонали, абсолютно не сдерживаясь и полностью открываясь друг другу. Оба продолжали двигаться, болезненно тереться друг об друга, не смея оторваться или остановится. Оба потерялись в бьющем ключом удовольствии. Оба могли едва дышать. Оба сгорали. Оба таяли. Оба были грубы. Оба желали сделать как можно больнее. И оба ловили от этого особый кайф. В какой-то момент они достигли пика. Это был взрыв удовольствия. Извержение из чувств. Душа Эррора вспыхнула вспышкой света. Инк просто замер на несколько бесконечных секунд и надрывно застонал. А после лег рядом, бесцельно глядя в черноту свода пещеры, и пытаясь отдышаться. Через быструю минуту их взгляды пересеклись. Хранитель АВ перевернулся на бок и неловко произнес: — Мы, эм, переспали. — Я заметил, — ответил разрушитель. — Мы, не имея нормальных душ и от того оставаясь без эктотел, переспали. — Блять, да я заметил, — нахмурился Эррор. — Это странно. — Нормально. — Мы враги. — Одно другому не мешает. — Дрим не поймет. — Да какая разница. Он тебе мамочка, что ли? — Почему ты вообще этого захотел? И тут разрушитель замолчал. Скелет мог сказать про краску, мол, это она на меня так подействовал, но... Тогда после разрядки он должен был сбежать. Вместо этого он остался и болтает с Инком. Иначе говоря: Эррор сам этого захотел. Захотел потому что что-то чувствует к хранителю АВ. Вот дерьмо. — Неважно, — в конце концов отмахнулся разрушитель. — Мне важно. — Звезды, отстань. — Эррор. — Нет. Инк тяжело вздохнул. Эррор явно не из тех, кто будет делится чувствами. Но можно ли случившиеся считать началом чего-то? — Станем любовниками? — внезапно спросил хранитель АВ. Лаги разрушителя активно заскакали по телу и зашипели, а сам скелет смущенно отвернул голову и, немного погодя, прошептал: — Может быть...