Карма не дремлет.

1.       Юнги сидел за столом в своей кухне. В одной руке стакан, в другой телефон. Уже опустевший стакан и молчаливый телефон.       Это продолжалось на протяжении года, каждую пятницу. И сколько продлится ещё, он не знал. Но ритуал не менялся. Вот так же, год назад, в пятницу, он сидел один. Ему лень было куда-то идти и Чимин ушёл один, потусить в клуб. А он отпустил. Домой Чимин не вернулся. Первые два дня Юнги не переживал. Ну загулял парень со своми «подружками», явится, получит очередную «порцию вливаний» от старшего. Нет, Юнги не бил парня, он воздействовал морально, объясняя, что так нельзя, что он волнуется, нужно, хотя бы, звонить. Так случилось однажды, Чим завис со своим другом у того дома, после клуба, на два дня: парни просто напились, а после приходили в себя. Тогда Юнги доходчиво объяснил и Чимин, вроде бы, понял и обещал впредь так не делать. Это было ещё в начале их отношений. И вот сейчас снова… Но в этот раз, явно, что-то произошло.       На третий день Юнги начал сам ему названивать. Телефон выключен или находится вне зоны действия сети. О том, что Чимин кем-то увлечётся, он даже не думал. В этом плане у них идиллия полная. Познакомились они в клубе, вместе уже пять лет. Пять лет пролетели, как пять дней, что называется, на одном дыхании. А вот шестой год Юнги провёл в одиночестве.       Он обзвонил всех друзей Чимина, даже тех, с кем тот в последнее время не общался. Никто ничего не знал. Как может человек вот так просто исчезнуть?       Полиция особо не заморачивалась.       — Ищем. Пока без результатов, — один дежурный ответ.       Стакан полетел в стену. Это тоже ритуал. Юнги поднял руку с телефоном над головой, чтобы отправить его вслед за стаканом. И тут он зазвонил. Номер был незнакомый. Юнги напрягся, какое-то шестое чувство твердило — «это Чимин».       — Я вас внимательно… — дыхание перехватило.       В трубке послышалось какое-то шуршание. Шуга не выдержал.       — Чимин, говори! — прошептал он.       — Ты меня всё ещё ждёшь? — хриплый, незнакомый шёпот, но это Чимин.       — И ты ещё спрашиваешь? — Шуга подскочил, на глаза навернулись слёзы. «Он жив и он позвонил».       — Ну тогда открывай, я за дверью. — выдохнул Чимин и сбросил вызов.       Распахнув входную дверь, Юнги, от неожиданности, сделал шаг назад.             Перед ним был совершенно незнакомый человек. Похудевший, бледный, с глазами и губами Чимина, в какой-то чужой, поношенной, но чистой, одежде. Даже взгляд был другой. Он, как бы, потух.       — Даже не пригласишь? — опять шёпот.       — Да, конечно, проходи, я немного растерялся, — Юнги сделал шаг в сторону, пропуская Чимина внутрь.       — Ты где был? Я тебя искал? Ты не отвечал на звонки? Тебя даже полиция не могла найти? Что случилось, Мини?       Чимин, проходя мимо, поднёс свою ладошку ко рту Юнги и тихо произнёс:       — Не тараторь, Юнги, я тебе всё расскажу, потом, может быть, сейчас я хочу спать. Я попал под пресс.       — Под какой пресс, Чимин-и? Скажи, хотя бы, где ты был? — допытывался старший.       — Я не хочу об этом даже думать, а ты говоришь, скажи. Под машину я попал, авария, — и он, не раззуваясь, направился в спальню.

***

      Юнги терялся в догадках. Но потом решил, Чимин живой, он дома, всё остальное может подождать. Старший прошёл в спальню, Чимин лежал на кровати, как пришёл, в одежде. Он не снял даже куртку и обувь. Такого никогда раньше не было. Чимин был одержим чистотой и порядком. Был!..       Парень свернулся калачиком поверх одеяла, обхватил руками колени и спал. Это тоже было что-то новое.       Юнги присел рядом. Он это сделал очень осторожно. Малой всегда спал крепко, хоть стреляй, не разбудишь, но сейчас, Чимин подскочил, как ошпаренный, озираясь по сторонам.       Он одной рукой сжимал куртку на груди, другой тёр глаза, как-то по-детски, кулачком.       — Чимин-и, это я — Юнги. Хочешь, я помогу тебе раздеться? — спокойно начал старший.       — Нет, пожалуйста, не надо. Не трогайте меня, — прохрипел Чимин срывающимся шёпотом, часто моргая ресницами и не глядя на Юнги, продолжал сильнее сжимать куртку.       — Мини, успокойся, ты меня слышишь? Всё хорошо. Ты дома, я с тобой, — он хотел обнять малого, но тот дёрнулся, будто бы боялся прикосновений.       — Пожалуйста, не надо, — прошептал он еле слышно.       — Хорошо, я ухожу, отдыхай. Если тебе что-то понадобится, ты позови. Я буду в комнате, рядом. Тебе принести воды? — Юнги остановился на выходе из комнаты.       — Нет, я не хочу, спасибо, — прошептал малой, опять сворачиваясь калачиком. — Можно мне немного поспать? — Да, маленький, спи, — Юнги тихо вышел из комнаты и прикрыл дверь.       Что же случилось? Где он был всё это время? Почему он так себя ведёт. Вопросы, вопросы, и ни одного ответа. Только догадка, случилось что-то страшное и с этим надо было жить дальше.

***

      Юнги проснулся и огляделся. Дверь в спальню была закрыта. Он потянулся. Да, на диване спать не очень удобно, отвык уже. Парень прошёл в ванную. «Такое впечатление, что вчерашний визит Чимина мне приснился». Всё было как обычно, на своих местах. И тишина, режущая слух. Юнги прошёл в спальню. Чимин, как будто бы, не переворачивался во сне. Юнги прислушался, дышит. Он смотрел на Чимина и думал: «Малыш, что же с тобой случилось?» И тут он обратил внимание на новый, дешёвый телефон Чимина, рядом с кроватью, на тумбочке. В контактах высветилось только два номера, один был его, обозначен как «любимый», Юнги улыбнулся, второй — «док». Он быстро записал номер себе в телефон. «Какой док? Почему?»       Чимин зашевелился, открыл глаза, посмотрел на Юнги и, как ни в чём не бывало, произнёс:       — Привет! Я скучал, — и улыбнулся, с печальными глазами.       — Ты что-нибудь хочешь из еды? — спросил Юнги, он не мог привыкнуть к новому Чимину, поэтому лишних вопросов пока не задавал.       — Наверно, кимпаб и зелёный чай, — ответил Чимин не уверенно, — если можно, — снова вымученная улыбка.       — Хорошо, — ответил Юнги, — может ты, хотя бы, куртку снимешь? — снова спросил он малого.       — А ты её не заберёшь? — опять руки вцепились в куртку на груди и этот затравленный взгляд. — У меня больше нету.       — Мини, это я, твой Юни. Как я могу у тебя что-то забрать? Я могу только дать. Я ведь люблю тебя! — он протянул руки, чтобы обнять малого. Но тот опять съёжился и опустил голову. — Я закажу кимпаб, подождёшь?       Кивок опущенной головы в ответ.       — И чай тебе сделаю. Ты выйдешь на кухню или сюда принести?       — Не знаю…       Юнги понял, с его малышом Мини случился какой-то кошмар. И пока он не узнает подробностей, всё будет вот так. Все эти непонятки, неопределённости, недосказанности.       Мини молчит. Кто ещё может рассказать? Пока неизвестно. Он принёс малому чай в спальню.       — Вот тебе чай и кукуруза в сыре. Ты ведь её любишь? — уточнил он.       Утвердительный кивок головой.       — Мини, малыш, что с тобой произошло? Расскажи, я помогу тебе, вместе мы справимся и всё будет, как раньше, — тихим голосом, как можно нежнее, произнёс Юнги.       — Как раньше…, — эхом повторил Мини, а глаза пустые.       — Хорошо, — Юнги старался держать себя в руках, ему хотелось схватить Чимина, встряхнуть его, как следует, чтобы узнать, что же там произошло. Но он разговаривал с ним, как с маленьким ребёнком, интуитивно догадываясь, что напористость сейчас может только навредить. — А я пойду, принесу кемпап. Дом я замкну, к тебе никто не зайдёт. Ты меня понимаешь?       Очередной кивок головы.       — Я постараюсь не задерживаться, не скучай. Хорошо?       Ещё кивок.

***

      Уже на улице Юнги достал телефон, нашёл контакт «Док» и нажал трубку вызова. Пошли гудки.       Что он будет говорить, он не знал. Просто это была последняя надежда, хоть что-то узнать о случившемся с Чимином.       Вызов прошёл, никто не ответил. Юнги набрал ещё раз. Сброс. «Ага, значит там, всё же, кто-то слышит. Хорошо, перезвоню позже».       Уже выйдя из кафе, с коробкой ролл в руках, Юнги почувствовал вибрацию телефона в кармане.       — Я вас внимательно слушаю, — ответил он по-привычке.       — Вы мне звонили недавно, — ответил незнакомый голос. — Я вас слушаю.       — Я хотел поговорить по поводу моего друга, — Юнги не ожидал такого быстрого перезвона и старался быстро сориентироваться на вопросах. — Я увидел ваш номер в телефоне моего друга. Вы, вообще, кто? — на всякий случай спросил он.       — Я доктор Ким Же Чжун, работаю в психиатрической клинике. Могу я узнать, имя вашего друга и что с ним случилось?       — Да. Мой друг, Пак Чимин. Вчера вечером он пришёл домой после годового отсутствия. Он, как бы это сказать, не в себе, — Юнги говорил неспеша, подбирая слова. — У него в телефоне записаны только два номера: мой и ваш.       — Оу! Значит наш Мин благополучено добрался домой! — Раздался в трубке радостный голос. — Это прогресс. Я уже начал переживать, он должен был позвонить, как только доберётся.       — Док, его фамилия Пак, — Юнги ничего не понял. — Это моя фамилия Мин.       — Да, мы узнали, но он называл себя именно Мин. Больше он ничего не помнил. Мы могли бы поговорить с вами не по телефону?       — Да, я могу в любое время, для меня не проблема.       — Хорошо, тогда завтра в 12:00, у меня перерыв, адрес я сброшу SMS на номер с которого вы мне сейчас звоните. Это же ваш номер? Я правильно понял?       — Да, это мой номер. Доктор, ещё вопрос, я могу консультироваться с вами, если возникнет проблема до завтра?       — О, да, конечно. Ещё что-то?       — Да. Из еды ограничений нет? Всё можно?       — Да, конечно, ему нужно усиленное питание. Алкоголь нельзя.       — Док, Чимин его не любит.       — Это хорошо, если вопросов нет, до завтра, — доктор сбросил вызов.       Ну, одной проблемой меньше. Юнги пошёл домой и тут его окликнули. Юнги обернулся, ну конечно, кто же ещё, Чонгук собственной персоной.       — Привет, хён! — улыбка до ушей.       — Привет, бро! Как жизнь?       — Как всегда, изи пизи лемон сквизи.       — Классно, хоть у тебя всё легко.       — А у тебя как? — улыбка исчезла. — Мини не появлялся?       — Появился. Но всё очень странно.       — Не понял?       — Он, как бы, не он. Я не могу объяснить. Может зайдёшь, сам увидишь.       — Конечно, зайду поздороваться, — Чонгук опять заулыбался.       — Если получится, — грустно выдал Юнги.       — Что значит, если получится? — Гук округлил и без того большие глаза, из-за этого всегда казалось, что он удивляется всему, что его окружает.       — Пойдём, сам увидишь. Только захватим ещё кемпаб, я Мини обещал.

***

      Юнги открыл дверь в дом, пропуская Гука в коридор.       — Мини, я дома, — с порога крикнул он и тоже прикрыл рот рукой.— Может он спит. Он много спит, как пришёл. Давай тихо.       Гук показал ему пальцами «ок» и прошёл в гостиную.       Юнги прошёл на кухню, выложил на тарелку принесённую им еду и направился в спальню.       — Я сейчас посмотрю, что он делает. Посиди, пока можешь включить себе что-нибудь, — сказал он Чонгуку и выходя из кухни, указал на телевизор.       Юнги вошёл в спальню. Чимин, всё также калачиком, лежал на краю кровати. Не спал. «Это теперь его любимая поза?» Юнги был удивлён.       Обрадовало то, что малой всё же снял куртку, хотя и положил её рядом с собой, и скинул ботинки.       — Я принёс тебе кемпаб. Будешь? Твой любимый, — он поставил тарелку на кровати рядом с парнем. — О, забыл палочки, сейчас принесу…, — и от изумления раскрыл рот, Чимин начал есть руками.       Этого не было никогда, от слова «совсем». Пак терпеть не мог касаться еды руками.       Юнги присел рядом.       — Чимин, пришёл Гуки. Ты хочешь его увидеть, Малыш? — как можно мягче спросил Юнги. Чимин поднял на него полные ужаса глаза и отрицательно замотал головой       — Нет, не надо, не хочу. - привычно зашептал он.       — Но это же Чонгук. Он наш друг. Ты помнишь?       — Не надо, пожалуйста! — Чимин перекатился через кровать и спрятался за ней.       — Успокойся, Мини. Я его к тебе не пущу. Ешь спокойно, — уверенно сказал Юнги, покачал головой и вышел из спальни, закрыв за собой дверь.       — Ну что, он выйдет? — радостно спросил Чонгук, когда друг вышел из спальни.       — Не думаю, — качнул головой парень.       — Может, я зайду к нему?       — Плохая идея, — задумчиво проговорил Юнги. — Он всех до ужаса боится. Твари…, узнаю кто, убью! — он сжал кулаки. — Завтра я всё узнаю. Я встречаюсь с его доктором. Извини, не успел тебе рассказать, Мини был в психушке. Сколько он там был пока не знаю. Я сам, только что об этом узнал. Он ничего не помнит, или не хочет помнить, не рассказывает, но практически всех боится. Как он пришёл ко мне, я до сих пор не пойму. Он пришёл сам, он верит только мне. И я не могу его подвести и поэтому я тебя к нему не пущу. Не обижайся.       Чонгук слушал друга не перебивая, как только тот закончил, он сказал:       — Юни, я что дурак, не понимаю? Главное, что Мини дома и что он, хотя бы, цел. Извини, я что-то не то ляпаю, я, наверное, пойду, чтоб не нервировать Мини.       — Прикинь, он со вчера не раздевался, спал в куртке и в ботинках. Гуки, он ест руками?! Я уже в ужасе, что он мог пережить?       Чонгук тяжело вздохнул.       — Я не знаю, что сказать. Тэхёну я скажу, что Мини нашёлся. Но, он тоже захочет его увидеть, ты же знаешь, как он его любит? Постараюсь, конечно, объяснить, но, ты же его знаешь, — при этих словах Гук улыбнулся, — он захочет его увидеть.       — Ладно, посмотрим, — неопределённо сказал Юнги.       Проводив друга, он опять пошёл в спальню.       — Ну что, Мини, ты поел? — спросил Юнги.       Чимин помахал головой знак согласия.       — Наелся?       Тот утвердительно кивнул.       — Спасибо, — прозвучало шёпотом.       — Ты хочешь посмотреть дораму, — предложил Юнги. Кивок отрицания. — Будешь здесь сидеть в спальне? — кивок согласия. — Давай, я тебя хоть в туалет отведу, — согласие.       Юнги протянул Чимину руку. Тот долго смотрел на неё, потом медленно протянул свою навстречу. Юнги аккуратно взял протянутую руку.       — Ты помнишь, где у нас туалет?       Кивок согласия.       — Пойдём, — он осторожно потянул малого за руку. — Не хочешь принять душ?       Кивок отрицания.       Ну, хотя бы, слушает и реагирует.       — Я буду смотреть телевизор, — сказал Юнги, подведя малого к двери в туалет. — Ты, если захочешь, присоединяйся, если нет, иди в спальню. Ты меня хорошо понял?       — Понял. Ты добрый, — прошептал Чимин, виновато улыбнувшись, скрылся за дверью.       «Почему он всё время шепчет?» — подумал Юнги. Включил телевизор, приготовившись смотреть очередную дораму. И тут он отчётливо услышал визг из ванной комнаты.       — Боже мой! Что это? Я не хочу нет, нет! — визжал, срываясь на шопот Чимин.       Юнги равком открыл дверь с немым вопросом — что случилось?       Чимин стоял посреди ванной комнаты напротив большого зеркала.       Он был в свитере и трусах, штаны держал в руках и тупо пялился на зеркало. Он обернулся на Юнги и, бросв штаны в зеркало, закрыл глаза руками и снова завизжал.       Все ноги его были в рубцах и шрамах. «Его, что, били? Чем? Кнутом?» Юнги чувствовал, как внутри него всё закипает.       Он рывком притянул малого к себе обнял и начал целовать его, не обращая внимания на нестихающий визг. Не встречая сопротивления, целовал его руки, которые скрывали лицо парня, сдвигал их в стороны и выцеловывал щёки, мокрые от слёз, визжащие губы, такие любимые, такие родные, шепча ему нежно.       — Малыш, я рядом. Я теперь всегда буду рядом. Скажи, кто это сделал?       Малыш не слышал вопроса, он истерил, его всего трясло, он рыдал в голос, но не отпихивал от себя Юнги. И тот, взяв его лицо в свои ладони, прошептал, глядя в закрытые глаза Чимина.       — Малой, услышь меня, открой глаза, посмотри, я рядом.       И малой услышал, он открыл глаза и замер. Напротив него были глаза любимого Юнги.       — Малой, кто это сделал? — Мин видел в глазах напротив просыпается сознание.       — Он, — выдохнул Чимин.       — За что? — прорычал Юнги, он не понимал, за что можно бить его милого мальчика?       — Я…я не хотел…, — глаза в глаза. — Не хотел трахаться с ним, по доброй воле. И ещё…, — Юнги не дал ему договорить.       Он притянул парня к себе, нежно поцеловал его в губы.       — Все в прошлом. Ты молодец, малыш. Я люблю тебя, помни об этом всегда, — он обнял Чимина и тот уткнувшись в его шею прошептал.       — Юни, ты накажешь его? Накажи, я умоляю. Я не помню всего, но то, что я помню…, это ужасно…, — парень всхлипнул. — Он издевался, насиловал и смеялся…       — Молчи, не говори ничего, — Юнги обнимал Чамина и нежно гладил по голове. В глазах его сверкали молнии. «Кто? Как узнать?»       Они ещё долго стояли в ванной комнате, вот так обнявшись, пока Чимин полностью не успокоился и не перестал вздрагивать.       — Давай я, всё-таки, тебя переодену, — прошептал Юнги, получая в ответ кивок согласия.       Чимин стоял спиной к зеркалу, когда Юнги поднял свитер, то в его отражении, на спине малого, он увидел такие же шрамы. Он резко одёрнул свитер.       — Пойдём в спальню, здесь прохладно, ещё заболеешь, — он не хотел, чтобы малой опять увидел шрамы.       В спальне Юнги приготовил одежду, только после этого снял с малого свитер, быстро надел на него футболку, приговаривая, как маленькому.       — Давай быстренько, вот так, не холодно? Давай сразу наденем пижаму.       — Хорошо, — отозвался малой, всё время глядя в лицо Юнги, и тот не мог дать волю эмоциям, что бы не напугать его ещё больше.       — Вот и славно, всё будет хорошо. Всё уже хорошо, — твердил старший, надевая пижамные штаны и кофту на малого.       — Он бил не только по ногам. Я знаю, ты увидел. Ты накажешь его? — Юнги как раз одевал на Чимина штаны, сидел перед ним на коленях. Он поднял глаза на младшего и сказал.       — Накажу, Чимин-а. Ты мне веришь? Я убью его, — сказать это получилось так просто, «так же просто, обыденно, я это сделаю», — подумал Юнги.       — Их было несколько. Я не помню. — младший закусил губу, на глазах снова выступали слёзы.       — Значит, я убью несколько, — пообещал Юнги, глядя прямо в глаза Чимину, смахивая слёзы с его щёк. — Но об этом никому ни слова, — он приложил указательный палец к губам.       — Да, — наконец-то улыбнувшись, прошептал Чимин и тоже приложил свой палец к губам. — Это наш секрет.