Пироман

Мужчина медленно и осторожно пробирался сквозь гущу леса. Острые ветки царапали бледное лицо, колючки впивались в ткань старой одежды, но он не обращал никакого внимания на эти пустяки. Всё, что его сейчас хоть как-то волновало – охота. Хищный оскал исказил его лицо, а карие глаза загорелись от восторга, когда он наконец-то выследил свою жертву. Маленькую. Хрупкую. Такую беспомощную… Заведя руку за спину, Харрисон нащупал небольшой шарик, который легко помещался в его ладонь. Он притаился в кустах, ловя каждое движение и мимолетный вздох добычи. Он ждал. Он выжидал. Девчонке, кажется, не было и шестнадцати, но она уже успела устроить большой переполох в столице, за что однозначно получит наказание. И оно шло за ней следом, начиная с городской площади, где в то время казнили Иных, до самого её убежища. Грейсон Харрисон стал для неё Наказанием. Он разглядывал девушку, но никак не мог ответить себе на единственный, крутящийся в голове вопрос – как она выживала столько лет в этом мире? Одна против всех. Мужчина выследил её за считанные минуты, а то место, в которое она пришла, даже убежищем назвать нельзя. Она не установила никаких защитных или отводящих взор заклинаний и ни разу не оглянулась, лишь бежала сломя голову в попытке спастись. Такое поведение было подозрительным, и Грейсон пытался заставить себя задуматься об осторожности. Однако импульсивность в очередной раз вышла ему боком. Не в силах больше сидеть сложа руки и ждать, он метко бросил красный шарик прямо в худощавую фигуру девушки. Раздался взрыв. Ударная волна настигла и мужчину, но он вовремя натянул на лицо чёрную тряпку, доходящую до глаз. Раннее капюшон скрывал голову мужчины. Однако сильный порыв ветра сдёрнул его и обнажил длинные каштановые волосы. Грейсон присвистнул и с восторгом смотрел на полыхающую траву. Огонь вот-вот должен был поглотить ветки, кусты и деревья, но мужчина не шелохнулся. Будто под гипнозом, он стоял и не мог оторвать взгляда от любимой, безудержной, страстной энергии, которая подобно вихрю, кружилась вокруг. Настолько ослеп, что забыл про жертву. — Я хотела развести небольшой костёр, а не полыхающий шторм. Девушка внезапно возникла над головой Охотника. Она приземлилась в том же месте, где недавно сидела, тщетно пытаясь развести огонь. Прямо в эпицентре катастрофы. Мужчина вздрогнул, его взгляд наткнулся на фигуру в зелёном плаще. Светлые волосы развивались от силы, что кипела в её крови и жилах. Она требовала, чтобы её освободили, и Иная подчинилась стихийному зову. Девушка вскинула руки, и спустя несколько мгновений из-под земли вырвались потоки воды. Они окружали буйную энергию, тушили огонь и заставляли погаснуть все искры. Всего несколько минут, и от страшного пожара, казалось, не осталось ни следа. Девушка повернулась назад – к стоящему Охотнику – и наткнулась на раздражённый взгляд. — Такой кайф обломала, — прорычал Грейсон и вытащил из-за пазухи два клинка. — Зато теперь у меня есть все доказательства, что на площади была именно ты. Мужчина преодолел расстояние в пару шагов и сделал выпад, нанося удары. Иная дёрнулась от пореза на щеке и в то же мгновение с нечеловеческой силой отпрыгнула назад. Находясь вдали от мужчины, где тот не мог её достать, она вскинула руки, призывая магию, но Харрисон лишь рассмеялся. — Хорошая попытка, девочка. Только вынужден тебя разочаровать. Магия ограничена. С этими словами он несколько раз повертел клинками в руках и стёр с одного из них кровь. Медленным, размеренным шагом, будто гуляя по набережной, он подходил к юному магу. Она не убегала, не уходила, не сражалась. Стояла и наблюдала. Впрочем, ничего другого в этой ситуации она сделать бы не смогла. Когда Грейсон подошёл к девушке, та еле держалась на ногах. В глазах периодически темнело и мутнело, но она старалась держаться и не провалиться в бездонную яму. Проще говоря, хотела, как можно дольше оставаться в сознании. — Т-ты не посмеешь… Либо она плохо старалась, либо Боги были не на её стороне, потому что, не успев договорить, Иная упала прямиком в лапы Охотника. — Уже посмел, — заметил Грейсон, подхватывая девушку на лету. *** Девушка со стоном приподнялась на локтях. Всё её тело ужасно болело, мышцы ныли, казалось, даже её кости зудели и чесались. Она попыталась сесть, но ничего не получилось, тогда блондинка перекатилась на бок и попыталась открыть глаза. Собственное тело с трудом подчинялось ей. Наконец, разлепив веки, она обнаружила, что лежит на берегу реки. Острые камни, на которых Иная по-видимому спала, впивались в кожу и даже оставили следы на ней. — Вижу, ты очнулась. Это хорошо, я уже заколебался тебя на руках таскать. Грейсон, вдруг возникший рядом, присел на корточки и вгляделся в недоуменное лицо мага. Затем щёлкнул несколько раз перед глазами. Она нахмурилась, но вспомнив минувшие события, воскликнула: — Немедленно отпусти меня! — А то что? — Усмехнулся тот и хлебнул воды из бурдюка. — Я… Я… Убью тебя! — С чувством произнесла девушка, наблюдая, как капельки воды стекают с подбородка мужчины. Только сейчас она поняла, как сильно хочет пить. Да и есть, в общем-то, тоже. — Только сначала воды дай. — А попросить? — Обойдёшься, — фыркнула она. — Сколько я была без сознания? — Немного. Часов восемь. Спустя несколько секунд молчания парень предложил: — А знаешь, я дам тебе воды и еды, и возможно, даже отпущу. Возможно, — повторил он. — Но? — Но только после твоих честных ответов на мои нескромные вопросы, догадливая девочка. Иная издала злобный рык, но шумно выдохнув, кивнула. Она с трудом могла передвигаться. До реки, конечно, доползти сумела бы, но где гарантия, что Охотник позволит ей такую роскошь? — Задавай. — Кто ты? — Вероятно, человек, — устало проговорила она, щурясь от солнца. — Ответ неверный, — Харрисон вылил немного воды на камни под суровый взгляд девушки. — Все Иные – потомки Богов. Итак, задам свой вопрос ещё раз. Кто ты? — Потомок богов? — Попыталась девушка. — Арг-х. Ну что за напасть! Опять неверно, — улыбнулся Грейсон и повторил наказание. Вода узкой дорожкой стекала вниз – к реке. — Меня зовут Оливия Лавуазье. Мне семнадцать. Выросла в Марселе, на юге Франции. Полагаю, ты не слышал об этих местах. Ну же, прошу-у… — На одном дыхании проговорила Иная, а затем захныкала. Грейсон поднёс бурдюк к её губам, и та сделала жадный глоток. — Я действительно никогда не слышал об этой стране, хотя уже больше десяти лет скитаюсь по миру. Вопрос такой: как ты сюда попала? — Я не знаю… — Прошептала она, но потом, резко подняв свои голубые глаза на мужчину, повторила вновь, уже гораздо громче и отделяя каждое слово. — Я. Не. Знаю. — Когда ты появилась в этом мире? — Два дня назад. — Там, откуда ты пришла, все такие идиотки? Иная уставилась на него, а потом фыркнула: — Кто бы говорил. — Слишком много ненужного болтаешь для без пяти минут мёртвой девочки. — Ты убьёшь меня? — Я пока не решил. Грейсон встал и поднял Оливию на руки. Она уже хотела начать сопротивляться, но тот нёс её к разбитому лагерю в тени деревьев, который она до этого даже не заметила. Мужчина опустил Иную на траву и сел рядом, протирая свои любимые клинки чистой тряпкой. — Зачем ты полезла на эшафот и пыталась спасти ту пару? Это было глупо, безрассудно и…глупо, — повторил он, не зная, какое слово ещё подобрать для такой ситуации. Девушка молчала достаточно долго. Она прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Харрисон не торопил её. Однако вовсе не из-за вежливости и не потому, что он обладал чувством такта. Просто не ему приходилось страдать от голода и жажды, а ей. — Элеонор и Марк были первыми, кого я увидела, когда очнулась в этом мире. Я проснулась в их доме, они тихо переговаривались между собой, кажется, решая, что делать со мной. Я притворилась спящей, чтобы понять, где я и что вообще происходит. Как глупо! Поначалу я считала, что всё это, — она с трудом подняла руку и махнула ею куда-то в сторону. — Мне снится. Они быстро поняли, что я не сплю. А затем рассказали, как они собирали ягоды в лесу и вдруг нашли меня, голой и лежащей на обожжённой траве. Они сделали всё, что было в их силах, дабы провести меня в город. И им это удалось. — Они были Иными, — скорее подтвердил Грейсон, чем спросил. — Им нужны люди, чтобы продолжать своё существование. Закон такое не одобряет. — Они были магами, — прошептала девушка. — Волшебниками. Чародеями. В моём мире про таких как они слагают легенды и пишут сказки. А здесь… Здесь Им приходится скрываться из-за вашего тупого закона. — Воу-воу-воу! Полегче, девочка. Я ведь Охотник. Запрет на магию - моя работа. — Будь ты Охотником, то давно прикончил меня и отнёс мою голову королю. Разве я не права? — С вызовом произнесла она. — Как я и говорил – ты догадливая, но не настолько, чтобы догадаться обо всём самой. Я действительно Охотник и работаю им уже десять лет. — Но Иной ты с рождения. — Возможно. Не отвлекайся от рассказа, — усмехнулся Грейсон. — Они рассказали мне о магии и запрете, об Охотниках и Иных. А сегодня под утро в дом ворвались какие-то люди и повели их на эшафот. Я спряталась и меня не нашли, но я не могла оставить всё, как есть. Я пыталась их спасти, но…вышло, что вышло. — Ясно. И ты утверждаешь, что вообще не помнишь, как здесь оказалась? — Последнее, что я помню, это то, как я ложусь спать там – в своём мире. Молчание снова затянулось. Харрисон обдумывал её слова и продолжал полировать своё оружие, только на этот раз магические шарики. — Ты не выглядишь удивлённым. — Я… предполагал, что другие миры существуют, — нахмурился он. — Но никогда не думал, что встречу одну из его обитательниц. — Рада за тебя и всё такое, но может, ты уже накормишь меня? Умираю с голода... Грейсон кивнул и, достав свои припасы, пододвинул их к девушке. Оливия, уплетая незнакомую ей еду, произнесла: — Как ты понял, что я не из этого мира? — Любой Иной это поймёт, глупая девочка.